Его первая...

[Настоящее время - Санджи, 21 год] Нами и Робин бездельничали на лужайке корабля, Зоро дремал, Фрэнки возился с чем-то на корабле, Брук играл мягкую музыку, а Луффи, Усопп и Чоппер вместе играли в небольшую игру. А Санджи был на кухне. В целом, типичный день на Таузенд Санни. Нами громко хмыкнула, когда в ее голову пришла мысль. Она встала со стула и призвала всех на палубе собраться вокруг. «Ребята, вы когда-нибудь замечали, что Санджи всегда носит с собой этот сложенный лист бумаги?» «Теперь, когда вы упомянули об этом...» - пробормотал Фрэнки. «Я думаю, что видел это!» - крикнул Чоппер. «Да», - сказала Робин, возвращаясь к чтению своей книги. «Обычно он держит его во внутреннем кармане пиджака». «Я часто видел, как он проверял карман», - сказал Усопп. «Как будто он удостоверился, что что-то еще там». «Я никогда ничего не видел», - сказал Луффи. «Это потому, что вы не обращаете внимания на вещи!» - крикнула Нами. «Хорошо. Так кому еще любопытно?» Усопп, Фрэнки и Брук подняли руки. Нами посмотрела на всех остальных. «Я думаю, - сказал Робин, - что, если Кок-сан не хочет говорить нам, мы должны оставить это в покое». «Я согласен с Робин», - произнёс Чоппер, - Если он не хочет нам говорить ...» «Меня не волнует, что скрывает этот дерьмовый повар», - сказал Зоро. «Я снова собираюсь спать». «Это скучно», - скулил Луффи, катаясь по траве. Нами вздохнула, глядя на своих накама. *** «Итак, вот план», - сказала Нами, прижимаясь к Усоппу, Фрэнки и Бруку. Остальные члены экипажа возобновили свою прежнюю деятельность. «Санджи снимает куртку, когда готовит, и ставит в сторону один из стульев. Так что нам придется прокрасться, забрать бумагу из куртки и уйти, прежде чем он нас поймает». «Как ты ожидаешь, что мы это сделаем?» - спросил Усопп. «Я отвлеку его!» Она сказала. «Я рассчитываю, что вы трое сделаете все остальное». И на этом навигатор ушла, не оставив остальным возможности протестовать. План почти провалился - почти. Но этого не произошло. Нами смогла достаточно хорошо отвлечь повара, чтобы компенсировать промахи трех других ее товарищей по команде. Они вздохнули с облегчением, когда все снова оказались на палубе с бумагой в руках. Когда все четверо сели, они увидели, как остальная команда начала собираться вокруг них - даже Зоро! «Я думала, вам, ребята, не любопытно!» - огрызнулась Нами. «Ну, если он у тебя уже есть...» - сказал Чоппер. Нами вздохнула и развернула газету, пока все парили над ней. Когда его открыли, они были сбиты с толку, увидев объявление о розыске. На нем была женщина с черными волосами, ухмылкой и сигаретой, свисающей между ее губ. Под изображением было ее имя «Лилит» и ее награда в размере 100000000 бери. Что по сравнению с ними было не так уж и много. «Я слышала о ней», - сказал Робин. «Она доставляла много хлопот морским пехотинцам. Кажется, она вмешивается в драки, в которые не вовлечена, и останавливает их». «Она ... прекращает драки?» - спросил Фрэнки. «Они называют ее “Миротворец Лилит”». «Но зачем Санджи повсюду таскать с собой этот плакат с розысками?» - спросила Нами. «В этом нет никакого смысла». «Может, он думает, что она крутая», - предположил Луффи, но Нами быстро отвергла эту идею. Все замирают, когда слышат, как открывается дверь. «Ужин готов!» Они слышат, как Санджи кричит им. «Что вы, ребята, все там забились?» - спросил он их, подходя к ним. Все, кроме Луффи, который не осознавал ситуацию, в которой они оказались, начали потеть. «На что вы, ребята, там смотрите?» Он спросил. «Дайте-ка посмотреть.» Но прежде чем он смог мельком увидеть то, на что они смотрели, это было спрятано за Нами. «О, Санджи, отличное время!» - нервно сказала Нами. «Я голодаю. Пойдем поесть». Санджи прищурился. Все они вели себя довольно странно. «А, Нами-сан, но почему ты не показываешь мне эту бумагу?» Он спросил ее. «Потому что это… это… это должно было стать для вас сюрпризом! Да, поэтому мы не хотели, чтобы вы это видели!» «Сюрприз, за что?» - все еще