Часть 3. Умница

Мужчина вошел внутрь и когда двери закрылись, Хината осознала, что не закрыла их на замок. Впрочем, как и Итачи сейчас. Инстинктивно отшатнувшись, девушка почувствовала, как намокает платье в районе ягодиц. Холодные капли воды, что до сих пор текла из крана, заставили покрыться мурашками руки и декольте, что не скрылось от взора мужчины. — Что вы тут делаете? — Спросила Хината первое, что пришло в голову. — Желаете выбрать самостоятельно? — Итачи начал подходить ближе, медленно, будто хищник, готовящийся к нападению. — Первый вариант, я обеспокоен вашем состоянием. Второй, мне потребовалась уборная. Третий, не могу и секунды прожить без вас. — Все в порядке, — Хината выбрала первый, — не стоит беспокоиться. — Уверены? — Итачи усмехнулся и остановился так близко, что их тела почти соприкасались друг с другом. Еще буквально один сантиметр и эта близость перерастет в нечто большее, чем беседа недавних незнакомцев. Поднимая руку, Итачи слегка провел пальцем по бедру девушки, талии. Остановившись в районе шеи он прижал два пальца к нежной и чувствительной коже, чем вызвал совершенно иное чувство, нежели испуг. — Уверен, вы думаете, что сердце сейчас остановится, но уверяю, что это не так. — Г-господин Итачи… — прошептала Хината, боясь поднять голову, чтобы посмотреть в глаза мужчине. Он был прав, ей казалось, что та сила с какой бьется сердце — это предсмертная агония. Запах свежести и виски постепенно начал задурманивать голову. Именно так пахло от мужчины, его дорогой одежды и высокого социального статуса. Попытавшись отстраниться, Хината отпрянула корпусом, немного присев на белый мрамор раковины. Глоток свежего воздуха и осознание своей ошибки. Сделав небольшой шаг вперед, мужчина положил ладонь на колено девушки, отведя его в сторону. — Господин… — Хината не успела ничего сказать, он уже был между её бедрами, от чего черное платье задралось почти до своего «вульгарного максимума». — Мне нравится, как вы произносите это слово, — Итачи нагнулся, но, когда их губы были в миллиметре друг от друга, резко остановился. Приготовившись к ужасающему акту насилия в виде поцелуя, девушка зажмурилась. Тишина. Затаив дыхание, Хината приоткрыла сначала один глаз, а затем второй. Осознав, что мужчина лишь перекрыл льющеюся воду, Хината облегченно вздохнула, что все же привело её к неизбежному. Этого мимолетного движения хватило для того, чтобы губы пары соприкоснулись. Нежно. Лишь на секунду. — Вы меня домогаетесь? — С издевкой спросил Итачи, слегка отстранившись. Хината опешила от такой дерзости и даже начала приходить в чувства. Не желая прикасаться руками до груди мужчины, она расставила их по бокам, неизбежно выгибаясь для равновесия. — Я? — Наконец-то она подняла голову, чтобы посмотреть в глаза нахалу. — Немедленно отпустите меня! — Иначе? — Итачи нахмурился, сделав обеспокоенный вид. Лишь самодовольный взгляд выдавал демоническое нутро. — Иначе я закричу. — Правда? — Прикусив нижнюю губу, мужчина довольно резко и грубо схватился рукой за бедро девушки. Его длинные, аристократичные пальцы впивались в белоснежную нежную кожу, несомненно оставляя за собой синяки. — А! Прекратите, мне больно, — Хината схватилась за руку мужчины, пытаясь его остановить. — Кричите, — не моргая сказал мужчина, исследуя каждую эмоцию на лице девушки. И лишь когда он нашел то, что искал, ослабил свою хватку. — Не-ет, что может быть хуже внимания, верно? — П-пожалуйста, — голос дрожал, как и руки. Итачи был прав, она не закричит. Более того, Хината молилась всем богам, что бы никто не зашел и не увидел её в таком ужасно виде. Сидящую в чужом доме на раковине с незнакомым мужчиной между ног. Это позор. Отец никогда не простит такого поведения и не будет слушать оправдания. — Прошу, отпустите меня, я никому не скажу. — О чем? — Итачи чуть склонил голову вбок, а затем нежно провел пальцами по щеке девушки, вытирая слезинку, что робко стекала вниз. — Ничего страшно ведь не произошло, так ведь? Хината молчала, она боялась сказать хоть слово. Очень страшно осознавать, что ты не принадлежишь себе. Страшно осознавать, что что твоя честь и достоинство в руках другого человека. — Может, договоримся? — Осмотрев мокрые от слез пальцы, мужчина облизнул их, не сводя взгляд с девушки. — Один поцелуй. — Взамен? — Дрожащим голосом спросила