Часть 17

Ночь. Черновод и Хуа Чэн уютно расположились в беседке на улице. Хэ Сюань, по традиции, ел, иногда отвлекаясь на разговор с Алым Бедствием. Обсуждались какие-то лёгкие не животрепещущие темы. Идиллия просто. Вдруг на одного демона стало больше. Ци Жун бесшумно вошёл в беседку, сел напротив Непревзойденных, агрессивно пододвинул к себе тарелку с виноградом и стал есть. По нему было видно, что прибыл демон в расстроенных чувствах. Правда, Непревзойденным не совсем было понятно, почему - ведь живой, а ещё выпендривается. Но редко когда увидишь грустного Ци Жуна, поэтому демоны решили, что дело и правда серьезное. Через пару минут тишины Хуа Чэн нарушил тягостное молчание. - Каков итог твоих похождений? Ци Жун улыбнулся так, будто сейчас заплачет. - Он сбежал. Хуа Чэн и Хэ Сюань переглянулись. - В каком смысле?! - одновременно воскликнули они. И Ци Жун начал в красках рассказывать, какой Святополк сволочь и трус, что какое-то время побеждал, но как только запахло жареным, сразу свалил, мразь эдакая, тварь такая-сякая. В конце рассказа он впал в истерику, и бедствиям пришлось его успокаивать. Получилась довольно милая картина: Ци Жун, слева Черновод, поддерживающе положивший руку ему на плечо, справа Хуа Чэн, мягко приобнявший бедового демона. Ну просто единение бедствий. Скажи им месяц назад, что такое будет, они бы на месте закопали говорящего. Позже Черновод ушел (видимо, за добавкой), Хуа остался наедине с Ци Жуном и стал выяснять сложившуюся ситуацию через уточняющие вопросы. - ...Вы с ним были один на один? - Да. А хотя... - задумался Ци Жун. - Он до кого-то докапывался, но я не разглядел лица. - В каких одеждах? - для галочки спросил Хуа Чэн. - В белых монашеских. А ещё... шляпа соломенная с широкими полями. Взгляд Хуа Чэна из скучающего стал серьезным и напряжённым. Но Ци Жун не видел ступора Алого Бедствия, поэтому подумал, что тот ждёт ещё подробностей. - Ангра, вылезай! Ангра Вэй послушно материализовался в демоническое обличие. - Я узнал его, это был Се Лянь, - не дожидаясь вопросов, выпалило духовное оружие. Хуа Чэн продолжил расспрашивать Ци Жуна, и в конце концов успокоился. Дальше они начали обсуждать дальнейший план действий и формировать стратегию вместе с подошедшим Черноводом, опустошившим, видимо, львиную часть запасов кухни. Ангра Вэй по молчаливому приказу хозяина обвился цепью вокруг запястья. Давно уже он не испытывал таких эмоций. Бессилие и ощущение чьего-то превосходства. И эти ощущения порождали злость. "Я, вообще-то, обычно занимаю лидирующие позиции. А тут... стыд и позор. Да, это мой косяк, что он выжил. Но почему так?! Бесит. Дико бесит. Эээээх, сейчас бы пообщаться с Безликим..." - Кстати, Безликий Бай... - начал Ци Жун, но был перебит Хуа Чэном. - Он обещал прийти. - Если бы он захотел прийти, то давно был бы здесь, - недовольно проворчал Ци Жун. В этот момент дверь распахнулась и явила присутствующим разъяренного Безликого Бая, даже без маски, на чем свет стоит проклинающего Святополка, его родичей, прародичей, прапрародичей... Кое у кого был культурный шок от того, что Цзюнь У оказался Белым Бедствием, но цитирую Бая: "мне уже похуй". Хэ Сюань не знал, а Хуа Чэн только догадывался о его размножении личности, и один Ци Жун угорал над охреневшими бедствиями и ничему не удивлялся. Ему эта жизнь была уже абсолютно понятна. Безликий Бай присоединился к обсуждению, в пух и прах разнёс некоторые пункты стратегии, наорал на Ангра Вэя за то, что тот не сделал этого раньше, наорал на Ци Жуна за то, что он безбашенный