Глава 3. Частный детектив

      Поток русских ругательств и вспышка света вырвались из открывающейся распашной двери. Драко Малфой пригнулся, заклинание с треском ударило в противоположную стену, отрывая кусок штукатурки. — Да пошла ты! — Драко с силой надавил на массивную дубовую панель, захлопнув ее. Он посмотрел на пол и выругался, а затем нагнулся, чтобы зацепить кончиком палочки что-то маленькое и кружевное. Слегка приоткрыв дверь, он бросил предмет в комнату. Послышались новый крик и еще один магический треск, однако Малфой уже отвернулся и беззаботно поправлял рукава халата. Фамильный дом Ноттов в Лондоне был старым и ветхим, но оставался крепостью. — Обязательно так грубо выражаться? — Теодор Нотт откинул угол газеты и вскинул бровь, когда Драко вошел в темную, богато украшенную столовую. — Да. — Малфой сел за стол и налил в чашку кофе из серебряного чайника. — Это нарушает мое энергетическое поле по утрам, когда я особенно уязвим, — проворчал Тео. — Возможно ли кричать менее громко? — Я не кричал! Это она не обладает должной сдержанностью. — Не спорю, — произнес Нотт, развернув газету.       Проклятье, неужели он забыл наложить заглушающее заклинание прошлой ночью? Малфой раздраженно поморщился. Был поздний вечер, он успел выпить несколько бокалов виски, когда Саша (Таша?) связалась с ним по каминной сети. Они так и не смогли покинуть библиотеку. А Тео, должно быть, засиделся в кабинете по соседству. — Прошу прощения за нарушение твоего... поля, — натянуто произнес Драко, пододвигая подставку с тостами ближе и выбирая ломтик. — Брось. — Теодор махнул рукой. — Прибереги подобные речи для нее.       Малфой пробарабанил пальцами по глянцевой поверхности стола. — Я был с ней предельно откровенен, когда она заявилась ко мне после полуночи. И подумал, что она все поняла. Сегодня у меня много работы.       Тост хрустел в его руках, пока он размышлял о том, что должен был начать изготовление большой партии зелья сна без сновидений еще минувшим вечером. Если он хотел выполнить заказ вовремя, ему придется трудиться над ним допоздна. — Фу, какие мы раздражительные. Пожалуйста, постарайся не выходить из лаборатории после обеда и не портить благоприятную ауру дома плохим настроением. Ко мне придет друг. — Друг? — Драко прищурился и посмотрел на Тео, который, казалось, выглядел чрезвычайно взволнованным. — Неужели тебе удалось подступиться к Поттеру? — Нет. — Нотт решительно покачал головой. — Может быть. — Он махнул рукой. — Мне необходимо взять у него интервью. Особенно после того, как... — Тео смущенно прочистил горло. — Если бы нас не прервали, то мы... — Да, да, я достаточно наслышан о твоей влюбленности. Кто этот друг? — Малфой потянулся за газетой, которую отложил Теодор. — Первый вклад. Ранний доступ, — бормотал Тео. — Поскольку найден еще один, общественность сойдет с ума...       Драко понятия не имел, о чем тот говорил. Он не выспался и страдал от похмелья, поэтому его мало что волновало. Впрочем, Малфой переживал, кому сегодня заблагорассудилось посетить их скромное жилище. — Кто этот друг, Тео? — повторил он, намазывая джем на тост. — Грейнджер. Гермиона Джин Грейнджер. — О боги... — У Драко разболелась голова. — Я сталкивался с ней пару раз на этой неделе! — Тео махнул рукой, широкий рукав его яркого халата с рисунком пейсли колыхнулся как флаг. — В книжном магазине и бакалейной лавке. Мы немного пообщались. Я пригласил ее на чашечку кофе, и она согласилась. Думаю, нам есть что предложить друг другу.       Джем соскользнул с ложки, которую Драко держал над соусницей. Его взгляд впился в Тео. — Эти встречи были случайными? — Возможно. — Значит, ты используешь ее, чтобы подступиться к Поттеру? — Разве мне запрещено преследовать одновременно две цели? — Тео непринужденно рассматривал свои ногти, его длинные ресницы скромно трепетали, придавая ему невинный вид, который не соответствовал действительности. — Разумеется, нет. — Драко уперся локтями в стол. — Но тогда не надо отчитывать меня за то, что я выгоняю из дома несдержанных женщин. — Ладно, — обиженно фыркнул Тео.       