Откровенное влечение

Нова заваривает кофе и садится за стол, раздумывая над последней загадкой, но ничего не приходит в голову. Шифр оказывается намного запутаннее, а выбранные способы решения - бесполезными. Хотя другие пытались переубедить её, она продолжала и продолжала усердно пытаться дальше. Хорхе молчит, делая уборку в шкафчике. Его попытки отвлечь ловчую были тщетными, но он продолжал поддерживать её по-своему. Половицы скрипят, и в гостиную входит Шен. Нова смотрит на него пару секунд, скользит взглядом сверху вниз и обратно, и возвращает своё внимание книге. Чернокнижник молча обходит стол, но прежде, чем он заходит на кухню, едва касается плеча ловчей дразнящим движением, вынуждая её выпрямиться, и мгновенно убирает ладонь, едва не пойманный травником: — Ты сегодня поздно, плохо спалось? — спрашивает Хорхе заботливо, стряхивая остатки специй в небольшой пакет. — Не мог заснуть, — отвечает мужчина, заливая кипяток в чашу, — потом получилось. — Я могу приготовить тебе ромашковый отвар. — Зачем? — Шен оперся на столешницу. — Чтобы тебе было легче заснуть? Мужчина кивнул медленно, задумавшись над чем-то, а потом едва заметно улыбнулся: — Не нужно, — ответил Шен, — у меня уже есть средство. Хорхе сомневался в том, действительно ли видел его улыбку из-за лёгкого пара над чашей. Он внимательнее смотрит на чернокнижника, пытаясь связать его взгляд и свои смутные сомнения, зацепиться за нить, которая тут же обрывается - Нова захлопывает книгу, оборачиваясь к ним. — Не могу сосредоточиться, — замечает она, — ты мешаешь. — Я потревожил тебя? — спрашивает Шен, пряча свободную ладонь в карман, щурится, приподняв подбородок. Хорхе прикидывает несколько вариантов, как бы отвлечь кого-то из них. Это утро он хотел провести спокойно, да и Нове не стоило испытывать лишний стресс. Она явно не высыпалась в последние дни, вкладывая всю себя в поиски. — Тайм-аут, — он встаёт между ними, хотя это не помогает разорвать их зрительный контакт, — давайте вы не будете спорить, и спокойно разойдёмся. Я думал, вы уже решили все свои «конфликты» и даже… — ловчая метнула в него взгляд, который Хорхе физически ощутил, — стали друзьями? — Некоторые вещи не меняются, — Нова поднялась из-за стола и ушла свою комнату. Шен внимательно посмотрел на Хорхе, привычно хмурясь. — Что? — Ты что-то скрываешь, — отвечает чернокнижник, складывая руки на груди. — Нет? С чего ты взял? — Хорхе попытался улыбнуться, но как назло из-за волнения банка из-под специй выпала из рук, — О нет, как я мог? Придётся провести незапланированную уборку, — травник обошёл сильно пахнущую горку и подтолкнул в сторону коридора Шена, — Тебе придётся уйти, чтобы я случайно не испачкал твоё пальто. — Я узнаю, что ты скрываешь. — Я буду только рад знать, что ты мной интересуешься, друг. Чернокнижник прищурился, но не стал отпираться и, выпрямившись, ушёл. Хорхе протер лоб ладонью, выдыхая: — Пронесло, — и оглядел кухню, — но убраться придется. Заметив, что Хорхе скрылся на кухне, Шен быстро проскочил в комнату ловчей, наскоро и бесшумно закрывая за собой дверь. — Он не заметил? — Нет, но начинает подозревать, — Шен едва успевает обернуться, как Нова подходит вплотную к нему. Щурится, склонив голову вбок: — У тебя «уже есть средство», чтобы заснуть? — Тот фильм был интересным. — Ты заснул на середине, — почти с укором добавляет Нова, и одновременно с Шеном переводит взгляд на губы. Чернокнижник притягивает её за талию к себе и целует первым, отчего девушка смеётся и отвечает, прижимаясь к нему. Ведёт пальцами по плечам, сжимая воротник пальто, и тянет на себя, чтобы быть ближе. В комнате становится жарче. Нова