скептически спросил Санджи. «За то, что ты так хорошо готовил!» Сказал Усопп. «Ах ~ Нами-свон такая задумчивая~», - сказал Санджи, потеряв сознание. Нами облегченно вздохнула, бессознательно опустив руку по бокам и расслабляясь. Санджи воспользовался возможностью вырвать газету из ее рук, потому что он знал, как его чудесная Нами-сан обычно вела себя, а она вела себя сейчас не так, и он также знал ложь, когда слышал ее. Он застыл, и его глаза расширились, когда он увидел то, что было на бумаге. «Санджи ...» заколебалась Нами. «Где вы это взяли?» - спросил он, гнев начал расти в его голосе, напугав некоторых членов экипажа. «Нам очень жаль! Нам просто стало любопытно. Сможете ли вы меня простить?» - надеясь, спросила Нами. Она взмахнула ресницами - ведь всегда это работало безотказно. Но Санджи отреагировал не так, как она ожидала. Он не обернулся и не сказал ей, что всегда простит ее или что ему нравится, как она извиняется. Она смотрела, как Санджи сложил газету. «Пожалуйста, не просматривайте мои вещи без моего разрешения», - холодно сказал он и без второго взгляда вернулся на кухню. Все члены экипажа удивленно переглянулись. «Хорошо», - сказала Нами. «Это было впервые». «Может, нам стоило просто оставить это в покое», - сказал Усопп. «Это только делает меня еще более любопытным». *** [5 лет назад - Санджи, 16 лет] «Я слышал, что сегодня у нас будет развлечение», - сказал мужчина, нарезая морковь. Повара бара Барати были заняты подготовкой к наплыву клиентов, которые, как обычно, должны были появиться к обеду. Санджи не был исключением. Хотя он был там самым молодым поваром, ему все равно приходилось работать так же усердно, как и всем остальным. «Почему?» - спросил Санджи. Раньше у них никогда не было развлечений для своих клиентов. Так почему именно сейчас? «Зефф сказал, что это поможет привлечь больше клиентов». «Но у нас уже много клиентов», - сказал Санджи. «Я знаю», - сказал повар. Санджи в замешательстве нахмурился. «Между нами, - сказал другой повар по имени Пэтти, - я думаю, что Зефф просто пожалел бедную девушку. Хотя я не виню его. С таким лицом, которое она корчила, я бы не стал тоже смог ее отвернуть.» «Девушку?» - спросил Санджи. «Да. Ты ее не видел?» - спросил Пэтти. Санджи покачал головой. «Она появилась сегодня утром и умоляла нас дать ей работу. И она просто выглядела такой забитой и одинокой. Я посоветовал нам просто помыть ей посуду, но вместо этого Зефф спросил, в чем она хороша. Когда она сказала, что она может петь, он сказал ей, что она могла бы быть развлечением на ночь. Я не уверен, как долго он планирует держать ее здесь. Или она даже не планирует оставаться здесь надолго». Санджи кивнул, показывая мужчине, что слушал, но больше ничего не сказал. Он надеялся, что этой ночью ему удастся поймать хотя бы взгляд на нее - его любопытство было возбуждено. *** Санджи возвращался на кухню, когда увидел ее. Он смотрел, как она шла к центру комнаты, где стоял рояль. Первоначально он находился наверху, в спальне поваров, но был перенесен вниз, где пришлось много поработать, чтобы подготовить девушку. Когда она шла, ее ноги, казалось, едва касались пола, что создавало впечатление, будто она почти скользит. Ее черные волосы, падающие мягкими волнами чуть ниже плеч, подпрыгивали с каждым шагом, и мерцающее синее платье, которое она носила, раскачивалось с той же скоростью. Это правда, что Пэтти сказала «девушка», а не «женщина», но, тем не менее, он ожидал кого-то постарше. Эта девушка не могла быть старше его. Он был вырван из своих мыслей, когда услышал, как Зефф назвал его имя. Он бросился обратно на кухню, готовя оскорбление для пожилого человека. Санджи был рад, что его сразу же отправили обратно с еще несколькими приказами. Он подумал, что будет задерживаться дольше, чем обычно, чтобы услышать, как она поет. Как только он услышал, как первые слова слетели с ее губ, он был рад этому. «Цветущий полевой цветок, умоляю вас, пожалуйста, скажите мне », - пела она. « Почему