Глава 5. Сердце между двух миров

На утро на сборы вызвал Зима. Домбытовских нет, а Хадишевские сейчас утихли. С ними перемирие. И желательно, чтобы надолго. А потом кто-то ушел досыпать, кто-то в качалку. Туда-то и пошел Турбо. Раздевшись до одних трусов, парень занимался на турниках, периодически вспоминая про Киру. Она в школе, наверное. Все бы ничего, но перед глазами мельтешила Лилия. То полотенце подаст, то воды. Туркина это выбесило, и он прикрикнул на нее. — Что ты вообще тут делаешь?! Я вроде обозначил границы между нами. Все, подруга у меня есть… Не успел договорить, как та выбежала с плачем. Ну и ладно, хуй с ней. Потом сама придет. Калинина весь день провела в школе. Было довольно скучно, а учителя придирались ко всему, к каждому слову и манере поведения, отчего ей было тяжело адаптироваться. В Москве с этим было намного проще. После школы девушка пошла домой, пиная по дороге камушек. Она достала из пальто несколько купюр и задумалась. Кира шла в магазин, вспоминая историю Валеры. Она купила ему сладости, чтобы немного порадовать, как когда-то делала его мама. Идя домой, девушка обдумывала всю ситуацию, в которой она оказалась. А потом услышала свист и обернулась. — Эй, подруга, куда спешишь? — к ней подошел какой-то мужчина, отчего Кира нахмурилась. — Домой, — ответила она, прибавляя шаг. — Красивые сапожки, сразу видно, импортные. Калинина закатила глаза. — Слушай, отстань, — девушка прибавила шаг. — Чья ж дерзкая такая? — он усмехнулся. — Универсамовская, — Кира завернула к своему дому, тяжело выдохнув. Вот и приключения начинаются. Так как школа находилась как раз на пути качалки и дома девушки, после тренировки Туркин решил сходить к ней именно в школу. Посмотреть местность, как учится и все такое. Парень шел с сигаретой в руках, пока не заметил ее вдалеке. Как раз около двора и встретились. — О, Кирка, а я тебе в школу иду, — улыбнулся Валера и подошел ближе. С ласками не торопился, тем более сигарета в руке. — Как ты? Девушка увидела Валеру и улыбнулась ему. Конечно, она не ожидала, что они так встретятся. — Школа — зло… — сказала она, а после открыла портфель и стала что-то искать в нем. — Да куда я их положила… — достала пакетик со сладостями и протянула их парню. Турбо не до конца понял, что это и зачем. Целлофановый пакетик, а внутри какие-то яркие обертки. Батончики, что ли? — Это мне? — он взял из рук пакетик и чуть покрутил его, потом снова посмотрел на нее недоумевающе. Решила разбаловать его. Туркин решил, что ей тоже нужно что-то будет подарить, только что она любит? Или, может, что-то давно хочет. — Спасибо, разбалуешь меня. Буду стоять и клянчить постоянно потом, — смеется. Калинина улыбнулась, смотря на Валеру. Все же он как ребенок. Когда парень докурил, девушка подошла чуть ближе. — Ты весь мокрый… Бегал, что ли? — спросила она. — Так и заболеть недолго… — чуть улыбнулась, полностью застегивая куртку Валеры, чтобы горло не застудил. В крайнем случае попросит отца. Он будет делать Туркину уколы. На секунду девушка задумалась… А вчера точно не сон был? От собственных мыслей девушка смутилась, а после встала на носочки и поцеловала его в губы, чувствуя вкус сигарет на своих губах. Турбо нахмурился. Только начались отношения, а уже поперла забота. — Тренировался, потом сразу к тебе… — не успел договорить, как его губы тут же были с ее. Ее, кажется, даже не волновало, что он курил только что. Губы ведь горькие должны быть. Но, несмотря на какие-то препятствия, Кира целовала его, а он, выкинув сигарету, прижимал руками за талию и отвечал на поцелуй. — Эх, молодежь, тьфу… Девушка отстранилась от Валеры и выгнула бровь, посмотрев на проходящую мимо бабушку, которая что-то