«Горечь памяти и молчания»

Кажется, имя забыто в ветре и злате песка, Но знаки не стёрты навечно, значит душа та жива. Сетос напевом читает, шепчет молитвы тихо — Имя ему знакомо, но миром ведь позабыто, И скверну в себе содержит множество долгих лет. Могла ли богиня леса встретить новый рассвет? Но ответ превратился в тайну, и солнцем стала луна. Сетос чувствует горечь, славя богиню сна: Кусанали — совсем не она и Буэр никогда не была. Сетос прячет таблички-скрижали и закапывает в песок. Звёзды путь людской начертали, и конец всех живых недалёк, А поэтому можно смеётся и хранить много тайн у сердца — Ветви древа сплетутся в агонии-танце, а потом, после смерти, всем станет легче.