У колодца по утру.

В некотором царстве, в некотором государстве жила да была Василиса Ивановна. И пошла Василиса к колодцу воды напиться, да для самовара набрать. А на встречу к ней вышел чужеземец черноглазый, кожа бледная, а власы чëрные, как ночь. И сказал он: – Не тяжело ли тебе девица ведро с водой тоскать? Взглянула него Василиса глазами зелëными, к травка в дивном поле, где пасутся коровки деревни Ивановки. В глазах молодца чëрных холод, улыбка хитрая, как у лисицы, да руки чистые, трудов не видевшие. Бледна кожа света невидавшая, да волосы чëрные, как смоль. Конь белый, гордый, одежды богатые. Никак князь чужеземный. – Не тяжело, княже. Мы, на Руси, девицы многое видели, многое знаем. На нас очаг семейный держится, мы и не такие тяготы пережить можем. А воду таскать – дело обычное. Улыбнулся князь чужезмный нежно. Позабавил его ответ Василисы. Протянул он пальцы свои тонкие и холодные к маленькой личинку девицы, нежно волосы за ушко кудрявые убрал. – Как звать-то тебя, девица. – Василиса Ивановна я, уже, как годов девятнадцатый. – Позволишь ли ты мне напиться воды из кольца, Василиса Ивановна? Улыбнулась красна девица и черпнула воды из колодца князю. Слез с коня иноземцец, да убрал волосы чëрные руками тонкими с перстнем золотыми. Принял он дар Василисы да поднëс к губам чашу, тихо отпивая. – Коса, вижу, одна, да без лент у тебя, Василиса Ивановна. От чего же не замужем ты? – Не хотят меня за муж барать. В деревне говорят, что ведьма я. Да говорят не в шутку. – Ведьма? Небось и меня очаровала магией своей, ты Василисонька. Покраснела красна девица. А князь еë к колодцу прижал да в объятия заключил девицу испуганную свою. – Не боись, девица красна. Я тебя не обижу. У тебя сердечко доброе, а глазки светные. Ты девица хорошая. Давно наблюдаю за тобой я. В жëны я тебя взять, но лишь по доброй воле. Завтра ярмарка в деревне будет, приходи золотце моë, погуляем. – Не могу я, княже... – От чего же? – Скоро очень, день урожая. Кощей сюда приедет, злой чародей, невест себе выбирать. Я чиста и нелюбима быть должна, чтобы он в жëны меня взял. – Хочешь невестой Кощея стать? – Не хочу, да родители мои хотят. Мою сестру Алëнку защитить хотят, да девиц в деревне живущих. Меня не жалко им, ведь ведьмой меня считают все. – Некручинься, золотце моë, не ведьма ты, Василисонька. И я тебя в обиду не дам. Коснулся о князь губами бледными лба девицы да отпустил, красавицу свою. – Ступай домой, завтра здесь свидимся. А за Кощея не бойся. Он деревню твою не тронет. Это я тебе обещаю. Василиса аккуратно взяла ведра и пошла в домой, а княже взял коня, да пошëл рядомс ним по тропе в лес. Остановился он, услышав хрип тихий-тихий. Ворон на земле лежал с подбитым крылом. Взял княже ворона в руки, погладил ласково. Ворон встрепенулся и крульями взмахнул, а раны уже и нет никакой. – Я тебе помог, милый друг, помоги ты и мне. И сказал тихий ворон: – Как прикажете, Кощей, тëмный князь...