Будни (Кисточка/Долгохвост)

Палатка старейшин Здесь всегда пахнет мудростью и старостью. Наверное это самая не посещаемая палатка в лагере, сюда часто приносят еду, посылают оруженосцев но в остальном в ней не так уж и часто увидишь котов и кошек. Жизнь в племени кипит, остаётся только радоваться если к тебе пришёл молодняк и слушает тебя — Пурди заткнись! — злостно зашипела Кисточка, недовольно сворачиваясь в клубок подле Долгохвоста сильнее. — Голова от твоих вечных россказней раскалывается! — Да ладно, молодняку всегда интересно узнать мир! — Пурди ты не смолкаешь день и ночь! — со смехом мурлыкнул Долгохвост Воробушек уставился на них, если конечно мог, своими слепыми глазами. Львинолап, что менял подстилку Кисточке, тихо прыснул себе в усы, явно забавленный перепалкой старых котов — Чего смеётесь? Я жду самую мягкую и чистую подстилку уже пять минут — Ну... — но Львинолап тут же умолк, когда злые и недовольные глаза старейшины заострились на нём — Ну что ты Кисточка — бывший воин наклонился к кошке, мягко лизнув её между ушек — ничего ещё не случилось а ты уже гоняешь молодняк похлеще какого-нибудь Дыма, Белку в свое время. Темно-бурая старейшина тут же недовольно сморщила нос, но от оруженосца не укрылась та слабая, мимолётная улыбка пронёсшийся на посидевшей морде. Кошка распуталась, раскрылась миру из тугого комка, сев поудобней, она подмяла под себя лапы, смотря на оруженосцев Уголька и Яролики с такой же старческой сварливостью но и любовью — Зная Белку, я не верю что ни один её сын и дочь не имееют при себе ту неутолимую энергию, неугомонность и любопытство. Поэтому нужно воспитывать их с молоду пока дурь не полезла! — она прыснула себе в усы— я все ещё жду подстилку! Воробушек что-то проворчал себе под нос, помрачнев, но продолжил вытряхивать подстилку, меняя в ней мох, укладывая перья и стеля туда немного цветков лаванды. Долгохвост потёрся щекой и щеку кошки — Ты так говоришь потому что нет своих котят — Кисточка вздохнула, явно соглашаясь со словами кота. Судьба отказала ей в возможности иметь котят, потому ей никогда не познать счатья материнства и остаётся только нянчиться с чужими малышами, параллельно ворча на оруженосцев — вот и сидишь, ворчишь, да? Ворчишь, Кисточка, потому что Воробушек и Львинолап и Остролапкой тебе давно не навещали? — старейшина хмыкнула, продолжая выглядеть все так же угрюмо, но смягчаясь под воркования и мурлыканиями Долгохвоста. Голубые глаза, светлые как рассветное небо в пару Голых Деревьев, смотрели на котов уже более мягко. Долгохвост всегда знал как угомонить и смягчить сердце сварливой и колкой Кисточки. Кошка спрятала морду в свои лапки, светлой-бурый старейшина тут же начал ей вылизывать ушки с забавными кисточками — Бэ! — тут же скорчил недовольную рожицу, словно ему попалась самая не вкусная добыча, Львинолап — Воробушек как хорошо что ты слепой! Тут такая смазливая сценка! — Эй, поуважительней! — тут же вспылила Кисточка — иначе я тебя до ночи прогоняю с моей подстилкой и заставлю мне лично в лису поймать самого жирного кролика — Эх, Львинолап, Львинолап — слепые глаза Долгохвоста тут же смеющийся сощюрились — Накаркал себе ты беду. Не понять тебе прелести любви, юн ты ещё! Посмотрю я на тебя когда тебе кто-то полюбится! — А я знал одного кота как ты Львинолап! — спустя долгое, какая неожиданность, молчание, говорил Пурди. По палатке старейшин вновь разлилась новая придуманая а может действительно произошедшая история. Пурди всегда был таким, рассказывал столько всего, что голова затрещит как от дрозда, думая, как он все это посмнит по сей день. А может он и вправду просто сочиняет? Но Воробушек задавался только одним вопросом: "А Долгохвост и Кисточка точно не пара?"