Часть 5 - Логово зверя

На удивление, но Дэнни был довольно въедливым мужиком и хорошим переговорщиком. Всё это касалось исключительно работы, причём подковёрной борьбой и ползаньем по головам он не занимался, потому, видимо и завис в Профессиональном союзе работников доков, так как тут он мог подняться исключительно за счёт своих умений, и при этом ни с кем не конфликтуя. Как показали недавние события, даже в столь тепличных условиях он умудрился завести себе врага, который и подписал его на смерть. Учитывая тот факт, что Фергюсон и сам принял мученическую смерть, а впихнутый в него бес прихватил с собой, судя по суете СКП и Протектората, кого-то из кейпов Империи 88, я бы мог без труда взять докеров под контроль, но нет. Становление гибридом человека и демона, да и окружающие тогда события привели к тому, что я потерял веру в человечество. В отдельных представителей ещё да, а вот в целом нет. Фильтрация, перепроверка, организация процессов, пришлось бы окунуться в явный криминал и… ради чего? Я этих людей не знал, в отличие от Дэнни. И хоть мне импонировало то, что они пытались зарабатывать своим трудом, организовавшись и, частенько действуя коллективно, защищали свои интересы, но обеспечить свои скромные потребности я мог и более простым способом. И самым простым вариантом было забрать у докеров то, про что они никогда и не знали. Фергюсон ведь, как я понял только «разговорив» его, не просто так на Дэнни окрысился, а за то, что тот обнаружил факт мошенничества и отмывания денег. Бывший шеф профсоюза помогал одному клубу отмывать прибыли и, дополнительно к этому, частенько обеспечивал его бесплатной рабочей силой. Собственно так Дэнни на эту махинацию и вышел, разбираясь с непонятными долгами. Самая мякотка была в том, что по документам клуб был в собственности покойного шефа и, барабанная дробь, он за каким-то лядом всё свое имущество завещал докерам. И нет, я тут никаким боком, просто, как я думаю, очередной схемотоз от покойного, который обернулся для меня сейчас большим благом, ведь по документам клуб уже год был убыточным заведением. А специфика наследства от покойного была в том, что вы или принимали всё наследство, или не принимали ничего. — Таким образом, наш друг Фергюсон оказался не таким уж и другом, а даже несколько иначе, — потупив взор, вещал я перед собравшимися. — Мало того, что он якшался со злодеями и криминалом, так он ещё и нас всех через *уй бросил, пытаясь решить проблемы клуба нашей неоплаченной работой и не только ей. Люди верили, так как я фактически и не врал, а лишь рассказывал то, что было написано в официальных документах. Розданные распечатки лишь подтверждали мои тезисы. — Но есть и плюсы. Так как он уважать себя заставил и лучше выдумать не смог, на баланс профсоюза может капнуть два миллиона чистыми. Ещё тысяч пятьсот можно выручить за счет дома и машины и… всё это отягощается активом с долгами. У кого какие мысли? Один из докеров, жополиз-помощник Фергюсона, который про схемотозы руководства был не в курсе, рвался на место погибшего шефа так, что аж пищал, остальным же нужна была «синица в руках» и они хотели раскидать наличку по членам организации. Мелочь, но люди, в самом деле, последний хрен без соли доедали. Так что крысёныш чуть на говно не изошел, мотивируя окружающих на тему того, что надо этот сомнительный актив воткнуть мне, так как я в этом хоть что-то понимаю. Мол, давай, братуха, положи живот за друзей своих. Ну, а я в меру своего образа отпихивался и отбрыкивался. Как итог, отступные, за которые мне отдали клуб, оплатил крысёныш из своих, оставшись при этом очень и очень довольным. С его точки зрения это была чистая победа, ведь я, взамен, отказывался от должности и, мотивируя необходимостью заняться приобретением, выходил из состава этой их организации. Ах да, главное было в том, что настоящий владелец заведения, одинокий к счастью человек, в ночь с субботы на воскресенье умер от приступа, пардон, верхом на даме и с мордой перемазанной «коксом». В общем, очень уж вовремя дочурка мне нахамила, дав повод съездить по месту и прицениться к объекту. Ну и владельца заодно придавить. А то, ишь, взяли моду, людей в лесопосадки вывозить. Потратив