причитала себе под нос. Она облизнула губы, пробуя на вкус ту горечь от сигарет. Ее руки лежали на сильных предплечьях парня, ощущая прогресс от тренировок своими тонкими ладошками. — Стоим, смущаем бабушку, — улыбнулся Турбо и облизнул губу. Сейчас они стояли около ее двора, и мало ли кто-то мог видеть их еще. Например, родители Киры. Ее дом и окна как раз напротив. — Как уроки? Все выучила? — сам он недавно ее окончил. С горем пополам, правда, но многое знал. С горем, потому что учителя не любили. Пророчили будущее на зоне или в детской колонии. Как правы были. Сколько раз его ловила милиция? Дохуя. — Не могу привыкнуть к этой школе… Учителя злые какие-то. А после того, как девочка из окна выбросилась, каждый раз проводят воспитательную беседу. Не ходите, девушки, с незнакомцами… — Калинина тяжело выдохнула, а после взяла Валеру за руку, переплетая пальцы. — Пойдем ко мне. Дома никого, — сказала она, а после повела за собой. Ее рука была перевязана, а на бинте были капли тусклой крови. Родителям, конечно, она сказала, что просто царапина. На ее приглашение он промолчал и пошел следом, сжав руку. И только в самом подъезде он спросил. — А как вам сказали про девочку? Что с ней было? Мне просто интересно, как в школе это объясняют. Кира посмотрела на Валеру, а после грустно выдохнула. — Учителя сказали нам быть осторожными. Но мы подслушали нечаянно, когда директор с милицией говорил. Девочку, вроде, изнасиловали, — Кира открыла дверь квартиры и вошла, а после закрыла дверь, когда вошел Валера. — Будешь чай? Изнасиловали. Но ведь ему совсем другое говорили. — Да, — ответил Туркин и, раздевшись, прошел на кухню, усаживаясь на стул. — Нам известно другое, — он еще не знал, говорить ей такое или нет. Пугать? А что уже это изменит. Пора бы забыть эту Айгуль. Ничего хорошего им она не принесла. Все с нее началось. Девушка делала чай, а после достала из холодильника всякие сладости. — Другое? Понятно… Она тоже когда-то из ваших была? — додумалась она. — Кто бы что ни говорил, но правду знают только те, кто там был. А раз человек покончил с собой в четырнадцать лет, то тут уже любому будет понятно, что за правда… Она так быстро заговорила, что Валера засомневался, стоит ли ей говорить правду про Айгуль. Но теперь она, скорее всего, будет думать, что изнасиловал якобы кто-то из них. — Мне повязку надо сменить… — Давай помогу, — когда все нужные медикаменты оказались рядом, Турбо начал перевязывать руку. — Она была с одним из наших пацанов. Мы организовали на районе видеосалон. Ну и в один из дней, вечером, когда были там я, она и еще один пацан, пришли трое. Как итог, я получил по башке, а ее забрали вместе с видиком. Изначально приходили за ним. А потом наш старший поехал выяснять и забирать ее. А она там уже того. Я потом на следующий день, когда мы с тобой танцевали, ее увидел и думаю. А какого хуя жертва насилия танцует? Ну а та группировка расформирована теперь из-за смерти главаря. Ну, я спросил у одного из них, что с ней случилось на самом деле. В итоге наш старший приехал, а она там с тремя. Девушка опустила взгляд. Ей было неприятно это слушать, но и комментировать она не могла это, потому что не знала ту девочку. — Нужно перекисью залить… — сказала она, а после посмотрела на парня. — Она умерла и уже нет смысла гадать, что и как было… — Кира закончила свою мысль, наблюдая за тем, как Туркин накладывает ей повязку. Рука мастера. Видно сразу. — Не напрягай руку. Иначе будет кровить, — сказал парень и пошел в ванную умыться. Рассказал ей про Айгуль. Ну а что. Пусть знает, что бывает с неверными. Хотя Кира не такая. По крайней мере, ему хотелось думать. Сладости его лежали в пакете в кармане