Тоффи против Невады

Через десять минут после разговора с родителями Стар вернулась в свою комнату и тут же взяла телефон. Она заметила десять пропущенных звонков от Марко. Паника поднялась в ее груди, когда она немедленно набрала его номер. Звонок остался без ответа. Нахмурившись, она набрала номер еще раз. И снова никакого ответа. Пальцы Стар дрожали, когда она снова позвонила, но услышала ту же тишину. Ее сердце упало. Открыв приложение для обмена сообщениями, она заметила, что Марко в сети. Ее охватило облегчение — он не полностью ее игнорировал. Она быстро набрала: «Прости». Когда ответа не последовало, она продолжила: «Я снова была не права». «Пожалуйста, ответьть!» «Я знаю, как решить твою проблему, я помогу тебе». «Почему ты не отвечаешь? Ты все еще злишься из-за курения? Обещаю. В жизни больше не возьму в рот эту гадость». По-прежнему ничего. Стар уставилась на экран, желая, чтобы Марко ответил. Ее воображение разыгралось.  Он что так зол, что не хочет даже разговаривать со мной? Или он хочет так меня наказать? — подумала Стар. Тем временем у Марко. Когда прозвенел первый звонок, он попытался взять с тумбочки свой телефон, но случайно уронил его на пол. Марко пытался взять его, но не мог дотянуться до Пола, в результате чего он лишь случайно его разблокировал а до этого отключил его на мессенджере, где был открыт контакт Стар. Марко все это время пытался поднять телефон пока раз за разом приходили новые сообщения от Стар. В итоге Марко наконец удалось схватить телефон, лишь после того как Стар отправила ему плачущий смайлик перед которым были слова «Я больше так не буду, ну прости меня» . Слова Стар ударили его, как удар в грудь. Он вздохнул, потирая затылок. Он хотел ответить, но его разум был в беспорядке. Он чувствовал себя подавленным тяжестью после последнего звонка, ситуацией с кредитом, а теперь и очевидной виной Стар. Вместо того чтобы ответить, Марко посмотрел на американский флаг, висящий в его комнате. Вид этого вызвал смешанные чувства. «Земля свободных», — подумал он. Он начал тихо напевать «O say can you see by the dawns early light. What so proudly we hailed at the twilight last gleaming?» его голос был тихим и задумчивым.  Марко всегда гордился своими корнями, тем, что он часть системы, которая ценит свободу и ответственность. Но знакомство со Стар — с той, кто пришла из совершенно другого мира, в буквальном смысле — заставило его усомниться в некоторых вещах. Стар была пылкой, целеустремленной и страстной. Она любила его всем сердцем, но ее королевское воспитание часто сталкивалось с его более приземленной жизнью. «Я подходящий человек для нее?» — задавался вопросом Марко. «Сможет ли она приспособиться к этому миру? Или она всегда будет привязана к Эхо-Крик, вернее к его части—Мьюни?» Он чувствовал тяжесть их различий сильнее, чем когда-либо. После чего Марко лишь выключил свой телефон и устроившись поудобнее попытался заснуть. Увидев как Марко вышел из сети, Стар положила телефон подальше и уткнувшись в подушку начала плакать.  Через минуту сквозь слезы прошептала: «Марко, через месяца 2 или 3 мы будем спать в одной кровати… в нашем собственном доме». Эта мысль принесла ей немного утешения. Но сомнение закралось снова: я все испортила?  Неужели я довела Марко до точки невозврата? Не в силах сдержать эмоции, Стар плакала, пока не уснула, телефон все еще лежал недалеко от нее, как будто ответ Марко мог спасти ее от бури в ее сердце. Марко все никак не мог уснуть. На сердце было тяжело, отягощенное вопросами, на которые у него не было ответов. «А что, если Стар не та самая? Я очень сильно ее люблю — Она всегда была со мной, даже когда у нее был парень, мы всегда хотели быть вместе. Но то что она никак не может смириться с тем какая жизнь в США: кредиты, налоги, бюрократия, необходимость работать больше обычного графика, когда это неизбежно — все это указывало на большую пропасть. «Независимо от того, как сильно мы любим друг друга, движемся ли мы в одном направлении?» — задавался он вопросом. Марко закрыл глаза, пытаясь заглушить свои мысли. Но его разум был беспокойным. Он перевернулся, плотнее завернувшись в одеяло. «Она принцесса — ну, была ей. А я? А я Американец. Мне нужно придумать, что делать дальше». Марко уснул, не найдя решения своих мыслей. Тем временем Стар свернулась калачиком в своей постели, сжимая подушку. Ее лицо все еще было мокрым от слез, но ее разум отказывался успокаиваться. «Почему он мне не отвечает?» — подумала она, ее грудь сжалась от беспокойства. «Он устал от меня? Устал от моих истерик? Он думает, что я обуза для него? Он ведь прав. Мне нужно привыкнуть к тому, что я теперь обычная девушка, да и еще решившая стать гражданкой этой страны». Неуверенность Стар терзала ее. Она прокручивала в голове, что она вообще творит. «Я легко раздражаюсь, если что-то идет не так. Обижаюсь на то, что Марко не живет как я привыкла. Все время думаю о политиках, да еще курю. Я ненавижу то, насколько импульсивной я могу быть. Он прожил гораздо больше, чем я. Он провел десятилетия в измерении Гекапу. Он сорокалетний мужчина в теле 17-летнего подростка... но даже он борется со всеми этими займами и кредитами. Наглым шефом, а мне еще учиться и учиться». Ее мысли кружились, пока она пыталась понять, что чувствует Марко. «А что, если я источник всех его проблем?» Наконец, сон одолел ее, хотя ее разум оставался беспокойным. Утреннее солнце светило в окно Стар, вырывая ее из беспокойного сна. Она сонно потянулась за телефоном, ее сердце замерло, когда она не увидела сообщений или пропущенных звонков от Марко. Но как раз когда она собиралась положить телефон, появилось уведомление о новом сообщении. Оно было от Эклипсы: «Стар, сегодня у меня важная встреча, увы тебе нельзя на ней присутствовать, так что отдохни сегодня. Проведи время с Марко!»  