Первое Шевеление

Возлюбленные спали. Они устали за сегодняшний день, проведённый в очередном ожидании своего маленького чуда. Аластор обнимал возлюбленную за талию и ладонью касался её животика, а Чарли жалась к нему и мило улыбалась во сне… … Неожиданно девушка почувствовала резкое движение внутри себя. Она вздрогнула, перестав улыбаться, но движения в ней лишь участились и стали увереннее. Шарлотта проснулась. Она присела, сонно потирая глаза. Любимый ещё спал. Чарли взглянула на свой живот. В него упирались крохотные кулачки. Девушка сразу поняла: их ребёнок начал двигаться. Это были первые движения их крохи (или крошки). Шарлотта ярко заулыбалась, наспех разбудив возлюбленного. Аластор взволнованно спросил, в чём дело, но как только любимая взяла его ладонь и прижала к своему животику, демон понял: их счастье стало активно толкаться. Аластор столь же радостно улыбнулся этому и, ласково водя ладонями по животу любимой, пролепетал, как же это прелестно и как же он счастлив. Чарли бережно прижала его ладонь. Наклонившись, радио-демон сладко поцеловал её животик и прошептал их ребёнку задорное: «Здравствуй, милое солнышко! Я твой папа!». Шарлотта лучезарно улыбалась этому и мягко поглаживала взлохмаченные сном волосы любимого. Аластор, подняв игривый взгляд на любимую, принялся тепло и блаженно расцеловывать её округлый животик, оставляя на нём сладостные прикосновения своих губ — и Чарли так-так приятно от этого, что она прикрывает глаза. А маленькое существо под сердцем принцессы и вправду стало общаться с родителями своими забавными движениями и толчками. Аластор нежно задерживал ладонь на животе девушки, и тогда ребёнок так же весело упирался своими крохотными ручками или ножками прямо в руку папы; Аластор очаровательно водил по её животику — и плод их любви тоже начинал игриво пинаться под сердцем Шарлотты, следуя своими толчками за движениями руки папы — отец и дитя так общались. Для будущей мамы это было величайшей прелестью из всех! Аластор ещё наслаждался игрой со своим ребёнком в эти столь милые, первые шевеления, продолжал целовать её животик, когда Чарли, на эмоциях радости, громко сообщила, что они уже могут узнать, кто же у них будет — малыш или малышка. Радио-демон встрепенулся от этого, а затем широко улыбнулся — ему, не меньше, чем любимой, было любопытно, кого же, столь очаровательного и крохотного, он создал — сына или дочь. Зная энтузиазм возлюбленной, Аластор медленно поднялся и, пристально заглянув в её глаза, прижался своим носиком к её и сказал, что как можно скорее они узнают пол их будущего, маленького счастья. Шарлотта на счастье вскрикнула, крепко обняла любимого за шею и глубоко поцеловала его в губы. Радио-демон поймал этот поцелуй, прошептал слова своей любви к ней и их ребёнку, но напомнил, что сейчас ещё всё-таки ночь и ей, как будущей маме, следует поспать. Девушка прилегла обратно, не уходя из его объятий, а другой ладонью так и прижимала руку возлюбленного к своему животу. Аластор, легко смеясь, говорит, что ему самому в радость разговаривать с их чудом посредством энергичных движений, чувствовать и дарить эту нежность их ребёнку — и вновь ласково проводит рукой по её животику. Чарли с улыбкой засыпает. Аластор ещё пару мгновений гладит животик любимой, согревает своим теплом и, приятно целуя его, говорит их ребёнку: «Мама с папой очень ждут тебя, солнышко! Приходи поскорее!». Под прикосновениями и поцелуями папы маленькая жизнь начинает пинаться спокойно и размеренно, и Аластор, так и держа ладонь на животе возлюбленной, засыпает.