Ночь пройдет - нацелуемся еще. (Римус Люпин и Т/И)

- Полнолуние скоро. - Т/И задвигает шторку на окне обратно и поворачивается в комнату. На губах у нее блуждает странная улыбка, глаза загадочно полуприкрыты. Кажется, что она пытается разрядить обстановку шутливой интонацией и расслабленным настроением, но у самой в душе - тревога и страх. Сзади нее стоит Римус. Он грустно и как-то - виновато, что ли... Смотрит на свою девушку. - Лунатик, душа моя, ну чего приуныл-то? - она, пытающаяся было приободрить и себя, и его, теперь тоже взгрустнула. Мужчина молча привлекает ее к себе нежным движением. Положив руки ей на бедра и прижав саму Т/И к груди, Люпин сначала ласково и легонько целует ее в лоб, затем в нос, потом перемещается на шею. Два-три поцелуя - и вот он уже легонько касается губами ее ключиц - девушка одета в рубашку со слегка приоткрытым верхом. Целует аккуратно, тихонько, и очень нежно, будто каждый поцелуй - отдельное произведение искусства. Т/И поглаживает лицо и волосы мужчины и с удовольствием принимает все его ласки, пусть и с небольшим смущением: - Ну что ты, чего ты? Будто последний раз видимся... Ночь пройдет... - здесь она немного запинается, нервно проглатывая обрывок фразы: - Нацелуемся еще. Она очень переживает за него. Скоро облака разойдутся, и Римус уйдет в лес, где под влиянием прямого лунного света превратится в оборотня. Было бы у них особое зелье... Состояние Люпина можно было бы облегчить - он бы просто перевоплотился в спящего волка до восхода солнца, не причинив себе или кому-то еще вреда. Однако ингредиенты для него были очень дорогими, а процесс изготовления - трудным. По финансам пара его приготовить сейчас позволить себе не могла, так что... - Я попрошу Сириуса, чтобы он последил за тобой. - шепнула Т/И, покрепче обнимая прижавшегося к ней Римуса. - Не кусай себя, пожалуйста. И постарайся ни на кого не нападать. Вернись домой целым и здоровым, счастье мое. Оборотни, будучи не в силах сдерживать приступы ярости, могут начать рвать самих же себя. Девушка это хорошо знала, и больше всего переживала именно из-за этого. Утро после "ночи оборотня", как правило, всегда проходило одинаково - ее мужчина возвращался домой очень уставший, абсолютно расстроенный, весь в царапинах и ссадинах. Т/И провожала его на маленькую кухню, зеленые растения и пол которой были исчерчены утренними лучами солнца. Она усаживала его на стул, а сама садилась напротив, промывая все ранки целебными отварами, делая повязки и занимая его лаковыми разговорами, дабы отвлечь Римуса от переживаний. Он очень стыдился своей болезни, и, когда Т/И наконец-то о ней узнала спустя пару месяцев от начала их романа, уже был готов к расставанию, оскорблениям, пощечинам и вечному одиночеству. Уже не надеялся ни на что. Такова его судьба - ему остается лишь принять ее... - О чем задумался? Давай, иди с миром. С Бродягой вы где встречаетесь? - прерывает поток грустных мыслей девушка, напоследок еще раз крепко поцеловав Люпина в щеку. Сириус сопровождал Римуса в такие ночи, перевоплощаясь в собаку - ведь оборотни опасны только для людей. - Сейчас пойду, милая. Увидимся утром! Постарайся уснуть и ни о чем не переживай. Люблю тебя очень. - встрепенулся мужчина, прощаясь со своей возлюбленной. И в который раз изумляясь - как же она изумительна. Узнала о его недуге - и не оттолкнула. Только приняла, поняла, пытаясь помочь и выкарабкаться ему самому. Старается относиться ко всему легко - шутит, не показывает страха, пытается его успокоить, хотя переживает сама... Повстречав эту удивительную девушку, которая с каждым днем твердила ему - он не страшный, он не урод общества, он чудесный человек, он прекрасен, все будет хорошо... Римус начинал верить: И он тоже заслуживает любви и близкого человека. И дышать становилось легче.