Стар моргнула, прочитав сообщение, слова медленно доходили до ее сознания. «Значит у меня выходной? Но почему мне нельзя присутствовать? А ладно, Марко важнее. Мне нужно увидеть его», — подумала она. После чего ответила Эклипсе «Спасибо! Я рада, что могу провести время со своим любимым». Стар быстро переоделась в чистую одежду и схватила телефон. «Мне нужно это исправить», — пробормотала она себе под нос, после чего вышла из дома и направилась к дому Диаз.. Утренний свет просочился через окна, когда Мун проснулась. В доме было тихо, за исключением звука мягких шагов за дверью. Она неуверенно села и повернула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Стар выскальзывает из входной двери. Мун вздохнула. «Ну, как всегда... она даже не хочет завтракать». Через мгновение Ривер проснулся рядом с ней, потягиваясь с довольным зевком. «Доброе утро, пирожочек!» Моргнул Ривер, заметив ее хмурый взгляд. «Что случилось?» «Стар уже ушла». — Ответила Мун. Ривер устало вздохнул. «А, ну... она всегда торопится, не так ли?» Он сделал паузу, потирая бороду, прежде чем добавить более серьезным тоном: «Совсем взрослая, работает не покладая рук, правда я до сих пор не могу поверить, что она курит». Губы Мун сжались, когда она села как следует. «Я тоже».  Ривер перекинул ноги через кровать и встал, слегка расхаживая. «Знаешь, это напоминает мне о времени, когда нам пришлось иметь дело с этими проклятыми сигаретами в ранние дни нашего правления». Мун усмехнулся. «Ты имеешь в виду, когда Пироговцы решили нажиться на плохих привычках всех?» Ривер мрачно кивнул. «Да. Я до сих пор помню, как впервые увидел одного из моих рыцарей, дымящего одной из этих штук. Сначала я подумал, что он держит крошечный факел! » Мун покачала головой. «Это был всего лишь временный отрезок, после победы над Тоффи и по какой-то причине именно тогда курение стало «модным» среди мьюманов». Ривер проворчал. «Они говорили, что это делает их «утонченными». А кто-то, что сигареты защитят их от монстров, в том числе и от таких как Тоффи. Но ты вижу помнишь  кто, стоял за всем этим?» Мун вздохнула.  «Такое невозможно забыть». Ривер фыркнул, вскинув руки в воздух. «Эти подлые мошенники, с виду обычные пекари, никто мне не верил! Они продавали это тайно, утверждая, что это «экзотический новый деликатес и тем, что дым защитит их от монстров». И Мьюманы — доверчивые, как всегда — купились на это». Мун нахмурилась, вспоминая. «Я до сих пор помню, как впервые вошла на собрание высоких лордов и увидела их всех с этими палочками во рту, ведя себя так, будто они открыли какую-то великую новую традицию». Она прищурилась. «Это было отвратительно». Ривер скрестил руки на груди. «И что хуже всего? Пироговцы все продумали, делали начинку с никотином который действительно яд для монстров, но делает Мьюман зависимыми от него. Каждый раз, когда мы закрывали одну из их лавок появлялась другая, где-то в другом месте». Мун вздохнул. «Я запретила продажу сигарет королевским указом, но они не остановились. Они просто начали продавать их нелегально». Ривер горько усмехнулся.  «И тогда у них хватило наглости заявить, что мы неразумны. «О, король Ривер, дорогая королева Мун! Почему вы отказываете своим людям в простом удовольствии от небольшого угощения?» — Он высмеял их преувеличенно невинный тон. Мун закатила глаза. «Они сделали так, будто мы отнимаем что-то безобидное. Но мы оба видели, что произошло. Мьюманы стали зависимы от них. Они становились раздражительными, если у них ничего не было, и я даже слышала истории о дворянах, подкупавших слуг, чтобы те тайно пронесли их в замок». Ривер кивнул. «А когда мы наконец начали их преследовать, они попытались настроить общественность против нас». Выражение лица Мун потемнело. «Да. Та нелепая речь, которую они произнесли на рыночной площади — «Мы, пироговцы, всегда приносили сладости на Мьюни! Почему корона хочет ее отнять?» Ривер сжал кулаки. «Они идеально сыграли роль жертв. Даже некоторые из наших людей считали, что мы слишком суровы».  Мун вздохнула. «Потребовались годы, чтобы окончательно искоренить это. Я так сожалела, что не смогла придумать заклинания от курения. И даже тогда, я уверена, что эти пекари просто перешли на какую-то новую схему». Плечи Ривера поникли, когда он откинулся на кровати. «И теперь, после всего, что мы сделали, после всех этих лет борьбы с этими ужасными вещами... наша собственная дочь курит». Мун молча кивнула, ее взгляд был устремлен на дверь, из которой только что вышла Стар. Ривер глубоко выдохнула. «Я не думаю, что она даже осознает, сколько усилий мы вкладывали, чтобы уберечь Мьюни от этой ерунды». Мун покачала головой. «Для нее это просто способ справиться со стрессом. Но стресс был тем же оправданием, которое использовали мьюманы в то время. К тому же мы тщательно скрыли от нее следы присутствия сигарет на Мьюни». Ривер потер лоб. «Настоящая проблема не в курении. Это то, что заставляет ее чувствовать, что оно ей нужно в первую очередь». Мун кивнула. «Она находится под слишком большим давлением. Движение за права монстров, ее отношения с Марко, все».  Она на мгновение закрыла глаза, прежде чем добавить: «И она постоянно говорит о политике. Я вижу, как сильно это ее тяготит». Ривер посмотрела на нее с беспокойством. «Думаешь, с ней все будет в порядке?» Мун медленно выдохнула. «Я не знаю». Ривер потянулась к ее руке, ободряюще сжав ее. «Она сильная, Дорогая. И она умная. Она со всем разберется». Мун выдавила из себя легкую улыбку. «Я надеюсь на это». Мун и Ривер были глубоко погружены в свои мысли. Как бы они ни хотели запретить эту гадость, теперь, когда Мьюни стал частью Эхо-Крик, запретить сигареты было невозможно. В отличие от прежних времен, они не могли просто издать королевский указ и покончить с этим — теперь к ним применялись американские законы, и запретить что-либо напрямую будет гораздо сложнее, чем во времена их правления. Теперь и магии нет и они больше не у власти.  