Часть 71

      А уже в самый канун Нового года Марк навестил Дагмар.       — Есть серьёзный разговор, — сообщил он невесте. — Быть может, сейчас не самое лучшее время, ведь сейчас надо веселиться и радоваться… но негоже, чтобы моя будущая жена не знала обо мне всего. Рано или поздно мне надо будет свозить тебя к себе на родину.       Дагмар чуть встревожилась.       — Ты так говоришь, как будто это что-то ужасное. Если не хочешь, так и совершенно не обязательно, зачем мне непременно ездить к тебе на родину?       — Я не то что не хочу, — успокоил Дагмар Марк. — И это не ужасно, просто… очень необычно. Ты вряд ли сможешь представить себе подобное.       Мужчине было стыдно оттого, что он не рассказывал любимой невесте всей правды о себе, ограничиваясь рассказом по частям. Он и не надеялся на то, что более важную часть правды она сумеет принять — такое не примешь… — но с чего-то стоило начать.       — Ну так расскажи, что там такого необычного? — Дагмар смотрела с недоумением. — Я уж и сама вижу, хоть вот по хозяйке судить, что у вас там нравы отличаются от наших. И про погоду ты рассказывал чудеса…       — Не хочется лишний раз нагонять таинственности… — вздохнул Марк, — …но это правда лучше раз увидеть. Может, после Нового года, когда я буду возвращаться к себе, то и тебя прихвачу? Туда-обратно, это не займёт много времени.       — Непонятно это, — покачала головой Дагмар. — То это очень далеко, то не займет много времени. Нет, я-то не против, если хозяйка отпустит…       — Она отпустит, — пообещал Марк. — Когда ты скажешь, куда хочешь отправиться, она сразу всё поймёт. А насчёт противоречия — ну, что «и далеко, и близко» — это ты угадала, примерно так и есть. Увидишь.       — Мне уже интересно, я буду ждать, — улыбнулась Дагмар. — Надо же, все у вас не как у людей, и новый год празднуете, и Рождество в другое время… Как же это может быть? Христос же один, он не мог родиться два раза, в разные дни! Мне жаль, что ты из-за приюта не сможешь отпраздновать новый год со своими друзьями. Хозяйка говорила, у вас там в эти дни много интересного и красивого.       — Ну да, у нас принято праздновать окончание года, — подтвердил Марк. — А у вас разве не так?       — Ну, мы вот празднуем Рождество, почти сразу после этого и начинается новый год, — девушка пожала плечами. — А отдельно ещё его праздновать… Когда же тогда работать?       — Просто у нас более распространена другая ветвь христианства. Видимо, у неё другой взгляд на дату, — пояснил Марк. — Или это как-то с календарём связано, который тоже как-то с церковью связан… не знаю. А приют… ну, друзья — это мягко сказано. Всё же раньше друг у друга были только мы семеро — мы и были друг другу семьёй. А сейчас… сейчас почти у каждого есть уже своя семья. А вы — моя. И этот Новый год я проведу с вами.       — Спасибо, — Дагмар неловко улыбнулась. — Я… я рада, что ты так считаешь. А как у вас празднуют новый год?       — Да как… — вздохнул Марк. — Вся страна отдыхает — читай, пьянствует. После Нового года почти на каждой работе бывает неделя выходных. Народ отсыпается, отъедается, гуляет… продолжает веселиться, в общем. Ничего особенного.       — Вообще-то я имела в виду, как мы с тобой его будем отмечать, — уточнила Дагмар. — Надо как-то по-особенному наряжать помещение, или что-то необычное приготовить, вроде как у нас на Пасху куриную лапшу, ну и вообще…       — А, это… — усмехнулся Марк. — Ну, у нас на Новый год принято наряжать ёлку — вешать на неё всякие стеклянные игрушки. Жилища тоже украшают — мишурой, гирляндами всякими… а из блюд я разве что один салат могу припомнить, он у нас считается чуть ли не главным элементом новогоднего стола. А ещё у нас традиция есть: пока бьют большие часы, надо написать на бумажке желание, поджечь её и опустить в бокал… ну, с вином. И выпить. Тогда, мол, желание точно сбудется.       — Забавный обычай, — улыбнулась Дагмар. — А ты и на праздник не будешь пить? Ну, можно и с компотом выпить, наверное. А что за салат? Расскажи, я приготовлю… или, наверное, лучше мне у хозяйки спросить. Дома и мы украшаем, как видишь, а целую ёлку в дом тащить… У нас, вон, венки, это намного экономнее и удобнее.       — Так и у нас ёлки чаще всего искусственные, не слишком большие, — успокоил Марк. — Настоящие деревья почти никто в дом не тащит. Да и не растут они у нас… впрочем, у нас вообще мало что растёт, — он вздохнул. — Пить я не буду, в моей компании это не принято. Абрам нам запретил, когда собрал нас — с тех пор я как-то отвык.       — Извини, я все хотела спросить, — призналась Дагмар, — а почему вы слушаетесь Абрама? Он же не начальник тебе. А хозяйке вообще только старшина гильдии указывать может. А если вы друзья, так ведь друзья друг другом не командуют.       — Ну… — Марк замялся, — вообще, можно сказать, что начальник. Всем нам шестерым. Если позволишь, я отвечу на этот вопрос тогда же, когда мы отправимся ко мне на родину. Тогда ты узнаешь ответ и на этот вопрос тоже.       — Хорошо, я подожду, — согласилась Дагмар. И подумала, что она, пожалуй, не успеет ничего написать, пока бьют часы. Хотя это же никто не будет читать, так что можно не очень стараться… Все равно много нужно написать. И про Конрада, и немножко про себя. Интересно, что напишет Марк?       — Спасибо за терпение, моя милая, — Марк обнял невесту. — За то, что не начинаешь выпытывать. Ты у меня не только добрая, но и благоразумная, я говорил?       — Не помню, может, и говорил что-то такое, — Дагмар улыбнулась чуть кокетливо, а потом добавила серьезно: — Ну а как же? Мы должны доверять друг другу, иначе зачем вообще быть вместе?       — Действительно, зачем? — согласился Марк. — Без доверия не может быть ни привязанности, ни, тем более, любви. В любом случае, я готов превозносить тебя ещё долго… но ты у меня не любишь лести. Ладно, пойдём — Конрад, наверное, уже заждался…       Вечером того же дня хозяева отправились в путь. На два дня Дагмар осталась старшей в доме — и Каспар, и Лиза были хоть и вполне самостоятельными, но все же детьми. Днём Каспар работал в мастерской — вытачивал заготовки, накручивал проволоку для пружин. Лиза тоже была занята — пекла на продажу булочки, простые, без всяких хитростей. Ну, да сладости в эту пору не очень-то и нужны, все ещё с Рождества пирогами наелись…       А Дагмар готовила обед, возилась с Кларой… и ждала Марка.       На этот раз Марк решил сделать Дагмар сюрприз. Незаметно подойдя к дому, он огляделся, удостоверяясь, нет ли кого вокруг… и взбежал по стене, влетев в удачно оказавшееся открытым окно второго этажа. Такова была его способность — перемещаться по вертикальным поверхностям с той же лёгкостью, с какой другие люди ходят по земле.       Оказавшись в комнате, Марк осмотрелся. Судя по всему, это была спальня Михеля и Нелли — по крайней мере, знакомый аромат хозяйки дома ощущался здесь наиболее отчётливо. Марк решил подождать здесь, и когда Дагмар вошла в комнату — видимо, с намерением прибраться — вместо того, чтобы обнять, тем самым напугав, сначала предусмотрительно подал голос:       — Скучала, моя дорогая?       Дагмар все-таки испугалась. Охнула, отшатнувшись, и тут же засмеялась над своим испугом.       — Как ты здесь оказался? Или тебе Лиза открыла?       — Окно было открыто, — с улыбкой развёл руками Марк. — Не знаю уж, кем.       Он закрыл дверь, и, обняв Дагмар, с явно видимым удовольствием приник к её губам.       — Это я проветривала, — пояснила Дагмар, когда они оторвались друг от друга, — пока хозяев нет. Но к окну-то ты как подобрался?       — Влез, — почти честно ответил Марк. — Я это умею. Я вообще много чего умею. Прямо-таки полон сюрпризов. Надеюсь, по большей части приятных. Ну, как ты тут без меня, справляешься? Конрад не капризничает?       — Нет, он вообще спокойный, — улыбнулась девушка. — Тем более сегодня, без хозяина, Каспар пустил его в мастерскую, там много интересного. Каспару, похоже, самому интересно возиться с маленьким.       — Это правильно — с детства мальчик интересуется трудом, — заметил Марк. — Ну, Каспар, надеюсь, приглядит, чтобы сын не поранился ненароком. А мы пока можем заняться чем-нибудь ещё… — он подмигнул. — Например, вместе здесь прибраться.       — Да, глядишь, так Конрад и станет учеником хозяину, когда подрастет, — согласилась Дагмар. — Нет, что ты, зачем же вместе? Это совсем не мужское дело! И потом, я сейчас только постельное белье поменять собиралась, а по-настоящему убираться буду завтра, перед их возвращением.       — Как скажешь, — пожал плечами Марк. — А какие у тебя ещё дела? Чем займёмся после?       — Да скоро уже пора будет ужинать, — пояснила Дагмар, — а потом… Ты меня вроде звал отмечать этот самый новый год. Мы это где будем, здесь или в приюте? И здесь дети одни останутся, и там тоже, прямо хоть разорваться!       — Обойдёмся без членовредительства, — рассмеялся Марк. — Можно пойти в приют, но Конрада и Клару взять с собой. Так и они, и приютские будут под присмотром, и у нас останется время друг на друга. Согласна?       — Ты хорошо придумал, — согласилась Дагмар. — В приюте достаточно места, уложим их, а сами будем рядом, за стенкой. И не помешаем им, и услышим, если они проснутся и захнычут. А Каспар и Лиза постарше приютских, их-то уж можно оставить. Ты как, поужинаешь с нами? И когда мы пойдем, сразу после ужина?       — Это завсегда пожалуйста, это мы с удовольствием… — кивнул довольный Марк. — Тебе помочь готовить? Или опять скажешь, что, мол, не мужское дело?       — Нет, не скажу, — рассмеялась Дагмар, — а только помогать не с чем, все уже готово. Каша в горшке, горшок в печи, осталось только хлеб порезать да по тарелкам разложить. Можешь с этим помочь, если хочешь.       Марк помочь не отказался, и вскоре все домочадцы уже чинно сидели за столом. Марк перешучивался с Каспаром, слушал щебетание Лизы и попутно расспрашивал Дагмар о том, как дела у хозяев — интересно же!       Потом Дагмар покормила Клару и с помощью Лизы стала собирать обоих малышей.       — Зря ты их берешь, — заметила Лиза, — помешают ведь!       — Не говори ерунду, — нахмурилась Дагмар, — Конрада я ещё могла бы на вас оставить, но Клара же совсем маленькая. Мало ли что может случиться! А ты спишь крепко, уж я-то знаю. Она заплачет, а ты и не проснешься. И чем они нам помешают? Мы же тихонько будем разговаривать, вполголоса, они и не проснутся.       — Это вы всю ночь собираетесь разговаривать? — хихикнула Лиза. — Да ладно! Зачем время терять?       Дагмар покраснела и повторила сердито:       — Не говори ерунду! Марк… он не такой.       — Во-во, не такой… — Марк, хоть и был в коридоре, но благодаря сверхчувствительному слуху всё слышал, и, незаметно подойдя, ухватил Лизу за ухо. — Ты чего подругу на непотребства всякие подбиваешь? Не, я понимаю, что ты ей добра хочешь, но добро ведь не только в этом, — он отпустил ухо.       