Запретная легенда. I

В Винтерхолд она прибыла еще затемно. Светало нынче поздно, так что с определением времени были проблемы. Но городишко выглядел пустынным, отчего Банри пришла к выводу, что до утра еще далеко. Она преодолела мост через пропасть и быстро юркнула в Зал Достижений. По-настоящему Коллегия никогда не засыпала – всегда кто-нибудь чем-нибудь возился, но ночью все же утихала. Банри прокралась к своей комнате и отдернула занавесь. Кисина спала на шкуре возле кровати и даже не пошевелилась, когда она вошла и задернула за собой полог. Банри пошевелила саблезуба носком сапога, но та и ухом не повела. Банри вздохнула. Глупо было надеяться, что Нирия станет нянчиться с ее питомицей – похоже, она просто напоила животное сонным зельем и оставила дрыхнуть. Банри сняла верхнюю одежду, потом стянула капюшон с головы. Наверное, не стоит беспокоить архимага в такую рань, лучше немного подождать. Она скинула сапоги, растянулась на заправленной кровати и опустила руку, поглаживая крутой лоб Кисины кончиками пальцев. «Подремлю пару часиков», – подумала она и закрыла глаза.

***

Где-то наверху, прямо над ее комнатой, похоже, поселился мамонт. По крайней мере, топал там кто-то примерно так же. Банри, моргая спросонья, приподнялась на локте, посмотрела на все еще дремлющую Кисину и вспомнила, зачем ее отослали из Саартала. – Проклятье! Она слетела с постели и рванула к занавеске, но тут же вернулась – не босиком же через весь двор бежать. На этаже она чуть не столкнулась с Энтиром, который не торопясь шагал к выходу. – Который час? – выпалила Банри. – Скоро полдень. А ты что, только проснулась? Погоди-ка, ваша группа вроде занимается раскопками… – Ну… да. Меня Толфдир прислал обратно, я должна… кое-что сообщить архимагу. – Прямо самому архимагу? Ясно. Ну так иди, сообщай. – Ну а… ты знаешь, где он? Энтир пожал плечами. – Наверное, в своих апартаментах. Они над Арканеумом. – Я в курсе… – Банри робко взглянула на него. – Думаешь, мне можно туда зайти? – Да почему бы и нет? Энтир запахнул плащ и вышел на улицу. Банри заторопилась следом. Она обогнала волшебника и понеслась к Залу Стихий, протиснулась сквозь ворота и прыгнула на лестницу. За считанные минуты она забралась на первый уровень библиотеки и там уже слегка сбавила шаг. Поднявшись еще выше, Банри застыла перед тяжелой дверью. Некоторое время она маялась в темноте – на освещении лестничных площадок в Коллегии явно экономили. – Ну хватит, – проворчала она себе, – ты в Совнгард без стука входила, чего уж там… Она потянулась к дверной ручке, но передумала и для начала тихонько постучала. Никто не откликнулся. Банри постучала громче – с прежним результатом. – Ну и ладно!.. Она распахнула дверь и вошла. Сперва Банри заморгала. Здесь имелось окно, да не абы какое, а огромное, в отличие от крошечных бойниц Залов Достижений и Поддержки. Свет лился из него потоком. Собственно апартаменты архимага располагались слева, и не имели отдельного входа – Банри очутилась в большом круглом зале, занимавшем весь этаж башни. Здесь даже нашлось место для небольшого садика с разнообразной растительностью. Сам архимаг работал над чем-то в небольшой, но хорошо и дорого оснащенной алхимической лаборатории, и, кажется, был целиком поглощен своим занятием. Он даже головы не повернул, когда Банри приблизилась к нему на расстояние вытянутой руки и робко сказала: – Добрый день. Савос Арен, не отводя взгляда от мензурок, отозвался: – Добрый. Вряд ли ты сюда просто поздороваться пришла. – Верно. Я насчет Саартала. Арен брякнул колбы на столешницу и уставился на Банри. – Только не говори мне, что кого-то из учеников опять испепелили. У меня и так забот по горло. Даже, вон, пару зелий сварганить и то времени нет. – Нет-нет, у нас все целы. Были, когда я уходила вчера вечером. Просто мы… кое-что нашли в самых глубинах. – В каких глубинах? Я думал, там уж все что можно раскопали и ничего приличного не нашли. – Оказалось, что там был тайный ход в запечатанные залы. Я… э… случайно его обнаружила. Архимаг сдвинул всю свою алхимию в сторонку, вытер руки покрытой разноцветными пятнами тряпицей и встал. Он облачился в отороченную мехом накидку, которая до того висела на спинке стула и сощурился. Арен был не таким уж высоким, но Банри все равно приходилось задирать голову, чтобы смотреть ему в лицо. – Очень интересно, – проговорил он, прожигая студентку взглядом алых зенок. Банри подумалось, что она впервые видит начальство без капюшона, в котором тот всегда разгуливал. – Итак, что же вы там нашли? – Одного странного драугра и еще… какую-то сферу. Некий артефакт. Толфдир хочет, чтобы ты ее осмотрел. – Какую еще сферу… А… понятно. Ладно. Я полагаю, Толфдир даст более… точное объяснение. Идем. Арен двинулся к выходу, натягивая бессменный капюшон. – Спасибо за сообщение. Я подумаю, что тут можно сделать. Хотя, полагаю, мне и впрямь нужно пойти посмотреть. Толфдир, похоже, считает, что нашел что-то очень важное… – Откуда ты знаешь? – Он отправил ученицу с вестью в ночь, да еще одну-одинешеньку. Обычно он трясется над молодняком, как квочка над цыплятами. Очевидно же, что случилось что-то из ряда вон. Они спустились в Арканеум, и архимаг, в задумчивости подергав свою бороденку, проговорил: – Толфдир за вами присматривает, да? Ну, в смысле, ты в его группе? – Угу. – Хорошо. Поскольку он сейчас занят, а мне нужно будет отлучиться, чтоб посмотреть на находку, я думаю, ты могла бы попытаться что-нибудь выяснить. – Да, я как раз собиралась начать. – Правда? Как именно? – Я ведь сказала, что там, помимо этой странной сферы был еще странный драугр? Я… э… прихватила кое-что из его пожитков – с разрешения Толфдира. Оружие, по правде говоря. На нем есть какие-то надписи, я надеялась их прочесть, чтобы попробовать установить личность. Это могло бы приблизить нас к разгадке того, отчего он был запечатан вместе с этой штукой, и почему они были связаны. Арен покивал. – Неплохо. Если твои попытки увенчаются успехом – поговори с Урагом. А вообще – поговори с ним в любом случае, может, в его богатствах найдется что-нибудь, где описано нечто вроде твоей… сферы. И… ты молодец. – Он на мгновение сунул руку за спину, а когда вернул обратно, в его кулаке был зажат целый магический посох – а ведь Банри прекрасно видела, что никакой амуниции при нем только что не было. Таких фокусов она еще не видела и лишь усилием смогла заставить себя не разинуть рот, как дурень на ярмарке. – Вот, держи. Если еще соберешься полазить по нордским руинам, это может пригодиться.