Ривер вздохнул, скрестив руки на груди. «Это просто не укладывается в моей голове. Мы потратили годы, пытаясь избавиться от этого на Мьюни, а теперь наша собственная дочь подсела на эту привычку в новом мире, где против нее уже борется десятилетиями но при этом до сих пор табачным компаниям удается подсадить новое покаяние на эту дрянь». Мун кивнула. «И мы ничего не можем сделать, чтобы это остановить. Мы больше не у власти, а законы тут работают совершенно не в пользу полного запрета этой привычки». В этот момент телефон Ривера завибрировал. Он вытащил его из кармана, выражение его лица изменилось, когда он прочитал сообщение вслух. «Мистер Баттерфляй, нам нужна ваша сила.  В лесу заметили огромного лося, и без вас мы его не поймаем». На его лице расплылась улыбка, и он тут же поцеловал Мун в щеку. «Мне пора! Еще один день на любимой работе». Мун едва успела отреагировать, как Ривер схватил свое охотничье снаряжение и выбежал за дверь. Она покачала головой, пробормотав: «Ну, хоть у кого-то утро проходит продуктивно». Она глубоко вздохнула, уже сосредоточившись на предстоящем дне. Ее пекарня все еще проходила проверку, которая началась вчера и должна была продолжиться сегодня. Значит сегодня выходной. Не успела подумать Мун, чем ей сегодня заняться, как вдруг ей кто-то позвонил.  Это была Эклипса. Мун нахмурилась и ответила. «Эклипса?» Голос Эклипсы был необычайно напряженным. «Мун, ты срочно нужна в мэрии». Мун слегка сжала телефон. «Зачем?  Стар просила тебя позвонить мне?» Мун тут же предположила, что Стар возможно хочет получить от нее совет но боится попросить ее прямо или просто решила втянуть свою маму в какое-то политическое собрание. Эклипса вздохнула. «Нет, это не имеет никакого отношения к Стар. Я дала ей выходной. У нас тут срочное дело и она не должна об этом узнать». Это заявление только усилило беспокойство Мун. Не задавая дальнейших вопросов, она схватила пальто и вышла из дома, направившись прямиком в мэрию. Когда пришла Мун, Эклипса уже стояла снаружи здания, выглядя невероятно недовольной. Сигарета висела между ее пальцев, тонкая струйка дыма вилась в холодном утреннем воздухе. Мун остановилась на месте, потрясенная. «Эклипса... ты куришь?» — казалось, что Мун сейчас потеряет создание. Эклипса взглянула на нее и слегка ухмыльнулась, сделав еще одну затяжку, прежде чем плавно выдохнуть. «Только раз в неделю. Иногда стресс настолько сильный, что я не знаю как по другому, как сейчас». Выражение лица Мун посуровело. Ведь сейчас ее волновало другое «Ты знала, что Стар курит?» — спросила Мун. Эклипса тихонько усмехнулась, стряхивая пепел с сигареты. «Конечно, я знала. Она не скрывала этого от меня». Челюсти Мун сжались от раздроженния. «И ты не пыталась ее отговорить?» злобно ответила Мун. «И почему ты мне об этом не сказала?» — казалось, что Мун сейчас готова ее убить. Эклипса пожала плечами. «Я не ее мать, Мун. И, честно говоря, Стар испытывает больше стресса, чем любая восемнадцатилетняя девушка. Если сигарета помогает ей успокоиться, я не собираюсь ее за это ругать. А уж тем более докладывать кому-то об этом». «Я ее мать! А не кто-то кому это знать не обязательно» — Ответила Мун. Эклипса ее в ответ твердо ответила «Ну так может быть дело в тебе? Раз ты ее мать?». Мун резко выдохнула, уже расстроенная, но она отодвинула разговор в сторону. Были более насущные вопросы. «Ладно, ближе к делу. Зачем ты меня сюда позвала?» — Спросила Мун. Выражение лица Эклипсы потемнело. Она выронила сигарету, раздавив ее каблуком, прежде чем заговорить. «Потому что что-то произошло.  Что-то, о чем мы не можем позволить Стар узнать». Глаза Луны сузились. «И что именно это «что-то»?» Эклипса указала на здание. «Лучше, если ты сама об этом узнаешь». Мун последовала за ней внутрь. Напряжение в воздухе сразу же возникло. Когда они шли к кабинету Эклипсы, звук повышенных голосов становился громче. Когда они вошли внутрь, они обнаружили, что уже идет жаркий спор. Мэр был на одной стороне комнаты, его лицо покраснело от разочарования, когда он ударил рукой по столу. «Мисс Баттерфляй, я повторяю в сотый раз, что это не обсуждается, мы принимаем их условия и точка!» С другой стороны стоял Глобгор, его массивное тело нависало над столом, его голос был таким же яростным. «Я НЕ позволю Эклипсе согласиться на эти условия!» Глаза Мун метались между ними, ее замешательство росло. «Что здесь происходит?» — Спросила Мун резким и недовольным голосом. Мэр, покрасневший и рассерженный, обратил свое внимание на Мун, его голос перерос в напряжение. — «Вы кто?» Мун выпрямилась, встретив его взгляд без колебаний. «Я мама Стар». Мэр вздохнул и потер виски. «Я понимаю. Мисс Баттерфляй сказала, что Вы можете помочь нам». Мун скрестила руки на груди. «Тогда перейдем к делу». Не говоря больше ни слова, мэр взял ранее полученный документ и протянул его Мун с мрачным выражением лица. — «Сами прочитайте». Мун взяла конверт, осторожно сломав печать. Она развернула письмо и начала читать.             2 дня назад. Драй-Уэллс. Невада                          Холодный ветер пронесся по бесплодной пустоши, когда остатки армии Тоффи собрались под бледным лунным светом. Разбросанные и лишенные лидера, они выживали в тенях, ожидая подходящего момента, чтобы снова попытаться захватить Мьюни. Новым командиром теперь был Дракс, высокий, покрытый шрамами воин-ящер, стоял перед своими войсками. Его пронзительные глаза изучали лица тех, кто остался — последних верных солдат их павшего генерала. Он сжал когти в кулаки. «Мьюни точно ослаб, я знаю, что Мун больше не королева, но факт остается фактом, мьюманам не место на троне. И сегодня ночью мы сделаем первый шаг к его возвращению». Монстры пробормотали в знак согласия. «Но где Мьюни?» — спросил Слит, его раздвоенный язык нервно дергался. «Мы путешествовали месяцами, и все, что мы нашли, — это странные земли, странные существа». Его желтые глаза метнулись к далекому свечению поселения. «Мы должны были уже добраться до окраин королевства, но все выглядит неправильно».  