Малфой раскрыл газету и заметил огромный черный заголовок. Он прочитал его и забыл, как дышать. — Так вот про что ты говорил?.. — Да. — Обида, проступившая на лице Тео, исчезла. Он нахмурился. — Произошло очередное убийство. — Почему ты мне не сказал? — Потому что... — вздохнул Тео, когда Драко внимательно прочитал статью. — Тиберий... — ахнул Малфой, его желудок свело, а горло сжалось. — Да, боюсь, что так. Мне жаль, Драко.       Искренность Тео казалось почти чуждой. — Я виделся с ним на прошлой неделе. — Драко прищурился, глядя на текст, и заметил под статьей имя Тео. — Вот почему ты вчера засиделся допоздна. — Ага... — Тот же почерк? — Драко изучал статью, в которой было предсказуемо мало деталей. — Найден на поле для квиддича. Прослеживается сходство с убийствами Фоули и Финбок, — бормотал он, читая. — Очевидное сходство, — констатировал Тео. — Я уверен, что они скрывают информацию. Поттер избегает ненужного риска, но мой источник в ОМП сообщил, что тела имеют общие посмертные признаки. Грейнджер упомянула, что удивлена тем, что никто не получал сообщений от убийцы. Думаю, она меня прощупывала...       Тео продолжал говорить, но Драко уже его не слушал. Он уставился на абзац с биографией Тиберия, его охватило чувство нереальности происходящего. Когда Малфой отложил газету и сделал глоток кофе, то ощутил странную пустоту внутри. — Есть какие-нибудь мысли по поводу дела? — Тео наклонился вперед. — Я бы хотел услышать мнение «самого проницательного ума британского сыска». — О, перестань себя цитировать.       По правде говоря, после войны Драко занимался несколькими индивидуальными расследованиями, используя сохранившиеся в памяти сведения о Пожирателях смерти, чтобы привлечь к ответственности некоторых беглецов. А благодаря статьям Тео, который на тот момент работал в одной из желтых газет, Малфой приобрел репутацию частного детектива. Разумеется, то была полная чушь, хотя Драко получал истинное удовольствие, помогая клиентам и чрезвычайно досаждая предшественнику Поттера, Гавейну Робардсу, поскольку во многом опережал весь ОМП в раскрытии дела Руквуда. Но сотрудничать с министерством ему больше не хотелось. Особенно после того, что случилось в прошлый раз. И уж тем более под руководством Поттера и Грейнджер. — Значит, никаких идей? — Нет. Абсолютно никаких. Меньше всего я хочу ввязываться в дело, которое находится в центре внимания ОМП. Ты же помнишь, чем тогда все обернулось. — Помню.       Драко почувствовал, как поднимается давление при мысли о том единственном случае, когда он согласился сотрудничать с ОМП, несмотря на серьезные сомнения. Малфой едва не угодил в Азкабан за то, что ударил заклинанием младшего прокурора, обвинившего его в сговоре с подозреваемым и фальсификации доказательств. Старые устои и предрассудки довольно крепко укоренились, особенно в правоохранительных органах, и Драко не хотел становиться символом борьбы с ними.       Но Тиберий, Салазар раздери. Он переключил внимание на газету и провел пальцем по фотографии ухмыляющегося Огдена, держащего в руках бутылку виски. Знания в области винокурения и пивоварения, которыми Тиберий поделился с Драко после войны, оказались бесценными для его работы в сфере зельеварения. Его настоящей работы, несмотря на то что Тео пытался сделать из него бравого частного сыщика из детективного романа, который Нотт постоянно пытался написать. Не говоря уже о поддержке и доброте, которые Огден проявлял к Драко, хотя никто другой этого не делал.       