куртки. Поэтому, когда чай уже был в кружке, Валера достал один батончик и пришел обратно на кухню за стол. — Чем займемся? — спросила Калинина, отпив сладкий чай. — Я не знаю, если честно. Давай поговорим. Спроси у меня что-нибудь или сама расскажи? — отличный способ, чтобы еще больше узнать друг друга. Кира задумалась. Девушка посмотрела в окно, как дети играют на площадке в хоккей. Поправила прядь волос, а после стала наматывать ее на палец. — Расскажи о своих последних отношениях? — покраснела от такого вопроса, уставившись на кружку. Все же ей хотелось узнать об этом, чтобы не повторить ошибок бывшей партнерши Валеры. Хотя она не знала, как он может отреагировать на такой вопрос, но все же было интересно, да и поучительно. — Ты уверена? — переспросил Турбо. — Прям отношений не было. Просто была девушка, чтобы отдохнуть там… — он допил чай и продолжил. Сама захотела услышать. — А вот Лилия — это просто недодевушка, переподруга. Может кто-то и думал, что мы с ней вместе, но это не так. Я ей нравлюсь, это знают все. Ну а я… — он усмехнулся. — Делаю вид, что мне все равно. Хотя вот сегодня она меня раздражала своей навязчивостью. Ей как у нас уже нет места. Я тренировался, она крутилась рядом как лиса. Ну я и прикрикнул. Надеюсь, помогло. А у тебя? Калинина слушала парня, смотря на него. Девушка, чтобы отдохнуть. Оно и понятно, Валера — взрослый парень, для которого это является уже потребностью. Кира от этого занервничала, а вот Лилия явно питала надежды, которые не оправдались. — На самом деле у меня не было отношений. Вообще ничего не было. — Оно и видно, такая маленькая и скромненькая девочка, — облизнул губу, улыбаясь. — Нашла меня, бандита и преступника, который одной ногой уже на зоне. Не боишься? — У Турбо не было и мысли ее как-то запугать. Просто медленно подводит к тому, что быть девушкой пацана непросто. Ей придется видеть многое. И плохое, и хорошее. Кира посмотрела в его глаза, слушая и впитывая каждое его слово. — Но сейчас-то ты здесь, сидишь со мной, чаи гоняешь. А что будет потом, неизвестно. Будем решать проблемы по мере их поступления, — Кира чуть улыбнулась и накрыла губы Валеры своими, переплетая их пальцы. Дома никого нет, они одни, родители придут нескоро. Второй рукой она коснулась его щеки, ощущая, как колется щетина. Ответ не заставил себя долго ждать. Туркин ответил на поцелуй, притягивая девушку за руку к себе. Такая податливая. Интересно, она такая всегда? — Это то, чем мы будем развлекаться? — спросил он в поцелуе, а губы опустил на шею, тут же закусывая нежную шею. След не заставил себя долго ждать и тут же появился. Ну хотя бы такое место, что можно скрыть воротником. От легкого укуса Калинина прикусила губу, еле сдержав тихий стон. Поцелуй становился более пикантным, наверное, из-за того, что они осознавали, что они в квартире одни. Его грубые, сухие от мороза губы коснулись ее шеи, отчего кожа покрылась мурашками. — Если моя мама увидит, боюсь, что нам обоим конец, — сказала она, коснувшись небольшого синячка. Девушка все же нервничала, Валера у нее первый парень во всех смыслах. — А она не увидит, ты не показывай, и все, — сказал он тихо и покрепче взял на руки, привстав со стула вместе с девушкой. — Держись. Он отнес Киру в ее комнату, перед этим перепутав с комнатой родителей. Кровать была аккуратно заправлена, но сейчас Турбо кинул туда девушку, навалившись сверху. Но без каких-либо намерений. Он улегся на нее и прижался головой к груди, закрывая глаза. Было необычно и приятно, отчего девушка не смогла сдержать улыбку, запустив пальцы в его волосы, а после стала нежно поглаживать, массируя кожу, а второй рукой она поглаживала его руки. — Валер, а кем ты хотел быть, если