Хината. Губы Итачи медленно растянулись в улыбке, он опустил взгляд ниже, на подол платья, что почти открывал все прелести девушки. — Как вам идея остаться девственницей? — Потрясающе, — нервно усмехнулась Хината, признавая факт поражения, но вместе с этим наступило и облегчение. Он не станет насиловать её, а значит, всё хорошо. Красочные картины изнасилования превращались в пепел, возвращая девушку в реальность. Она цела и невредима, пусть и сидит на этой чертовой раковине. — Что ж, — Итачи требовательно схватил девушку за шею, но больно не было. В моменте, Хината даже почувствовала что-то необычное, мимолетное в районе внутренней части бедра. Неужели, так подействовало избавление от чувства безысходности? — Смотри мне в глаза. Хината была уверена, что закрыла бы глаза, если бы не приказ. Итачи не торопился, казалось, что он хотел сначала изучить каждый миллиметр губ. Влажно. Учиха слегка провел кончиком языка по нижней губе девушки, от чего та вздрогнула. Усилилась и хватка, стало труднее дышать. — Я сказал смотреть в глаза, — холодным тоном напомнил о договоре мужчина и Хината только тогда поняла, что зажмурилась. Когда она открыла глаза, то и хват ослаб. Всё это напоминало о дрессировке животных. Пока ты делаешь всё, как нужно хозяину — боли нет. Мысли о подчинении вызвали новую приятную волну дрожи по бедру, что постепенно поднималась вверх. Это точно не сон? Неужели она и правда находится в чужом доме и готова поцеловаться с едва знакомым мужчиной? Почувствовав усиление хвата, Хината подняла взгляд и увидела довольный взгляд мужчины. — Умница, — это слово откликнулось внизу живота. Может Хината и была девственницей, но наедине с собой она частенько доставляла сама себе удовольствие. От чего сразу поняла, что эти игры возбуждают её тело. Оно откликается, пусть и слабо. Мужчина виртуозно умел играть на чувствах. Страх. Боль. Унижение. Свобода. Принуждение. Повиновение. Дикий коктейль, от которого легко потерять голову. Итачи слегка прикусил губу девушки, но та не отпрянула, лишь издала слабый стон. Стон, что говорит гораздо красноречивей слов. Предвкушая боль, она наслаждалась последними секундами свободы от нее. От ноющего чувства, что будет с тобой еще какое-то время, напоминая о прошлом. Однако, Итачи не стал кусать сильнее, он лишь углубил поцелуй, изучая реакции своей пойманной мышки. Услышав второй, уже более расстроенный стон от несбыточных ожиданий, он усмехнулся и потянул девушку на себя, заставляя встать с холодной раковины. Повернув Хинату спиной к себе, Итачи ловко завел руки девушки за спину, а второй рукой снова схватился за горло. — И-итачи, — испуганно пролепетала мышка, чем заслужила укус в лопатку. — А! — Мне больше нравится, когда ты называешь меня господином, милая, — мужчина поцеловал место укуса и почувствовал, как спина девушки выгнулась. — Вы же обещали… — глаза вновь стали наполняться слезами, что вызвало лишь тяжёлый вздох. — Если я что-то обещаю, что выполняю, — мужчина прижал лицо ближе к себе, чем заставил прогнуться юное тело, которое возбуждало всё сильнее и сильнее. Слизав слезинку в уголке глаз, он продолжил. — Девственницей ты останешься. — Но… — Хината замолчала, когда боль усилилась. Если ранее он лишь управлял телом, то сейчас намеренно делал больно. — Будь послушной и всё будет хорошо, я обещаю, — еще один поцелуй в висок, — сейчас я отпущу твои руки и хочу, чтобы ты облокотилась ими о зеркало. — Но… — легкая пощечина, что не оставила внешних следов, но буквально разорвала внутренний мир девушки. Между собой смешалась ярость, стыд и страх. Хината уже было хотела высказаться, как увидела ожидающий взгляд мужчины. Он ждал! Он именного этого и ждал, чертов ублюдок. Переборов себя, девушка потянула руки к зеркалу, Итачи тут же освободил их и плотоядно улыбнулся. — Хорошая девочка, — от похвалы снова всё сжалось внизу живота. Хотелось скрестить ноги, но Итачи лишь сильнее прижался, чем выказал своё возбуждение. Хината почувствовала ягодицами его возбужденный член. Их взгляды встретились в отражении. Полные желания, но ограниченные договором и обстоятельствами. — Тебе нравится то, что ты видишь? — Нет, — стыдливо закачала головой Хината. — А если честно? — Итачи опустил правую руку вниз, вновь поднимая подол платья. — Я восхищен тобой, правда. Даже не представляешь, насколько