раздолбай и лезет на рожон, наорал на Хуа Чэна за то, что не следил за Ци Жуном и послал его на верную смерть (на этом моменте Алое и Лазурное бедствие синхронно закатили глаза), а на Черновода наорал за то, что последний сидит с пофигистичным выражением лица (чтобы было, а то подумают ещё, что он к Хэ относится лучше, чем к остальным). "Ну, я это запомню" - сладко улыбаясь про себя, подумал Ангра Вэй. Появление объекта его нездорового интереса резко подняло его упавшее в Марианскую впадину настроение. А у Ци Жуна от счастливого елозения цепочки поползли интересные воспоминания, от которых задёргался правый глаз. Хуа Чэн заметил, что у Лазурного нервный тик, и начал сворачивать лавочку. В итоге они решили завтра доработать детали. Хуа Чэн ушёл с Ци Жуном, Ангра Вэй соскочил с руки хозяина и бодро обвился вокруг шеи Белого Бедствия, и только Хэ Сюань удалился в гордом одиночестве. Хотя, зачем ему кто-то, ведь у него есть еда (тем более халявная). - Не резиденция, а проходной двор, - грустно вздохнул Собиратель Цветочков. - Развелось тут... иждивенцев. - Вот-вот, это карма тебя постигла, - злорадно прохихикал Ци Жун. - Нехрен было моё логово разносить и приводить к тому же кого попало. - Не кого попало, а Се Ляня. "Которого ты спас". - А, то есть Лан Цянцю ты за человека не считаешь? - саркастично спросил Ци Жун, шутливо толкая в бок своего недавнего врага, который стал ему симпатизировать в последнее время. - Ци Жун, могу ли я задать тебе один вопрос? - с хитрым выражением лица вопрошал Хуа Чэн. - Валяй. - Почему Ангра Вэй ушёл с Цзюнь У? Я, конечно, понимаю, что он парень нарасхват... Но у вас с Безликим одно на двоих духовное оружие? И чем это таким интересным они будут заниматься, что Ангра Вэй предпочел общество Безликого Бая твоему? Вы видели, как Ци Жун краснеет? А Хуа Чэн видел. "И что я такого сказал?" - думал он. - Ну... - длинная пауза. - Разговаривают, наверное. Я же не тиран, чтобы запрещать своему духовному оружию общение с кем-то кроме меня. "Вот суки, поставили меня в неловкое положение!" Хуа Чэн, конечно, быстро перевел тему, но осадочек остался, а вместе с ним и любопытство. Собственно, что делали дальше Ци Жун и Хуа Чэн? Сидели на роскошном красном диване, смотрели на не менее роскошных танцовщиц, разговаривали о вечном. Позже принесли вино, которое начал глушить Хуа Чэн в одиночку, потому что оказалось, что Ци Жун не пьёт. После того, как Алое Бедствие справилось с семнадцатой бутылкой, Ци Жун решил выпроводить танцовщиц, а то Хуа Чэн начал нести какую-то ахинею. "Какой я ответственный, забочусь о репутации Алого Бедствия" - саркастично подумал темноглазый. - Понимаешь... Я восемьсот лет его искал. Ци Жун согласно кивает головой. "Чего, блять? Тебе делать нехуй было?" - А потом... - Хуа Чэн опасно покачнулся, и Лазурному пришлось схватить его за плечо, дабы избежать падения демона лицом в очень чистый пол. - Нашёл. "Охренеть, такая захватывающая история! Да ещё и такая логичная!" - И потом что? - спросил Ци Жун, чтобы поддержать разговор. - И всё. Ци Жун стал хихикать, изо всех сил стараясь не заржать в голос. - Это ещё не конец. - С посерьёзневшим, насколько это возможно в таком состоянии, лицом сказал Хуа Чэн. - Пхппхпхпхап... А когда... хихмхих... будет конец? - сдерживать смех было просто невыполнимым заданием. - На нашей свадьбе, - счастливо произнес Хуа Чэн, падая уже в правильную сторону на спинку дивана. "Какая душераздирающая история, ххихиххихаааххах. СТОП. В смысле «его» искал!? Блин. Меня окружают одни..." Но оставим их.