люди дерутся и причиняют боль друг другу? » «Это похоже на голос ангела», - подумал он. Он был легким, мягким и мелодичным. Казалось, ее голос окутывал его, как теплое одеяло. «Мужественно распускающийся цветок, что ты видишь со своего поля? Почему люди не могут прощать друг друга? » И все же - он также мог слышать в этом глубокую печаль. Это разбило ему сердце. Это заставило его захотеть найти способ избавить ее от этой боли. «Такая милая девушка не должна казаться такой печальной», - подумал он. Внезапный удар заставил ее нажать не на ту клавишу пианино, нарушив плавный ритм. Она успокоила руки и замолчала, склонив голову, чтобы волосы скрыли ее лицо из виду. Все внимание переключилось на источник шума, где двое мужчин смотрели друг на друга. Справа от них стоял стол, рядом с ним разбита посуда, на полу валялась еда. Слева от них сидела женщина на единственном стуле, который не упал в суматохе, с выражением страха на лице. «Что вы сказали?» Зарычал один из мужчин. «Вы услышали меня в первый раз», - ответил другой. «Эта твоя женщина не так невинна, как ты думаешь. Да ведь вчера вечером…» Санджи был более чем готов подбежать и остановить драку. Как они посмели испортить ресторан и испортить еду -первое. Как они смеют проявлять неуважение к даме и заставлять ее бояться - второе. И как они посмели прервать ангельское пение прелестной девушки – и третье. Но прежде чем Санджи смог приблизиться до битвы, чтобы остановить ее, это уже сделал кто-то другой. Он смотрел, как девушка с ангельским голосом прыгнула между ними двумя. Он наблюдал, как она ударила первого кулаком в живот, в результате чего он упал на землю без сознания, а затем она повернулась, чтобы сделать то же самое с другим. Санджи мог думать только о том, как ей все еще удавалось выглядеть изящно, когда она сбила двух взрослых мужчин без сознания, и что она была сильнее, чем выглядела. Он наблюдал, как девушка протянула руку к женщине с, как он предполагал, намерением помочь ей - вытащить женщину из беспорядка и подальше от двух мужчин, которые, казалось, были готовы драться друг с другом. Но женщина не двинулась с места. Она посмотрела на девушку так же, как смотрела на мужчину - со страхом. Итак, через несколько мгновений девушка опустила руку, развернулась и ушла, не удосужившись вернуться, чтобы продолжить свою песню. Санджи смотрел, как она уходила, и задавался вопросом, что она чувствует, но ее волосы закрывали лицо, что мешало ей увидеть какие-либо эмоции, которые могли быть переданы на ее лице. Как только она скрылась из виду, он снова обратил внимание на беспорядок и, нахмурившись, пошел убирать его. *** Закончив работу, Санджи стал искать девушку, надеясь, что она еще не легла спать. Он с облегчением обнаружил, что она сидит на перилах на внешней террасе ресторана. Он подошел к ней, стараясь произвести достаточно шума, чтобы дать ей знать, что он там. Когда она не удосужилась оглянуться, он встал у перил рядом с ней, наклонившись, чтобы опереться на них локтями. «Меня зовут Санджи», - сказал он ей, помолчав несколько мгновений. «А твое имя?» «Лилит», - сказала она. Ее голос по-прежнему казался легким, как и во время пения, и от этого у Санджи немного перехватило дыхание. Он повернул голову к ней, желая, как следует разглядеть девушку. Он был удивлен, увидев сигарету, свисающую между ее губами. Но, похоже, она не курила. Она просто позволяла ей свисать и сгорать. «Красивое имя», - сказал он, оглядываясь на залитый лунным светом океан перед ними. Лилит просто хмыкнула в знак согласия. «Было хорошо то, что ты сделала раньше», - сказал Санджи. «Я собирался вмешаться, но ты был намного быстрее меня. На самом деле, это было неожиданно». Санджи остановился, когда заметил, что ее хватка за перила значительно усилилась. «Лилит-чан?» - осторожно спросил он, кладя одну руку на ее ладонь успокаивающим жестом. Он почувствовал, как от прикосновения ее хватка ослабла. Она вытащила свою руку из-под его и вытащила сигарету