Дракс зарычал. «Мьюни здесь. Так и должно быть. Возможно, ландшафт изменился за время нашего отсутствия, но этот мир все еще принадлежит нам». Вордак, крепкий, острозубый солдат, тихо зашипел. «Тогда мы возьмем эту деревню, как и планировали?» Дракс кивнул. «Драй Уэллс не защищен. Небольшое поселение в пустыне. Никаких признаков королевской стражи, никаких магических барьеров, никаких отвратительных Баттерфляй. Мы ударим на рассвете, возьмем под контроль и используем его как плацдарм, чтобы начать завоевание». Слит колебался. «А что, если что-то не так? А что, если это не Мьюни?» Глаза Дракса сузились. «Тогда мы все равно сделаем его своим». Монстры обменялись взглядами, прежде чем кивнуть в мрачном согласии. В надежде захватить этот маленький город, где почему-то живут одни фермеры вокруг крошечного оазиса.  Когда первые лучи утреннего солнца протянулись над бесплодной землей, отбрасывая длинные тени, когда бывшие солдаты Тоффи вышли из своего укрытия. Вооруженные грубым оружием — ржавыми мечами, копьями и подобранными инструментами — они двигались как один, их рептильные тела бесшумно скользили по каменистой земле. Командир Дракс возглавил атаку, его острые когти впивались в землю с каждым шагом. Воздух был сухим, неся запах пыли и человеческой цивилизации. Его холодные глаза были устремлены на поселение впереди — Драй-Уэллс. Это было не так уж много. Маленькие здания, потрескавшиеся дороги, странные металлические машины, стоящие рядом с домами. Но это не имело значения. Важно было то, что это был первый шаг к возвращению Мьюни. «Двигайтесь быстрее», — приказал Дракс низким рычанием. «Без пощады». Войдя в город Драйкс закричал «В атаку» сначала жители Драй-Уэллса их не заметили.  Город повидал немало бродяг и нарушителей спокойствия — в конце концов, это же Невада. Но когда чудовищные фигуры поднялись на холмы и начали приближаться, на город опустилась жуткая тишина. Жители видели непонятные силуэты. Как вдруг одна старушка закричала «Бежим!!» Начался хаос. Семьи выбегали из домов, бежали к машинам или бежали в пустыню. Матери прижимали к себе детей, старики спотыкались, а двери хлопали, когда люди пытались запереться внутри. Но не все бежали. Монстры ожидали увидеть слабых, зависимых от магии людей. Но вместо этого они получили кучу непонятных им людей. Группа мужчин — скотоводы, охотники и несколько бывших военных — схватили винтовки и заняли оборонительные позиции за грузовиками и зданиями. Городской шериф, стареющий, но твердый человек по имени Картер, вышел на улицу с дробовиком в руке. «Что, черт возьми, это за твари?»  пробормотал один из фермеров, взводя винтовку. Картер не знал кто это, но ему было все равно. «Открыть огонь» — закричал он. Утренний воздух сотрясли выстрелы. Пули пронзили ящериц, некоторые попали прямо в грудь, другие сбили их с ног. Несколько упали. На мгновение люди подумали, что у них есть шанс. Но затем произошло нечто невозможное. Павшие монстры дернулись… затем пошевелились… затем снова встали. Пулевые отверстия в их телах запечатались, словно след на слайме или неньютоновской жидкости. Некоторые из них выглядели раздраженными. Другие рассмеялись. Один из фермеров, побледнев, крикнул. «Какого черта…?» Дракс ухмыльнулся, шагнув вперед, последние следы огнестрельного ранения исчезли с его груди. Он поднял с земли использованную пулю, прокатил ее между пальцами, прежде чем отбросить в сторону. После чего подошел к Картеру со словами «У вас, людей, интересное оружие», — размышлял он.  «Но ты совершил ошибку». Картер невозмутимо перезаряжал дробовик. «Да? И что это?» Дракс оскалил зубы и злодейским тоном ответил. «Ты не убежал». Затем монстры с разных сторон атаковали Картера. Шериф Картер сразу же перезарядил дробовик, чертыхаясь себе под нос. Остальные мужчины начали паниковать, увидев как Драйкс мигом выхватил у Картера дробовик а другой монстр нанес ему ранение. «Нам нужен новый план!» — крикнул помощник Картера. В этот момент Том Уитакер - молодой фермер сразу увидел Картера в опасности, сжимая в руках свернутое лассо. Его дед научил его пользоваться им еще до того, как он научился ездить верхом. Он не был уверен, почему, но что-то подсказало ему довериться своим инстинктам. И тут он увидел свой шанс. Одна из ящерообразных тварей бросилась на раненого Картера, занеся когти для второго удара.  Не раздумывая, Том раскрутил лассо над головой и бросил его вперед. Петля идеально затянулась вокруг шеи монстра. Том потянул изо всех сил, и с такой силой, измученное животное рухнуло на землю. «Это сработало» — крикнул Том. Остальные увидели, что произошло, и несколько скотоводов тут же схватились за веревки, которые у них были. Если пули не сработают, возможно, они смогут удерживать их достаточно долго, чтобы что-то придумать. Все фермеры набросили лассо на каждого монстра. Затем Том крикнул «Мистер Картер, бегите!»  