Заводской квартал

      К счастью, День города всего раз в году. Конечно, есть и другие праздники, и просто выходные, когда днём устраивают аттракционы для детей, а вечером танцы для взрослых. Но на этот раз повезло: очередной брачный период драконов пришёлся на середину недели.       – Явился, хренов герой, – констатировал Танк. – Гроза девиц и спаситель сына мэра.       – Что, не надо было? – ощетинился Алик.       Танк несколько секунд посверкал мрачной сардонической усмешкой, потом погасил её, словно выключил, и перешёл на деловой тон:       – Надо. Сейчас сброшу схему патрулирования. Жилые кварталы контролирует полиция, у нас самые проблемные места. DEX, идёшь в пару к Ивану. Изучи свой квадрат как следует.       Почему это распоряжение лично для меня, хотел возмутиться Алик. Другим что, не нужно изучать свои квадраты? Один я дебил? Хорошо, что вовремя прикусил язык. Танк вовсе не хотел его уязвить, он сказал ровно то, что считал важным: остальные изучили весь город вдоль и поперёк за время, проведённое в нём, а новичок может пока чего-то не знать, тем более что у него в голове нет карты местности с автоматическим позиционированием.       Алик открыл файл со схемой, чувствую себя плетущимся в хвосте: все уже успели посмотреть распределение. Ему с Иваном назначили Заводской квартал. На карте светящимися линиями были обозначены рекомендуемые маршруты патрулирования и сопровождения. У каждой пары – линии своего цвета.       – А где Наган? – спросил Алик, не находя полицейского среди собравшихся и не увидев его участка на карте.       Танк поморщился.       – На Старой Земле. В родовом гнезде фон Ауэ семейное торжество.       Ого! Алик мысленно присвистнул. А говорил, ему только деньги достались. Выходит, родственные связи – тоже? Или это тяжкая семейная обязанность, не привилегия, а долг?       Разумеется, озвучивать свои вопросы здесь и сейчас он не стал, не до того. Драконы уже появились на улицах – пока единичные, но весь вечер и ночь впереди. А киборгов на одного меньше.       Заводской квартал располагался чуть на отшибе, в этаком аппендиксе. Роза ветров тут была устроена так, что подавляющую часть времени дуло от города. Кислые стоки помаленьку сливали в Прозрачную, огибавшую квартал петлёй; впрочем, увеличить её кислотность на сколько-нибудь значимые цифры они не могли. Лакокрасочная фабрика считалась градообразующим предприятием, с неё когда-то начался Гринпорт. Рядом располагались прядильные и ткацкие цеха, производство пива и газировки, флайсервисы и множество складов. Для Алика эта локация была вообще-то неплохо изученной, так как находилась в группе риска по пожарам, и майор Нойланд гонял туда подчинённых по поводу любой незатушенной сигареты. Алик бывал тут не каждую смену, но через раз – обязательно.       Чем хорош Заводской квартал – девушки здесь не гуляют. Это же промзона, хоть и старательно озеленённая. Иван с Аликом нарезали круги на катере, но на улицах было тихо. Ну, в каком смысле тихо? Кто-то дубасил металлом по металлу в крайнем флайсервисе, туда-сюда носились воздушные катера и гравиплатформы, подвозившие сырьё и увозившие продукцию. То и дело появлялись драконы, но, не видя женщин, улетали.       Обстановка располагала к расслаблению. Иван достал термос с кофе, налил себе и Алику в одноразовые стаканчики и полюбопытствовал:       – Слушай, DEX, извини за нескромный вопрос… Ты откуда взялся?       – Приехал с Нового Бобруйска.       – Брось, ты же понимаешь, о чём я. Ред говорил, у тебя два отца. Это как вообще?       – А больше он ничего не говорил? – Алик слегка обиделся на Реда, чего это он сплетничает?       – Нет, – серьёзно ответил Иван. – Расскажешь?       