***

Когда Безликий Бай вошёл в свою комнату, Ангра Вэй соизволил появиться на свет. - По твоему взгляду я вижу, что ты несерьёзно относишься к сложившейся ситуации, - раздражённо заметил Цзюнь У. Настроение снова упало в Марианскую впадину. Зачем напоминать о том, о чем он и так постоянно думает? Уж и отвлечься нельзя? В глазах Ангра Вэя после этого высказывания заиграли чертики. С выраженной агрессией темный демон произнес: - Это я-то «несерьезно отношусь к сложившейся ситуации»? Ты шатался, где попало, пытаясь спасти свою богадельню, хотя легко мог сдохнуть! И от твоих жалких метаний толку нет, и ты это понимал, но не воспринимал всерьёз!.. - Ты от Ци Жуна перенял привычку орать!? - решил показать характер Бай. Послышался звук смачной пощёчины. - Не смей перебивать меня, - зло и тихо сказал агро Вэй. - Не смей бить меня! - сказал Безликий, который, оказывается, отличается невиданной смелостью, так как выхватил меч и попытался ударить темного демона. Конечно же, Ангра Вэй увернулся, а потом одним четким движением выбил меч из руки оппонента. Но Цзюнь У и это не остановило. Он решил продолжить махач, хоть и понимал, что это бесполезно, шансов на победу нет. Но через бой Безликий решил выпустить накопившиеся эмоции. А вот Ангра Вэй, наоборот, не совсем понимал, зачем его партнёр так делает. Вот кого в пору сравнивать с Ци Жуном, этого неадеквата последнего! Но всё-таки бой вел на уровне Бая (надо же время, чтобы придумать, что он будет делать с ним потом!), не спеша его теснить. А постройки у Хуа оказались очень даже качественными: они продержались целых три часа. Демонам очень повезло, что Хуа поселил Бая в отдельном крыле. Из-за этого никто не помешал их 'любовным' игрищам. Но в конце концов Бай сдался: - Ладно-ладно, успокойся. Давай заканчивать. - Мы же только начали, - с притворным сожалением сказал темный демон, но послушался. Ангра Вэй плотоядно смотрел на объект своего нездорового интереса, неумолимо приближаясь. У Безликого было явное желание попятиться к чудом выжившей стене, но он мужественно подавлял его. Темный демон подошёл и начал ласково обнимать Бая. Безликий, конечно, ожидал подвоха и уплывать в манящие дали не собирался. Он лишь напряжённо закрыл глаза. Ангра Вэй же нежно стал поглаживать партнёра по плечам, рукам, спине. От этих прикосновений у Бая пошли мурашки по коже. Через некоторое время он потянулся к губам Безликого и осуществил передачу энергии. Это было то, чего Белому Бедствию давно не хватало. Желанные потоки распространялись по всему телу, даруя одновременно расслабление и силу. Голова немного вскружилась, как после бокала лёгкого и терпкого вина. Темный демон, незаметно для Безликого, плавно опустил и себя, и его в лежачее положение. Ему были очень приятны неосознанные движения партнёра, когда он прижимал его к себе, пытаясь взять от него больше. Поэтому Ангра Вэй делал поток энергии неравномерным, немного дразня его. Тело Бая стало дрожать от удовольствия, а сознание всё-таки поплыло. Он начал обмякать в объятьях Ангра Вэя, доверяясь ему. А он только этого и ждал. Почувствовав, что его партнёру уже как-то уж слишком хорошо, темный решил это исправить. Разорвав поцелуй, он опустился к шее и грубо и больно укусил ее, пустив кровь. При этом Ангра Вэй умудрился так подмять под себя Белое Бедствие, что Бай был ограничен в передвижениях практически полностью. Безликий тут же вынырнул из пучины удовольствия, понял, что его всё-таки поймали на чистейшей уязвимости и почувствовал ярость. Болезненный укус доброты не прибавлял, как и отсутствие свободы движений. А темный демон тем временем ощутил коктейль эмоций из чистейшей злобы и абсолютной беспомощности, от чего у него окончательно снесло крышу. Он острыми когтями провел между ребер две глубокие полосы, чуть не вспоров лёгкие. Выполнив сие действие, он стал наблюдать за реакцией Бая с абсолютно нейтральным лицом. Правда, его выдавали слишком довольные глаза, но если до этого было кому-то