Глава 19. Светлое будущее

      Селена нервничала. Она крутилась перед зеркалом, постоянно горя желанием выбежать и сказать, что всё нужно остановить. Сжала руки в кулаки и постаралась успокоится.       Она уже и не думала, что будет стоять в белом платье и ждать, когда их объявят мужем и женой. Тогда что-то рухнуло в душе вместе с тем, как она покинула Мамору и даже не сказала ему о маленьком сокровище, которое носила под сердцем. А сейчас, спустя полгода после их новой встречи, она скоро станет его женой и наконец-то они будут семьёй.       — Ну, как ты, сестричка? — заглянув, спросила Минако. Пусть сейчас Селена нашла настоящих родителей, но они всё ещё семья. Даже Джедайт вновь начал называть её сестрёнкой, чем дразнил Шинго.       — Я… я не верю, — пробормотала Селена. Её волосы были собраны в изящную причёску. Нежный макияж на лице. Приталенное платье, подчёркивающее фигуру. Всё ещё казалось, что это нереально и завтра она вновь проснётся одна.       Минако улыбнулась, спросив, может ли она кое-что исправить в причёске. Селена кивнула, довольно зажмурившись от знакомых прикосновений. Раньше она любила, когда Минако заплетала её. Та попросила подругу сесть, доставая невидимки и… собрала волосы в простые оданго. Та самая причёска, которую Селена носила так долго, что просто без неё казалась себе чужой.       Та же причёска, которую она носила, будучи “Усаги”.       Не выдержав, Селена расплакалась. Минако присела, крепко обнимая её и позволяя выпустить эмоции. Им обеим было плевать на макияж, это всегда можно исправить. Минако гладила сестру по спине, успокаивая и напоминая, что они снова рядом.       — Мама, смотри! — дверь распахнулась и в комнату вбежала Усаги, волосы которой были собраны в те же оданго, но только напоминали острые ушки. Следом заглянула Икуко, спрашивая, всё ли хорошо. Селена кивнула, рассмеявшись, что просто эмоции взяли вверх. Усаги же радостно заметила, что у них с мамой похожие причёски. Церемония проходила “для своих”, где были только друзья, доктор Шиота и семьи Айно и Цукино. Те сразу нашли общий язык, теперь называя себя одной большой семьёй. Мистер и миссис Айно были рады вновь увидеть Селену, сразу узнав её даже под другим именем. Девушка тоже плакала, обнимая их при встрече. А сейчас, все с нетерпением ждут, когда в эту безумную семью вольётся и Мамору.       Икуко забрала Усаги, сказав, что кому-то нужно подправить макияж и выходить. Селена кивнула, попросив Минако помочь.       — Знаешь, я рада, что ты вернулась, — призналась она, вытирая лицо сестры салфетками. Достала косметичку из сумки. Сейчас на душе стало очень легко.       — Я тоже, — улыбнулась Селена. мандраж никуда не ушёл, но она меньше нервничала. Они все рядом. Больше нет никого, кто встал бы у них на пути. Это не могло не радовать.       Когда Селена подошла к Мамору, тот был готов схватить её и никуда не отпускать. Она была такой светлой и чистой, вернулась к нему. А рядом была их дочь. Усаги словно сразу приняла Мамору, как любимого папочку, и немного обижалась, что сейчас он не может взять её на руки. Усаги стояла вместе с Палладой, Юноной, Церерой и Вестой. Селена улыбнулась.       — Похоже, скоро не только мы с девочками будем ходить впятером, — тихо рассмеялась она. Сейчас оставалось ждать, пока их пригласят в зал и распишут. И больше Мамору не собирался отпускать два своих сокровища.       — Мне уже страшно, что однажды появится такой же придурок, как я, который захочет забрать у меня дочь, — так же тихо отозвался Мамору. Селена ткнула его локтём в бок, попросив не говорить глупости. До этого ещё далеко. — И ничего не далеко! Я уже пропустил пять лет её жизни, а лет через десять она как заявит мне “Папа, это мой парень”, а потом ещё через года три “Папа, я выхожу замуж!”       — Ты слишком преувеличиваешь, Мамору, — рассмеялась Селена, повиснув у него на руке. Наконец-то их пригласили. Не нервничать не получалось. Усаги сидела на плечах Шинго, пока шла вся церемония. Мамору невольно вздрогнул, когда ему всё же пришлось отпустить руку Селены, но лишь для того, чтобы обменяться кольцами. Под радостные крики и поздравления, они поцеловались.       И только сейчас появилось чувство, что всё закончилось. Что им никто не помешает. По крайней мере, Мамору собирался не допустить этого. Шинго поставил Усаги на пол, чтобы она могла подбежать к родителям и поздравить их самой первой. Мамору подхватил дочурку, целуя в щеку и подставляя под поцелуй Селены. Усаги высунула язык с громким “Бе!” и начала вытирать щёки, вызывая общий смех.       — Мама, я хочу братика! Или сестрёнку! Или и братика, и сестрёнку! — выдала малышка. Селена рассмеялась. — Папа, ты же тоже хочешь, да?       — Конечно, — Мамору погладил дочь по голове. Сейчас их все поздравляли, но, нужно было собираться в ресторан, где их ждали. Рассаживаясь по машинам, Селена предложила Усаги сесть с остальными девочками. Малышка заупрямилась, сказав, что позже она ещё успеет с ними наиграться, а сейчас хочет поехать с родителями. Те посмеялись.       В машине Усаги задремала на коленях Селены, прижимаясь к животу мамы. Та посмеялась, что дети бывают на редкость проницательными. Мамору не понял о чём она.       — Вообще-то, я хотела сказать тебе об этом чуть позже, — тихо сказала Селена, ещё больше смеясь с лица теперь уже мужа. Она показала на живот, но даже так Мамору не мог понять, что это значит. — Да ладно, ты серьёзно?       — Прости, у меня от счастья мозг выключился и соображалка не работает, — признался тот. Сегодня это была правда. Хотя услышь это Кунсайт, не упустил бы случая пошутить, что мозга у друга не наблюдается.       — А ты вообще не изменился, — мурлыкнула Селена, едва коснувшись его губ своими. Мамору возмутился, что это какой-то недопоцелуй. — Подумай хорошенько. Учитывая её вопросы ранее, о чём она уже прознала и почему так прижалась к моему животу?       Сначала Мамору хотел сказать, что он просто не любит загадки и не умеет находить к ним ответ. Потом вспомнил вопрос дочери про братика и сестрёнку. Посмотрел на живот любимой. На неё. Снова на живот. Селена расхохоталась, видя, как медленно приходит осознание.       — Я… папой буду? — выдал Мамору, заставив её хохотать её больше. Они уже подъехали к ресторану, ждали, пока их пропустят на парковку.       — Чиба, ты уже папа, забыл? — вытирая выступившие слёзы, спросила Селена. Она мягко погладила дочку по голове, заставив проснуться. Мамору медленно кивнул, что да, забыл. Он уже всё забыл. Перед ним сидел его лучик счастья, сообщивший, что скоро будет пополнение. А второй лучик сонно тёр глаза.       Когда они всё же зашли в ресторан, их снова начали поздравлять. Минако крепко обняла Селену, шепнув, что её мечта сбылась. Девушки громко рассмеялись. Мамору же ходил с блаженной улыбкой, медленно реагируя на окружение. Даже когда его окружили мистер Цукино и мистер Айно, Чиба не сопротивлялся и пошёл с ними. Кунсайт покрутил пальцем у виска, заставив остальных хохотать.       Вечер проходил шумно, обошлось без приключений. Почти. Услышав про “похищение невесты” Мамору побледнел и чуть не слёг. Усаги крепко вцепилась в папину руку, заговорщически сообщив, что “тётя Минако спрятала маму на кухне в коробке”. Сказав, что с такими традициями он поседеет, Мамору пошёл вызволять любимую.       Уезжали за полночь, гости ещё гуляли. Мамору тихонько выскользнул на улицу, держа в руках спящую Усаги. Селена прокралась следом, держа туфли в руках. Они молча сели в машину. Засмеялись, усадив Усаги между собой.       Мамору крепко обнял любимых девочек, сказав, что больше никто их не отнимет. Селена положила голову ему на плечо, улыбаясь.       Больше всего их радовало то, что они ехали домой. Вместе.