Алик пожалел, что плохо подумал о Реде. Конечно, он не стал бы разбалтывать подробности чужой жизни, которыми с ним поделились по-родственному. Без веской причины такое не было принято даже между своими. Должно быть, про двух отцов просто к слову пришлось. И можно ли винить Ивана, что ему стало интересно? Алик и сам любопытен не в меру. Вот, кстати, хороший повод в свою очередь задать неудобный вопрос…       Он его и задал, закончив свою историю:       – Иван, ты как-то обмолвился, что тебя бросили раненым во вражеском тылу. – Иван скривился, но ничего не сказал: сознавал, что Алик имеет право на свою порцию откровенности. – Раз уж не забрали с собой, почему не добили? Не приказали стереть память и умереть, в конце концов. Прости, что я о таком… но ведь странно! Если бы тебя подобрали враги, любой хакер раскопал бы в твоей памяти массу полезных сведений о противнике.       – Именно поэтому, – пробурчал Иван, разворачивая катер на следующий круг. – Когда они поняли, что тащить меня на базу и ремонтировать встанет слишком тяжело и дорого, командиру пришла в голову гениальная идея. С ними тоже был хакер. С нами. – Иван скорчил гримасу. – Но когда они приняли это решение, я перестал считать себя приписанным к их разведгруппе. Вместо того чтобы попытаться хоть как-то мне помочь, они потратили время на то, чтобы подправить файлы.       – Хотели скормить врагам дезинформацию? – понял Алик. – То есть они и рассчитывали, что тебя найдут?       – Да, – мрачно проговорил Иван. – Кинули, как кость собаке. Это впрямь было гениально, DEX. Будь я кем-то со стороны, оценил бы. Огромный объём дезы, на зависть штатной контрразведке.       – Постой. – Алик слегка потряс головой. – Если они подменили тебе память, то откуда ты знаешь, что это деза? Ты должен был принимать эти сведения за истину.       – Так и было бы, – согласился Иван. – Если бы у меня не работали мозги. Они не знали, что у меня есть другая память, которую не подменить.       – Ты хотел сдать их противнику? – Алик не осуждал. Он вообще был не в курсе, кто там с кем воевал и на чьей стороне был Иван. А что касается самого акта предательства, так его предали первым.       – Конечно, нет. – Киборг издал резкий смешок. – Зачем? Враги – такие же, как эти. Они тоже не отвезли бы меня на свою базу и не заштопали. Выдоили бы информацию и точно так же оставили подыхать.       Он снизил катер над подозрительной целью; затаившийся у ангара дракон вспорхнул и улетел.       – Хакер не оставил ни одного клочка информации, в намеренном разглашении которой их могли бы обвинить. Несуществующий номер части, неверная дислокация… Придуманное имя хозяина. Просто набор символов, за которым ничего не стоит. Соображаешь?       – Пропала необходимость подчиняться хозяину, – осенило Алика.       – Молодец. Они перехитрили сами себя. И я не стал лежать на дороге, где меня неминуемо нашли бы. Мало-помалу отполз, зарылся в нору, которая могла бы стать моей могилой, если бы не хватило энергии на регенерацию. Жрал какой-то мох пополам с дерьмом зверюги, прежде там обитавшей… Эй, вон девушка! – Иван с готовностью отвлёкся от неприятных воспоминаний.       Девушка только что сдала свой флайер в сервис, и перед ней во весь рост встала проблема: как добраться домой? Едва она высунулась на улицу, с небес спикировал дракон. Она взвизгнула и юркнула обратно за дверь. Дракон с жадностью заглянул в дверное стекло и постучал. Разумеется, открывать ему не собирались, но и выйти стало невозможно.       – Сейчас снижусь, пристрели его, – распорядился Иван. – Попадёшь?       На этот раз им выдали бластеры: толпы, подобной той, что была на дискотеке, не предполагалось. Алик умел стрелять, в тире выбивал все мишени, в том числе движущиеся. Ещё в детстве собрал немало мягких игрушек в качестве призов за попадание в «яблочко».       – Может, просто прогоним?       