изо рта, так как она перегорела. Все еще держа сигарету в руке, она положила ее обратно на перила, а затем вздохнула и повернула голову, чтобы посмотреть на ночное небо. «Насилие не следует прославлять», - мягко сказала она. «Ну, не тогда, когда это было между этими двумя парнями раньше, а когда использовалось, чтобы останавливать других…» «Нет», - сказала она, не давая Санджи закончить. «Нет ни одного случая, когда насилие можно было бы похвалить, потому что, будь то добрые намерения или нет, насилие по-прежнему остается насилием, и в конце всегда кто-то получает травму». Санджи немного помолчал, обдумывая ее слова. «Но если человек, которому больно, будет плохим человеком ...», - предположил он. «Но это никогда не бывает так просто», - сказала она, закрыв глаза, все еще приподняв голову. «Я сейчас одна», - сказала она. «Хотите знать, почему?» Глаза Санджи пробежались по ней. Он наблюдал, как ее волосы падали вниз, когда ее голова была приподнята, и как они качалась на ветру. Он заметил, как ее кожа блестела в лунном свете. Он заметил, как шевелились ее губы, когда она говорила. А потом ему стало интересно, какого цвета у нее глаза. Он еще не успел рассмотреть их как следует. «Если вы готовы поделиться», - ответил Санджи. После этого она замолчала, поэтому Санджи подумал, что, возможно, она решила, что все-таки не хочет ему рассказывать. Но затем, когда она заговорила, он понял, что она, должно быть, придумывала, как это сказать. «Не так давно в мой родной город прибыла пиратская команда. А затем последовал военно-морской флот. Флот прибыл, чтобы арестовать пиратов, но, как и ожидалось, пираты не пошли добровольно. Поэтому они сражались. Все остальные пытались держаться подальше от них. Мы сделали все, что в наших силах, но шальная пуля попала в мою мать и убила ее. Пиратов поймали, а морпехи праздновали. Когда некоторые из них узнали о моей матери, они выразили мне свои соболезнования, но соболезнования не могут вернуть ее к жизни». Она открыла глаза и наклонила голову в нормальное положение. Затем она повернула его к Санджи. «Коричневый», - подумал Санджи. «Ее глаза - карие. Нет, орешник.» «Насилие с благими намерениями - это все равно насилие; оно никогда не стоит затрат». Санджи позволил ее словам проникнуться. Он понял ее точку зрения. Он действительно думал, но думать так, как он думал, было неразумно. Есть ситуации, когда насилие необходимо, и ситуации, когда это, по сути, лучший курс действий. Но, тем не менее, он не мог не найти в ее словах чего-то восхищенного. *** Для пары - это стало ритуалом - каждую ночь после того, как Санджи завершал свои обязанности, он находил Лилит снаружи, и они разговаривали. Разговор может варьироваться от простых вещей, которые они делали в тот день, до их надежд на будущее. «У тебя есть мечта?» Однажды ночью Санджи спросил ее. «Мечта?» - спросила она, выдыхая дым изо рта. Эти двое сели на перила внешней палубы Барати. Санджи слегка откинулся назад, положив руки на перила, в то время как Лилит наклонилась вперед, опершись локтями на колени и зажав сигарету между пальцами. «Да. Как то, чего вы хотите достичь в будущем», - объяснил он. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Лилит, только чтобы увидеть, как она смотрит на него. «Моя мечта - найти All Blue», - сказал он. «Место, где обитают рыбы всех четырех морей». «Понятно», - сказала она. Она повернулась лицом к океану и снова затянулась сигаретой. «Думаю, моей мечтой было бы жить в мирном мире, но я не думаю, что это осуществимая мечта». Санджи не возражал. Он знал, что она права. После этого разговор прекратился, но двое подростков были счастливы сидеть в тишине и наслаждаться шумом океана в присутствии друг друга. В ее последнюю ночь в Барати, хотя никто из них тогда не знал, что это будет ее последняя ночь, он спросил ее, почему она курит. Она засмеялась над ним, и Санджи растерялся, потому что он не понял, что было смешного в его вопросе. Но он также был счастлив услышать