не было бы этих группировок? — Не знаю. На завод. Или даже если бы меня тут ничего не держало, попытал бы счастье в Москве. Недавно там как раз был, — ответил Турбо, вспоминая веселый день с пацанами. Все бы ничего, но Пальто поймали, и пришлось «прикрыть лавочку». Кира продолжала гладить парня, смотря в потолок. По итогу оба уснули, крепко обнимая друг друга. Вскоре вернулся и отец девушки, который укрыл их одеялом и пошел смотреть телевизор под пиво с рыбкой. Однако у девушки поднялась высокая температура. Она слишком горячая, что хорошо ощущалось. Парень проснулся от шума телевизора. Да и вообще уже было темно. Посмотрев на часы, он понял, что скоро вообще-то ему нужно на сборы. Девушка спала, да только вот сжалась вся в калачик и какая-то горячая. — Кир? — позвал ее Валера и мягко потормошил за плечи. Заболела что ли? Или такая горячая от жара. Она никак не отреагировала. Спала, уткнувшись в стену, прижав к себе ноги и руки, вся дрожала. Но дрожь была похожа на сильные судороги. Дыхание стало тяжелым, даже было слышно, как она хрипло дышит. Туркин, решивший оставить эти попытки, взял ее на руки и потащил в гостиную. Он был уверен, что там смотрел телевизор ее отец. Он кашлянул несколько раз, и Турбо это слышал. Так как он врач, парень сразу понес ее туда. — Она горит вся, — сказал парень и посадил девушку в кресло. Включив свет, Игорь приложил ладонь на лоб дочери, а после достал из аптечки градусник. Спустя несколько минут на градуснике было тридцать девять и восемь. — Твою мать… — мужчина уложил дочь на диван, а после стал ее осматривать, однако взгляд его зацепился за перевязанную руку. Он снял повязку и ужаснулся. — Звони в скорую, — сказал он Валере, но тут Кира стала задыхаться. — Спазм гортани начался… — мужчина резко подорвался и побежал в комнату, а после прибежал с простой ручкой. Нащупав на шее дочери перстневидно-щитовидную ямку, он вонзил туда ручку, при этом убрав стержень. Дыхание пришло в норму. Валере даже стало страшно представлять, что было бы, если бы он не проснулся. Она бы умерла? — Они едут, — сказал Турбо и присел на колени рядом с ней. — Это заражение? — Столбняк, — сказал Игорь, фиксируя ручку пластырем на шее дочери. Через несколько минут он принес свой портфель, а после вколол дочери укол. — Сказала бы раньше, что порезалась, не было бы таких осложнений, — мужчина отпил свое пиво и остался сидеть с дочерью, контролируя ее. Столбняк. Парень мало что понимал в медицине, но слышал, что эта болячка лечится. Как же ему было больно сейчас. Это он виноват, он ее повел в тот дом. Если бы они там не лазили, она бы не порезалась. Когда приехала скорая, то девушку погрузили на носилки и понесли в машину. Игорь помогал, контролировал процесс и объяснил фельдшерам свои манипуляции, а когда машина уехала, выдохнул. — Если бы тебя не было, она бы умерла, — сказал мужчина, потрепав Валеру по плечу. Попрощавшись с отцом Киры, он ушел. Да только не домой, а в качалку. Там сидели Зима, Пальто и еще несколько пацанов. С ходу Турбо скидывает верхнюю одежду и лупит боксерскую грушу. — Турбо, Турбо, — подскочил со стула Зималетдинов. — Че такое? Брат? — Да нихуя! — очередной удар, и рука трется об жесткую ткань, стирая костяшки в кровь. — Блять! Только после этого он спокойно садится и рассказывает, что Кира в больнице. Калининой сделали все нужные процедуры, обработали рану и зашили ее. Шея девушки была перевязана, а рядом стояла капельница с антибиотиками. Температуру удалось сбить, и сейчас она просто спала в спокойствии. Игорь решил взять смену сверхурочно, чтобы присмотреть за дочерью, однако ему тут не очень повезло — напала местная гопота, украла часы, кошелек. Не день, а сказка.