проводит языком по его нижней губе, слегка прикусывает верхнюю. И Шен чувствует, как её холодная ладонь опускается ниже: обводит рисунок на груди, пересчитывает ребра, скользит ниже, цепляя край брюк. Он слышит звяканье ремня, которое заставляет его прервать поцелуй. — Что, по-твоему, ты делаешь? — спрашивает он хрипло, крепко удерживая её за запястье. — А на что это похоже? — Нова. — Шен, — передразнивает девушка, хмурясь, — ты не единственный, кто должен брать на себя инициативу. Он смотрит на неё тяжелым взглядом, который даже не действует, вздыхает и, пятясь, идёт к кровати, утягивая за собой девушку. После того, как они впервые сделали друг другу приятно, было очевидно, что подобное будет повторяться. Но он не ожидал, что с такой частотой. Шену казалось, что Нова постоянно спешила, словно шла впереди в их же отношениях и оставляла его позади. — Ты не обязана этого делать. — Но я хочу. Почему ты можешь… — она обвела себя ладонью сверху вниз, намекая, — а я не могу? — Потому что я старше, — отвечает с улыбкой Шен, поглаживая её запястье, — вот и всё. — А если тебе понравится, — настаивает Нова, садясь перед ним на колени, смотрит снизу вверх, сжимая его бедра. Он сжимает челюсти, тяжело сглатывая. Не вовремя вспоминает тот сон, который подкрепляет возникшее возбуждение, — Шен, — ласково зовёт Нова, — позволь мне сделать что-то по-своему. — В обычное же время запрещаю, — мужчина закатывает глаза, — и ты слушаешься и делаешь по-моему. Нова вместо ответа тянет бегунок застежки вниз. Чернокнижник наклоняется к ней, смотрит в глаза, и девушка, воспользовавшись возможностью, целует быстро в губы: — Мне неловко, но я хочу попробовать. Один раз, Шен. — Ладно, — в конце концов соглашается он, — делай, как знаешь, но я предупреждал. Шен старается говорить ровно, немного грубо, но то, как тяжело он сглатывает и сжимает край одеяла, его выдают. Слегка вздрагивает, ощутив поцелуй на животе, лёгкий и нежный, и за ним множество других, более уверенных и настойчивых. И последний, во время которого Нова глубоко вздыхает, ощущая запах улуна и порошка, мяты…? Кажется, он принимал душ прежде чем зайти к ней. Готовился ли он? Одна мысль о том, что он хотел с ней уединиться, заставляет её краснеть. Многие вещи были всё ещё непривычными и смущающими, но вызывали столько эмоций, от которых появлялись неконтролируемая улыбка и желание смеяться. Шен касается её подбородка, мягко приподнимает, вынуждая посмотреть на него. И Нова смотрит, теряется в чужих серых глазах. Ему нравится происходящее, даже если он не хочет признавать, его ведёт от её простых поцелуев. Разве могла она отказаться от такой возможности сделать ему приятно? Это подталкивает её действовать, и Нова оттягивает резинку боксеров, высвобождая твёрдый, напряжённый член с блестящей головкой, обхватывает теплой ладонью у основания и медленно ведёт по всей длине. Она не питала каких-то надежд, но будь они у неё, ожидания бы определённо оправдались. — Сомневаешься? — спрашивает Шен шёпотом, поглаживая щеку. — Боюсь, что не влезет, — честно признаётся Нова и слышит его хриплый смех, от которого становится тепло, и жарко, и трепетно, от которого бабочки в животе бушуют и тяжелеет воздух. — Прости, не хотел огорчать. — Я не огорчена, просто…не ожидала, — девушка почти умоляюще смотрит на него, — можешь…не смотреть? Мне неловко. Он хмыкает, но послушно закрывает глаза, слышит шуршание - Нова садится ближе - и ждет. Пару секунд ничего не происходит, но затем Шен чувствует горячее дыхание на своей коже, от которого по всему телу проходит приятная волна дрожи. Нова мажет кончиком языка по головке, медленно и