В этот момент подъехал Мигел «Миг» Рамирес, механика из города, — который тут же призвал Картера сесть в грузовик. Грузовик Мига ехал, его двигатель ревел, как запертый в клетке зверь. «Садитесь в чертов грузовик!» — закричал Миг. Шериф Картер стиснул зубы, прижимая окровавленную руку к боку. Глубокая рана шла по его ребрам, оставленная одним из этих ящероподобных ублюдков. В молодости он терпел и худшее, но теперь он уже не молод. После чего Миг закричал «Том, помоги ему» Том колебался. «А как же остальные?» «Это существо не будет вечно лежать!» Миг указал на заарканенного монстра, который уже боролся с веревкой. «Нам нужна помощь СЕЙЧАС!» Том понял, что Миг прав. Бросив последний взгляд на поле боя, он подбежал к Картеру и затащил его в кузов, а сам сел на пассажирское сиденье. Миг нажал на газ, и грузовик вырвался из города, подняв за собой облако пыли. «Куда мы едем?» — спросил Том. «Очевидно, что в больницу» — ответил Миг. «У нас тут раненый шериф». Битва шла на юг. Драй-Уэллс не был каким-то большим городом с отрядом SWAT или бронетехникой — это был тихий городок в глуши. У людей была выдержка, и у них было оружие, но ни того, ни другого было недостаточно против монстров, которые не умирали. В этот момент ослабевший Картер Набрал номер своего заместителя Уиллиса. В этот момент Уиллис, долговязый мужчина лет тридцати, притаился за штабелем деревянных ящиков. Его лицо было скользким от пота, руки дрожали, когда он перезаряжал винтовку. Как назло в этот момент был звонок, Уиллис мигом ответил «Да мистер Картер» «Уиллис», — проворчал он. «Включай чертово радио». «Шериф, я не думаю...» «Давай!» — рявкнул Картер. «Вызови чертову Государственную оборону! Национальную гвардию — кто, черт возьми, сможет добраться сюда быстрее всех!» Уиллис сглотнул и побежал к участку. Картер выдохнул и сразу же сморщился от боли в ожидании, когда его доставят в госпиталь. Оставшиеся защитники делали все возможное, чтобы сдержать монстров. Однако их все время как будто удерживали на месте, ведь, важно было зацепиться за шею, захватишь за руку, монстр откусит руку и новая вырастит, нога, тоже самое.  Несколько владельцев ранчо тут же поняли, что им нужно работать по следующей стратегии а именно каждому сначала выманивать монстра а потом всем вместе набрасывать лассо на шею, чтобы его сородичи не Бонди сразу перекусить уже наброшенные Лассо. Лассо хоть и не было оружием, но чертовски хорошо удерживало вещи на месте.  Когда монстра связывали, он боролся, но не мог мгновенно восстановиться, как если бы его подстрелили. Еще больше людей схватили веревки, провода — все, что могло удержать эти штуки. Они работали вместе, накидывая петли на шеи и туловища, привязывая существ к заборам, машинам, даже уличным знакам. Это было не идеальное решение. Монстры сопротивлялись, шипя и щелкая, но впервые люди Драй-Уэллса не просто бежали. Они сражались умно. Как вдруг друг один из водителей грузовика брат Миша по имени Роберто, сжимая руль своего грузовика, крикнул в окно. «Привяжите трос!» Остальные участники мигом нашли ближайший трос и привязали его к грузовику, после чего Роберто приказал привязать другой конец троса к чему-то другому, и остальные участники сделали тоже самое с другим концом троса. Затем Роберто надавил на газ и начал двигаться по кругу вокруг несвязанных монстров, как мигом эти монстры оказались связаны в кучу, как сноп сена. В здании шерифа помощник шерифа Уиллис дрожащими руками схватил аварийную рацию. Он переключился на аварийную частоту и нажал кнопку. «Это помощник шерифа Эндрю Уиллис из Драй-Уэллса, Невада! На нас напали! Повторяю, на нас напали… кто-то! Нам нужна немедленная помощь! Государственная оборона, Национальная гвардия, все, кто слышит это, — нам нужна помощь СЕЙЧАС!» Помехи. Его сердце забилось. Затем — «Помощник шерифа Уиллис, это оборона штата Невада. Вы запрашиваете военную поддержку? Подтвердите характер угрозы». Уиллис облегченно вздохнул, но его паника тут же вернулась. «Монстры», — сказал он надтреснутым голосом. «Я не знаю, что это за чертовщина, но пули их не останавливают! Они исцеляются — продолжают наступать! У нас есть раненые — нам нужна немедленная помощь!» «Понял вас, мистер Уиллис. Сейчас собираем группу реагирования. Расчетное время прибытия — двадцать минут. Держите линию». Услышав слова Уиллис чуть не заплакал. Наконец-то  прибудет подмога. Двадцать минут в бою показались двадцатью годами. Люди Драй-Уэллса были истощены, избиты и выбились из сил. Трюк с лассо замедлил монстров, но некоторые из раза в раз вырывались на свободу. И мигом стремились освободить своих сородичей. Дракс, командир ящеров, стоял прямо посреди города, осматривая поле боя. Его солдаты из раза в раз теряли руки и ноги но все они отрастали. И город был на последнем издыхании. Победа была близка. Затем небо грохотало. Глубокий, громовой удар «бум-бум-бум» разнесся по воздуху. Драйкс нахмурился. Защитники Драй-Уэллса подняли глаза. Над холмами пронеслись два военных вертолета, поднимая пыль при снижении. «ЧТО?» — закричал Роберто, едва не выпрыгивая из своего грузовика. Драйкс зарычал, прищурившись. Это было неожиданно. Первый вертолет кружил над головой, а второй приземлился на окраине города. Боковая дверь скользнула в сторону, и оттуда высыпали вооруженные солдаты, одетые в полную боевую экипировку. «БРОСАЙТЕ ОРУЖИЕ!» — раздался голос из громкоговорителя. «ЭТО ВОЕННЫЕ СИЛЫ ШТАТА! НЕМЕДЛЕННО НА ЗЕМЛЮ — СЕЙЧАС ЖЕ!» Драйкс, услышав это подумал, какой еще шта, Его солдаты повернулись к нему, ожидая приказа. Затем —…… . БАХ! Первый дротик с транквилизатором попал одной из ящериц в шею.  Он взревел от гнева, рванулся вперед — только чтобы споткнуться, ноги отказали, когда подействовало мощное седативное средство. Солдаты двигались быстро, умело. Они стреляли нелетальными снарядами, светошумовыми гранатами и сетями. Ящеры-воины отбивались, но они не были готовы к такому виду войны. В течение нескольких минут вся орда монстров была подавлена. Драйкс был последним, кто стоял на ногах, шипя от ярости, когда красные лазерные прицелы десятков винтовок нацелились на его грудь. Солдат в черной форме шагнул вперед. «Сдавайтесь», — приказал он. «Или мы вас уложим».  Драйкс посмотрел на своих павших солдат, когда военные начали их затаскивать в клетки, после чего им сказал «Я вам отомщу за мою армию, за генерала Тоффи. С этими словами он тут же получил 20 дротиков в грудь и упал.  «Мы победили» - воскликнул Роберто. После чего все жители начали ликовать и обнимать друг друга. После чего к вертолету подошел сам Уиллис, и сказал— «Спасибо вам, без вас бы ничего не вышло, жаль что кроме вас мне никто больше не поверит, а ведь я считай спас этот город от монстров.  Мы все его спасли «крикнул 1 из толпы». «Я вам поверю!» раздался знакомый из ТВ голос, кто же это был подумал Уиллис.  Как вдруг из вертолета вышел сам губернатор штата.  «Я бы предпочел пока что оставить это событие в пределах этого города, но кажись я знаю кому мне надо идти по этому вопросу». — Сказал губернатор после чего развернулся и направился назад в вертолет.        Сегодня. Эхо-Крик. Калифорния. Официальное письмо из офиса губернатора Невады Уважаемому мэру Эхо-Крик и главе совета Эклипсе Баттерфляй, До меня дошло, что в нашем штате произошел инцидент с участием группы бессмертных существ. Сообщения указывают на то, что эти существа совершили нападение на небольшой город Драй-Уэллс. Эти существа, описанные как бессмертные, способные к мгновенной регенерации, не соответствуют ни одному известному виду, обитающему в этом мире. Мы смеем предположить, что это монстры, попавшие в наш мир 2 года назад. Местные правоохранительные органы попытались вступить в бой с существами, но понесли значительные потери. Существа неуязвимы для пуль, огня и других стандартных средств устрашения. Штатная военная база Невады удерживает их в пределах города, но это в лучшем случае временная мера. Их постоянное присутствие представляет угрозу как общественной, так и национальной безопасности.  Учитывая время возникновения этого кризиса — происходящего в разгар спорных президентских выборов — я решил не поднимать этот вопрос на федеральном уровне. Однако такое решение сопровождается условиями. Эта ситуация должна быть урегулирована быстро и без федерального вмешательства. С этой целью мне сообщили, что было найдено подходящее решение. Прилагаю официальный документ, подготовленный Министерством обороны США,  мэр Эхо-Крик и глава совета Эклипса Баттерфляй должны подписать этот документ, в случае вашего отказа мы доложим о случившемся инциденте в Вашингтон.  С уважением, Губернатор Штат Невада Мун опустила письмо, ее пальцы сжались вокруг бумаги. Бессмертные монстры? Описание показалось ей слишком знакомым. «Тоффи» — подумала Мун. «Это точно его сллдаты» Прежде чем она успела заговорить, Эклипса молча протянула ей второй документ — соглашение, упомянутое в письме. Мун развернула его и прочитала: МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ США СОГЛАШЕНИЕ О ДОБРОВОЛЬНОМ РАЗРЕШЕНИИ ВОЕННОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА ОБОЗНАЧЕНИЕ ОПЕРАЦИИ: NIGHTFALL Этот документ является официальным соглашением между нижеподписавшимися сторонами и правительством Соединённых Штатов Америки. Целью настоящего соглашения является проведение испытание ядерного оружия на бессмертных живых существ. Разрешение на испытания и проверку эффективности: Нижеподписавшиеся стороны настоящим предоставляют полное военное разрешение на взаимодействие и нейтрализацию вышеупомянутых сущностей с использованием секретных оружейных технологий, включая, помимо прочего, усовершенствованное термоядерное оружие. Перемещение на испытательный полигон: В целях обеспечения максимального сдерживания и сокращения сопутствующего ущерба взаимодействие будет проходить на охраняемом военном испытательном полигоне штата Нью-Мексико. Субъекты будут перемещены в контролируемых условиях до принятия окончательных мер.  Отказ от распространения информации: Нижеподписавшиеся стороны признают, что эта операция не будет подлежать распространению в СМИ. Все детали, связанные с операцией, будут засекречены в соответствии с директивами национальной безопасности. Юридическая и дипломатическая защита: Подписывая это соглашение, нижеподписавшиеся стороны подтверждают, что не будут оспаривать, протестовать или иным образом пытаться оспорить действия, предпринятые правительством Соединенных Штатов по этому вопросу. Это соглашение представляет собой обязательный юридический договор. ПОДПИСИ: Мэр Эхо-Крик: ____________________ Глава совета Эхо-Крик: ____________________ Пульс Мун участился, когда она закончила читать. Речь шла не только о борьбе с опасными монстрами.  Правительство США хотело провести испытания ядерного оружия на живых существах. Причем буквально сразу после Слияния миров. Холодок пробежал по спине Мун. Она всю жизнь боролась с монстрами, но поверить не могла, какие радикальные решения предлагает использовать федеральное правительство США. Она подняла взгляд от документа, глядя на лица вокруг нее. Эклипса стояла напряженно, ее обычное игривое выражение отсутствовало. Мэр выглядел измученным, явно желая, чтобы этот вопрос был у него в руках. А Глобгор... Глобгор дрожал от едва сдерживаемой ярости. «Вам все понятно, мисс Баттерфляй?» — спросил мэр. «Когда-то вы были королевой Мьюни. Вы знаете этих существ лучше, чем кто-либо из нас. Значит Вы однозначно понимаете, что мы обязаны его подписать?!» Руки Мун слегка дрожали, когда она складывала документ и клала его на стол. Тишина в комнате была тяжелой, как будто сам воздух сгустился от тяжести того, что они только что прочитали. Мэр глубоко вздохнул и крикнул. «У нас нет другого выбора», — сказал он изнуренным голосом. «Мы должны подписать.» В тот же миг Глобгор ударил своим огромным кулаком по столу, сотрясая всю комнату. «Ни за что! Очевидно, нам придется использовать мой план!» — заорал он. Эклипса тут же повернулась к нему, ее глаза сверкали. «Нет! Мы все знаем, что если ты вырастешь и начнешь угрожать Вашингтону это только ухудшит ситуацию. Марко уже тебе это говорил!» Мун едва слышала их. Она все еще смотрела на документ, ее мысли лихорадочно метались. «У вас действительно нет выбора»- глубоко вздохнула Мун.  «Боюсь, господин мэр прав», — сказала она, ее голос был спокойным, но твердым. «Если мы откажемся, Вашингтон может не остановиться только на бывших солдатах Тоффи. Если мы будем сопротивляться, они могут решить, что все монстры представляют угрозу, и полностью их истребить». Эклипса грустно кивнула. «Вот почему я позвала тебя сюда, Мун». Мун посмотрела на нее. Что-то в выражении лица Эклипсы было не так — не просто печаль, а что-то более смиренное. «Я не могу подписать этот документ». — Грустно ответила Эклипса Мун нахмурилась. «Ты хочешь...» Эклипса закрыла глаза и вздохнула. «Да, Мун. Можешь поставить за меня королевскую подпись?» При этих словах комната взорвалась. «Ты серьезно?!» — рявкнула Мун.  «Ты официальный представитель Мьюни! Ты глава совета. Ты та, кто заключила мир с монстрами и интегрировал наш народ в свой мир! И теперь, когда одно из самых сложных решений ложится на твои плечи, ты хочешь переложить ответственность на меня?» «Ты думаешь, я не чувствую себя виноватой?» — парировала Эклипса. «Ты думаешь, я не знаю, что это значит? Но именно поэтому я не могу его подписать. Пусть даже мое имя будет на этом документе, я осужу свой собственный народ. Но по крайней мере я буду знать, что на самом деле документ подписала не я» Глобгор зарычал. «Ты даже не хочешь искать другой выход, не так ли?!» Его кулаки сжались. «Мы могли бы договориться. Мы могли бы донести до них, что они ошибаются, и в конце концов использовать этих монстров как армию против политиков, чтобы они поняли, что не могут быть всегда правы» Мэр застонал, потирая виски.  «Мы уже потратили столько усилий, чтобы правительство перестало совать свой нос в дела Эхо-Крик. Вы забыли, какое условие нам поставило федеральное правительство, когда мы добились равных прав в Эхо-Крик? А то уже первое нарушение. А уж тем более, военное. Вы понимаете как быстро они вновь могут поставить весь этот город под федеральный контроль?» «И ты хоть представляешь, что подписание этого документа означает для монстров?» — рявкнул Глобгор, его глубокий голос сотрясал стены. «Ты думаешь, мы просто оправимся от этого? Мы просто забудем, что это когда-либо было?» Эклипса повернулась к нему, выражение ее лица было печальным. «Глобгор, я знаю, что это несправедливо. Я знаю, что это предательство всего, за что мы боролись». Мэр крикнул «Эти политики действительно не всегда правы, как и все мы но с ними явно шутки плохи.» Мун молчала, сжимая край стола. Это должна быть ответственность Эклипсы. Это должно быть ее решением. Но Эклипса была права. Пусть даже монстры и не узнают об этом соглашении как и все остальные, но она никогда не сможет себе позволить подписать, то против чего она боролось. А уж тем стать соучастницей истребления хоть и злых, но монстров путем ядерного оружия. Мун будучи королевой победившей Тоффи скорее наоборот закончит начатое, тем, что подпишет документ, хоть сама и понимала, что совершенно не хочет быть королевой, эра магии и королев ушла, но похоже ей вновь прийдется на пару минут стать королевой. Она медленно выдохнула и потянулась за ручкой.В комнате стало тихо, когда она прижала кончик к бумаге. Ее рука колебалась. Она не хотела этого делать. Она ненавидела, что дошло до этого. Но она по факту даже и не убивала Тоффи, это сделала Стар, однако тяжесть воспоминаний о том, кто убил ее мать в итоге нахлынули на нее, и Мун тут же поставила королевскую подпись. Осознав, что она сделала Мун выронила ручку с тяжестью на сердце. Никто не произнес ни слова.  Мэр выглядел облегченным. Эклипса выглядела опустошенной. Глобгор отвернулся, не в силах встретиться взглядом с Лун.  «Все!», — сказала Мун. Ее голос был ровным, но сердце было пустым. Мун убрала руку от документа, глядя на чернила, высыхающие на бумаге, словно это было пятно, которое никогда не исчезнет. Она сделала то, что было необходимо, в конце концов, эти монстры убили ее мать, но это не заставило ее чувствовать себя менее больной. Мун уже сразу собиралась порвать этот документ. Но мэр, буквально тут же выхватил документ, взял ручку и одним быстрым движением подписал его.  «По крайней мере, я позабочусь о том, чтобы этот разговор остался между нами», — сказал он, аккуратно складывая документ, прежде чем положить его в конверт. «Никто не узнает, что Вашингтон планирует сделать с солдатами Тоффи. Это то, что никогда не должно покидать эту комнату». Кулаки Глобгора сжались, но он молчал. Он уже вел эту битву, и он проиграл. Мэр перевел взгляд на Эклипсу.  «Что касается федерального правительства, мисс Эклипса Баттерфляй, то именно вы подписали этот документ. Вам повезло, что они примут королевскую подпись, а не личную», — продолжил мэр. «Для официального отчета, бывшая королева Мьюни подписала это соглашение. Не Мун Баттерфляй. А вы». Эклипса на мгновение закрыла глаза, резко вдохнув. — «Понятно, но по крайней мере это точно сделала не я». Это было горькое осознание. Даже несмотря на то, что Мун физически подписала документ, Вашингтон все равно будет считать, что именно Эклипса решила судьбу этих монстров. История запишет это как ее решение, пусть это даже и останется государственной тайной. Эклипса выдохнула и открыла глаза, глядя на Мун. «Спасибо, Мун. По крайней мере… Я рада, что на самом деле я этого не сделала». Мун не ответила. Она только посмотрела на Эклипсу непроницаемыми глазами. Ведь она хоть и все сделала правильно, но сама поверить не может, что дала правительству согласие на применение жестокости в адрес убийц ее матери.  Затем Эклипса повернулась к комнате, ее голос стал тише. «Пожалуйста, не говори об этом Стар и Марко. Я не хочу, чтобы у них был еще больший стресс из-за этого». Глобгор медленно, разочарованно вздохнул, все еще не желая смотреть на них. Мун наконец кивнула. «Я не скажу им. Но Эклипса…» Она колебалась, тщательно подбирая слова. «Это была твоя ответственность. Неважно, как мы это устроим, неважно, кто подпишет чернила на бумаге, это всегда будет твоим решением. Надеюсь, ты это понимаешь». Эклипса посмотрела на конверт на столе. - «Я понимаю».   