Лиза ойкнула, отскочила, прикрывая ухо ладонью.       — А подслушивать тоже нехорошо! Непотребства… Если по любви, так разве это непотребство? И я ее не подбиваю, я только к тому, что если вы будете подбивать, так чтобы она не отказывалась!       — Да ты б ещё громче говорила, чтоб весь дом слышал… — парировал Марк. — Мы ещё не женаты, чтобы я её подбивал. Вот когда когда — вот тогда и тогда. А до тех пор я подожду. Хотя и с трудом, конечно… уж больно моя невеста хороша, — он подмигнул Дагмар.       Дагмар благодарно улыбнулась в ответ. А ведь если будет подбивать… пожалуй, Лиза права, не стоит отказывать. Да и какая разница, сейчас или через полтора месяца? Потом уж все равно придётся… Но всë же не сегодня! Не станет же он… в доме, где полно детей, и любой может проснуться и услышать…       Марк, провожая взглядом убежавшую Лизу, не заметил того, что Дагмар погрустнела, а когда обернулся — она уже смотрела в другую сторону. Приобняв невесту, мужчина прошептал ей на ухо:       — Не бойся, я же обещал. Ну, пойдём.       Они вышли на улицу — вчетвером, как и недавно. Дагмар несла задремавшую Клару, Марк вел за руку Конрада.       — А мы куда идём? — спросил Конрад. — Гулять, да?       — Не совсем, — улыбнулась Дагмар, — мы в приют идём. Помнишь мальчиков из приюта?       — Помню, — обрадовался Конрад, — они хорошие! Они со мной играли!       — Надеюсь, они не выучили тебя чему-нибудь плохому, — проворчал Марк. — Ругаться, там, драться… Хотя ладно, драться я тебя и сам научу, когда подрастёшь. И работать тоже научу, а то на одном махании кулаками не проживёшь. Наоборот даже, эдак можно закончить жизнь раньше срока.       — А чему научишь? — заинтересовался Конрад. — Что ты умеешь?       — А на мой вопрос ты так и не ответил… — заметил Марк, усмехнувшись. — А вообще… ну, что умеет делать каждый мужчина? Могу дом построить. Могу себя защитить. Могу вещи чинить, чтобы не пришлось покупать новые или обращаться к кому-то другому. Могу денег заработать, чтобы вас прокормить… много чего могу.       — Вопрос? Про ребят? — сообразил Конрад. — Нет, они меня учили рисовать, и ещё свистульку делать из дерева. А ты умеешь дом строить? Из кирпича?       — Ну, так… в теории, — улыбнулся Марк. — Кажется, я расхвастался зазря. Но я думаю, если надо будет — действительно сумею. В конце концов, я не один, у меня есть умелые и умные товарищи. Вместе мы уж точно горы свернём!       — И ты построишь дом, чтобы мы вместе жили? — заинтересовался Конрад.       — Ну что ты болтаешь, — вмешалась Дагмар. — Зачем нам дом? Так и будем жить, как живём, в этом же доме. Зачем тебе уходить от Каспара? Вы же друзья.       — Ты в этом уверена? — поинтересовался Марк. — Я вот считаю, что своё жильё в любом случае не повредит. Хотя бы потому, что… ну, не вечно же ты будешь работать у Нелли? Она, конечно, наверняка предложит вам и дальше у неё жить… но это ведь неудобно получится. Так что после свадьбы нужно будет построить дом. Ну, или купить, на худой конец…       — Но ты же больше где-то там, чем с нами, — возразила Дагмар. — Так что не буду же я неделями сидеть без дела! Буду и дальше работать у Нелли, пока Конрад не подрастет. Ну и зачем же…       Она вдруг замолчала на полуслове. А потом сказала тихо:       — Знаешь, это все правильно, то, что я сейчас сказала, и тебе совсем незачем так тратиться… Но по правде я очень хочу жить в своем домике, пусть маленьком. Скатерть самой выбрать, цветы на окне… Чтобы все свое. Но это же глупо, зачем так тратиться…       — А чего ты мои деньги считаешь? — наигранно-обиженно вскинулся Марк. — Если моя будущая жена хочет домик, стол со скатертью и окна с цветами на подоконнике — так тому и быть. А после свадьбы я постараюсь окончательно перебраться к вам. Ну, или вы ко мне… хотя ты этого не хочешь, я помню. Так что я бы на твоём месте уже присматривал бы, чем ты будешь заниматься, если уйдёшь от Нелли.       — Ну в любом случае зачем мне сейчас уходить от Нелли? — переспросила Дагмар. — Буду днём работать, а по вечерам приходить домой, готовить тебе ужин… Это уж потом, когда Конрад подрастет и пора будет его к делу пристраивать, тогда надо будет что-то думать. Я планировала купить трактир, ну не полностью, а в долю войти с кем-нибудь. Вполне достойная и уважаемая работа. Но теперь мы вместе, может, что другое придумаем…       — Ну, не прямо сейчас уходить, конечно, — поправил Марк. — А трактир… дело хорошее, почему нет. Надеюсь, тех денег, что у нас к тому моменту будут, хватит и на трактир, и на дом. В крайнем случае будем как Нелли с Михелем, когда в доме и живут, и мастерские держат. А чем ещё можно заняться?       — Мне? — переспросила Дагмар. — Ну, в лавке сидеть смогу, наверное. Правда, я не очень быстро считаю, но наловчусь. Прачкой могу, но это работа тяжёлая, хуже, чем прислугой. Или ты о себе? Ну, опять же в лавке торговать можно, можно, если ты правда умеешь класть кирпич, пойти в подмастерье к каменщику. Можно в городскую стражу, чтобы работу не менять.       — Ну да, я всё же предпочёл бы заняться тем, что умею… хотя бы для начала, — согласился Марк. — А там уж посмотрим. Но для тебя я постараюсь найти такую работу, чтобы трудиться пришлось поменьше. В конце концов, ты мать, тебе нужно ещё следить за ребёнком. А деньги — вопрос второстепенный.       — Вот и с этим у Нелли лучше всего, — пояснила девушка, — она не против, чтобы Конрад был в доме. Так что я и работаю, и он у меня на глазах все время.       За разговором они дошли до приюта. Мальчики к этому времени тоже закончили с ужином и теперь сидели в гостиной — кто музицировал, кто рисовал, кто разглядывал картинки в книжке. Появление Дагмар и малышей вызвало общее оживление.       — Вблизи маленькой не шуметь, не кантовать, при пожаре выносить первой, — с шутливой строгостью раздал указания Марк. — Конрада плохому не учить. Домашнее задание вам Абрам перед уходом дал? Сделали?       — Сделали, — отозвался Матиас, — вы сейчас проверять будете? Я сейчас принесу тетради.       — А я корзину принесу с кухни, — добавил Йохан, — можно её туда посадить, пока она не спит. А как ее зовут?       — Зовут Кларой, — ответил Марк. — Это Неллина дочка, так что на вашем месте я бы и правда был с ней поосторожнее. Да, несите корзинку. И тетради — посмотрю, чего вы там насочиняли…       Йохан и Матиас тотчас бросились вон из комнаты и вернулись один со стопкой тетрадей, другой с большой, высокой корзиной.       — Там капуста лежала, — пояснил он. — А маленькой тут в самый раз будет: всё видно, а вылезти не сможет.       — А вы нам почитаете? — спросил кто-то из мальчиков у Дагмар. — Или расскажите что-нибудь!       Дагмар постеснялась признаться, что читает по складам. Вместо этого она спросила с улыбкой:       — А может, для начала вы мне что-нибудь расскажете? Скажем, что вы по истории проходите?       Мальчики, кажется, не слишком обрадовались этой просьбе. Некоторое время они топтались, опуская взгляды, потом вытолкнули вперёд Берта.       — Я могу греческие мифы рассказать, — предложил он, — про Геракла, хотите?       — Я хочу, хочу! — ответил за Дагмар Конрад.       Марк тем временем помог Дагмар загрузить Клару в корзинку, попутно вынув оттуда завалявшийся капустный лист.       — Это тебе не надо, он грязный, — усмехнулся мужчина, увидев, что малышка уже тянет к листу ручки. Усевшись на стул рядом, Марк посадил Конрада к себе на колени и тоже приготовился слушать.       Берт сначала стеснялся, но скоро втянулся, рассказывал выразительно, стараясь передать голосом особенности каждого из действующих лиц. Не только гости, но и его же товарищи слушали его, затаив дыхание.       Впрочем, все двенадцать подвигов Берт пересказывать не стал, ограничился тремя, про льва, гидру и вепря. Когда он закончил рассказ, Ансем нетерпеливо спросил:       — А теперь почитаете?       Марк, зная, что его любимая невеста читает с трудом, пришёл ей на выручку. Вздохнув про себя, он ссадил с коленей Конрада и отправился в оборудованную в одной из комнат библиотеку.       Вскоре Марк вернулся со сборником басен Крылова, который Абрам предусмотрительно прятал за одной из панелей стен, не желая, чтобы дети интересовались, откуда в доме книги на незнакомом языке. Знакомые истории про лебедя, рака и щуку, слона и Моську, мартышку и очки, кажется, пошли «на ура».       Клара тоже, казалось, слушала, хотя, конечно, ничего не понимала. Вставала на ножки, держась за стенку корзины, разглядывала незнакомое помещение, незнакомых людей.       Потом мальчики затеяли с ней нехитрую игру — приносили ей мячики, шахматные фигурки и другие игрушки. Клара, смеясь, выбрасывала их из корзины, а мальчики подавали ей обратно.       Потом Клара вдруг захныкала.       — Спать хочет, — озабоченно сказала Дагмар, — где бы мне её уложить?       — Давайте в нашей спальне, — предложил Ансем, — я умею следить за маленькими.       — Нет, — возразила Дагмар, — мне спокойнее будет, чтобы она была рядом. За стенкой, в учебной комнате уложу.       — Оно и правильно, — согласился Марк. — А Конрада посадим к другим детям — вижу, они уже подружились. Но мы всё равно будем иногда заглядывать, чтобы удостовериться, всё ли в порядке, — успокоил он сына. Вообще, Марк предложил бы и Конрада положить в той же комнате, где они с Дагмар будут, в качестве гарантии того, что он, Марк, не предпримет в её отношении ничего непристойного… но ему хотелось просто поболтать с невестой, и в этом деле вполне можно было бы обойтись без ребёнка.       В непривычном месте Клара никак не засыпала, Дагмар провозилась с ней довольно долго. К этому времени уже и воспитанникам пора было ложиться. Стараясь не шуметь, чтобы не потревожить Клару, они поднялись на второй этаж. Чуть погодя Дагмар заглянула в спальню, поправила Конраду одеяло, шепотом пожелала мальчикам доброй ночи. И спустилась вниз, в гостиную, где ее ждал Марк.       Марк, когда Дагмар вошла в гостиную, подхватил её, поднял и закружил.       — Наконец-то мы одни… — смеялся мужчина. — Я долго ждал… С детьми всё в порядке?       — Да, — кивнула Дагмар, — Клара спит, а мальчики, конечно, будут ещё шептаться и хихикать, но это нормально. Ну что, будем отмечать новый год? С чего начнем?       — Ну, я даже и не знаю… — усмехнулся Марк, ставя Дагмар на пол. — Как насчёт узнать друг о друге побольше? Может, расскажешь о своём детстве? Потом уже я о себе, конечно…       Дагмар посмотрела на Марка чуть растерянно.       — Ты думаешь, тебе будет интересно? Подожди, давай лишние свечи потушим, а то зачем нам столько света!       