звук. Каждый раз, когда ему удавалось заставить ее улыбнуться, он чувствовал себя достижением, поскольку она улыбалась нечасто. Так что рассмешить ее было так, словно он добился невозможного, а слышать ее смех было благословением. Кроме того, у него перехватило дыхание. И когда он увидел, как из-за него ее глаза просветлели, его лицо стало теплее. И когда он увидел, как она смотрит на него, как она это делала, с эмоцией, которую он не мог определить, его сердце забилось быстрее. И все это смутило Санджи, потому что он никогда за свои короткие 16 лет жизни не чувствовал себя так раньше. «Это снимает стресс», - наконец ответила она. Она, как обычно, сидела на перилах, а Санджи стоял рядом с ней, оба смотрели на океан. Ее ответ заставил его скептически взглянуть на нее. Он не понимал, как вдох через эту штуку, а затем выдох дыма снимет стресс. "Дай мне попробовать!" - воскликнул он, пытаясь схватить ее сигарету, но она вырвала сигарету из его рук, прежде чем он успел дотянуться до нее. Он надулся на нее, и она снова рассмеялась. «Это не привычка, к которой я должна побуждать вас взяться за дело», - сказала она. «Но я хочу попробовать! Если ты мне не позволишь, я сделаю это сам», - сказал Санджи. Лиллит покорно вздохнула. Она развернулась на перилах, чтобы посмотреть на него лицом, а затем передала ему свою сигарету. Он наморщил нос, глядя на него мгновение, а затем зажал его губами и вдохнул. Он сразу же закашлялся, глаза слезились. Лилит мягко улыбнулась ему, когда она вынула сигарету из его рук и затянулась. «Как, - сказал он между кашлем, - ты это делаешь?» «Иногда это требует некоторой практики», - сказала она, когда его кашель утих. «Кашель в первый раз - это нормально». Как только он перестал кашлять, Санджи с отвращением высунул язык. «Это оставляет неприятный привкус во рту», - сказал он. Лилит хихикнула. «То же самое и с жизнью», - сказала она. «Какая мрачная мысль», - сказал он, нахмурившись, отчего улыбка Лилит стала шире. «Ко вкусу привыкаешь». Его глаза встретились с ее взглядом, и он мог сказать, что она была честна. А затем его взгляд упал на ее губы; он не мог не задаться вопросом, есть ли у нее вкус сигареты. «Если это так, - подумал он, - значит, он сможет и к этому привыкнуть». Однако он покраснел при этой мысли и снова поднял глаза, чтобы увидеть, что ее взгляд все еще на нем. Он снова увидел это чувство в ее глазах - ту, которую часто видел, но не мог распознать. Он хотел спросить. Он собирался спросить, но она заговорила первой. "Ты когда-нибудь раньше кого-нибудь целовал?" Она спросила его. Глаза Санджи расширились при этом вопросе. Это застало его врасплох. Он не знал, как ему ответить - что она хотела, чтобы он сказал, - поэтому он решил быть честным. «Нет», - сказал он. Довольная улыбка появилась на ее лице, когда она покатилась по перилам и села прямо перед ним. Зажженная сигарета все еще была в ее руке. «А не хочешь?» - мягко спросила она. Санджи не мог подобрать слов. Его глаза вернулись к ее губам, и он понял, насколько они сейчас близки. Так было, потому что она сидела на перилах на уровне его глаз. Все, что ему нужно, - подумал он, - это двинуться вперед и их губы встретиться. Но он, казалось, застыл на месте. Глаза Лилит смягчились при виде краснеющего мальчика. Это было действительно мило. На самом деле все в нем было. Итак, она сделала то, что он не мог. Она наклонилась вперед и прижалась губами к его губам, украшая его первый поцелуй. Его губы были мягкими и пахли пряностями, но она также могла почувствовать намек на послевкусие сигареты, хотя она и не возражала. Ее губы были нежными и на вкус напоминали сигареты, которые она так часто курила, но они также имели вкус кокоса и ... ванили? Санджи не был уверен в этом и не хотел тратить время на попытки понять это. Нет, он предпочел бы провести это время, наслаждаясь моментом. Когда поцелуй закончился, Лилит посмотрела на небо с нежной улыбкой на губах. Когда все закончилось, Санджи посмотрел на Лилит