Часть 30

      Заснула утомлённая пара хорошо за полночь, а когда проснулась — время близилось к полудню. Ма Сон с трудом приоткрыла глаза… а открыв, ужаснулась: глаз Яна украшал здоровенный фиолетовый бланш.       Тут как раз зазвонил комм, и растерянная женщина взяла трубку. Звонил Абрам — сообщил, что документы готовы, но нужна фотография. Не решившись сообщать о вчерашнем инциденте и его последствиях, так некстати отразившихся на лице Яна, Ма Сон смогла только пролепетать: «Да-да, мы скоро будем!»… а положив трубку — длинно и забористо выругалась на родном языке.       Звонок и голос Ма Сон разбудили Яна. Он перевернулся на спину, зевнул и спросил:       — Что-то случилось, Сонхен?       — Случилось! — рыкнула Ма Сон. — Вставай — и бегом в ванную. Я буду вспоминать, как пользоваться косметикой. Нам на документы фотографироваться, а у тебя вон какой фонарь — куда это годится?       В ванной Ян с некоторым удивлением посмотрел на себя в зеркале. За ночь отек уменьшился, глаз открылся, и чувствовал Ян себя почти нормально. А вот выглядел…       Слово «фотографироваться» было ему пока незнакомо, но, судя по реакции Ма Сон, им надо было явиться к какому-то важному лицу. Может, к градоначальнику? Верительные письма вроде он подписывает… Да, в таком виде это будет неудобно…       — Садись на край ванны, — велела подошедшая Ма Сон. — Фотографироваться — это с тебя… ну, как бы картину напишут, только маленькую и быстро, с помощью специального аппарата, — она показала свой паспорт, где была её фотография. — Вот примерно так. Там имя другое, не обращай внимания. Так надо. А с таким синячищем, конечно, никуда не годится.       Некоторое время Ян терпеливо наблюдал, как Ма Сон копается в шкафчиках и ящиках тумбочки, повторяя:       — Ну где же оно… Ведь было же…       Он понимал, что она хочет замазать его синяк белилами. Ну, пусть попробует, хуже не будет…       Первая попытка оказалась неудачной. Ма Сон усердно мазала Яна жидкостью из какого-то тюбика, и в итоге они увидели на загорелом и обветренном до красноты лице здоровенное белёсое пятно.       На этом Ма Сон не сдалась. Открыла круглую коробочку, стала возить по пятну толстой пушистой кистью. В результате пятно получилось ярко-розовым. Ма Сон пробормотала что-то непонятное и продолжила свой труд.       Наконец лицо Яна стало более-менее одного цвета. К этому времени Ян боялся моргнуть, чтобы толстый слой крема и пудры не осыпался.       — Больше я ничего не смогу сделать… — наконец покачала головой Ма Сон. — У меня в целом этого добра не так много, как у какой-нибудь модницы… Ну ладно, поехали так. Надеюсь, по дороге не стечёт.       На улице, как нарочно, шёл снег. Ян старался отворачиваться от ветра, прикрывал лицо ладонями.       — Далеко нам идти? — спросил он. — Опять на автобус?       — Лучше такси взять, — решила Ма Сон. — Так нас подвезут прямо ко входу на бойню. Запомнят ведь, правда, куда мы ехали… но что делать? Твоя маскировка не продержится долго.       В такси Яну понравилось. И сидеть удобнее, чем в автобусе, и посторонних нет, не считая водителя.       — А очень дорого такая машина стоит? — спросил он у Сонхен. — Удобная штука! Лошадь нам нужнее, конечно, но потом, после лошади, может, будем копить на машину?       Ма Сон покачала головой и выразительно показала глазами на водителя — мол, вопросы потом. Ян и так помнил о необходимости соблюдать скрытность, и вроде ничего такого он не сказал. Но спорить не стал, Сонхен виднее. Может, тут совсем не держат лошадей… хотя сама Сонхен где-то научилась ездить. Или тут все знают, сколько стоят машины.       В любом случае этот разговор не был срочным. И Ян молча откинулся на спинку кресла и повернулся к окну. Наконец поездка закончилась. Пара выгрузилась из машины и начала пробираться через сугробы к потайному входу на бойню.       — Ты бы поосторожнее со словами… — пыхтела Ма Сон. — Тут лошадей никто не держит — чай, не деревня. Этот водитель и так мог запомнить странный пункт назначения, а странных пассажиров запомнит точно. Не надо, чтобы люди знали, что здесь кто-то бывает.       — Я не знал, — виновато ответил Ян. — У вас же есть лошади, раз ты умеешь ездить. Ладно, теперь на всякий случай буду побольше молчать. А машина нам всё же не помешала бы. Только надо придумать, где её оставлять. С ней проще, чем с лошадью, она не замёрзнет и с голоду не помрёт.       — Я дома научилась, ты чего… — удивилась Ма Сон. — Вот там да, лошади были. А машина… Ты хочешь прямо на ней от места перехода до дома, что ли? Так вряд ли выйдет. Впрочем, это надо ещё подумать.       Наконец они добрались до входа. Ма Сон привычно набрала код, дверь бесшумно отворилась перед парой и затворилась за ней.       — По лесу машина не проедет, конечно, — согласился Ян, идя вслед за Ма Сон. — А прятать её в кустах надолго, наверное, сложно. Но и с сумками таскаться тоже не очень удобно.       — Ничего, придумаем что-нибудь… — жизнерадостно усмехнулась Ма Сон. — Давай руку.       Снова продолжительное блуждание по коридорам в темноте… и снова помещение со столом. На этот раз рядом с ожидавшим их Абрамом были фотоаппарат и подключённые к большой чёрной коробке ноутбук и принтер.       — М-да… — выдал Абрам вместо приветствия, — кто ж тебя так отоварил, чьто аж замазывать пришлось?       — Почём мне знать? — пожал плечами Ян. — Мы с ними познакомиться как-то забыли.       В отличие от Ма Сон, он не чувствовал ни вины, ни опасения. Драка — дело житейское, да и начал её не он.       — Ну, ты не знаешь, так я знаю… — невозмутимо пожал Абрам плечами. — Сон, ты бы поаккуг’атнее, чьто ли… Тот, кого ты миской приласкала, в больнице сейчас отдыхает, с черэпно-мозговой тг’авмой.       Ма Сон испуганно охнула и зажала рукой рот.       — Да не трясись ты… — махнул Абрам рукой. — Из свидетелей вас в лицо никто не запомнил, записи камег' мы подчистили… Вг’оде, обошлось. Ладно, вон г’укомойник, смывайте пока то, чьто навег’тели, я сейчас ног’мальный грим принесу.       Сказавши так, парень скрылся в темноте.       — Они первые начали, — спокойно проговорил Ян, взяв Сонхен за руку, — да ещё тебя дурой обозвали. Ну и нарвались, будут в другой раз думать.       — А ну как этот, с травмой, отъедет? — беспокоилась Ма Сон. — Это ж ладно меня, а ну как тебя за убийство искать начнут? Я себе не прощу, если ты из-за меня в тюрьму загремишь!       Ян задумался. Здешних законов он не знал, но убийство есть убийство, кто бы ни начал драку… А кстати, кто ударил первым? Точно не он? Вообще при мысли об этом становилось не по себе, и вовсе не из страха перед судом. До сих пор убивать ему не случалось…       — Будем надеяться, что он выживет, — сказал он, стараясь выглядеть уверенно. — А если что… Уйдем к нам, тогда ваши стражники нас точно не найдут. А теперь помоги мне умыться, ладно?       — Не знаю даже… Я уже привыкла жить на два дома, — вздохнула Ма Сон, подводя Яна к висящей на стене раковине и осторожно смывая с его лица косметику. — Надеюсь, и правда как-то обойдётся.       Через какое-то время на лице Яна вновь сиял начавший уже понемногу сереть фонарь, и Ма Сон отвела жениха обратно к столу, за которым уже расположился Абрам в окружении разнокалиберных банок, склянок и тюбиков.       — Присаживайся, — кивнул парень на стоявший рядом стул.       Ян сел. И сразу уточнил:       — Если тот тип помрёт, Сонхен ни при чëм! Я дрался, мне и отвечать.       — Да не боись… — усмехнулся Абрам, начиная колдовать с инвентарём гримёра. — Ног’мально всё будет. Сказал же, на вас выйти будет тг’удно. Если чьто, мы и со свидетелями пог’аботаем. Но всё-таки… в следуюшчий г’аз давайте поаккуг’атней.       — Мы постараемся, — пообещал Ян. Поморщился, когда кисть прошлась по свежей ссадине. Скосил глаза на встревоженную Сонхен и ободряюще улыбнулся ей.       — Не дёг’гайся! — рыкнул Абрам. Ма Сон только нежно улыбнулась Яну в ответ.       — Совсем головы потерьяли от сьчастья… — бухтел Абрам, не прекращая работы. — Влипнете вы с таким подходом… Уже влипли. А мне г’азгрэбать…       Яну нашлось бы что возразить, но приходилось сидеть молча, чтобы не мешать Абраму замазывать синяк. Ладно, пусть ворчит. Главное, чтобы помог им. И с документами, и вообще.       