понедельник на делёжку, а вторник на оформление документов, я лишь в среду смог попасть по месту нахождения актива. К моему счастью и настоящий владелец и официальный лишь баблишко стригли, а настоящую работу делали нанятые на зарплату люди. Так что я просто оповестил всех о смене владельца и, в целях налаживания связей, сразу же погасил все «завтраки» с зарплатами и прочими выплатами. Я на полном серьезе готовился ко всякому, вплоть до нехорошего, но сотрудникам было откровенно по*ер. Директора клуба считали мудаком, и не беспочвенно, как я знал, так что один лишь тот факт, что я наконец-то выдал им их, задержанные прошлым владельцем, зарплаты, уже настроило людей на позитивный лад. — Надо будет как-то поощрить несчастную девчонку, — мысленно пробормотал я, ознакомившись с информацией о том, что пережила бедная проститутка, на которой владелец клуба и окочурился. Мало того что мудак, так ведь ещё и мелочный был, умудрившись своими собственными силами столкнуть нормальное, в принципе, заведение, на путь гибели. Отсюда все эти игрища с налогами, нагретые докеры и «ночные бабочки» отрабатывающие «барщину» за право искать клиентов в заведении. Баран. Жадный баран. Но вкусный, чего не отнять. Поприсутствовав в зале и пошастав по техническим помещениям, я был вынужден засесть за разработку необходимых ритуалов, так как это здание тоже надо было отапливать зимой, да и горячей воды уходило немало. В этом заведении не только пили и танцевали, тут ещё и ели, так что мест, где можно было срезать углы, хватало. Одна лишь тотальная дезинсекция жизнь упрощала, хотя меню пришлось переработать, чтобы не пришлось фильтровать усилия, и была возможность убирать жизнь со всего помещения, увеличивая сроки хранения. А ещё добыл нормальное, не смешанное с сомнительными добавками, пиво. За одно это стоило убить прошлого владельца, ибо от его помоев голова потом болела вообще у всех, невзирая на метаболизм и видовую принадлежность. — Мистер Эберт, сэр, тут это… — постучав по косяку двери костяшками пальцев, обратился ко мне один из охранников, чье поголовье пришлось увеличить, ибо демонология демонологией, а место мне нужно было спокойное, где не боялись бы выпивать богатенькие буратины. — Представительницы древнейшей профессии, третьей по счету, если память не изменяет, — покивал я и оторвался от документов. — Здравствуйте дамы. Проходите, присаживайтесь. У меня к вам разговор. — Отработка, да? — понятливо покачала головой одна из специалисток по активному досугу. — Нет, не отработка, — захлопнув папку, окинул разношерстную группу взглядом. Как говорится, тут были девушки на любой вкус и цвет, даже… — Совершеннолетняя? — Да, — нахохлилась мечта педофила и, открыв сумочку, вынула водительские права, что лежали среди пачек и бутылочек со всяким. — Трейси? Чудно-чудно, — кивнул, удостоверившись, что хотя бы об этом голова у меня болеть не будет. — Правила этого заведения изменились по решению нового собственника. Никаких отработок и прочей хрени. От вас требуется лишь соблюдение ряда простых правил. Во-первых, не подставляйте клуб. Вы не доставляете хлопот, нам безразлично с кем вы кувыркаетесь и почём. Никаких трупов, грабежа, шантажа и заразы. — Простите, — словно школьница, явная японочка подняла руку. — Слушаю. — А десятина? — Так называемая десятина входит в понятие «и прочей хрени» о которой я только что говорил, — задумался на полминуты и посетительницы терпеливо ждали. Радует. Не придётся приводить к единому знаменателю. — Во-вторых, вы сотрудничаете с клубом и охраной. Не трахаетесь с ними, а оказываете посильную помощь, в первую очередь информационную. Ну и кавалеров своих, пожалуйста, за яйца покрепче держите, чтобы они не устраивали непотребщину. Это и в ваших интересах, впрочем. Неуверенные кивки. — В общем, я вам не сутенёр, но и вы меру знайте. Пока клуб получает пользу, ну или, хотя бы, не получает вреда, мне на вашу деятельность фиолетово, — закончил я, но обнаружил ещё одну поднятую руку. Ну, прямо первоклашки какие-то. Интересно, это у них тут принято так или владелец клуба их застроил? Если последний, то небольшой плюс в карму челу. — Слушаю? — Иногда бывает, необходима помощь