глазами, в которых было обожание и тоска. «Думаю, теперь я понял», - подумал Санджи. «Думаю, я понимаю, что чувствую». «Однажды», - сказала Лилит, наклонив голову назад, чтобы посмотреть на Санджи. «Вы станете великим мужчиной, который сделает очень милую женщину очень счастливой». Она положила руки на его щеки и прижалась лбом к его. Кончики их носов соприкоснулись, когда она посмотрела ему в глаза с любовью - такой большой любовью. Она наблюдала, как он открыл рот, чтобы что-то сказать, но остановила его коротким поцелуем. «Эта женщина не может быть мной», - сказала она ему, зная, что он собирался сказать. «Почему нет?» - спросил Санджи. Лилит покачала головой, их лбы все еще были прижаты друг к другу. «Сейчас не время для вопросов», - сказала она и снова поцеловала его. Но этот поцелуй был другим - он был более горячим, страстным, наполненным еще и большой тоской. И именно этот поцелуй привел их в спальню Санджи. Именно этот поцелуй заставил их снять одежду. Это был тот поцелуй, который привел к ночи, полной страсти, пота и удовольствия. Это был поцелуй, о котором никто из них не пожалел. Когда Санджи проснулся на следующее утро, он был в экстазе, пока не обнаружил себя один в постели. «Это не сон», - подумал Санджи. Это было слишком ярко в его памяти, чтобы быть. А потом он увидел у своей кровати лист бумаги, сложенный как письмо. «Мне очень жаль, что я должен сделать это таким образом», - гласило оно. «И я знаю, что ты, вероятно, меня за это возненавидишь, но я действительно ненавижу прощаться лицом к лицу. Пожалуйста, не думай, что это была твоя вина. Это не так. Я планировала уехать с самого начала. И прошлой ночью я понял, что если я останусь дольше, то не смогу уйти вовсе. Я ни за что не смогу просто оставить тебя позади. Сейчас или никогда. Мне очень жаль, честно и искренне. Я позволил себе слишком привязаться к себе, и теперь я пошел и причинил тебе боль. Это никогда не было моим намерением. Я люблю тебя. Я действительно люблю тебя. Это кое-что еще, что я осознал вчера вечером. Мне жаль, что я не мог сказать вам это лично. Я надеюсь, что ты найдешь кого-то, кто полюбит тебя так же, если не больше. Не сдавайся, найдя All Blue. Я верю в это, и я верю в тебя. С уважением, Лилит». Санджи скомкал листок в шар и швырнул его в стену, когда начали падать слезы. Раньше любовь казалась такой чудесной. Прошлой ночь казалась райской. Но прямо сейчас, подумал он. Прямо сейчас это просто больно. Когда он перестал плакать, он подошел к смятому листу бумаги и поднял его. Он разобрал его и разгладил, прежде чем приложить к груди и сделать глубокий вдох. «Боже, - подумал он, - мне нужна гребаная сигарета». *** [Настоящее время - Санджи, 21 год] Санджи прислонился к перилам сбоку Таузенд Санни с сигаретой в руке. «Она была права», - подумал он. Это действительно помогло снять его стресс. И он привык к вкусу. Во всяком случае, он полюбил это. Это так сильно напомнило ему о ней. Он выдохнул дым, когда услышал, что кто-то приближается к нему, но не стал оглядываться. Он увидел, что Нами стояла рядом с ним, заложив руки за спину. «Хорошая ночь, а?» Она спросила. Санджи снова затянулся сигаретой. «Тебе правда так любопытно?» Спросил он ее. «Что? Нет! Я здесь не для этого», - быстро сказала она, но поняла, что лгать уже поздно. Ее уже поймали. Она вздохнула. «Вы флиртуете с каждой женщиной, которую видите, но вы не носите их с собой повсюду. Так что да, мне любопытно». «Хорошо, Нами-сан», - сказал он. Он стряхнул пепел с кончика сигареты. «Если ты действительно хочешь знать. Лилит была тем, кого я встретил пять лет назад. Она была моей первой любовью, моим первым поцелуем, первой женщиной, которую я…» Санджи остановил себя. Для него было неуместно говорить это перед Нами. Он позволил легкой улыбке упасть на его губы, когда он посмотрел на сигарету в своих руках. «Это она дала мне впервые попробовать сигарету. Можете ли вы поверить, что я ее ненавидел?» Он посмеялся. Нами не могла отвести глаз