Проклятье. Ощутив сухость во рту, Малфой сглотнул и уткнулся в газету, внимательно изучая статью Тео. Тиберия нашли ранним утром на городском поле для квиддича. Все сходилось... Старик любил встречать рассвет, совершая полет на метле. Присутствовали одиночный след от ожога на груди и другие детали, подтверждающие связь с двумя предыдущими убийствами.       Какие именно детали? В голове Драко роились мысли о возможных вариантах. Он бы с радостью ознакомился с отчетом с места преступления. — Правда? — Голос Тео вывел его из раздумий. — Я сказал это вслух? — Да.       Нотт выглядел слишком самодовольным и воодушевленным, но Драко упорно игнорировал его. — Поэтому ты хочешь встретиться с Грейнджер? — поинтересовался Малфой. — Думаешь, она предоставит тебе отчет? — Я приму от нее любую информацию. Мне кажется, что дверь немного приоткрывается. И если я смогу просунуть в образовавшуюся щель ботинок, то доберусь до Поттера...       Во многих смыслах, — мысленно усмехнулся Драко. Тревожная одержимость Тео Гарри Поттером возникла в прошлом году, когда Избранный занял должность главного аврора и сделал приличную стрижку. Поттер не только оставил за собой руководство ОМП, но и предложил возглавить прокуратуру лучшей подруге и невыносимой всезнайке Гермионе Грейнджер, которая перешла из другого отдела министерства. Они, как и прежде, работали в тесном тандеме, объединяя два направления и решая все вопросы как единое целое. До Драко доходили слухи о том, что их методы работы сильно отличаются от прежних и что некоторые сомневаются в том, насколько они эффективны. Особенно в связи с тем, что нынешнее дело не сдвигалось с мертвой точки.       Три убийства, ни подозреваемых, ни зацепок, почти никакой информации?..       Не его проблема.       Малфой отогнал все мысли об ОМП и его раздражающих руководителях, вернувшись к Тиберию и несправедливости его гибели. Он был достойным человеком, в отличие от Драко. Дружил с не менее благородными людьми, пользовался уважением, проявлял доброжелательность, беззаветно любил свою работу. В общем-то, как и две другие жертвы.       Между ними должна была существовать какая-то связь.       Драко надеялся, что Поттер и Грейнджер постараются найти ее. — Мне кажется, что они многое скрывают, — вновь заговорил Тео. — У них в отделе царит круговая порука. А информация предоставляется только избранным. — Там, скорее, круговая дрочка. Это же настоящая гостиная комната в башне Гриффиндора. — Драко закрыл газету. — Уизли на каждом шагу, а Поттер и Грейнджер заправляют всем. — Это не осталось незамеченным. Но поскольку наступил переломный момент, и все в ужасе от того, что может произойти еще одно убийство... Я действительно полагаю, что Гермиона готова к диалогу. — Что ж, им нужно что-то менять. — Малфой покачал головой и встал, смахнув крошки с отворота халата, а затем вспомнил, что перед похоронами Тиберия ему, вероятно, следует отправить в чистку парадную мантию. — Она придет в три. — Тео тоже поднялся со стула, туже запахнув шелковый халат вокруг худощавой фигуры. — Сама Грейнджер, — объявил Драко, разводя руками. — Посетит нас.       Он окинул взглядом окружающую их разрушающуюся роскошь эпохи Возрождения. Лондонский дом Ноттов оставался последним имуществом Тео и Драко после того, как министерство конфисковало все остальное по окончанию войны. Тео не мог в одиночку содержать его на зарплату журналиста, поэтому они владели им совместно, занимая каждый по крылу. В расположении Драко находилась лаборатория, в которой он намеревался скрыться до конца дня, надеясь, что его никто не побеспокоит. — Лучше прикрой болтливый портрет твоей фанатичной прапрабабки в библиотеке, — произнес Малфой, обходя стол и направляясь к распашной двери. — Не хочу, чтобы ее вопли нарушали мою концентрацию. — Будет исполнено, дорогой! — крикнул Тео ему вслед.