дело, то точно не владельцу этих очей. Безликий крепко сцепил челюсти, но молчал, пристально и недружелюбно глядя на визави. Но Ангра Вэю было этого мало. Ему нужны были эмоции, крики, вопли, слезы и тому подобное. Хотя видя скрывающего боль Бая, темный демон испытывал особенное удовольствие, ему хотелось большего. Неожиданно для Ангра Вэя, Безликий мягко стал тянуться к нему с изменившимся в сторону доброжелательности взглядом. Темный решил посмотреть, что будет дальше, и позволил ему. Оказалось, Безликий Бай решил отплатить ему той же монетой и укусил в то место, где находится артерия. Каково же было его удивление, когда Ангра Вэй позволил ему пить кровь, абсолютно не сопротивляясь. Но так как пить просто так скучно, он вскоре оторвался и с лицом а-ля "не ты один такой умный" посмотрел на темного. Ангра Вэй со счастливой улыбкой сказал: - Видимо, ты хочешь моей крови. Прости, я был так невнимателен. Он рассек вены на правой руке и стал заливать ставшую черной кровь в сделанную недавно рану на рёбрах. Стало невыносимо жечь, и лицо Безликого исказилось гримасой боли. Дальше - хуже. Кровь стала разноситься по телу и словно прожигать насквозь, причиняя невыносимые мучения. Цзюнь У метался по полу, бешено извиваясь, пытаясь хоть немного унять жар, захвативший его целиком. Ангра Вэй, использовавший извращённую технику темной крови, наслаждался страданиями того, кто ему, собственно, нравился... Но разбор крыши этого садиста является делом очень тонким и сложновыполнимым, поэтому ограничимся тем, что примем его вкусы. Только к сведению, разумеется. Безликий прокусил щеку до крови, пытаясь не закричать от дикой боли, пронизывающей каждую клетку его многострадального тела. Но слёзы смысла удерживать не было, да и он их просто не замечал. Через минут пять незаслуженных адских мучений Безликий стал захлебываться в собственной горячей крови, которая к тому же просачивалась из глаз и заливала весь обзор. На этом этапе Цзюнь У окончательно наплевал на гордость и достоинство и решил не сдерживаться и кричать. Из горла донёсся лишь надрывный хрип. Но внимательный Ангра Вэй заметил уже плачевное состояние Безликого, поэтому соизволил подойти для исправления ситуации. Он ударил Бая ладонью по спине, чтобы вышла лишняя кровь, после чего потянулся за губами, дабы забрать разрушающую энергию. Как только он это сделал, то стал отдавать новую, но вскоре Бай его оттолкнул. - Достаточно, ты зашёл слишком далеко. Я не хочу тебя видеть, - презрительно бросил он ошарашенному Ангра Вэю. - То есть ты считаешь, что я делаю что-то необоснованно? - сказал Ангра Вэй, вставая. - Пытка ради пытки, призванная удовлетворить твою потребность в садизме, совершенно необоснована. По крайней мере, в мою сторону. - В итоге ты в плюсе, не понимаю претензий. Замена энергии делает тебя сильнее и... - То есть то, что творится до этого, ты опускаешь!? - взбешенно закричал Безликий. - Ты что, против некоторого количества боли? Это чувство делает ощущения ярче... - "НЕКОТОРОГО КОЛИЧЕСТВА"? - снова перебил Цзюнь У. - Ты ничего не попутал? Про себя, что ли?! Я тебе всего лишь кровь пустил, а ты в ответ что творишь?! - Ты придираешься, это далеко не худшее, что я мог сделать. - Всё, - сказал Безликий Бай, отворачиваясь и стремительно уходя. - Мне нужно побыть одному. Ангра Вэй растерянно стоял и смотрел ему вслед. Он мог сломать Безликого, сделать из него безвольную марионетку, окончательно подсадить его на свою энергию, сформировав зависимость хуже наркотической. Он раньше часто развлекался тем, что делал из сильнейших личностей ничтожных сломанных кукол, что ползали перед его ногами и умоляли о пощаде хриплым голосом с изумительными нотками страха. Проведя определенные манипуляции с хрупкой психикой живого существа, можно сделать из него преданного раба, воздвигшего своего мучителя на пьедестал кумира и единственно верного эталона. И Ангра Вэй умел это в совершенстве. Но сейчас он лишь растерянно смотрел ему вслед.