Иван безнадёжно вздохнул. Послали же высшие силы пацифиста в напарники, так и читалось в его взгляде.       – Ладно, прогоняй. Садимся тогда.       Алик выскочил из севшего катера и быстро направился к осаждающему дверь дракону, демонстрируя нарочитую уверенность, которой на самом деле не чувствовал. Бластер он взял с собой, а то вдруг тварь не захочет прогоняться.       – Эй ты, вали отсюда! Это наши женщины, ясно?       – Тебе жалко? – ощерился дракон, хлестнув шипастым хвостом по загудевшей двери. – Я её не съем!       Алик поднял бластер. Рука не дрожала, ствол смотрел точно между глаз, горящих зелёными фонарями. Но стрелять не хотелось.       – Жалко, – сказал он. – Улетай, или сдохнешь.       – Чтоб ты обосрался во время случки! – зло бросил дракон.       Ещё раз хлестнул хвостом – уже без цели проломить дверь, чисто для выражения эмоций, – взмахнул крыльями, подняв тучу снега, и исчез в небе за фабричными корпусами.       Алик изумлённо вздёрнул бровь. Он что, выругался? Какой же это зверь? Так обругать оппонента может только разумное создание.       Он постучал в дверь и крикнул:       – Выходите! Я патрульный.       Дверь осторожно отворилась, в неё просунулась усатая рожа и сказала кому-то, полуобернувшись:       – Порядок.       Тогда из-за спины усача выглянула девушка, испуганно прижимающая к груди сумочку, словно надеясь, что она поможет в качестве последней защиты.       – DEX?       Алик тоже её узнал. Красавица златовласка, что не танцует с киборгами.       – Инна?       – Инга, – скривив ротик, поправила она.       – Пошли. – Он протянул руку. – Наш катер рядом, довезём.       Девушка, не возражая, села на заднее сиденье.       – Ты убил его?       – Нет. Отогнал.       – И он тебя послушал?       Иван хмыкнул.       – Чего бы не послушать умного человека? – выдал самодовольную улыбку Алик.       – Человека или киборга? – прищурилась Инга. – Ты кто всё-таки?       – Какая тебе разница? Мы же не на танцах.       Он отвернулся. Вовремя: Иван заложил такой манёвр, что они с Ингой столкнулись бы лбами, разве что не поцеловались, а так она всего лишь ткнулась носом ему в затылок. Дракон, внезапно вылетевший из-за угла, шарахнулся прочь, недовольно рявкнул и продолжил преследование летящей в перпендикулярном направлении «скорой помощи».       – Ну какой дурак девчонок на линию выпустил? – Иван повернул катер за драконом и прибавил ходу.       Вопрос был риторическим. Вакансий полно не только в пожарно-спасательной службе, на «скорой» их тоже немало. Бригад не хватает. Когда кого-то надо срочно спасать, не будешь перебирать: девчонки, не девчонки…       Дракон догонял, прижимая «скорую» к земле. Вот-вот собьёт и распотрошит… Иван, нажав кнопку открытия колпака, потянулся левой рукой за бластером. Ветер ударил в лицо.       – Не отвлекайся, – сказал Алик. – Я сделаю.       Снял бластер с предохранителя, высунул руку за борт. Секунда на прицеливание, выстрел. Дракон с дырой в крыле, чуть не достав до флайера «скорой», закувыркался в воздухе и рухнул, пропахав собой сугроб.       – Ничо так стреляешь, – констатировал Иван. – А чо в переговоры с ним не вступил, гуманист?       – Некогда было, – буркнул Алик. Сожалений о драконе он не испытывал. Надо остановить любым способом, и если уговоры не прокатывают, значит, так тому и быть.       – Ладно, не обижайся, – усмехнулся Иван. – Всё правильно. Давай поглядим, что с этой колымагой.       Флайер сел, откинулся колпак, и патрульным замахала Рита:       – Помогите! Движок барахлит…       То-то они так медленно летели, несмотря на «мигалку». Обычно дракону не удаётся догнать флайер.       – … А у нас сердечница, – закончила Рита, когда они уже взялись за носилки и потащили больную к своей поставленной рядом машине.       Женская бригада, ещё и пациент женщина – немудрено, что дракон прицепился.       – Извини, Инга, – сказал Алик. – Придётся потесниться.       Девушка уже и сама подвинулась, не возражая, что её доставка домой откладывается. Может, и дурёха с предрассудками, но в критических ситуациях не кочевряжится, за это ей плюсик в карму.       Патрульный катер не приспособлен к перевозке больных, однако худо-бедно разместились: носилки сикось-накось, слева Рита с капельницей, справа докторша с кардиографом, Инга со своей сумочкой вжата в борт. Иван загнал Алика на водительское место, второе переднее сиденье сложил, чтобы не мешало носилкам, встал в полуприседе и упёрся головой в потолок, держа бластер наготове и сканируя окрестности.       – Стартуй плавнее, – попросила врач.       Когда Алик учился водить, его бесило требование инструктора: плавно, но быстро. Как это совместить? Если быстро, то плавно не получается, и наоборот. Потом выучился, конечно. Мягкий старт, плавный разгон до крейсерской скорости…       – Возьми левее, – велел Иван. – Пугну этих, а то ишь, расселись, горгульи.       Три дракона заняли позицию на крыше проходной лакокрасочной фабрики, порыкивая друг на друга. Поджидают, гады. Охранник выглянул, поделал им «кыш» – даже бровью не повели, станнер на них не действует, а дубинкой врезать побоялся: драконы не нападают на мужчин, но только в тех случаях, когда они не провоцируют. Прояви агрессию, и тут же набросятся.       «Пугнуть» в понимании Ивана означало прикончить одного, чтобы остальные устрашились. Он точным выстрелом снял центрального и грозно моргнул на других красной подсветкой глаз. Драконы нехотя поднялись в воздух и убрались за холм, оставив дымящееся тело собрата.       Иван погасил инфракрасное зрение. Алик промолчал. Можно было бы не убивать, наверное, но не время для споров.       Они высадили медиков с их пациенткой у больницы и снова набрали высоту. Миновали кучку дерущихся из-за чего-то драконов, пролетели мимо: не разнимать же. Отстреливать вроде тоже пока нет повода. Причина драки обнаружилась чуть погодя: пыхтя и охая, от места схватки улепётывала корпулентная женщина средних лет в порванной куртке. Не поделили добычу. Алик снизился, и Иван протянул запыхавшейся тётке руку:       – Залезайте.       Тётка плюхнулась на заднее сиденье, тараща глаза и причитая:       – Ох, батюшки… Вот срам бы был…       Рука автоматически шарила по плечу, но сумка отсутствовала. То ли осталась там, где дрались драконы, то ли тётка уронила её во время бегства. Инга, сообразив, залезла в свою сумочку и вручила новой пассажирке зеркальце. С пониманием оказалась, надо же.       – Ой, спасибо, деточка! – обрадовалась та. Посмотрела на себя и вновь пришла в ужас. Ну да: лицо в поту, тушь потекла…       – Зачем вы на улицу вышли? – спросил Алик, когда она назвала адрес довольно далеко от Заводского квартала.       – А что ж мне, на работе до ночи сидеть, когда дочка замуж выходит? – Тон сделался сварливым. – Специально отпросилась пораньше у мастера. Ох, батюшки, как же я на свадьбу-то?       Она потёрла след туши, только размазала. Инга снова нырнула в сумочку, извлекла мицеллярную воду и ватные кружочки.       – Разве вы не знали, что в городе драконы? – вежливо удивился Иван. – По всем каналам объявляли. Дождались бы сопровождения, опасно ведь.       – А вы на что? – окрысилась тётка. – Это вы должны обеспечивать безопасность.       Иван не отреагировал на наезд: если на каждую огульную претензию обращать внимание, только и будешь, что отгавкиваться. Но Алик, более молодой и менее терпимый к несправедливости, фыркнул:       – Из-за того, что мы сейчас вас везём, кому-то другому не успеем помочь!       – А ты вообще рот закрой, мальчишка! – Тётка, стерев тушь, окончательно пришла в себя, и характер вылез на первый план. – Ещё ума не нажил, а уже взрослым перечишь. Вот пожалуюсь вашему начальству!       – За то, что помогли вам сбежать от драконов? – иронично уточнил Алик.       Чем вызвал настоящее торнадо. Тётка развопилась, костеря и непочтительную молодёжь, и её бестолковых родителей, и мэра, неспособного организовать нормальные патрули, и всех, кто находился рядом, персонально. Инга, прижав к себе сумочку, забилась в угол от брызгавшей слюны. Иван явно ушёл за программу, отключив входящий аудиоканал. И ведь кому-то такая тёща сегодня достанется!       Инга даже не заикалась о том, чтобы высадить её раньше: все молча пришли к единому решению как можно скорее избавиться от тётки. Эта скандалистка ещё и зеркальце с мицеллярной водой с собой прихватила: у девушки не достало духу потребовать их обратно, что всколыхнуло бы пламя скандала.       – Тяжёлая у вас работа, – промолвила Инга.       Иван, ссадив толстуху, ожил.       – Так куда тебя, девочка? – приветливо осведомился он. – Подкинем с ветерком. Без ветерка никак: нам пора в свой квадрат, сейчас закончится рабочий день, бабы попрут через проходные…       – А можно с вами ещё полетать? – неожиданно спросила она.       Алик поперхнулся.       – Не насмотрелась на шоу неадекватов? Тебе мало первой серии?       – Ну, DEX! Я видосики сделаю для влога. Вам же всё равно неудобно крюк закладывать, время потеряете. А я с тобой потанцую на следующей дискотеке. – Она умильно наклонила голову набок.       – Старший – Иван, – перевёл стрелки Алик. – Потанцуешь с ним?       Инга сзади не заметила вытянувшееся лицо Ивана; впрочем, многозначительное выражение было адресовано не ей, а Алику. Мол, я, конечно, не против станцевать с блондиночкой, но предпочитаю выбирать блондиночек и приглашать их сам.       Девушка недовольно закусила губу. Если насчёт Алика у неё имелись сомнения, киборг он или нет, то с Иваном всё было предельно ясно. К тому же водопроводчик, простой работяга. Однако желание разжиться уникальным материалом перевесило.       – Ладно, – согласилась она. – Но только один раз.       Иван демонстративно закатил глаза, опять же адресуясь Алику: во счастье-то! Один раз – не дикобраз, так, что ли, по её?       – Итак, дорогие подписчики, мы с вами в кабине патрульного катера. Вокруг летают ужасные драконы, но мне, вашей несравненной Инге Апгар, ничуть не страшно. А знаете, почему? – Интригующая пауза. – Потому что со мной отважные патрульные, Иван и DEX! Иван, скажи что-нибудь нашим дорогим друзьям.       Иван бросил на Алика бешеный взгляд – это всё ты виноват, ты меня на это подписал! Криво улыбнулся в подставленную камеру видеофона – а куда деваться? – и проскрипел:       – Патрулирование выполняется в штатном режиме.       – О-о, ну, может быть, DEX порадует нас чем-то более содержательным?       А вот фиг! После разговора с батей Алик вспомнил ещё одну его фразу: воспринимай проблемы не как трагедию, а как развлечение. Сказано было не ему и по другому поводу, но он собирался взять батин совет на вооружение. Поразвлекаемся!       – Обнаружены четыре цели. Ликвидировать или игнорировать? – Вот в чём вопрос, добавил он мысленно.       – Оставь, они далеко, – гораздо более по-человечески ответил Иван.       – Выполняю приказ командира: игнорировать.       – Да ёлки! – Инга выключила микрофон. – Ты можешь говорить нормально?       – Я же DEX, – мстительно ухмыльнулся Алик, – мне не положено.       – Ну, Алик!       – Ты определись, в конце концов. – Ухмылочка доползла до ушей.       Инга ожгла его взглядом и снова включила трансляцию:       – Ну, не будем строго судить косноязычие наших героев: они ведь всего лишь киборги. – Вот зараза! Ещё и улыбается. – Давайте посмотрим налево. Под нами – Зелёный проспект. Над нами – четыре дракона. А мы направляемся…       – Два танца, – процедил Иван чуть слышно. – Или один поцелуй. Как минимум. Дешевле это не стоит.       