Глава 22. БОНУСНАЯ 2! «Ночевка»

Нил наблюдал за уходящими детьми с улыбкой. Он видел, что Эндрю в окружении хороших друзей, а это значит, что все будет в порядке. По крайней мере он на это надеялся. Назойливые мысли крутились у него в голове весь день: «а вдруг с Эндрю что-то случится? Вдруг поранится на маскараде?» или «а если по улице будут бродить неадекватные люди и захотят напасть на колядующих детей? Идеальная среда для похищений, в прошлом году здесь пропадал ребёнок!». Тем не менее, Нил более менее успокоился, когда Эндрю с друзьями сам пришел домой колядовать. Все в порядке. Его ребёнок в безопасности. Пусть и не под его чутким надзором.

***

Дети завалились в дом в одиннадцатом часу ночи, успев вернуться вовремя. На пороге их встречал Мэтт, заботливо оглядывающий их. Он помог им раздеться и повесить ветровки и кофточки, а потом повёл их ужинать. На кухне хлопотала его жена, накрывающая на стол горячий ужин.  – Руки мыть и за стол, – громогласно командует она. Мэддокс поспешил отвести друзей в ванную комнату, по пути объясняя: – Маме лучше не перечить, она у нас дома командир.  – Хорошо, – закивал Эндрю. Эли на эту реакцию усмехнулась, первая подставляя руки под струи тёплой воды. – Я серьезно, – насупился Мэд. – Она была капитаном университетской команды по экси. – Да, – с серьезным лицом подтвердил Кевин. – Тогда поспешим, – сделала вывод Рене. Ребята, послушавшись, быстро вымыли руки и побежали на кухню, на время позабыв про свой конфетный улов. Мэтт с женой уже сидели за столом и дожидались детей. – Садитесь кто куда хочет, – сказала мама Мэддокса. – Оливия уже ушла? – спросил тот, садясь. – Ага. Где-то час назад уже, – ответил Мэтт. Дети тем временем уселись за стол и принялись за ужин. Родители Мэддокса тоже стали есть, между делом расспрашивая ребят про колядование.  – Какие крутые костюмы у вас, – вдруг хвалит Мэтт. – Эли, мама сама тебя красила? – Конечно, она и прическу мне сама делала, – гордо заявила девочка. А потом с важным видом добавила: – Но я сама её выбирала. Она поправила свою шляпу, смахивая кудрявую прядь со лба. Какое-то время хозяева дома расспрашивали детей про их костюмы. Кто-то рассказывал почему именно такой персонаж был выбрал, кто-то в виде Эндрю пожал плечами. Мол, так захотелось.  – А много домов обошли? – спрашивает мама Мэда. – Да-а-а, – тянет Элли. – У нас теперь много конфет.  – И жвачек, – с довольной улыбкой добавила Рене.  – Даже так? – удивился Мэтт. – Где столько ценного товара добыли? – Ну больше всего нам досталось от старушки Сьюзи, тети и дяди Андерсон и от Нила. Как всегда, – беззаботно рассказывает Элли, набирая полную тарелку картошки и индейки.  – Вы и к Нилу зашли? – удивилась мама Мэддокса. – Конечно, он всегда много конфет нам сыпет в ведерки, – деловито ответил ей сын, мельком взглянув на Эндрю. Тот скромно сидел на месте, не рискнув брать еду с чужого стола без спроса. На это тут же все обратили внимание. Конечно же, речь ведь зашла про его опекуна. Друзья нарочно заставляют его чувствовать себя неловко или это так случайно каждый раз получается?  – Эндрю, а ты чего не ешь? – с удивлением спросил Мэтт. Мальчик заерзал на месте от волнения. – Но вы же не разрешали пока есть, – оправдался он тихим голосом. Супруги переглянулись. Потом женщина вдруг наклонилась над столом и взяла в руки блюдо с картошкой и мясом. – Эндрю, что будешь кушать? Картошку с индейкой хочешь или салаты? Если нет, я могу из холодильника макароны с беконом достать, разогрею, – сказала она, заботливо смотря на растерянного ребёнка. – Дэн, – осадил Мэтт. – А что? У нас все дети должны быть накормлены, ты сам знаешь.  Эндрю почувствовал руку на правом плече. Рене ободряюще сжала его и улыбнулась. – Хочешь поесть или потом придем? Я могу не есть с тобой если что.  Эндрю отчаянно замотал головой. – Нет-нет, что вы? Я буду картошку и индейку, я просто… я просто думал, что вы сами положите мне столько еды, сколько мне можно, и… – Ты что, малыш? – удивилась Дэн. – Кушай сколько хочешь. Давай я тебе буду накладывать, а ты мне скажешь, когда остановиться, окей? Эндрю растерянно кивнул. Он не хотел лишнего внимания к себе, поэтому чувствовал теперь себя неловко. Кевин, поняв, что надо вмешиваться, завел свою любимую тему: – А вы знали, что у нас с Мэдди скоро матч? Будем играть против «медведей», они очень сильные соперники. Мэтт и Дэн, будучи осведомленными об этом спорте больше, чем многие в этом городе, с интересом погрузились в разговор. Дэн помогла Эндрю с заполнением его тарелки едой, а после не вспоминала про этот инцидент. Ей было жаль мальчика, но она не считала правильным давить на него и расспрашивать об этом. А Эндрю молча кушал, стараясь отвлечься от мыслей сбежать домой к Нилу. Всё-таки ужинать без него совсем непривычно. Зато помогала Рене, которая сжимала его плечо на протяжении всего ужина и ободряюще улыбалась ему каждый раз, когда он на неё выглянет. Может быть, Эндрю всё-таки понравится ночевать вне дома?