***

Подарок Банри пристроила в углу своей комнаты, куда вернулась, чтобы заняться Кисиной. Та уже проснулась и осовело вертела башкой по сторонам, не в силах подняться. Банри накормила ее резаными кусочками козлятины и вывела прогуляться во двор. На свежем воздухе Кисина ободрилась и принялась скакать по галерее, взрывая снег, но лапы так и норовили подвести, и она то и дело ныряла носом в сугробы. – Вот сука, – посетовала Банри, присев перед бедняжкой на корточки, когда та в очередной раз свалилась. – Прости, что оставила тебя с ней, постараюсь больше так не делать. Кисина заурчала, когда ее стали гладить под подбородком, и блаженно закатила глаза. Банри увлеклась и когда кто-то рявкнул «Эй!», подскочила и уставилась на приближающегося Анкано. – Эй, ты, – повторил тот, подходя к ней. – У меня к тебе дело. Банри выпрямилась и ухватила Кисину за ошейник. – Добрый день, – подчеркнуто вежливо сказала она. – Какое дело? Анкано приподнял брови. – Ну добрый, добрый. – Он подошел к ней вплотную, почти нависнув и не обращая внимания на ворчащую Кисину. Чтобы посмотреть дылде в глаза, Банри пришлось почти запрокинуть голову, да так, что в шее что-то хрустнуло. – Банрион, верно? Ты недавно из Саартала, да? Мне стало известно, что вы там сделали некую… находку. Банри быстро соображала: она не обмолвилась о том, что Саартал смог удивить исследователей, никому, кроме самого Савоса Арена. Даже Энтир мог лишь догадываться, что что-то там произошло, только потому что Банри спрашивала его о встрече с главой Коллегии. Выходит, Анкано сказал сам архимаг, ну или этот гад подслушал, как тот беседует с кем-то на эту тему. – Да, – просто ответила она. – Архимаг уже знает. – Это мне уже известно. Так что именно… Так, забудь. Вряд ли ты сама понимаешь… Толфдир, как я понял, все еще на раскопках? Ладно, буду ждать полного отчета по его возвращении. Он собрался уйти, а Банри, совершенно не понимающая, что все это значит, раздраженно спросила: – Какое отношение наша находка имеет к тебе? Анкано обернулся и прищурился: – Давай посмотрим… В Саартале обнаружили что-то достаточно важное, чтобы Толфдир, который с учениками, как с писаной торбой носится, прислал с этой вестью нового члена Коллегии в одиночку, да еще и ночью. Причем путь пролегает, как я знаю, через заснеженные пустоши с троллями, ледяными привидениями и прочим зверьем. Отсюда следует вывод, что находка имеет отношение ко всем. Особенно ко мне. – Он улыбнулся. Наверное, самому Анкано эта улыбка казалась доброжелательной, но Банри с трудом подавила дрожь. – Спасибо за помощь. Можешь быть свободна.

