От рассвета до заката

"За краем ясных, и ненастных, и напрасных зимних дней,

Когда без звука рвётся синь, когда и ночь без сна бела,

Мы не вернёмся ни друг к другу, ни к себе

С обратной стороны зеркального стекла."

Мельница

      Принц Огня прибыл на Южный полюс с рассветом.       Край долгой безмолвной ночи приветствовал чужака насмешкой. Лучи блёклого зимнего солнца, которые скорее издевались, чем грели, освещали его путь среди ледников. Бледные отсветы играли на свинцовых волнах и снегу, зажигая на земле подобие звёзд, что уже ушли с небосклона.       Первая их встреча произошла под благосклонным взором только очнувшегося от сна солнца. Здесь, в вечно холодном краю, оно всегда было слабым, светило вполсилы. Зуко и себя самого ощущал слабым тоже, не чувствуя привычной поддержки. Дикарке, окружённой своей стихией, только поэтому удалось победить его – его, наследника Страны Огня, который обучался искусству покорения с детства! У неё же учителя не было – ломаные беспорядочные движения выдавали отсутствие наставнической руки. Зато было преимущество на местности. Зуко старательно гонит от себя мысль, что дрались они на его корабле, где было полно его людей. Хотя это и дракой-то сложно назвать.       В следующий раз они встречаются в полдень, на цветущем зелёном острове. Покорительница воды снова встаёт у него на пути. Девчонка из Южного племени. Дочь луны и холодного зимнего моря. В одеждах синих и белых – волна, рябь и морская пена. Упрямая, непокорная. Как самая сильная буря, как шторм на открытой воде. Глаза – отражение бескрайнего океана.       Она была дерзкой и дерзость эта пропитала собою каждый жест и каждое слово. Дерзость сквозила в блеске глаз, стремительном движении рук, в нагло брошенных ему в лицо оскорблениях.       Она была вздорной. Упряма, резка, строптива. Но это ей не поможет. Она слабее, она сдастся. В конце концов, Луна светит светом, отражённым от Солнца.       Закат застаёт его на одной из плавучих тюрем, построенных для покорителей Царства Земли. Правда, там принц встречает не её лично, лишь эхо её присутствия. На палубе блестит тонкая пластина ожерелья – бледно-голубого, с узором из волн, украшающих причудливым рисунком поверхность. Металл жжёт, когда Зуко наматывает на запястье синюю ленту. Жжёт, несмотря на длинный рукав и защиту брони.       Он не вор. Он вернёт девчонке её маленькую реликвию – при следующей их встрече. Зуко разворачивается и уходит к себе на корабль, пока за спиной умирающее солнце красит своей кровью воды.       Ему снится море. Почти каждую ночь.       Иногда Зуко тонул в нём, захлебываясь солью, пока тяжёлый доспех тянул его в глубину. И спастись он мог, только скинув броню, но ни разу так и не сделал этого. Чёрный панцирь с золотым язычком пламени – символ того, кто он есть. Принц, пусть и изгнанный.       Иногда Зуко ступает по волнам, и те держат его над водой, не дают пропасть в ней. Тонкий лёд трещит и поёт о чём-то, что человек не в силах понять. Острые грани режут ступни, пробивая даже железо, пока принц брёдет по застывшему морю, оставляя за собой след из крови. Мороз касается ледяными пальцами кожи, чертит на ней рисунок из инея, холод грызёт голодным безжалостным зверем. И спасти от этого холода может только огонь. Но разжечь этот огонь — значит погибнуть тоже, растопив преграду хрупкого льда, что отделяет его от жадно распахнутой пасти океана. Задохнуться водой или замёрзнуть насмерть – выбирай, что тебе по душе больше. Зуко бледный от природы, но то бледность аристократа, уроженца Страны Огня. Сейчас он бледен, словно лишённый красок мертвец. Недалеко от истины, впрочем.       Иногда Зуко стоит ночью у борта, всматриваясь в глубину, лежащую у него под ногами. Наблюдает за тем, как волны с грохотом разбиваются о металл обшивки его корабля, оставляя после себя белый след пены. Это было так похоже на то, что бушевало в его груди. Здесь, у последней преграды между ним и падением в тёмно-синюю бездну, Зуко явственно ощущает её присутствие. Будто она и есть это самое море.       Их последняя встреча случается ночью.       На Северный полюс принц прибывает, одетый в броню с чужого плеча. Он так долго преследовал Аватара, так долго гнал от одного края мира до другого. Он уже близок к цели. И потому не отступит.       Девчонка стала сильнее. Движения уверенны и плавны, отточены знаниями. У Зуко было много учителей при дворе, что сменяли друг друга с годами. Был его дядя. У Катары учитель один – сама морская стихия, свободная, вечная, неподвластная прихотливости смертной руки.       Покорительница бросается на него, бьёт наотмашь, быстро и резко. Больше не ждёт нападения, атакует сама, сковывая принца холодом льда. И глаза её холодны тоже, и режут не в пример сильнее кинжалов застывшей воды.       Она улыбается – криво, насмешливо, с гордостью победителя. Луна высоко стоит в небе, питая её своей силой. Но луне не властвовать вечно.       Небо на востоке начинает светлеть. Тёмный индиго уступает место для светлого голубого. Зуко вдыхает поглубже, сжимая руку в кулак. Он готов, он уже чувствует нарастающий золотой жар.       А затем встаёт солнце.