ты сексуальна. — Н-нет, — говорила скорее сама себе Хината, осознавая, что лжет. Рука мужчины поднималась всё выше, пока не остановилась рядом с трусиками. С влажными от возбуждения трусиками. — Хм, — Итачи провел языком по плечу, — а твоё тело кричит об обратном. Хината издала довольно громкий стон, когда палец мужчины переместился на трусики, поглаживая область клитора. Она снова хотела инстинктивно свети ноги, но не вышло. Итачи лишь сильнее развел их, заставляя девушку прогнуться еще сильнее. — Если уберешь руки от зеркала я тебя накажу. — П-пожалуйста, — Хината плакала, но впервые не знала, от чего именно. Ей было так стыдно, но при этом так приятно, что чувства просто не могли найти другого выхода, кроме как слез. Не смотря на все те ужасные действия, что совершал мужчина — она верила ему. — Тебе нравится? — Да, — наконец-то призналась Хината и тогда мужчина начал вести другую руку вверх, остановившись в районе соска. Сжав его, он буквально заставил девушку насаживаться на свой член, пусть и через одежду. Это было инстинктивно, что возбуждало мужчину еще больше. Он чувствовал себя музыкантом, что играет на самом лучшем инструменте в мире. — Нужно быть тихой, ты сможешь? — Спросил Итачи, пробираясь под тонкую ткань трусиков. Мышка была практически на пике, но так хотелось с ней еще немного поиграть. — Умница. Итачи почувствовал, как тело девушки содрогнулось и окончательно убедился в том, что её возбуждает похвала. И это было просто замечательно, ведь он просто обожал отдавать приказы. — Смотри мне в глаза, — обмотав волосы вокруг кулака, он потянул их на себя и Хината была вынуждена смотреть на всё то, что с ней происходило. — Знаешь, а ведь я не закрыл двери на замок. — Господин… — Хината покрылась румянцем, обращаясь к Итачи таким образом. Если сейчас кто-то войдет, чтобы проверить состояние девушки, то будет скандал. Или… не будет? Что будет, если кто увидит, как Итачи Учиха мастурбирует? Эта мысль, о возможности попасться, заводила сильнее прежнего. Возбуждение было настолько сильным, что полностью начало перекрывать страх. Хината сама начала тереться о пальцы мужчины, чем вызвала ухмылку. — Может, мне остановиться? — Н-нет… — Остановиться? — Итачи отвел руку в сторону, чем вызвал полное негодование и возмущенный взгляд. Однако, руки всё так же оставались на зеркале, пытаясь сжать невозможное. — Если хочешь, чтобы продолжил — попроси, мышка. — Пожалуйста, — простонала Хината. Оргазм был так близко и впервые это было с кем-то. От нее не требовалось ничего, кроме того, чтобы погрузиться в удовольствие. Это не могло кончится вот так. Это было бы нечестно. — Что «пожалуйста»? — Пожалуйста, не останавливайтесь… — Ты хочешь, чтобы я довел тебя до оргазма? — Ни у кого в этой комнате не было радужки. Зрачок был расширен так сильно, что полностью перекрывал светлые глаза девушки. Наркоманка. Итачи успешно поиграл с каждой эмоцией юной девочки. Она не могла оставить это незаконченным, это читалось в глазах полных желания. — Господин, — Хината лихорадочно хватала воздух губами, окончательно принимая правила этой игры. — Пожалуйста, подарите мне оргазм. — Ты же моя хорошая, — Итачи впервые почувствовал, как всё труднее становится сдерживать себя. Покуда эта игра была под его контролем, то и себя контролировать было проще. Сдавшаяся Хьюга изменила ход игры, она получила часть правления. Нужно было заканчивать, иначе обещание было под большой угрозой. Хината кончила, всё тело пробило в дрожь и осталась буквально секунда перед тем, как она неосознанно издала громкий вздох. Итачи успел закрыть рот девушки рукой, попутно погружая лишь кончики пальцев внутрь Хинаты. Ему было необходимо прочувствовать на сколько сильно сокращаются её мышцы и как долго. Следующий оргазм девушки будет гораздо ярче. Он об этом позаботится. — Боже, — обессиленно опустив руки, Хината начала приходить в себя. Она смотрела на Итачи таким потерянным взглядом, что на секунду ему даже стало жалко мышку. — Что я наделала? Как я появлюсь за ужином? — Никак, — мужчина вальяжно подошел ко второй раковине и начал мыть руки, будто бы ничего и не произошло. — Тебя отведут в гостевую комнату, а я скажу, что юной госпоже стало плохо. — Но… — Хината замолчала, под властным взглядом мужчины, а затем покорно ответила, — как скажите. — Умница.