***

Вечером в Коллегию вернулась оставшаяся группа Толфдира, правда, без самого Толфдира. Иллия сходу напустилась на Банри, которая выглянула из своей комнаты – поприветствовать одногруппников. – Какого хрена?! – зашипела она. – Мы думали, вы со стариком сгинули там, внутри! А когда пошли таки за вами следом, оказалось, что тебя с ним нет! – Ну да, он ведь меня отправил сюда, чтоб я архимагу рассказала о той… штукенции. – Ага, нам он тоже так сказал! Только вот мы тебя на обратном пути не встретили! – Там был потайной ход в преддверие этих развалин. Мы его не видели, когда спускались, но зато теперь в самый низ можно попасть куда быстрее. Так я обошла вас и слышала, как вы орали на беднягу Арнела. Иллия всплеснула руками: – Вот молодец! А ненадолго вернуться и успокоить нас тебе в голову не пришло?! Банри потупилась: – Пришло. Только я… э… Ты ведь видела там, в пещерке за артефактом, Стену Слов? В общем, мне надо было побыть в одиночестве какое-то время. Ты ведь знаешь… – Она легонько коснулась руки Иллии. – Прости. Мне и впрямь следовало вернуться. Иллия пару секунд хмуро рассматривала ее, а потом махнула рукой: – Ладно, шут с тобой. Давно пора привыкнуть к твоим выкрутасам, но ты порой меня в самое сердце поражаешь. – Она направилась к лестнице. – Я устала и хочу сполоснуться, увидимся за ужином.

***

Ужинали все пятеро молча, под аккомпанемент трепотни остальных студентов, вовсю обсуждавших находку в Саартале. Никто, кроме учеников Толфдира, сферу не видел, зато уже все о ней слышали. То и дело кто-нибудь подскакивал к их столу и начинал расспрашивать, но сказать горе-археологам было почти нечего. – Да отстаньте вы! – разозлился Онмунд. – Не знаем мы, что это за хреновина! Даже наш наставник не знает, он сам так сказал! – Как хоть она выглядит? – спросил какой-то парень из данмеров. – Как большой сияющий шар, парящий в воздухе без опоры и вращающийся вокруг своей оси, – описала Банри. – Весь покрыт какими-то глифами, они то светятся, то гаснут. – Что за глифы-то? – Понятия не имею. Я не специалист по письменности. – Банри заметила, что ее одногруппники смотрят на нее с укором. – Что? Все уже и так в курсе, и я не припомню, чтобы Толфдир приказывал мне держать все в тайне. Или вам он что-то другое сказал? Дж'зарго мотнул головой. – Он ничего не говорил. Но Дж'зарго считает, что нам не следует лишний раз обсуждать эту штуку с кем попало. Остальные закивали – даже Иллия. Банри закатила глаза. – Хорошо, хорошо. Подчинюсь мнению большинства. Больше никаких бесед с посторонними об этой фиговине. Кстати, Толфдир сказал вам, что они будут делать с этим шариком? – Для начала они хотят переместить его в Коллегию, – сказала Брелина. – Я сначала думала, что они нас заставят тащить эту штуку, но нет. Толфдир просто велел нам рассортировать и пометить уже найденные магические предметы, а потом отправил восвояси. – «Нас заставят», – хмыкнула Иллия. – Да они с этим лысым хреном Гейном ни разу не позволили нам к ней прикоснуться. Видимо, боялись, что мы что-нибудь сломаем своими корявыми ручонками. Я тебя уверяю, если они и сумеют доставить сферу в крепость, спрячут ее тут за семью печатями. Скажут, мол, это, конечно, трофей Коллегии, но смотреть могут только достойные. – А что, кто-то из вас захотел ее потрогать? – спросила Банри. – Лично у меня такого желания не возникло. В конце концов, это очень странная вещь, которая каким-то образом защищала драугра от стихийной магии любой силы. – Защищала ведь, а не что-то плохое делала, – заметил Дж'зарго. – Поэтому Дж'зарго считает, что трогать ее безопасно.