***

После ужина дети скрылись в ванной комнате чтобы умыться от грима. Из-за наличия двух раковин, кучи салфеток и умывалок это не заняло много времени. Эндрю было жалко смывать труды Нила, но краска и так во многих местах смазалась, а если он испачкает ею чужие вещи, то он себе не простит, поэтому пришлось смывать вместе со всеми. Зеркала конечно же на всех не хватило, поэтому Эндрю умывался наугад. – У тебя вот тут краска, – заботливо замечает Рене, указывая пальцем на его щеку.  – Ой… Спасибо, – говорит Эндрю, протирая влажной салфеткой щеку. – У тебя был красивый грим, – хвалит Рене. – Спасибо, у тебя тоже, – смущенно отвечает Эндрю, улыбаясь. Рене лучезарно улыбнулась. – Мне тоже мама сама грим рисовала. У неё талант. – Вау, – протянул Эндрю. – Крутая у тебя мама, я думал, что тебе его художники рисовали. Макияж у Рене был и правда очень красивым. Мертвая невеста в её исполнении выглядела очень даже мило и симпатично, но при этом устрашающе. Эндрю бы никогда не смог такое нарисовать.  – Она у меня художница, – с гордостью ответила подруга. – О чем болтаете? – вдруг вступила в разговор Эли. – О том, какие крутые у нас родители, – с тихим смехом ответила Рене. У Эндрю потеплело в груди от слова «родители». Это звучало слишком правильно. Слишком хорошо.  – А нас с Мэдом накрасила папина знакомая, – присоединился к разговору Кевин, спрыгнув с подставки у зеркала и раковины, на которой только что стоял. – Оно и видно, – фыркнула Эли. – У Нила бы лучше получилось. Мэд закатил глаза.  – Да ну тебя. А мне понравилось. Эндрю гордо улыбался. Да, Нил у него тоже талант. На все руки мастер. Кевин на это все просто фыркнул и объявил:  – Погнали в спальню уже, надо готовиться ко сну. Ребята без возражений пошли вслед за ним. Мальчик слишком уверенно перемещался по дому. Кажется, здесь он ночует явно не в первые.  – Ты серьезно собираешься спать сейчас? – с удивлением спросила Эли. – Ну я что-то устал уже, – оправдался Кевин, зевнув. – Нам ещё ужастик смотреть и пиццу есть. Отставить сон! – заявил Мэддокс. – Точно! Пицца, – воскликнула Эли. – А где она? – Сейчас папа закажет. Кто какую хочет всё-таки? Рене, я помню про пиццу с ананасами. Её не будет, обещаю. И для Кевина вегета… ну короче для спортсменов тоже попрошу у папы заказать, – объявил Мэд. Рене благодарно улыбнулась. Эли же деловито напомнила: – А мне вообще то надо суши. – Точно. Эндрю, а тебе? – Я не знаю, – растерянно ответил он, пожав плечами. – Я только с колбасой пиццу кушал.  Мэд, Эли и Кевин тяжело и, будто бы с сочувствием, выдохнули. – Ну… тогда на свой вкус нам закажу. Никто не против сырной и пепперони? Ребята покачали головами, с удовлетворением устраиваясь кто где. Мэддокс сбежал на первый этаж к родителям, дав указание переодеваться ко сну и настроить притащенный в спальню телевизор. Эндрю осматривал чужую комнату, не присаживаясь никуда. Эта спальня точно принадлежала Мэддоксу. Плакаты спортсменов, играющих в экси, книжки с космической тематикой, игрушки в открытом комоде. Всё указывало на комнату семилетнего мальчишки. А ещё на полу была парочка надутых матрасов, которые были заправлены постельным бельем. Эндрю когда-то доводилось спать на таком. Было холодно. Но, может, здесь будет иначе? В компании друзей всегда теплее. – Мы с Рене идём переодеваться в другую комнату, а вы оставайтесь здесь, – скомандовала Эли, беря подружку под руку. Эндрю и Кевин не были против, поэтому скоро остались наедине. Мальчишки никогда ещё не разговаривали друг с другом тет-а-тет, поэтому почувствовали себя неловко. Кевин стал быстро переодеваться, пока Эндрю засмотрелся на плакат над кроватью друга. Играющие в экси спортсмены выглядели захватывающе. Кевин конечно же обратил на это внимание. – Крутые, да? – спросил он. Эндрю обернулся на него. Тот уже был одет в пижаму и с гордостью и восхищением смотрел на плакат. – Да. А кто это?  