охраны… — начала было черненькая, но замолчала, пытаясь сформулировать свою мысль. — Насколько я помню, вы за это доплачивали? — дождавшись неуверенных кивков, пояснил свою позицию: — Будете досаждать сильно охране, больше чем прочие клиенты, придётся раскошелиться. В иных случаях мне тоже фиолетово. — А специальные коктейли? — спросила блондиночка и, видя мою приподнятую бровку зачастила: — Я не про заряженные, я про безалкогольные. Иногда приходится много пить и… — С вариантами безалкогольных коктейлей вы можете ознакомиться в меню. Да-да, чаевые устранены как класс. Это, конечно, немного не по местным традициям, но зато всё прозрачно, да и сотрудникам за это пришлось, понятное дело, накинуть. — Если вопросов нет, то все свободны. А вас, Трейси, я попрошу задержаться. — Я могу быть вам чем-то полезна? — явно помня про заявленную мною отмену отработки, мечта педофила вела себя очень конструктивно и просто задала вопрос вместо того чтобы начать расстегивать блузку. — Небольшая беседа и любимое место вашей братии… сестрии… кхм… то, что у стойки сегодня твоё. — Слушаю вас, мистер Эберт. — Ты ведь ещё учишься. В Уинслоу, если я не ошибаюсь? — Да, выпускной год. — Что ты можешь рассказать по поводу вот этих персонажей? — спросил я, выложив фотографию, на которой три девицы обливали соком Тейлор. — Так вы родственники? — вскинула брови ночная бабочка. — Кое-что я, конечно же, знаю… ** Тейлор Эберт ** Неделя не сказать, что не задалась, но, после своеобразного ультиматума отца, что воспрял из пучин депрессии, прошла более активно, чем хотелось бы. А ещё ощущение взгляда в спину. Так-то из-за «с*чьего трио» она привыкла ловить на себе недобрые взгляды, но теперь были и те, кто смотрел на Тейлор с безразличием, но внимательно. Выйдя через пожарную лестницу, чтобы исключить вероятность встречи с обидчицами, девушка ещё раз прочла оставленную отцом записку, в которой говорилось, что во время длинного обеденного перерыва она должна прибыть по указанному адресу и представиться персоналу. Тейлор была, в целом, домашним ребёнком и раз отец оставил просьбу куда-то сходить, то для неё было разумным туда и в самом деле сходить. Почему бы и нет, собственно? В конце концов, может забрать что-то надо или он о подработке договорился. Последнее было бы, конечно, неплохо, но маловероятно. Идти, к счастью, пришлось не так уж далеко, искомое обнаружилось буквально через две улицы и представляло собою не то ресторан, не то клуб. Неуверенно помявшись перед дверью, она вошла в заведение и, как могла уверенно, объяснила цель своего визита. — Эберт? Тейлор? — почему-то удивилась девушка, что сидела за стойкой администратора на высоком стуле, из-за чего казалось, что она встречает гостей стоя. — Добро пожаловать в Ласточку. К сожалению, вам придётся немного подождать, поэтому присаживайтесь за любой столик с первого по тридцатый. К слову, бизнес-ланч за счет заведения, так что не забудьте нажать на кнопку «вызов официанта» когда выберете столик и определитесь с заказом. — Спасибо, — кивнув, девушка осмотрела почему-то смутно знакомый зал и расположилась на диванчике за столиком, который был не на самом видном месте, и к которому невозможно было подойти со спины. Годы школьного буллинга давали знать о себе. Усевшись на довольно мягкий диванчик, обитый «шкурой молодого дерматина», школьница изучила стол и лежащий на нем листок с обеденным меню. — Вроде по средствам, — пробурчала девушка себе под нос, сомневаясь в мифических подарках от заведения. Но есть хотелось, а денег в любом случае хватало, так почему бы и нет? Спокойное освещение, ненавязчивая музыка, что не давила на уши, а лишь маскировала звуки, издаваемые обедающими посетителями, всё это хоть немного, но позволило Тейлор выдохнуть. Взяв нервное напряжение под контроль. Парень, что собирал заказы, катаясь по залу на роликовых коньках, и вообще заставил улыбнуться, да погрузиться в воспоминания о своих попытках обуздать сей девайс. Приятное настроение лишь усилилось, когда принесли первое, а затем и второе. Но восторг продлился недолго. Нахлынуло чувство несправедливости. Оно буквально кричало. Тейлор с грустью осознала, что как минимум год занимается