***

На следующий день первые студенты, явившись в Зал Стихий, узрели найденный артефакт воочию. Оказывается, ночью маги Коллегии доставили его в крепость и водрузили над главной энергетической точкой в башне. Теперь сфера, издававшая негромкое жужжание, крутилась над магическим колодцем посреди чертога. К позднему рассвету в Зал набилась почти сотня человек. Все они пялились на диво дивное, разинув рты. – Кажется, ты слишком плохо думала о наших наставниках, – сказала Брелина Иллии. – Ничего они не прячут. Вон, на всеобщее обозрение выставили. Впрочем, вскоре выяснилось, что кое какие ограничения есть – ученикам, да и вообще всем, строго настрого запретили воздействовать на сферу какой бы то ни было магией. Наказание обещало быть весьма суровым. Толфдир, выступавший перед собравшимися, веско произнес: – Ослушникам в лучшем случае придется попрощаться с Коллегией. Послышались редкие презрительные смешки, а Толфдир невозмутимо продолжил: – Повторюсь – в лучшем случае. В худшем… – Он внимательно посмотрел на кого-то в толпе. – Что же, ваше право. Но Коллегия в свою очередь оставляет за собой право преследовать нарушителя хоть до границ Обливиона. Я уж молчу о том, что весьма глупо вызывать на себя гнев лично архимага и всех старших волшебников. На сей раз никто не засмеялся. Толфдир удовлетворенно кивнул и закончил: – А теперь – прошу всех разойтись. Да, еще: боюсь, теперь в силу обстоятельств практические занятия в Зале Стихий проводиться не будут. Используйте для тренировок внутренний двор Коллегии и ее стены.

***

С появлением артефакта учебный процесс дал сбой. Все головы в Коллегии были заняты в основном им. Учеников почти бросили на произвол судьбы, но всякий уже нашел себе занятие. Банри, например, при помощи разных веществ пыталась очистить клейма на топоре и посохе, чтобы прочесть написанное, а в перерывах искала Нирию, чтобы сказать ей пару ласковых, но та словно сквозь землю провалилась. Странно, особенно если учесть, что жила та в Зале Достижений. В поисках противной эльфийки Банри забрела в Зал Поддержки, но башня была почти пуста – только Фаральда пила чай в преподавательской столовой. – Анкано тут тебя искал, – проговорила она, завидев Банри. – Нашел? – Если искал позавчера, то да. И чего ему искать-то? Мы же живем на одном этаже. Фаральда мрачно кивнула. Банри подумала и сказала: – Если честно, я так и не поняла, зачем он подходил. Спросил про Саартал, вернее, про то, что мы там обнаружили, начал выпытывать подробности, но сам себя оборвал и ушел. Может, конечно, засомневался в моей компетентности, не без причины, само собой, но зачем вообще было меня искать тогда? – Точно не знаю. – Фаральда отпила из кружки и неохотно призналась: – Он так-то и раньше о тебе спрашивал, и не только у меня. – Ты ему сказала? Ну, что я… – Конечно нет. – Фаральда раздраженно брякнула посудину на стол. – Это я к чему: если в будущем он опять подойдет с расспросами, не важно о чем, просто… ну… в общем, подумай хорошенько о том, что ему говорить, хорошо? – Я всегда так и делаю. Причем с любым собеседником. – Молодец. – Фаральда вздохнула. – Между нами говоря, о нем ходят разные слухи. К примеру, что его роль «советника» – это просто маскировка, а на самом деле он шпионит на талморцев и передает им информацию. Банри вытаращила глаза. – Слухи?! Разве это не факт?! – Ну что ты, как можно, – с самым серьезным видом возразила Фаральда. – Просто молодой и талантливый ученый с Самм… извиняюсь, из Алинора, по совместительству являющийся членом благородной организации, явился сюда через весь материк, чтобы предложить свои услуги в качестве советника архимага по внешней политике, а заодно и расширить свой кругозор. Банри закивала. – Ага, понятненько. Только… Проклятье, Фаральда, он ведь их униформу носит… – Ну разумеется. Он ведь и не скрывает, что имеет членство в Талморе, словом, он не какой-то там… простолюдин. – Ясно. Я понимаю, правда. Не волнуйся, я буду осторожна. – Очень хорошо. И еще… – Фаральда понизила голос почти до шепота. – Я хотела поговорить о твоей… главной особенности. Банри присела на скамью рядом с ней. – Я поняла, что ты не только Анкано не просветила насчет нее. – Верно. Ты в тот раз не осталась у нас, вот я и решила… – …Придержать информацию для себя? Фаральда спокойно выдержала взгляд и произнесла: – В некотором роде. А сейчас, когда Анкано здесь и наводит справки, я рада, что не стала откровенничать с коллегами, у многих из которых… ну, скажем так, вода в заднице не держится. Я начала этот разговор, чтобы попросить тебя по возможности не пользоваться этими своими силами. Поскольку никто здесь пока не болтает о Драконорожденных, полагаю, у тебя получается. – Я даже от Толфдира это скрываю, – сказала Банри. – Знает только Иллия. – Твоя подруга–криомант? Что ж, ладно. Видимо, и она умеет держать язык за зубами. Пусть так и остается как можно дольше.