Мэр повернулся к Мун и сказал «Вы свободны! Спасибо вам!» после чего отправился с документом наружу, чтобы отослать его в Вашингтон. А тем временем. Стар мигом домчалась до дома Диаз и открыв дверь, сразу направилась по лестнице в комнату Марко, затаив дыхание. Она знала, что он расстроен — даже в ярости — но она надеялась, что то, что она принесла, исправит хотя бы часть беспорядка. Она слегка постучала, прежде чем войти. Марко лежал на кровати, положив ногу на подушку, выражение его лица было непроницаемым. Он взглянул на нее, но в его глазах не было тепла. «Привет, любимый, я принесла тебе кое-что», — сказала Стар веселым тихим голосом. Марко не ответил. Он просто посмотрел на нее, его выражение было холодным и отстраненным. Стар на мгновение заколебалась, прежде чем вытащить пачку денег из куртки и протянуть ему. «Этого достаточно, чтобы выплатить твой кредит?» Глаза Марко слегка расширились, но его лицо оставалось пассивным. Он потянулся за деньгами, и пролистал их, прежде чем снова взглянуть на нее. «Где ты их взяла?» — Сказал Марко твердым и холодным голосом.  «Я продала свои волосы» — ответила Стар. Марко крепко сжал пальцы вокруг денег, прежде чем отложить их в сторону. Он резко выдохнул, покачав головой. «Все стобой ясно». — ответил Марко серьезным немного грустным голосом. Стар сразу поняла, что Марко догадался почему так дорого. «Марко, я...» — голос стар явно дал понять, что она пытается оправдаться. «В последний раз клянусь», — сказала Стар наклонив голову к его лицу. «Этим двум мьюманам эти деньги все равно не нужны, и я же не могу приказать им перестать считать меня принцессой, если они не хотят принять это как факт». Марко на секунду закрыл глаза, затем снова посмотрел на нее. «Дело не только в том, что ты все еще принцесса для них, Стар». Она отяготилась и грустно спросила. «Что еще?» Марко слегка приподнялся, скривившись от боли в ноге. Он выдержал взгляд Стар, его голос стал тише, но тверже. «А что, если наши пути расходятся?» Стар нахмурилась. «Марко, не говори ерунду, я всегда буду рядом, ведь всегда была?» Тон Марко внезапно стал в разы тверже и серьезнее. «Ты злишься буквально на каждую трудность взрослой жизни. Ты ненавидишь правила, диктуемые этой страной. Но ты вообще понимаешь, что все, что я делаю — вторая работа, кредит, истощение — это то, с чем сталкиваются все американцы? Такова жизнь здесь, Стар. Ты не можешь просто так от этого убежать». Стар открыла рот, чтобы возразить, но Марко не закончил. «Мы живем в Эхо-Крик, как индейцы в резервации. Но за пределами этого города совершенно другая Америка. Менталитет меняется от штата к штату, но одно остается неизменным — люди живут в кредит, работают без остановки, чтобы покрыть свои расходы, и у них нет выбора. Это реальность». Стар сложила руки, ее разочарование росло. «Марко, мы с мамой вчера об этом говорили, и я поняла, что за свободу нужно платить….» «Ты понимаешь?» — вмешался Марко, так и не дав Стар продолжить. «Ты продолжаешь вести себя так, будто все это временно, будто ты однажды проснешься, и все будет просто легко. Ты не понимаешь, о чем просишь».  Она сжала кулаки. «Но теперь понимаю, но знаю, что ты знаешь лучше меня. Объясни мне, как ты это видишь». Марко долго изучал ее, прежде чем наконец сказать: «Хорошо. Если хочешь понять, то докажи это». Стар моргнула. «Докажу, но как?» Марко кивнул. «В течение неопределенного периода времени, после нашей смены в Мэрии ты будешь работать по два часа в день на второй работе. Рядом с Мэрией есть торговый центр, он закрывается через 15 минут после того как мы уходим с основной работы, им как раз нужна уборщица». Стар подняла бровь. «Ты хочешь, чтобы я работала уборщицей?» «Да», — прямо сказал Марко. «Потому что это та работа, которой занимаются люди, когда у них нет выбора. Если ты серьезно настроена жить здесь — если ты действительно хочешь быть частью этого мира — ты должна знать, каково это, если найдешь работу получше, поздравляю, но ты нигде не будешь использовать свой козырь принцессы». Стар нахмурился. «Но Эклипса скоро начнет нам платить. Необходимость в этом отпадет». Марко покачал головой.  «Если ты этого не сделаешь, значит, ты на самом деле не хочешь жить в Америке». «А какие условия, чтобы я могла уйти со второй работы?» — спросила Стар Марко ответил «Когда отпадет в этом потребность, а когда она отпадет, мы это узнаем по ходу событий, спасибо тебе за то что ты решила помочь мне выплатить этот кредит, но все же, начни уже помогать мне без всех этих королевских преимуществ. Я устал тащить весь груз на себе. Я немедленно уволюсь от этого шефа, и найду менее оплачиваемую работу, но с более свободным временем, но только при условии, что ты возьмешь хотя бы часть груза на себя». Стар резко вдохнула, глядя на него. Он был серьезен. Совершенно серьезен. Она медленно протянула руку. «Вызов принят, когда мне начинать?». Марко в ответ не протянул руку, а лишь посмотрел ей прямо в глаза и сказал: «Это не спор. Это проверка, того готова ли ты ассимилироваться в американском обществе. И если ты не сможешь значит, мы действительно из разных менталитетов, а следовательно не пара, многие иммигранты разводятся в Америке из-за того, что один вливается в культуру а второй хочет домой на родину. Как бы мы двое не оказались в похожей ситуации». У Стар перехватило дыхание. Ее грудь напряглась, но она отказалась колебаться. Она наклонилась вперед и обняла его, прижавшись лбом к его лбу. И решительно но шепотом сказала — «Я тебя не подведу». Марко не сразу обнял Стар в ответ. И буквально через мгновение вздохнул и легонько положил руку ей на спину. «Ты справишься, я в тебя верю, Любимая»