от Санджи. Это было… другое. ««Другой» - определенно правильное слово», - подумала она. Это была сторона Санджи, которую она никогда раньше не видела. Санджи часто, особенно рядом с ней, был идиотом. Когда его не было, в те моменты, когда он был серьезен, это было только тогда, когда он дрался, защищал женщину или когда это было связано с едой. Она никогда не видела его серьезным, когда он говорил о такой женщине. Это определенно было иначе. «Вы когда-нибудь слышали это высказывание от Ист Блю?» - спросил он Нами. «Ты никогда не сможешь забыть свою первую любовь». «Да», - сказала Нами. «Как вы думаете, это правда?» «Я не знаю. Я никогда по-настоящему не любила», - сказала она ему. Некоторое время они стояли в молчании. «Это глупо», - сказал Санджи. «Единственная причина, по которой я ношу плакат с собой, - это то, что у меня есть нелепая надежда, что однажды я увижу ее снова». «Это возможно. Вы оба в розыске». «Мир огромен, Нами-сан». «Да. Но мы собираемся изучить многое из этого», - сказала она. Санджи не мог не улыбнуться ободряющим словам. «Для него еще есть надежда, - подумал он. *** [Несколько месяцев спустя] Нами рассказала только Робин о своем разговоре с Санджи той ночью. Она могла сказать, что то, чем Санджи поделился с ней, было очень личным, поэтому она не хотела идти и рассказывать всем в команде, но ей нужен был кто-то, о чем можно было бы поговорить. И Робин был человеком, который, скорее всего, смог сохранить секрет на корабле. Остальная часть команды быстро забыла о бумаге, надежно спрятанной под пальто Санджи, их внимание переключилось на новые приключения, и поэтому нормальность вернулась к команде соломенной шляпы. После того, как эта нормальность вернулась, и после нескольких приключений в Новом Свете, команда пришвартовалась к острову, чтобы они могли пополнить запасы перед продолжением путешествия. По прибытии им, как обычно, пришлось разойтись, чтобы сделать то, что каждому из них нужно. И они также установили специальное место для встреч, которое не было кораблем - популярный ресторан в центре острова. Это взволновало Луффи. Нами была первой, кто прибыл на место. За ним следуют Робин, Санджи и, что удивительно, Зоро. По прибытии Зоро Нами потеряла надежду на то, что остальные прибудут в ближайшее время - в конце концов, Зоро обычно был одним из последних, кто появлялся. Поэтому она приняла решение для всех, что они начнут обедать без них. Они ждали своей еды, Нами и Робин разговаривали, пока Зоро и Санджи о чем-то спорили, когда она вышла на сцену. Робин заметил это первым. Когда она это сделала, она привлекла внимание Нами к сцене, глаза которой расширились при виде того, кого она там увидела. Она посмотрела на Санджи и увидела, что он был слишком поглощен своим спором с Зоро, чтобы заметить женщину на сцене. Женщина, о которой идет речь, села за скамейку перед пианино, на мгновение, позволив пальцам слегка коснуться клавиш, прежде чем нажать на них. Она глубоко вздохнула, прежде чем запеть. «Цветущий полевой цветок, умоляю вас, пожалуйста, скажите мне », - пела она. « Почему люди дерутся и причиняют боль друг другу? » Санджи остановился на полуслове, что заставило Зоро вопросительно взглянуть на него, когда он услышал пение. «Доблестный цветущий цветок, что ты видишь со своего поля? Почему люди не могут прощать друг друга? » - пропел мелодичный голос. «Я знаю эту песню», - подумал он. «Я знаю этот голос». Он повернул голову к сцене, его глаза расширились, а челюсти отвисли, когда он увидел знакомую фигуру, сидящую перед фортепиано. «Дождь прошел, и лето приобрело голубые оттенки. Теперь ты совсем один, ты дрожал передо мной, не говоря ни слова». Волнистые черные волосы, эти карие глаза, которые сияли даже при тусклом свете ресторана, и этот голос - это определенно была она. Спустя столько лет это была Лилит. Его Лилит. «Когда твои друзья увядают вокруг тебя, что ты думаешь? Когда твои листья не могут говорить, как ты передаешь любовь? » Он видел, что она