Часть 2

Сказать честно Енот не любил кофе так, как хороший черный чай (который в этом мире было достать сложнее, чем карманного биджу), но любовь или не любовь вообще не играли роли в плане кофе. Кофе пили все. АНБУ, медики, Intel, администрация Хокаге — иногда казалось, что только он поддерживал жизнь в замученных работой людях. Кофе и чувстве вредности — характерная черта всех шиноби без исключения. Особенности вида, что поделать, эволюция она такая. Подводя итог, кофе в мире шиноби и АНБУ в частности был причислен к святым реликвиям и в пирамиде приоритетов стоял почти сразу после пункта «не сдохнуть». Енот был готов святотатствовать и не сожалел об этом вообще. Ему все равно прямая дорога в Ад, как и всем шиноби поголовно — в их личный, раз уж с христианством тут туго — так что он прощает себе этот грех. Чтобы профессионально согрешить, а на меньшее он был принципиально не согласен, Еноту пришлось отрыть в себе внутреннего Мориарти и запастись терпением. Он три недели наблюдал за Тайчо, его привычками и распорядком, попутно послушно пытаясь уползти с тренировок на своих двух и все больше укреплясь в мысли, что Тайчо — это его личная карма за что-то. За что-то конкретно, кто б ещё рассказал. АНБУ Пес имел удивительно стабильное расписание (вне миссий) для такого психа. Стояние у Мемориала в качестве траурной статуи — тренировки в одиночку и с командой — важные капитанские дела — тренировки — мемориал. Порядок пунктов иногда менялся (те же миссии, появляющиеся с внезапностью и скоростью прыщей у подростков) ещё между ними как-то влезали нерегулярные приемы пищи, график патрулей и Майто Гай, но все равно, стабильность радовала. Да ебнутая, но стабильность же. И да, Тайчо тоже пил кофе, особенно после заполнения документов и ночных бдений на кладбище. Это его обрекло.

***

Для протокола, Енот был в гостинной, комнате отдыха — называйте как хотите — отдыхал, что логично, никого не трогал, краем уха слушал негромкое шушуканье других оперативников и совершенно точно не был в засаде. Он просто мирно собирался выпить кофе, когда к кофейному уголку подошла невысокая фигура его жертвы уважаемого тайчо. Кофейный уголок — одно из святилищ всея штаба, представляло из себя стол, прикрепленный к стене, с раковиной и вместителными шкафами под ним. На столе гордо стояли пять кофейников, больше напоминавшие небольшие бочки, расписанные таким количеством печатей, что стояли целое состояние небольшого клана и имели все шансы пережить апокалипсис, сохранив при этом в себе всегда горячий кофе. Не будь их и весь АНБУ бы вымер… Ну или устроил восстание с массовым геноцидом на почве недосыпа. Итак, Енот спокойно налил себе кофе, черный, как нефть и души политиков — другого здесь не водилось — и уступил место тайчо. Тот вид имел стандартно бесячий просто своим существованием и печально недобитый, маска Пса висела на бедре, сейчас не скрывая за собой заебанного жизнью взгляда. Енот приветливо кивнул и поднес кружку к губам. Чужая рука потянулась вперед. Енот начал отсчет. Один. Пальцы тайчо без малейшего колебания сжались на ручке ближайшего к нему кофейника. Почти пустого, того, который взял до этого Енот. Какое совпадение. Два. Налил кофе. Весь оставшийся. Три. Приблизил кружку к лицу, скрытому тканевой маской. Енот отвел взгляд — не в его привычках было настолько лезть в личное. У всех свои маски и не Еноту их обличать. (Ему наверное почудилось, как облегченно слегка опустились плечи его тайчо) Четыре. Глоток. Секунда тишины прежде чем Еноту пришлось увернуться, чтобы не попасть под фонтан брызг. Голоса в гостиной мгновенно смолкли, Енот спиной чувствовал, что все внимание в комнате приковано к ним. Пес, мгновенно оказавшийся у раковины, остервенело полоскал рот, судя по звукам, прежде чем повернуться к Еноту. Черная ткань намокла, перекосилась, натянутая в спешке, и за ней Еноту почудилась оскаленная пасть. Енот удивленно поднял брови и сделал ещё один глоток из собственной кружки. — Тайчо, кофе слишком горький? Не переживайте, говорят к этому привыкают с возрастом Если бы взглядом можно было убить Енот уже мог бы косплеить пазлы. Ах да, в этом мире взглядом реально можно было убить. Чертов шаринган. Но не важно, да восславься сила дружбы, Воля Огня и лояльность к своим, прививаемая с пеленок, аминь. Енот торжественно отсалютовал рычащему тайчо и под его неверящим взглядом невозмутимо допил, довольно облизал губы, собирая с них остатки. Шах и мат. Он вышел из комнаты, лопатками чувствую прожигающий его взгляд и кучу чужого любопытства. Внутри воцарилось сытое удовлетворение местью, к которой он совершенно точно не имел ни малейшего отношения. Жизнь была прекрасна, даже несмотря на Мертвое море поселившееся у него на языке. И пусть прямо сейчас он мечтал немного сдохнуть, а лучше прополоскать рот кислотой, жизнь все равно была прекрасна. И полна сюрпризов и чудес. Недоказуемых.