Кевин возмущено уставился на него. – Как ты не знаешь? Это команда «Воронов». Они самая сильная и крутая команда по экси. Берут всегда золото.  – Вау, – протянул Эндрю. – Ты хочешь попасть к ним когда вырастешь? Кевин задумался. – Я хочу, чтобы моя команда стала лучше них. Папа говорит, что там игрокам приходится несладко и что мне туда нельзя. Только вот Рико хочет… – вдруг Кевин запнулся и замолчал, испуганно уставившись в пол. Эндрю с непониманием смотрел на него. Упоминание Рико его самого не обрадовало, но, видимо, для Кевина этот человек имеет особое значение. Эндрю решил немного сменить тему. – Но ты все равно восхищаешься этой командой. Кевин исподлобья вновь посмотрел на плакат. – Да. Они все равно крутые. Хочу стать такими же, как они и победить в чемпионате, – тихо ответил он. – А Мэд тоже хочет? – также тихо спросил Эндрю. – Конечно хочет. Стать круче Воронов наша главная цель. А пока мы можем только любоваться плакатами с ними.  Вдруг в комнату вошёл довольный Мэддокс. – Папа заказал еду, – объявил он. – Ну что, переоделись? Я сейчас тоже с вами, пока девчонки не пришли. Он на ходу стал раздеваться, кидая на пол униформу «охотника за привидениями». Эндрю отвернулся, смущенно взявшись за свой рюкзак с пижамой, щеткой с пастой, телефоном с зарядным устройством и, стыдливо запрятанным, плюшевым зайцем. Он не мог уснуть без него, поэтому притащил с собой. Он напоминает ему о Ниле, обнимая его во сне, он чувствует его присутствие рядом. Мэддокс в это время уже подошел к ним и плюхнулся на кровать. Был он в одних трусах, явно не смущаясь этого. – Эндрю, ты че стоишь как не родной? – весело спрашивает он. – Переодевайся скорее пока девчонки не прибежали.  Эндрю смущенно смотрел на свой рюкзак. Ему было неловко и немного страшно переодеваться перед кем-то. В детском доме ничем хорошим это не заканчивалось. Эндрю не любил вид своего тощего и маленького тела, он не хотел, чтобы кто-то видел его без одежды. Кевин, будто поняв все по одному взгляду Эндрю, отвлек Мэддокса рассказом о новой униформе в их спортивном школьном клубе, которая достанется основной команде. Мэд легко отвлекся от Эндрю. Мальчик, быстро воспользовавшись отсутствием внимания на себе, юркнул в дальний угол комнаты и стал в спешке переодеваться. Не хватало ещё чтобы девочки пришли сюда раньше времени. Благо, костюм был слитный и снялся легко, а пижама представляла собой кофту без пуговиц и тёплые штаны. Всё это Эндрю легко надел на себя за полминуты и теперь успокаивал бешено бьющееся сердце, собирая костюм в рюкзак. Мальчишки не обращали на него свое внимание, увлеченно болтая о спорте. Эндрю незаметно присоединился к их компании, молча слушая рассказы про экси. Через пару минут к ним пришли переодетые девчонки, слишком веселые для детей, собирающихся спать.  – А что, вы не включили телевизор? – спросила Эли, указав пальцем на темный экран.  – Ой… Точно, – опомнился Мэддокс. – Сейчас включим. Я взял для нас несколько кассет с ужастиками. Выбирайте пока какой будем смотреть. Мне лично без разницы. Мальчик стал возиться с телевизором, а ребята уселись в круг на полу с целью выбрать нужную кассету. – Есть «пятница тринадцатое», «Полтер…гейст», «детские игры», «чужие», «кладбище домашних животных», – перечисляет Кевин. – Я только про первое и последнее знаю. Говорят, не страшно. – Давайте лучше то, что не страшно, – просит Эндрю, прикусив нижнюю губу. Он никогда не смотрел ужастики. Тем более ночью. Эли с хитрым прищуром посмотрела на него. – Что, боишься?  Эндрю честно кивнул. – Я такое никогда не смотрел. – У-у-у, да ты жизни не видал, – протянула она. Рене с недовольством посмотрела на нее.  – Я тоже не люблю слишком страшное, – поддержала Эндрю она. Тот ей благодарно улыбнулся. – Ладно-ладно, – отмахнулась Эли. – Кев, а ты что хочешь? – Да мне в принципе без разницы, я все равно ничего из этого не смотрел. – Давайте тогда про кладбище домашних животных, – предложила Рене. – Давай, – быстро согласился Эндрю, пусть сюжета фильма и не знал. Эли и Кевин спорить не стали, согласившись. Вдруг всё-таки будет страшно, а значит интересно?  – Давайте сюда кассету, – командует Мэд. Кевин передает ему нужный предмет и все замирают в ожидании.  – Нам ещё пиццу и суши дождаться надо, – напоминает Рене. – Без еды смотреть не начинаем, – дополняет её Эли.  – Хорошо-хорошо. Еду через минут десять принесут, – уверяет Мэддокс, возясь с кассетой. – Тебе помочь? – спрашивает Кевин. – Давай, дружище. Ты в технике разбираешься лучше меня.  – Не преувеличивай. Если я однажды включил твой телевизор, то это не значит… Хотя ладно, я правда лучше тебя разбираюсь в телевизорах, – болтает Кевин, самодовольно ухмыльнувшись. – Кто б сомневался, – хихикает Эли. Кевин не обращает на неё внимание, помогая другу правильно вставить кассету и открыть фильм в телевизоре. Дети расселись вокруг телевизора на матрасах, укутавшись в мягкие пледы. Эндрю сел с краю рядом с Рене. Он молчаливо наблюдал за возьней с кассетой, обхватив колени руками. У него уже возникало ощущение, что ему страшно, хотя фильм ещё не начался. Рене вдруг положила голову ему на плечо, позабыв про существование щебетавшей рядом подруги.  – Если тебе будет страшно, мы выключим и посмотрим что-то другое, не переживай, – тихо говорит ему она. Мальчик от такого теплого жеста успокаивается и расслабляется. Как минимум, у него здесь есть понимающая Рене. – Хорошо, – на выдохе отвечает он и скромно улыбается, оперевшись головой на светлую макушку подруги.  Эли с поддельным недовольством фыркнула. – Эй, вам двоим и без меня что-ли хорошо? – Нет-нет, – поспешил возразить Эндрю, подняв голову. – Прости… – Я просто слежу за тем, чтобы всем было уютно и комфортно, – объяснила спокойно Рене, не поднимая головы с плеча друга. Эли хихикнула, вдруг достав из кармана пижамы небольшую мыльницу, обклеенную розовыми наклейками.  – Ну-ка сидите на месте ровно, сейчас вас щелкну, – приказала она, хитро улыбаясь.  Эндрю с интересом наблюдал за её действиями, за тем, как она включала фотоаппарат и наводила на них с Рене его объектив. Он решил положить обратно голову на макушку подруги, которая так и не сдвинулась с места, и слабо улыбнулся в камеру. Эли легко запечатлела их на фотографии.  – С этого момента я буду фоткать здесь всё и всех, – заявила она, помахав мыльницей в поднятой руке.  Кевин и Мэд посмотрели на неё пару секунд, а потом снова принялись разбираться с кассетой. Эндрю только согласно кивнул ей, продолжая наблюдать за всем вокруг. На душе становится спокойнее и теплее. Как только ребята закончили разбираться с кассетой и принялись хомячить добытые конфеты, Мэтт постучался в дверь их комнаты, громогласно объявив: – Еда приехала! Мэддокс и Эли сорвались с места, поспешив будто бы наперегонки открыть дверь.  – Наконец-то, – воскликнула Эли. – Суши мои! – Пицца-а-а, – радостно кричит Мэд, забирая три небольшие коробки из рук отца. – Спасибо, пап! Мэтт, смеясь, протягивает им ещё пакет с двумя бутылками «coca-cola» и бумажными стаканчиками. – Это вам попить. Колу все пьют?  Дети громко и вразнобой согласились.  – Спасибо вам большое, – вежливо поблагодарила Рене, так и не встав со своего места. Эндрю только благодарно ему улыбнулся, стесняясь и боясь сказать что-то лишнее. Мэтт с теплотой осмотрел этих двоих. Кажется, Эндрю освоился и чувствует себя лучше, чем на ужине. Рене и правда творит чудеса.  – Веселитесь! Но не шумите, мы с мамой идём спать. И чтоб легли не позже двух ночи. У вас режим, – напутствует он. Мэд закатывает глаза. – Ой, да тут некоторые уснут за первые полчаса фильма, – говорит он, поглядывая на насупившегося Кевина. – Не правда! – возражает он. – Всегда так. Ты засыпаешь первее всех, – возражает Мэддокс. – Не-е-ет!  – Это так, – подтверждает Эли, которая уже устроилась на своем месте с коробочкой своей еды. Мэтт, смеясь ушел, оставив ребят развлекаться и веселиться. Эндрю же отвлекся на еду Эли, рассматривая кусочки рыбы, завернутые в рис и какие-то темные листья. Выглядело вкусно. Эли запечатлела фото этой диковиной еды на мыльницу. – О, Эндрю, – вдруг сказала она. – Ты пробовал суши когда-нибудь?  Мальчик, как все и ожидали, отрицательно покачал головой. Эли, решив раньше времени не расстраиваться, протянула ему первый кусочек блюда, ловко подцепив его деревянными палочками. – Ну ничего, суши сейчас редкость все равно. На, попробуй, – миролюбиво предложила она. – Надо же, Элеонора Рейнольдс делится с кем-то едой! – наигранно удивился Мэд, за что чуть не получил подушкой в лицо. – Не мешай, я просвещаю друзей во вкусняшки Японии, – ворчит она, протягивая Эндрю еду. Тот, решив, что отказываться будет некультурно, послушно открыл рот и дал Эли скормить себе рыбный продукт. К слову, рыба ему никогда не нравилась. Прожевав это, он кивнул, будто выполнил обязуемый дружеский долг. – Спасибо, – тихо поблагодарил он. Суши ему не понравились. Ребята это уловили сразу и Эли удивленно спросила: – Ну и как? Разве не вкусно? Эндрю поколебался ещё минуту, прежде чем ответить: – Прости, я просто не люблю рыбу. Спасибо большое, что поделилась, но оставь себе. Мэд хлопнул себе ладонью по лбу. Кевин обреченно вздохнул, а Эли озадачено смотрела на него. – Почему ты тогда не сказал? – спросила она. Эндрю замешкался. – Но ты же хотела меня угостить…  – Ну ты даешь, – протянула она. – Ну и ладно, мне больше достанется. Рене поддержала смену темы. – Ага. Так, включайте уже фильм, а то мы тут сейчас уснем. Мэддокс оживился, включая заранее подготовленный к просмотру фильм. Комнату теперь освещал только экран телевизора, на котором засветились вступительные титры. Эндрю взял себе кусочек пиццы со знакомой колбасой и вновь прижался боком к Рене, которая и не была против. Они вместе жевали пепперони, решив, что пугаться если что будут вместе.  Смотря фильм, ребята поняли, что тема мертвецов здесь будет мелькать постоянно. Это было не столько страшно, как напряженно и жестоко. Столько смертей, как людей, так и животных, погибших на трассе, вызывали у детей мурашки. Но Мэддокс храбрился, делая вид, будто и не боится вовсе. – Да фигня всё это, призраков не существует.  – Да ты посмотри как жутко они выглядят! – дрожащим голосом говорит Кевин, укутавшись в одеяло.  К пицце после середины фильма больше никто не захотел притрагиваться.  – Да Луис настоящий неудачник, ещё и глупый. Зачем вообще он туда переехал? – возмущается Эли, кажется, меньше всех впечатленная фильмом.  Эндрю больше всего пугал мертвый кот. Он сидел словно на иголках, боясь смотреть на экран тогда, когда тот появлялся. Чёрный, со светящимися зеленым глазами. Он пугал его больше, чем другие мертвецы. Рене же просто сидела в напряжении, поджав губы.  – Бедный котик, – грустно вздыхает она. – Да, но он же жуткий! – тихо отвечает ей Эндрю.  – Все равно жалко…  – Нечего было его там хоронить, все бы нормально было! – сетует Эли, вдруг взяв кусок пиццы. – Вы не будете больше? Я возьму?  – Ты все ещё хочешь есть? – поразился Кевин. – Да, но не твою пиццу для спортсменов, а нормальную. Остальные пожимают плечами, мол, «мы больше не голодны», а Эли с удовольствием ест кусок от сырной пиццы. Они в молчании, иногда прерываемом комментариями Эли, досматривали фильм до конца. На моменте с гибелью ребёнка Эндрю отвернулся от экрана, решив, что рассматривать стены гораздо интереснее. Почему то этот погибший ребёнок напомнил ему его самого, что навеяло на него ещё больше жути. Не хотелось бы погибнуть под колесами машины. А тем более оживать после такого и приходить в семью, успевшую тебя похоронить. Все это давило и давило, кажется, Эндрю теперь долго ещё не сможет уснуть, боясь призраков за окнами. В конце началось полное месиво и Эндрю даже не пытался смотреть. Кто там говорил что фильм не страшный? Кажется, страшнее ужастиков он не видел и даже не представлял, что такое могут снять и придумать. Кевин тоже не смотрел на экран, закутавшись в плед с головой. Эли наконец перестала есть, с интересом смотря развязку фильма, а Мэддокс побледнел, перестав храбриться. Только Рене сидела все так же неподвижно, больше жалея погибших героев, чем пугаясь их. Как только фильм закончился, ребята выдохнули с облегчением.  – Кто там говорил, что это не страшный фильм? – тихо спросил Эндрю, прервав тишину. – Кевин, – ответил все ещё бледный Мэддокс, указав пальцем на укутанного в плед друга. – Ну я же не знал! Так только мне говорили, – возразил напуганный Кевин, не выглядывая из своего кокона. – Да он скорее противный, чем страшный, – вдруг сделала вердикт Эли. – Там мертвецов больше, чем живых, да и то все в конце умерли. Фу! – Жалко, что они все равно остались в этом доме. Может быть обошлось бы и никто не умер… – добавляет Рене. – Да Луис вообще глупый, сам виноват, – фыркает Эли.  – Да, зачем ему зомби в доме? Жить надоело? – соглашается Мэд. – А может посмотрим что-нибудь ещё? Чтобы засыпать было не так страшно, – все так же тихо предлагает Эндрю. – А что, не уснешь теперь? – с ухмылкой спрашивает Мэд. Эндрю, подумав немного, честно ответил: – Нет.  – Мэд, а у тебя нет каких нибудь мульт-сериалов дома? – спросила Рене. – Сейчас почти час ночи, мы можем посмотреть что-нибудь короткое?  – У меня есть «утиные истории», только я все серии уже смотрел, – немного подумав ответил мальчик. – Тащи сюда, – командует Эли. – Веселый мультик. – Ну ладно, – быстро сдается Мэд, вставая с места. А потом посмотрел на Кевина, который наконец вылез из под одеяла. – Кев, пойдём со мной. Чтобы… эээ… не было мне так скучно. Погнали! Кевин, пусть и выглядел напуганным, друга не оставил и пошёл вместе с ним на первый этаж за кассетой. Эли обернулась на Рене и Эндрю. – Вам что, реально страшно было? – Да, – немного погодя ответил Эндрю. – Эти мертвецы такие страшные! Особенно кот. – А мне их жалко, – огорченно вздохнула Рене. – Могли бы ещё дольше жить, ну или спокойно умереть на обычном кладбище. А так им пришлось стать зомби. – Да если бы не этот доктор, все было бы хорошо, – возмутилась Эли. – Но он все же пытался их защитить, – вступился Эндрю. – Все равно они все погибли.  – Зато это будет нам уроком быть аккуратнее на дорогах. А то вдруг тоже зомби станем, – сделала поучительный вывод Рене. – Я теперь буду в сто раз внимательнее переходить дорогу… – согласился Эндрю. – Все равно все это выдумки, – фыркнула Эли. – Никаких зомби не существует. Так мама говорит. – Надеюсь, – прошептал Эндрю. Вдруг в комнату врываются перепуганный и при этом недовольный Кевин и хихикающий Мэддокс.  – Что случилось? – спросила Рене. – Он меня специально напугал! – кричит Кевин. – Тише ты, – почти хохочет Мэддокс, но ещё держится. – Ты б видел свое лицо! – Дурак! – ругается Кевин, быстрее садясь на свое место.  Мэддокс, все ещё хихикая, плюхнулся рядом с телевизором, став возиться с кассетой. На этот раз Кевин помогать ему не стал. Но методику работы с кассетами Мэддокс и так запомнил, поэтому быстро включил друзьям первую серию мульт-сериала. Ребята расслабились и погрузились в новый сюжет, который гораздо спокойнее и приятнее чем предыдущий фильм. Эндрю такие посиделки понравились гораздо больше. Он и не заметил как они посмотрели несколько серий и Эли с Кевином стали клевать носом. Взглянув на часы, Эндрю понял, что уже пять минут как два часа ночи. Пора спать. Как только ещё одна серия закончилась, он аккуратно подошел к телевизору и вытащил кассету с такой легкостью и скоростью, будто делал это каждый день по несколько раз. Мэддокс, который сам был полусонный, непонимающе взглянул на него. – Пора спать, – шепотом объяснил Эндрю. – Может ещё серию? – вяло предлагает Мэд. – Нельзя, нам сказали лечь не позже двух ночи. Уже позже, чем два ночи.  