***

Нирия продолжала где-то прятаться, и Банри решила пока отступиться. Она прихватила бумажки со своими набросками и отправилась в Арканеум – все равно архимаг велел ей проконсультироваться по вопросам о находке у Урага. – Толфдир таки сделал открытие в своем Саартале, – объявил тот вместо приветствия, когда завидел Банри в своих владениях. – Даже я не верил, что там есть что-то стоящее, ан нет, стоило тебе появиться на раскопках, так сразу обнаружилось нечто таинственное. – С чего ты взял, что я как-то к этому причастна? – Ну, новости тут быстро расходятся. Все знают, что это ты с ним была, когда он набрел на эту вещь в самой глубине руин. Банри облокотилась о стойку. – Кстати об этом. Архимаг еще позавчера велел мне узнать, нет ли у тебя какой литературы, что может пролить свет на нашу находку. Ураг глянул на нее исподлобья, как будто у него разом испортилось настроение. – Я знаю, что тебе нужно, но можешь даже не спрашивать. Нет, у меня ничего для тебя нет. По крайней мере, уже нет. – Как это?.. – Да как-как… Говорю же – нет! Один сопляк украл несколько моих книг и сбежал к этим… Призывателям в их логово. – Подожди, подожди… – Банри замахала руками. – Кто украл, и к кому сбежал? Ураг закатил глаза. – Один из учеников Коллегии, Орторн, стакнулся с одной группой магов, втерся к ним в доверие, вроде даже понравился их главной. Кстати, волшебник из него не ахти, даром что альтмер. Ну, в общем, когда эти ушли, по весне еще, он убежал за ними. Спер у нас материалы и книги, видимо, чтоб выставить себя в лучшем свете. – Как воровство может выставить в лучшем свете? – У некоторых весьма гибкая мораль, понимаешь ли. И вообще – Орторн ведь не «Биографию Барензии» утащил, а весьма редкие тома. Вполне сгодятся в качестве эдакой мзды за вступление в ковен. – Ты так и не сказал что это за Призыватели такие, и что они делали в Коллегии. – Да обычные колдуны, ну, в смысле, занимаются в основном Колдовством. А Коллегия, если ты до сих пор не поняла, частенько предоставляет всем желающим свободную площадку для научных изысканий. Это вписано в устав, если что. Банри потерла подбородок. – М-да. Кажется, я только сейчас поняла, что тут не все студенты. Кое-кого я ни разу не видела на занятиях… – Ну хоть сама догадалась, – хмыкнул Ураг. – В общем, как итог: извини, но на сей раз у меня пусто. Он отвернулся, чтобы углубиться в темноту между полками, а Банри возмутилась: – Погоди! И ты просто оставишь все как есть?! Должно же кому-то быть дело до того, что ученик обокрал Коллегию! – Ох, ну не настолько, чтобы кто-нибудь этим занялся. Архимаг Арен обычно пускает такие дела на самотек. Банри обомлела. – Ну просто охренеть! То есть любой может стибрить что угодно из крепости и удрать, и никто и ухом не поведет?! Отлично! Ураг развел руками. – Выходит, так. Еще что-нибудь нужно? – Нужно. – Банри достала свои наработки. – Вот, посмотри. Я пыталась разобрать письмена на оружии покойника, который был запечатан вместе с этой знаменитой сферой. В результате я не уверена, но, может, увидишь что-то знакомое. Ураг, забрав записи, устроился в кресле и приступил к изучению. Банри, тем временем, вещала: – Клеймо на топоре хорошо сохранилось, но его я не стала изучать – клейма вроде оружейники ставят. Если этот сушеный парень не