тем, что обедает в женском туалете, прячась от преследовательниц. И, словно этого было мало, в заведение зашли они… С*чье трио. Бывшая лучшая подруга, Эмма Барнс, рыжая тварь, которая неожиданно вогнала нож предательства в открытое сердце. Второй была София Хесс, чернокожая ученица, состоящая в команде легкой атлетики, что выступала в этом трио грубой силой. Ну и рыба-прилипала Мэдисон. Однако раздражение сменилось шоком, когда эти раздражающие Тейлор с*чки принялись творить всё то же самое, что они делали в школе. Их не смущало то, что они находятся в заведении и на них косятся люди. Впрочем, лишь раздражение резануло сердце девушки, когда она обнаружила тот факт, что персонал всё это видит, но демонстративно не вмешивается. Непроизвольно потянувшись к своей силе, на девушку, словно ушат холодной воды вылили, так как насекомых в помещении не оказалось. И на кухне их не было и вообще тут было почти стерильно, что для заведений общепита вещь аномальная. Немногочисленные насекомые были принесены сюда на одежде людей. Тейлор так растерялась, что не успела уклониться от струи колы, которой в неё брызнули. — Так-так-так, только я хотел отобедать в тишине, как мои планы гробят малолетние пи*дюшки, — громогласно заявил довольно крупный коп, что демонстративно держал руку на поясе. — Так, ты, чёрная, выворачивай карманы. Посмотрим, что ты успела украсть. — Какого хера? — возмутилась София. — Я ничего не сделала и вообще что это за расизм. Я буду… Бзз-зт. Выстрел из тазера стал большой неожиданностью для всех. Софию буквально отбросило на стол, от чего пустые тарелки разлетелись в стороны, сыпанув в окружающих крошками. — Так, рыжая, ещё одно сомнительное движение и ты тоже познакомишься с действием электрошока, — хмуро сказал коп, заменив картридж в тазере и обратился к Мэдисон: — Давай, помоги своей черной подруге, видишь, сама она свои вещи для досмотра предъявить не может. Шокированная неожиданной переквалификацией в жертву полицейского произвола, Медисон подрагивающими руками открыла сумку Софии и к ногам копов выпал пакет. Пакет набитый небольшими пакетиками сероватого порошка. — Это мы удачно зашли, — ухмыльнулся коп, помогая напарнику паковать обалдевших от происходящего школьниц. Тейлор кривилась из-за тугих наручников, которые и на неё надели, но недавнее зрелище извивающегося тела Хесс, которую прижгли разрядом шокера, было настолько волнительным и, чего греха таить, приятным, что Тейлор готова была принять и не такие муки. А уж когда Эмма, бывшая лучшая подруга начала истерить и её приложили дубинкой, тут уж Тейлор даже голову была вынуждена опустить, чтобы не смущать окружающих немного безумной улыбкой. Ну а когда она, наконец, справилась с собой, выяснилось, что полиция не просто так лютует, оказывается, они отрабатывали анонимный звонок, и взяли их, когда специально обученная собака почувствовала наркотики. Прокатившись до участка в компании перепуганной до икоты Мэдисон, Тейлор тоже заволновалась, но на этом её приключения и закончились. Она целый час просидела в одиночестве, закрытая в кабинете. Единственное, что скрашивало её заключение, это информация, которую она получала через насекомых. Полицейский участок размещался в довольно ветхом здании, и насекомьих ушей и глаз тут было больше чем много. И хоть со зрением насекомых Тейлор ещё училась работать, то вот со слухом всё было уже достаточно хорошо. — Страж? Она, еб*ный Страж? — заскулила Тейлор, когда услышала через подконтрольных ей насекомых, что в допросную с Софией Хесс зашел мужчина, который представился сотрудником СКП. — Герой? Эта с*чка герой?! Факт того, что её до триггера довел кейп, это полбеды, осознание того, что второй год её мордует официальный герой города, вот что переломило спину верблюда. У людей вообще часто так бывает, что они могут выдержать много, очень много и ещё немного сверху, но происходит некая, с точки зрения окружающих, мелочь, и монолит осыпается как карточный домик. Шмыгнув носом, Тейлор тихонечко заплакала, не обратив внимания на знакомую женщину, что зашла в кабинет, насвистывая немудреную мелодию. — Мелкая, ты чего это тут сырость разводишь? Пойдём, покатаю тебя на тачке с мигалками.