Рене согласно кивнула, зевнув после. – Ну ты какой-то слишком послушный, – фыркнул Мэд. – Ты же понимаешь, что нам необязательно всегда слушаться взрослых? – В смысле? – не понял Эндрю. – Эй, не морочь ему голову! Ты неправильно настраиваешь его, – ворчит Рене, скрестив руки на груди. – Ну так ведь жить скучно! – возражает Мэддокс. – Вовсе нет! Эндрю тем временем вспомнил про чистку зубов и побрел к своему рюкзаку за щеткой и пастой. – Ты куда? – отвлекся от спора Мэд. – Чистить зубы перед сном. Пойдём. Будите Эли и Кевина. Друг в удивлении на него посмотрел. – И тебе не лень? Эндрю яро закачал головой. – Нет конечно! Я не хочу опять ходить к стоматологу, а он мне сказал чистить зубы два раза в день. Я не могу пропустить. Мэддокс стушевался. – Ладно-ладно. Щас я тоже приду. – А я разбужу ребят, – добавила с улыбкой Рене. Эндрю, удовлетворившись, первым ушел в ванную чистить зубы. Настолько тщательно и долго, сколько он может. Только бы не идти к стоматологу… Вскоре к нему присоединились и остальные ребята. Эли и Кевин сонно щурились на свет и хмуро поглядывали на всех. Но зубы почистили все, пусть и не с таким остервенением как их запуганный стоматологами друг.  Теперь, лежа на матрасах, все смотрели в потолок, наконец погрузившись в тишину. Кевин своим храпом разрушил её первый. – Блин, точно… он же храпит, – простонал Мэддокс, который на свое горе решил спать с Кевином на матрасе, а не на своей кровати. – А я вот про это помню, – самодовольно сказала Эли, показав другу розовые беруши. – Всем спокойной ночи и удачи выспаться вместе с Кевином. После она воткнула мягкие штучки в уши и повернулась на бок спиной к мальчишкам. Эндрю спал на краю рядом с Рене, также решив повернуться к ней набок. Заяц лежит между ними. Девочка лежала с прикрытыми глазами, но явно не спала, не прокомментировав наличие плюшевой игрушки рядом с собой. Она только тихо пожелала ребятам «доброй ночи» и больше ни на что и ни на кого не реагировала. А Эндрю просто пытался уснуть. Ему не мешал храп Кевина и ворчание Мэддокса, нет. Он просто до сих пор находился под впечатлением от фильма. Не зная как успокоить себя, он вдруг вспомнил про телефон в рюкзаке. Всплыли в голове и наставления Нила перед уходом: « – Бери телефон с собой, держи его всегда заряженным. Если что-то случится, всегда звони мне, ладно? Я заберу тебя, если тебе не будет некомфортно или страшно, – говорил Нил, складывая в рюкзак ребёнка заряженный телефон и зарядку для него.  Эндрю кивал, складывая пижаму в аккуратную стопку.  – Хорошо, – послушно ответил он. А Нил ласково чмокнул его в макушку.» Теперь Эндрю вспоминает про телефон и глазами высматривает розетку для его зарядки. Вероятно, телефон уже сел.  Благо, розетка была, даже свободная. Поэтому Эндрю очень аккуратно и быстро вылез из под одеяла и побрел к рюкзаку. Там он достал телефон и включил его. Батарейка, на удивление, ещё работала, пусть и была на износе. Эндрю быстро подключил провод для зарядки телефона в розетку, находящуюся прям под окном, и устроился на подоконнике, поставив телефон на зарядку. Все друзья сонно сопели, поэтому никто его действия никак не прокомментировал. Эндрю набрал знакомый номер и стал слушать гудки. Совсем скоро трубку сняли.  – Эндрю? Что случилось? – послышался сонный и обеспокоенный голос. Мальчик вздохнул и прижал телефон к уху.  – Привет. Я разбудил тебя? На том конце провода тоже тихо вздохнули, но потом бодро ответили: – Все нормально, Дрю, я, можно сказать, почти не спал. У тебя все хорошо? Почему ты звонишь? Конечно Нил не стал говорить ребёнку, что подорвался с кровати как только услышал звонок телефона. Он и так недавно уснул, наконец откинув параноические мысли об Эндрю в чужом доме. А тут он сам звонит ему в полтретьего ночи.  – Все хорошо, я просто… просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, – тихо ответил Эндрю, пока что не став говорить о своем страхе после фильма. – Ох… я уж думал, что ты спишь, – немного растерянно отвечает Нил. – Ты не можешь уснуть? Точное попадание. Эндрю нехотя отвечает: – Ага.  – Расскажешь почему? – Ну… только обещай, что не будешь ругаться. Тут уже напрягся Нил. Что они такого там наделали? – Обещаю. Главное, чтобы вы все были в порядке. – Мы просто посмотрели страшный фильм, – признался Эндрю. – Про кладбище домашних животных. Он оказался таким страшным, что я не могу теперь уснуть. На той стороне трубки послышался тяжелый вздох. А может быть облегченный?  – А остальные спят?  – Да.  – Мой хороший, все это не взаправду, ты ведь знаешь? Все будет хорошо, – начал успокаивать Нил. Эндрю от одного его голоса становилось легче. – Я знаю. Просто без тебя страшнее спать. – Я понимаю, милый. За тобой приехать? Хочешь? – Нет-нет, не надо. Просто поговори немного со мной, ладно? – Конечно. Расскажешь как прошел день? Тебе все понравилось? И Эндрю стал рассказывать, позабыв про мертвецов и кладбища. Даже дышать стало легче.  – А у тебя как день прошел? – договорив, спросил наконец он у Нила. – А давай я тебе завтра утром расскажу? А сейчас пойдём спать, – мягким голосом отвечает он. Эндрю зевнул.  – Хорошо. Только…  – Что такое?  – Мне будет сложно уснуть без твоей сказки на ночь, – с грустной улыбкой сказал Эндрю. Нил тихо хихикнул в трубку. – Я понимаю, Дрю. Просто думай о том, что в следующую ночь я расскажу тебе целых две сказки, окей?  – Хорошо, – легко согласился Эндрю, улыбаясь ярче.  – Воображай пока свою сказку перед сном. Расскажешь мне потом. – Угу. Повисла пауза. Они слушали дыхание друг друга, не прекращая звонок. Вдруг Эндрю шепотом, будто боялся, что кто-то его услышит, проговорил в трубку: – Я скучаю… Спустя ещё паузу ему ответили: – Ох, Дрю… Я тоже. Очень. Я обниму тебя крепко-крепко при встрече, хорошо?  – Я обниму тебя крепче, – с тоскливой улыбкой ответил Эндрю. Послышался тихий смех. – Хорошо, милый. А теперь идти спать. Представь, что я поцеловал тебя в лоб перед сном. Как всегда, как обычно. Эндрю шмыгнул носом. – Хорошо, – все так же шепотом ответил он.  А спустя ещё паузу добавил:  – Доброй ночи, п… Нил. Он запнулся, прикусив язык. Нельзя. Нельзя. Нил будто понял причину заминки. Но ответил только ласково-ласково: – Спокойной ночи, Дрю. Спи сладко. Я рядом, всегда буду.  – Угу…  И Эндрю первый прервал звонок, уткнувшись лбом в сложенные на подоконнике колени. 

***

Утром ребята проснулись очень нехотя, но Мэтт и Даниэль обязывались отвезти детей обратно по домам до двенадцати часов утра, поэтому в одиннадцать вся компания, за исключением Мэддокса, сидела в машине Мэтта. Он развозил всех по домам. Эндрю смотрел в окна, выглядывая свой дом. Как раз ехали по его улице. Эли и Кевин уже в своих домах, а Рене и он все ещё сидят в машине. – Ну как вам ночевка у нас? Понравилось? – с яркой улыбкой бодро спрашивает он. – Ага, – весело отвечает Рене. – Да, – подтверждает Эндрю, отвлекшись от окна. – Приходите к нам ещё, мы всегда рады гостям. – Хорошо, – кивает Эндрю.  Они как раз подъехали к его дому. А это значит, что скоро он крепко обнимет Нила. Как и обещал. – Ну что, дружище? Беги домой, тебя там заждались уже, – с улыбкой говорит ему Мэтт. Он решил умолчать о том, что Нил звонил ему вчера вечером, долго расспрашивая о самочувствии и состоянии Эндрю, интересуясь, все ли с ним хорошо и не нужно ли забрать его. Теперь он может спокойно передать ребёнка обратно в целости и сохранности, как он и обещал. Эндрю, обрадованный, на прощание тепло обнял Рене и помахал ладошкой Мэтту, в потом выскочил из машины и увидел на пороге ждущего его Нила. Эндрю, позабыв про машину позади себя, побежал в чужие объятия. И даже после маленького расставания на ночь объятия теперь кажутся теплее и крепче, чем обычно. Запах дома ярче и вкуснее, а улыбка Нила мягче и ласковее обычного.  А дом ощущался теперь ещё правильнее…