неспеша, обводит по кругу, оценивая его реакцию. От простого движения Шен напрягается, блаженно выдыхая. Страх отступает, и Нова обхватывает головку губами, берёт почти наполовину. Насаживается неуклюже, привстав на коленях, наклоняя голову. Смазка, смешанная со слюной, стекает вниз, и водить рукой становится легче. Шен тихо стонет, придвигаясь ближе, сжимает края одеяла до белых костяшек. И Нова не знает, кому из них происходящее нравится больше. Проблемой остаются хлюпающие звуки, которые невыносимо смущают её. Нова старается свести их к минимуму, то замедляя, то ускоряя движения рукой, выпуская член обратно и растягивая блестящую тонкую линию слюны между головкой и губами. Протирает её рукавом кофты и прижимается к уздечке, слизывает выступившую смазку, следует языком по линиям вен и вновь обхватывает головку губами. Вздрагивает, когда Шен касается её лица, поглаживает скулу и мочку уха, смотрит перед собой и видит, как дрожат его ресницы, как неровно поднимается грудь от частых вздохов. И Нова кое-что замечает, думает, что ей кажется, что свет в комнате странным образом падает на его лицо, но чем больше смотрит, тем сильнее убеждается. Ей не кажется: у Шена, у её - теперь уже - хмурого и закрытого Шена, лёгкая краснота на светлых щеках. Самый настоящий румянец. Нова тяжело сглатывает, сжимаясь вокруг его члена, отчего Шен горячо выдыхает и наклоняется вперёд. Пряди волос слегка прячут его лицо, но Нова видит, как его ведёт. Она меняет угол, позволяя упереться в щеку и сильнее толкнуться. Шен низко стонет и притягивая её за затылок ближе. Нова чувствует, как слабо подрагивают ноги Шена, как напрягаются мышцы его живота, давая ей знак - он был уже на грани. Нова сильнее приоткрыла рот, чтобы взять его член во всю длину, ускорила движения руки. — Нова, я сейчас… — он грязно ругается, поддаваясь вперёд. Последний толчок, и Шен кончает с громким стоном, сжимая пряди её волос на затылке, выдыхает и смотрит на Нову плывущим взглядом, позволяет увидеть эту эмоцию на своём лице. Пытается что-то сказать, но лишь сильнее путается в словах. Нова размыкает губы и медленно отдаляется, сглатывает, стирая рукавом остатки смазки на губах. Шен, тем временем, расслабляет ладонь и бесконечно гладит её скулу нежным, извиняющимся жестом. Не может понять, о чём она думает, жалеет ли? — Прости, я не хотел, — добавляет, прочистив горло и застегнув брюки. — Тебе не за что извиняться, — отвечает Нова, поднимаясь с пола, и неловко наваливается на него. Шен помогает ей, усаживая на колени, и целует в подбородок, — в следующий раз будем на кровати, — замечает она и лишь потом осознаёт, что сказала. Отводит взгляд, краснея, — тебе ведь понравилось? Шен щурится, смотрит на неё долго, пытается поймать взгляд. Ему однозначно нравилось наблюдать за тем, как смущалась Нова, особенно из-за него. — Я не пожалел, — целует её в губы, — в следующий раз можно и на кровати, — улыбается, когда она прячет лицо в ладонях. — Мог бы и промолчать, — мычит Нова, когда он снова пытается её поцеловать, и случайно замечает время на часах, — у нас же сегодня собрание? — Да, в семь, — Шен прослеживает за её взглядом, затем они переглядываются и быстро поднимаются с кровати, — мы задержались. — Веспер нас убьёт! — Нова наскоро собирает волосы в пучок, снимая с себя рубашку и переодеваясь в чистую кофту. — Не убьёт. Мы ей живыми нужны, — успокаивает её чернокнижник, открывая перед девушкой дверь. — Ты не можешь знать наверняка, — хмурится Нова и утягивает его за собой, крепко схватив за запястье и покидая комнату. Обьяснить своё опоздание им не удалось. Зато Хорхе получил ещё один повод свести их вместе.