Сотрудников, работающих непосредственно на предприятиях, было не так уж много: большинство управляли аппаратами и конвейерами удалённо. Главная проблема заключалась в том, что они заканчивали работу одновременно. Ну, почти: пивовары в 16.30, ткачи в 16.45, а самая большая фабрика в 17. Флайсервисы можно было не брать в расчёт, у них всегда имелись машины для развозки, склёпанные из деталей старья, сданного владельцами на утилизацию, но нашедшего вторую жизнь.       В 16.30 начался аврал. Свой транспорт – или муж-дети-родители-сослуживцы с транспортом – был далеко не у всех работниц. Иван подгонял катер к проходной, утрамбовывал в него женщин под прикрытием Алика и улетал, а тот оставался формировать новую группу сопровождаемых и отгонять драконов, наглеющих тем больше, чем сильнее темнело. Потом поменялись: Алик сел в катер, а Иван занял оборону на проходной лакокрасочной фабрики.       Инга всё время была при Иване: раз уж с ним предстоит танцевать, пусть он её и опекает. Тем более что он точно киборг, а то с этим DEXом непонятно: понадеешься на его защиту, а он, чего доброго, ошибётся. Пришлось пообещать Ивану два танца. Главное, чтобы в процессе её не заметили заклятые подруженьки.       К 18 часам на фабриках осталась только охрана, а на пивоваренной – ещё и дежурные аппаратчики, но все мужского пола. Патрулирование в Заводском квартале можно было заканчивать. Но есть другие места, более людные в это время суток. Танк распорядился, чтобы они присоединились к Ригелю и Шерлоку, и они ещё до полуночи летали, распугивая тварей, над окрестностями «Матушки Крольчихи» и вдоль улицы, соединяющей её с баром и голотеатром. Репортаж с места событий продолжался. Иван махнул рукой на свою репутацию, расслабился и начал получать удовольствие, подавая на камеру идиотские реплики под стать Алику.       Веселье в этом квартале не прекращалось, но в полночь их сменила другая пара, и они наконец распрощались с Ингой, довезя её до дома. Девушка выглядела довольной. Ещё бы! Алик мог поклясться, что просмотры её влога подскочили в разы.       – Высади меня у «Матушки», – сказал Иван, – и отгони катер. Пойду стресс снимать.       – А гормоны подкрутить – уже не работает? – ехидно осведомился Алик.       – Себе подкрути, коли такой умный, – огрызнулся он. – Греби давай, отсыпайся, примитивное органическое существо. Не забудь сдать Танку бластеры.       – Что за балаган ты там устроил? – рявкнул Танк. – Какого хрена ты таскал с собой эту безумную девицу? Хотел на неё впечатление произвести?       – Я? – оторопел Алик. Вот это поворот: сливки с репортажа снимет Иван, а шишки сыплются на Алика.       – Ну, не я же! У тебя вообще мозги есть? Или, когда тебя DEXом прозвали, имели в виду, что ты неразумный?       Алик стиснул зубы.       – Тебя патрулировать послали или развлекаться? Весь инфранет хернёй забит! «Наш экипаж пролетает над крышей «Матушки Крольчихи»!» – передразнил он.       – Вы сами приказали приглядеть за драконами в этом районе, капитан, – напомнил Алик.       – Приглядеть! А не снимать видео с их участием и с весёлыми девками внизу!       – А что плохого в этом видео, капитан? – возразил он. – Девушка показала нашу работу с необычного ракурса. Сколько там просмотров, говорите? Она же нам рекламу сделала. Другим бы за такое пришлось ещё и приплатить влогеру.       – Это на редкость дурацкая реклама! – Танк слегка сбавил тон.       – А где вы видели не дурацкую рекламу?       Танк завис на секунду: включил поиск по инфранету. И, судя по всему, не нашёл, потому что когда вновь ожил, уже не орал.       – Давай сюда бластеры, обормот. Катер поставь вон там. И выйти из сети не забудь!       Алик покраснел, но тут ничего не попишешь: тот эпизод ему долго будут припоминать.