сам себе ковал, то имя на оружии мне без надобности. А вот посох… Древко из зачарованного дерева, все в резьбе, думала, не найду ничего, но нет. У самого навершия кто-то что-то написал, причем, на тамриэлике, хоть и очень старом – буквы еле разобрала. – …ик Голдур… – озвучил Ураг. – Что-то маловато… Надпись не целиком уцелела, что ли? Банри кашлянула. – Ну, тут… Я просто восстановила только середину пока. Энтир подсказал состав, которым можно вернуть дереву почти первозданный вид, и я сделала, но немного – на пробу. Состав действует, но готовить надо не один час, вот я и подумала, что эти фрагменты, возможно, что-нибудь тебе скажут. Если нет, я продолжу работу… Ураг рассеянно пялился в пустоту. – Голдур, Голдур… Погоди-ка, действительно знакомо… – Он вскочил и бросил бумагу на стойку. – Жди здесь. Банри терпеливо топталась возле стойки, кивая всем знакомым и незнакомым, что заходили в библиотеку. В основном все тихо разбредались по местам, и принимались за работу или чтение, но это только до тех пор, пока в Арканеум не влетела взбешенная Колетта Маренс. Размахивая каким-то клочком бумаги, она накинулась на парочку только что вошедших студентов: – Это что еще такое?! Совсем страх потеряли?! – Это не мы, – брякнул один из парней и получил тычок в бок от приятеля. – Не ври! Вы последние проходили мимо моего стола, до вас этой дряни не было! Студенты вдруг оба разом исчезли из виду, а до слуха Банри донеслись торопливые шаги. Лицо Колетты стало похоже на перезрелый помидор. – Эти проклятые выкормыши Древиса! – прошипела она, испепеляя бумажку. Стряхнув на пол пепел, она уставилась на Банри и воодушевилась: – Вот! Хоть один единомышленник! Ты ведь тоже считаешь, что Восстановление – полноценная школа магии, достойная изучения, верно?! Верно?!! – Да, конечно, только, может, не стоит тут так громко? Ураг ведь… – Отлично. – Колетта, будто не услышав лепет, тяжело вздохнула и уже куда тише сказала: – Не то что бы мне требовалось какое-то подтверждение, конечно, просто некоторые – не буду называть имен – считают по-другому. – Я знаю. Когда я пришла поступать, надо мной едва не начали смеяться. Колетта печально кивнула: – Когда твои коллеги считают тебя шарлатаном – это серьезно усложняет жизнь. – Они это в лицо говорят?! – Что? Нет, нет. Открыто-то ничего не происходит, конечно. Но я знаю, что за моей спиной ведутся разговоры! Когда я вхожу в комнату, все замолкают! Мне отлично известно, что происходит, и я не могу этого так оставить! Хуже всего, что за старшими повторяют младшие, вот как эти двое! – Что тут за шум? – сурово вопросил Ураг, вынырнувший из мрака. – Колетта, опять ты всех вокруг подозреваешь в неуважении? – Я не подозреваю, а знаю точно! – Ой, да уймись ты! И вообще, в Арканеуме нельзя кричать, забыла? Хочешь драть глотку, иди, вон, в Зал Стихий. Колетта одарила его свирепым взглядом и удалилась. Подождав, когда дверь за ней захлопнется, гро-Шуб вручил Банри книгу, которую принес из хранилища. – Вот. Вспомнил я, где видел про этого Голдура. Ознакомься. Банри приняла том. – Толстая. Тут прямо вся книга о нем? – Нет. О нем – третья глава. – Ураг увидел приближающуюся стайку учеников со списками в руках и проговорил: – Ох. Вот и отдохнули… Иди давай, кажется, я до ночи буду между полок носиться.