Наконец Абрам закончил с косметическими процедурами. Быстро вымыв руки, он взялся за фотоаппарат.       — Сиди смиг’но, — скомандовал он Яну. — Голову выше немного. Смотрьи прьямо в объектив… ну, вот в этот «глаз». И не шевелись.       Ян послушно уставился туда, куда было сказано. Интересно, как работает это устройство? Обычно портреты долго рисуют. Чего только не придумали за те четыреста лет!       Абрам сделал несколько снимков.       — Готово, — удовлетворённо заключил он, садясь за ноутбук. — Осталось г’аспечатать и поместить в документ. И да… Отца как зовут? Для отчества надо. Или неважно?       — Не знаю, — пожал плечами Ян. — Не помню. Все равно, что напишете.       Он встал, подошёл к раковине, посмотрел в висящее над ней зеркало. Лицо выглядело совершенно целым, и даже зная про грим, он едва мог разглядеть границу между чистой кожей и краской.       — Ну, будешь Вильгельмович, — пожал плечами Абрам. — Ян Вильгельмович Книппег'. Вильгельмом звали одного моего… паг’тнёг’а, скажем так.       Тем временем заработал принтер, выплёвывая фотографии. Абрам их вырезал, потом взял в одну руку почти готовый документ, а в другую — самую удачную фотографию. Прикрыл глаза — и оба предмета взлетели с его рук, соединились в возникшей в воздухе вспышке и приземлились парню в руку.       — Последний штрих, — удовлетворённо кивнул Абрам, подавая Яну ручку. — Г’аспишись здесь, — он показал на нужное поле.       Ян постоял с отвисшей челюстью, покачал головой. Спрашивать ни о чем не стал, потом у Сонхен спросит.       Перо тоже выглядело непривычно, как и все в этом мире. И чернильницы на столе не было. Ян медленно и старательно нацарапал в указанном месте свою фамилию. Писать ему приходилось нечасто. По правде сказать, он и не помнил, когда последний раз это делал.       — По-г’усски надо было… — покачал головой Абрам. — Ну да ладно, г’одной язык тоже сойдёт, лишь бы подпись была подлинная. Ну, теперь всё. Чьто, прьямо отсюда в ЗАГС побежите? — добродушно-ехидно усмехнулся парень.       — Поедем, — спокойно уточнил Ян. — Днём нам бегать ни к чему, на автобусе доберёмся.       — Это было обг’азное выг’ажение, — усмехнулся Абрам. — А насьчёт «прьямо отсюда», значит, возг’ажать не будешь?       — А что тянуть, раз решили? — удивился Ян. — Тем более что все равно потом ждать придётся. Сначала туда, насчёт брака, а потом мы с Сонхен ещё пройдемся, посмотрим насчёт лавки. Вчера нам приглянулось одно место, но надо ещё подумать.       — Ну да, так сг’азу вас не г’аспишут, — согласился Абрам. — Там тоже ждать придётся, как бы не месяц, а то и больше. Ну, идите. Благословлять не буду — Сон не Нелли, не такое дитя. Спг’авитесь.       — А то! — усмехнулась Ма Сон, подавая Яну руку. — Ещё как справимся, вдвоём-то. Ну, бывай.       И, забрав паспорт Яна, увела жениха в темноту.       — Ты знаешь, куда нам? — на ходу спросил Ян. — Не заблудимся? Как вы вообще ориентируетесь с этими автобусами…       — Так расписание же есть, не бесконтрольно же они ходят, — ответила Ма Сон, не сбавляя хода. — Конечно, знаю. Но только место — так-то я ни разу там не была.       Выйдя со скотобойни, пара побежала к остановке.       Как выяснилось в ЗАГСе, расписать их смогут только через полтора месяца. Сначала Ян подосадовал на такую задержку, а потом оказалось, что они с Сонхен только-только успевают. Следующие три дня они выбирали место для лавки, потом пришлось опять обращаться к Абраму, чтобы он помог с оформлением, да ещё надо было заскочить к портному на примерку… Потом с полными торбами они вернулись в Бригге. Там тоже оказалось полно дел: оповестить всех приглашенных о точной дате свадьбы (причем специально по Лехиной просьбе пригласили и Луизу), придумать и заказать вывеску для лавки, набрать для нее же товара…       Время пролетело стремительно. И наконец веселая и нарядная компания шагнула через переход.       — М-да… — выдала Ма Сон, почти сразу после выхода из перехода провалившись в снег по колено. — Некоторые вещи не меняются. Вот за что ненавижу эти края — так это за зиму, которая длится девять месяцев. Это ж всё потает только к июлю…       Бубня себе под нос, женщина принялась шустро выкапываться.       — Вот погода у нас получше, это точно, — согласился Ян, помогая появляющимся из перехода новичкам. — Но у вас тоже много хорошего.       Лассе, Хильда и Луиза растерянно оглядывались по сторонам.       Потом они пробирались по глубокому снегу до шоссе, вытянувшись длинной цепочкой. На обочине их уже ждала машина.       — А куда едем? — уточнил Ян. Лангер окинул взглядом всю компанию, прикинул.       — В одну квартиру мы не уместимся, надо как-то делиться.       — Ну, давайте так: Лассе с Хильдой — к Ма Сон, Лангер с Рионой — ко мне… — начала Нелли.       — …а Луиза — со мной, — дополнил Лёха, усмехнувшись.       — Что ты, — ойкнула Луиза, густо покраснев, — так нельзя… Это неприлично! Я с хозяйкой…       — Ну вот, начинается… — покачал головой обманутый в лучших чувствах Лёха, но настаивать не стал. — Ладно. Тогда хоть погуляем вместе. С остальным размещением все согласны? Грузитесь, я развезу вас.       — Согласны, — выразил общее мнение Лангер. — Да и какая разница, на две ночи-то!       — Конечно, погуляем, — радостно отозвалась Луиза. — Ты мне город покажешь! Ой, а как же это она поедет без лошади?       — Своим ходом, как… — усмехнулся Лёха. — Смотри!       Когда все погрузились (в салоне моментально стало тесно), парень завёл машину. Луизу он посадил рядом с собой.       — Разместимся, наверное, как обычно, — сообщила Нелли. — Женщины — на диване, мужчины — на полу.       Луиза с восторгом разглядывала приборную панель машины со всеми её стрелками и огоньками.       — Все так сложно! И как ты разбираешься!       Остальные больше интересовались зрелищем за окном — фонарями вдоль дороги, проезжающими мимо автомобилями… Потом начался город. Вид широких улиц с высокими домами заставил и Луизу обернуться к окну.       — Ну, этому учиться надо… — польщённо улыбнулся Лёха. — Но это достаточно легко. Я хорошо умею.       Однако, заметив, что его уже не слушают, парень только хмыкнул и обратился взором к дороге.       Машина ехала широкой улицей, потом свернула во дворы.       — Быстро мы доехали! — обрадовался Ян. — Говорю тебе, нам с тобой тоже машина нужна. Или хотя бы мотоцикл. Лассе, Хильда, выходим!       — Заработаем — у нас будет всё, — согласилась с женихом Ма Сон, выгружаясь из «буханки». — И машина, и мотоцикл, и снегоход… В прошлом буду гонять на лошадях из плоти и крови, а здесь — на конях из металла… Ну, выходим — и за мной! — скомандовала женщина своим «постояльцам».       — Знаешь, Ян, я ведь тебе не верил, — признался Лассе, оглядываясь по сторонам. — Вот ведь чудеса!       — Это ты ещё телевизор не видел, — усмехнулся Ян. — И кино тоже! Надо будет завтра вас в кино сводить.       Они зашли в подъезд, поднялись на лифте. Вошли в квартиру.       Потом был нехитрый ужин из сосисок с «Дошираком», телевизор и душ. Все это приводило гостей в восторг.       Наконец настала пора отходить ко сну. Ма Сон объясняла Хильде:       — Да ладно, это нормально… Всё понимаю, я сама была бы не против лечь с женихом… но приличия, сама знаешь, — она невесело усмехнулась.       — Молодость, кровь горячая, — посмеивалась Хильда. — Эх, мы тоже такими были, верно, Лассе? Ну ничего, мы вас недолго стеснять будем.       — Да вы и потом в гости заходите, отчего нет? — улыбнулась Ма Сон, заканчивая стелить постель. — Только визиты согласовывать надо… Ну, ложись.       А Леха тем временем кружил по городу, изо всех сил растягивая путь до дома Нелли. Луиза сидела рядом с ним, то и дело переспрашивая его о какой-то ерунде — о площади, мимо которой они проехали, о яркой вывеске…       Даже Лангеру уже стало казаться, что они как-то слишком много петляют.       Наконец добрались до цели. Леха остановился прямо перед подъездом.       Нелли, догадывавшаяся о причинах того, почему их путь так затянулся, в дороге только посмеивалась про себя. Выбравшись с помощью Михеля из салона «буханки», женщина только подмигнула их незадачливому водителю, прежде чем возглавить втягивающуюся в подъезд процессию — мол, в другой раз повезёт.       — Ты завтра зайдешь за мной, да? — спросила на прощание Луиза. — Тут так интересно, ты мне непременно всё покажи!       — Ну конечно, моя звёздочка! — улыбнулся Лёха. — Мне тут как раз за ударный труд дали сразу несколько выходных… и всё это время я с радостью проведу с тобой.       Парень немного лукавил — на самом-то деле он попросту купил короткий больничный у заводского врача… но чего не сделаешь ради любви?       — Какой ты молодец! — восхитилась Луиза. — Такой труженик!       — Пойдём уже, — с улыбкой окликнула ее Риона. — Завтра поговорите!       В квартире у Нелли все, кроме Луизы, уже были и теперь чувствовали себя достаточно уверенно, а вот девушку все вокруг удивляло. Остальные наблюдали за ней с улыбкой.       — Ужин? Или сразу спать? — предложила гостеприимная хозяйка. — Или, может, займёмся чем-то до сна?       — Да не мешало бы поужинать, — выразила общее мнение Риона. — Давай я помогу, а то нас много.       — Вы же гости… — привычно попыталась отказаться Нелли. — Да и что готовить-то? Здесь, с тех пор, как я переехала в прошлое, есть в основном продукты длительного хранения, а заехать в магазин я Лёху забыла попросить… Впрочем, ещё не поздно. Давайте мы с Михелем по-быстрому сбегаем.       — А эти, длительные, ты не хочешь сейчас использовать, да? — уточнила Риона. — Не хотелось бы тебя затруднять лишний раз, да и ждать, пока вы дойдете до лавки, тоже не хочется. Сейчас бы перекусить быстренько да и ложиться.       — Да можно и их, просто изысков из них не получится, — вздохнула Нелли. — А у нас, вроде как, повод… Ну да ладно. Изыски будут и на свадьбе. Пошли сварим кашу с тушёнкой. Правда, что бегать лишний раз?       Нелли и Риона пошли на кухню, за ними последовала и Луиза. Кухонная плита и холодильник привели Луизу в полный восторг.       Лангер и Михель тем временем вдвоем разложили диван и расстелили на полу плед.       — Интересно, кто будет следующим? — спросила Нелли у Рионы, разминавшей вилкой содержимое банки с тушёнкой. — Уже двое из наших нашли у вас своё счастье…       У самой женщины были догадки на этот счёт… но она хотела узнать мнение подруги.       — Так ясно же, — улыбнулась Риона, взглядом указывая на Луизу. — Уж как они сейчас у крыльца расстаться не могли!       — Я ничего такого и не думаю, — поспешно проговорила Луиза.       — А что думаешь? — поинтересовалась Нелли. — Неужто Лёха тебе мил? Удивительно…       Луиза удивлённо посмотрела на Нелли:       — Почему удивительно? Он такой весёлый, и заботливый, и… И вообще хороший!       — Надо же… — усмехнулась Нелли. — Похоже, ты на него благотворно влияешь. И что, совсем не боишься, что он тебе как-то… плохо сделает?       — Конечно, нет! — твердо ответила Луиза. — Он никогда меня не обидит, я знаю.       — Ну, даст Бог, всё будет хорошо, — улыбнулась Нелли. — Совет да любовь, как говорится. Только ты ж смотри — на провокационные предложения раньше времени не поддаваться! — она подмигнула Луизе. — Но это ты и без меня знаешь, да?       — Знаю, — кивнула Луиза. — Как не знать, тетя Магда мне все время твердит… Но ведь это же неправда, будто мужчинам от нас только одно нужно? Бывает же и настоящая любовь, правда же?       — Бывает, конечно, — серьезно ответила Риона. — Бывает… Только не всегда сразу поймёшь, что это она и есть настоящая.       — Да, тут главное — не обмануться, — согласилась Нелли. — Но мне почему-то кажется, что у вас с Лёхой всё будет хорошо. Он нормальный парень на самом деле. Дурной, конечно, но на самом деле неплохой. Ладно, каша почти готова. Риона, давай тушёнку.       Через несколько минут вся компания уже теснилась на кухне с тарелками. После долгой дороги по морозу всем было не до изысков, кастрюля опустела быстро. Потом стали укладываться спать. Девушкам было тесновато втроём на диване.       — Я могу на кухне на полу, — предложила Луиза.       — Да скорей уж я сама туда пойду, — поднялась с дивана Нелли. — Вы гостьи, вам должно быть удобно. К тому же я из нас самая крупная. Постелю себе там.       — Да бросьте, — проворчала Риона, — и так уместимся. В тесноте, да не в обиде.       Наконец все трое улеглись, прижавшись друг к другу. И довольно скоро все пятеро крепко уснули.