Глава 1. Насилие недобрый знак

Князь Аньлэ, чьё звание так похоже на название государства Саньлэ, оказался стервозным и до жути хитрым человеком, который имеет двойное дно у себя в душе и маску на своем лице. Сладкие речи, аккуратная улыбка, глаза, блестящие от счастья — всё это обман. За его сладостью кроется гниль, черствость, а глаза блестят от наслаждения, когда он видит страдающего человека. Князю приносит счастье наносить и физические, и моральные раны. Они бывают настолько глубоки, что начинаешь мечтать об одном — о смерти. Человек, попавший в ловушку князя Аньлэ, обретен на вечные страдания, и единственное о чем несчастный может молить — это об скорейшем обрыве своей жизни. Десятки людей попадались на сладкую речь и обман. Все закончили одинаково — умерли от изнеможения.  Ведь правду говорят — не читай книжку по обложке. Её содержание может оказаться настолько ужасным или прекрасным, что ты захочешь встретить бога, лишь бы попросить продолжения или уничтожения этой книги. Хорошие произведения возносятся и становятся предметом поклонения. А такая книга, как князь Аньлэ не достоин даже в аду гореть.  Когда Аньлэ достиг своих двадцати семи, он повстречал девушку, красивую девушку, настолько, что хотелось её запереть и не выпускать, чтобы только я один мог ей любоваться. Но вот характер подвёл. Из рта миловидной вырывалось столько нецензурной лексики, что её кровь скорей всего состояла из них. Но характер можно изменить с годами, а вот внешность с какой уж уродился. Аньлэ не смог сдержать себя, он хотел эту девушку. Он хотел иметь детей только от неё. Наследник рода не появиться на свет от другой женщины, только от неё.  Князь решил поговорить с девушкой, когда увидит её, но кто ожидал, что она придёт сама. Аньлэ уж подумал, что в тот день их взгляды пересеклись, и она тоже заприметила его, но девушке явно было безразлично на него.  -Князь, я слышала, что вы хотите стать сильнее и занять трон. — Девушка говорила так, будто перед ней стоял простолюдин.  Увидев её в близи, Аньлэ заприметил, что она на кого-то очень сильно похожа. Лазурные одежды, русые волоса, глаза цвета изумруда.. .  -А! Так вы значит, госпожа, будете Лазурным Демоном! — Князь хлопнул в ладоши.  -Верно. Я хотела тебе помочь одержать вверх. — Демоница пошатала мешочком в руке.  Девушка незаметно перешла на неформальную речь. Ну как незаметно, просто вместо «вы» стала говорить «ты».  -Но ты демон, как я могу доверять тебе? — Аньлэ хитро улыбнулся.  -Я могу попробовать усиливающие вещества первая.  -Нет, так не пойдет.  -Тогда я пошла.  -Подожди! Давай...обмен! Совершим обмен! -Мне ничего не надо.  -Это...это успокоительное!  -Зачем оно мне? Я по твоему плохо контролирую эмоции?  Аньлэ проскрипел зубами. Ну не мог же он сказать ей истинное предназначение его «лекарства». Это было бы тоже самое, что и выдать координаты войск своему врагу.  -Нет...просто я хочу, чтобы мы были в равных условиях.  -Хм... — Демоница задумалась. — Хорошо, но больше такого не повториться, ты будешь брать, но не давать, понял?  -Да! — Князь быстро поменял их мешочки руками, чтобы девушка не передумала.  -Я пошла. — Девушка развернулась, чтобы уйти.  -Стой! — Князь схватил демоницу за руку и сразу же отпустил. — Давай здесь вместе примем? -Как-то это подозрительно. — Лазурный демон развернулся.  -Н-нет, что ты! Просто надо, чтобы мы дальше доверяли друг другу.  Князь вытер вспотевшие ладони о края ханьфу и нервно улыбнулся. Его маска лицемерия дала трещину прям в центре. Прежняя стойкость начала сдавать позиции. Конечности подрагивали в такт дыханию, а глаза бегали, избегая взгляда девушки.  -...Запомни, разовые акции действуют один раз. — Демоница вздохнула и немного опустила голову.  -Д-да!  -Я приму эти таблетки. В отличие от тебя, я не умру, ты, жалкое подобие мужчины.  Аньлэ не ответил, чтобы сдержать свой язык, который так и хотел съязвить в ответ. Ему очень надо, чтобы Демоница приняла эти таблетки.  -Как вас звать, госпожа?  -Так-то Ци Жун, но ты продолжай госпожой.  -Хорошо.  Демоница вытащила таблетку из мешка и просто проглотила её. Как она и сказала, от яда она не умрёт. Даже если это слабительное, то её прах не с ней, и её не убить.  Как Ци Жун и подозревала, это оказалось слабительное, но очень странное. Оно не просто отключило сознание, оно сделало его мутным, и жар распространился по всему телу. Девушке резко захотелось раздеться и бросить одежды куда подальше. Буть она дома, так бы и сделала. Но тут не её дом, том более перед ней — мужчина.  Остатки разума покинули это окаянное тело демона. Чувства и инстинкты взяли вверх. Дальше девушка действовала не по своей воле, она даже вряд ли что-то вспомнит.  ***от первого лица*** Ци Жун открыла глаза. Точнее моя новая мама. Я не помню прошлого, я не знаю где я сейчас. Я лишь помню, что это не первая жизнь. Это помогает не принимать эгоистичные чувства самой себя, то бишь ребенка.  В этом теле я нахожусь с самого рождения, ровно пять лет. То есть сегодня мой день рождения. Мама в честь этого обещала отвести меня в приличную таверну.  Встав с кровати, я пошла на своеобразную кухню. Так как мама ещё спит, я приготовлю завтрак. Думаю, что сегодня это будет яичница с овощами. Мама любит такое. Правда есть одно но, я никогда не умела готовить. Может в прошлой жизни умела, но с моими навыками сейчас, думаю это ошибочное мнение. Но я так хочу маму порадовать, что попробую ещё раз.  На кухне я нашла всё, что мне надо. Яйца две штуки, помидоры, которые я уже нарезала, и свежий огурец. Приступим к готовке. Сначала разожжем подобие плиты и поставим вок.*  Немного растительного масла...Можно обжаривать помидоры и забивать яйца. В этот раз даже не буду солить, а то как в прошлый раз есть одну соль не хочется.  *вок - сковорода в Древнем Китае Яичница готова! Снимем на глиняные тарелки... -А-Лу, чем ты занята? — Из-за двери появилась Ци Жун.  -Доброе утро, мама! — Я помахала ей, стоя на стульчике. — Я завтрак готовлю!  -Не упади только. — Ци Жун подошла ближе. — Ты в курсе, что твоя еда хуже, чем сырое мясо?  -В этот раз я не солила, мама. — Я надула губки. -Ладно-ладно. — Мама погладила меня. — Давай снимай свою пищу богов с вока, а то сгорит. Тебе же ещё подарок распаковывать.  -Хорошо, мама!  До жути интересно, что в подарке, так что я по быстрее закончила с приготовлением завтрака и побежала за стол с тарелками.  -А-Лу, когда-нибудь ты точно упадешь, с такой-то аккуратностью. — Мама вздохнула.  -Не упаду! Мама, я сильная и выносливая!  -Хорошо-хорошо. Садись давай.  Я залезла на стул рядом с мамой, предварительно поставив тарелки я завтраком на стол, и улыбнулась во все тридцать два. Хотя, у меня их сейчас раза в два меньше.  -Приятного аппетита! — Я сложила руки в благодарственном жесте и приступила к еде.  . . . . . .  -Мамуль, не ешь это! — Я быстро вскочила и побежала за водой.  -Ха-а-а, так и знала. — Ци Жун улыбнулась.  Я прибежала со стаканом воды, откашливаясь.   -Я же не солила даже, почему так? — Мои глаза были на мокром месте. -Ну не расстраивайся, иди лучше подарок открой. — Мама со всей нежностью погладила меня по голове.  -Угу-м. — Я кивнула и пошла открывать подарок. Чтобы докопаться до истины и сущности подарка, пришлось снять аж пять оберток. А под ними оказалась деревянная коробка. Большая, сколоченная в ручную. Вряд ли мама делала. Я посмотрела на её руки. Хотя может и она. Все её руки в бинтах. Надо обработать потом.  Я открыла коробку. Там оказалась ещё одна коробка, спрятанная в большом количестве порванной бумаги. В этот раз это оказалась маленькая зеленая шкатулка, внутри которой подвеска в виде капли крови. Ручное изделие по виду. Возможно, что...  -Я думаю ты догадалась. Эта ручная работа в единственном экземпляре. Так же, как и материал для этой подвески — Мама как-то странно улыбнулась.  Значит эта подвеска очень дорогая...Но из чего такого она может быть сделана?  -Когда подрастешь ещё, скажу из чего она сделана. — Мама поцеловала меня в лоб и помогла закрепить подвеску на шее. — А теперь пойдём туда, куда я обещала. Я кушать как и ты хочу.  Мои щёки покраснели от напоминания об моих умениях готовить. Ну с каждым бывает. У каждого ведь есть друг или родственник, который отвратительно готовит. В данной ситуации — это я.  -Пойдём, мама! — Я протянула руку, чтобы взять ладонь мамы.  -Идём, солнце. — Мама встала, взяла меня за руки, и мы пошли на улицу. *** -Моя А-Лу!  Ци Жун держало несколько крупных мужчин, скрутив той руки за спиной. -Мама! Спаси..ммммм....спаси меня....мммм!  Меня держал ещё один мужчина, то и дело закрывая мне рот.  По маминым щекам текли слёзы. Её губы были искусаны в кровь, а на шее след от удушения. Я тоже плакала. На левой щеке разлился синяк от удара ладонью. Слёзы обжигали лицо. Они всё текли, но скоро закончиться. Глаза болят от такого количества выплаканного.  Как вы могли понять, меня похитили. Не знаю зачем, но когда мы с мамой вышли из дома, нас сразу окружили и оглушили. Маму связали и держали, а меня потащили. Я быстро очнулась от боли, но позднее мамы. Она уже кричала... -Отпустите А-Лу! Отпустите мою дочь! — Мама очень сильно плакала. Её голос осип. -Мамочка...  Мне в рот запихали тряпку, а в последствии меня как эту тряпку в мешок от муки. Последнее, что я видела, это глаза мамы и безразличные лица мужчин.