изменилась с годами, как и он. Волосы у нее были длиннее и доходили почти до конца спины. Ее лицо стало тоньше, а грудь больше наполнилась. И улыбка, которую он всегда изо всех сил старался изобразить на ее лице, была там, без усилий - как будто она улыбалась чаще, чем хмурилась сейчас. «А может, и так», - подумал Санджи. «Я буду петь доказательство того, что вы жили ради тех, у кого нет имен », - закончила она. Он вынул сигарету, наблюдая, как она встала со своего места. Он зажал его губами, наблюдая за ее реверансом, ее руки подняли бока лилового платья. Он зажег его, глядя, как она уходит со сцены. А потом, извинившись из-за стола, пошел за ней. Его темп был быстрее, чем у нее, поэтому он смог довольно быстро добраться до нее. Она стояла к нему спиной, поэтому он взял ее за руку. Она быстро повернулась, замешательство было видно на ее лице, на долю секунды, прежде чем появилось узнавание. А потом она засмеялась. Она вытащила сигарету из его губ. «Я думала, во рту у тебя неприятный привкус», - сказала она ему. Санджи ухмыльнулся женщине. «Просто нужно немного привыкнуть», - сказал он, и затем двое разразились смехом. Она вернула ему сигарету. «Я не ожидала увидеть тебя, - сказала она, - по крайней мере, здесь, о твоих приключениях столько, сколько я могу в газетах». Когда она заговорила, ее улыбка переросла в ухмылку. «Я скучала по тебе. Я действительно скучала. И мне очень жаль, что я так внезапно ушла. Не было дня, чтобы я не пожалел об этом. Но это просто…» «Не беспокойся об этом», - сказал он, прежде чем затянуться сигаретой. «Тебе не нужно объясняться». Лилит мягко улыбнулась ему, ее глаза смягчились, когда она посмотрела на него. «В конце концов, ты действительно стал великим человеком», - сказала она, ее глаза повернулись к полу. «Я уже некоторое время задавался этим вопросом». «Лилит», - сказал Санджи, заставив ее взглянуть на него и снова встретиться с ним взглядом, но она отвернулась, как только увидела отраженные в них эмоции. «Нет, Санджи», - сказала она, отвечая на его невысказанный вопрос. «Я действительно должна идти». Санджи позволил своей правой руке упасть на бок, сигарета все еще зажата в пальцах. «Я не хочу, чтобы ты снова уходила», - сказал он ей. Лилит почувствовала, как ее сердце болезненно сжалось от его слов. Она не хотела причинять ему больше боли, и все же... Лилит потеряла ход мыслей, когда почувствовала, как его губы прижались к ее губам. Он подумал, что на вкус он такой же, как она помнила, как специи и табак; Единственное отличие заключалось в том, что последний вкус был сильнее прежнего. «Пожалуйста, не уходи», - выдохнул он, отодвинувшись. Лилит повернула голову набок, чувство вины поглотило ее лицо. «Санджи», - мягко сказала она. «Даже если я не пойду, ты уйдешь. У тебя есть накама, и тебе все равно нужно найти Вселенную». «Но…», - начал протестовать Санджи, но Лилит не позволила ему. «Помнишь, я говорил тебе, что однажды ты сделаешь очень милую женщину очень счастливой?» Она спросила его. Санджи кивнул. «И вы сказали, что это не вы», - добавил он. Лилит тихо промурлыкала, и на ее губах снова появилась улыбка. «Я передумала», - сказала она. «Сейчас для меня все изменилось». Ее удовлетворенная улыбка, казалось, немного спала, превратившись в печальную улыбку. Как будто она вспоминала что-то сладко-горькое. «Как только ты найдешь All Blue», - сказала она. «Когда я найду All Blue?» - спросил Санджи, не зная, что она имела в виду. Она кивнула ему, и ее улыбка снова стала ярче. «Как только ты найдешь All Blue, мы снова найдем друг друга. Сначала вы должны осуществить свою мечту. Я отказываюсь мешать этому». «Это обещание?» Он спросил ее. «Если ты хотите, чтобы это было, - сказала она, - тогда да. Я обещаю прийти к тебе, как только ты найдешь All Blue». Санджи не смог сдержать улыбку, распространившуюся по его лицу. Он наклонился и снова поцеловал ее губы. Когда он отстранился, он прижался лбом к ее лбу. «И я обещаю сделать то же самое», - сказал он.