Она прошла по комнате, потушила большую часть свечей. Теперь они с Марком вдвоем были в маленьком пятне света посреди темноты. Дагмар села на лавку, потянула к себе Марка. И стала рассказывать вперемешку обо всем — об огороде, о сестрах, о танцах и посиделках, о коровах, о том, как они с сестрами ловили в реке раков…       — Знаешь, если до свадьбы полтора месяца, то надо уже в ближайшие дни сходить к ним, познакомить их с тобой да пригласить! А то в последний момент звать нехорошо.       — Значит, сходим, — спокойно согласился Марк. — Моих-то мы разве что на кладбище навестить сможем… — он вздохнул. — Можем заняться этим, когда будем у меня на родине… если хочешь, конечно. Надеюсь, тёща и тесть примут меня благосклонно.       — Твои родители умерли? — огорчилась Дагмар. — Это печально. Что с ними случилось? Конечно, мы к ним сходим — и могилку поправим, как положено, и цветы посадим… А ты когда собираешься к себе? Мы успеем к моим сходить, или лучше, когда вернешься? И тебе надо костюм заказать к свадьбе! Хотя ты, конечно, и в своей одежде красивый.       — Они… — Марк задумался, как объяснить причину девушке из прошлого, — …несчастный случай с экипажем. До сих пор корю себя за то, что в тот день меня с ними не было. А насчёт дел… Давай после праздника сначала зайдём к портному — это ведь дело быстрое, да? Потом к твоим, а затем уж ко мне.       — Лошади понесли? — с сочувствием переспросила девушка. — Ну, что бы ты мог сделать… К портному тебе лучше с Лангером идти, он в моде разбирается, посоветует, что выбрать. Ну, теперь твоя очередь рассказывать!       — Я, по крайней мере, мог оказаться там, где оказались бы они, — заметил Марк. Вздохнув, он начал рассказывать уже о своём детстве, стараясь адаптировать реалии будущего так, чтобы они стали понятны девушке из прошлого. Про ветер, срывающий части крыш так, что они порой убивали людей, тоже рассказал, и про сугробы, в которых, чтобы пройти, надо выкапывать ходы, тоже. Он, конечно, понимал, что после такого Дагмар вряд ли захочет переехать к нему… но врать посчитал нечестным, да и бессмысленным — по приезде на его родину девушка всё равно бы это всё увидела.       Рассказ про огромные сугробы девушку заинтересовал.       — Вот детям, должно быть, весело! Можно снежные крепости строить! А вот как же улицы убирать?       Зато услышав про падающие крыши, она ужаснулась:       — Страсть-то какая! Что же у вас так ненадёжно строят?       — Улицы у нас убирают специальные повозки со здоровенными ковшами, — выкрутился Марк. — А крыши строят надёжно, просто время их портит — вот и падают. Да и ветер у нас очень уж сильный. А от мороза, который порой бывает тоже очень сильным, крепления портятся… и вот результат. Но там есть и много хорошего. Как приедешь — увидишь.       Потом Дагмар заговорила о другом.       — Хорошо, что господин Абрам не выгнал Нильса. Он неплохой мальчик, и сам потом переживал. Знаешь, мне даже стыдно было, как будто это я виновата. Убрала бы вовремя тот несчастный кошелек, ничего бы и не случилось…       — Ой, да какой он господин… — махнул рукой Марк. — Он, небось, сам обидится, если его так назовут. А о той ситуации… ну, надеюсь, из неё все извлекли свой урок. В том числе и о том, что не надо оставлять вещи без присмотра, — он улыбнулся. — Всё хорошо, что хорошо кончается.       — Странный он, — заметила Дагмар, — на что же обижаться, если это просто уважительное обращение? Я и про господина Лангера, и про господина Михеля так говорю. И хозяйка мне тоже иногда странной кажется… Видно, у вас там все по-другому. Знаешь, мне немного страшно разговаривать с родителями. Что я им скажу, как объясню? Столько времени не виделись…       — Ну да, в тех кругах, где обретается Абрам, принято обращение «товарищ», — согласился Марк. — Так что да, у нас всё по-другому. А что тебе в Нелли непонятно? Она же простая и прямая, как я не знаю… Насчёт родителей — ну, придётся либо сказать правду, либо наплести чего-нибудь, почему не смогла прибыть раньше. Есть идеи?       — Врать я не хочу, — нахмурилась Дагмар, — да и чего мне скрывать? Я о сестрах заботилась, чтобы их не позорить своим пузом… Расскажу все как есть. Ох, я сама не знаю! И понимаю, что стыдиться мне нечего, и все равно стыдно. А про Нелли… ну, ты сам оттуда, тебе и незаметно, чем она странная. Да хоть бы тем, что меня с нагулянным ребенком в дом приняла. Тем, что у нее ученики лучше одеты и больше отдыхают, чем у иных людей родные дети. И вообще…       — У Нелли большое сердце, — пожал плечами Марк, — она и у себя на родине выделяется. А насчёт родителей — и правда, лучше расскажи, как есть. При мне они наверняка не будут сильно ругаться. Да и чего уж теперь — жизнь устроена, внуки появились… Незачем тебя виноватить.       — Да, ты прав, — согласилась Дагмар. — Лучше сказать правду, уж по крайней мере не запутаюсь. А если они после этого будут осуждать меня... Ну, можно будет и дальше не встречаться.       — А ты готова вот так с плеча отрубить-то?.. — обеспокоенно поинтересовался Марк. — Родные люди всё-таки, что бы ни было… Ты уверена, что не захочешь с ними встречаться, если тебя осудят?       — Я бы не хотела этого, — вздохнула Дагмар, — я скучаю по ним, и хочу, чтобы у Конрада была родня, и бабушка с дедушкой, и тети, и со временем двоюродные братья… Но и терпеть попреки я не буду. Ладно, что заранее накручивать себя! Может, все обойдется. Они, надо думать, тоже по мне скучают… Сколько там времени осталось до нового года? Не пора ли накрыть на стол? Я взяла несколько булочек, ветчины, сыра… и еще кое-что.       Марк поглядел на припрятанные в рукаве наручные часы.       — Да вот как раз время подходит. А что ты принесла? Мне интересно. У меня, к слову, для тебя тоже есть кое-что.       Он прошёл в угол комнаты, взял там спрятанный до поры бумажный пакет.       — Сначала ты, — улыбнулся Марк, — Мне любопытно.       Дагмар подняла с пола небольшую корзинку. Вынула из нее булочки, ветчину… А последней она достала завернутую в промасленную бумагу миску. Развернула, поставила на стол.       — Это тот ваш салат, который надо готовить на новый год! Я у хозяйки спросила рецепт.       Марк негромко рассмеялся.       — Надо же… — он покачал головой. — А я думал, это я тебя удивлю и порадую…       Он порылся в пакете… и достал оттуда точно такую же миску.       — То-то Нелли посмеивалась, когда я её попросил переупаковать это… — заметил Марк, выгружая из пакета ещё и бутерброды с разнообразными начинками, и всякую иную снедь. — Знала ведь… Ну, посмотрим, чей лучше.       Сам-то он не сомневался, что у Дагмар получилось лучше, но вслух этого говорить не стал.       Дагмар засмеялась.       — Вот это мы с тобой молодцы! Ну, это же хорошо, что у нас так мысли сходятся, правда? А ты прямо сам готовил? Я готова, не пробуя, отдать тебе победу!       Она сходила на кухню, принесла несколько тарелок. Разложила бутерброды, нарезала ветчину. Налила в чашки молоко.       — Ну, что надо дальше делать? Говорить что-то специальное?       — Сдаваться без борьбы нечестно, — усмехнулся Марк. — А говорить… ну, звучащее каждый Новый год обращение нашего вождя мы здесь вряд ли услышим. А вот бой больших часов я могу обеспечить. Ты как, желание загадывать будешь? В конце концов, бумажку можно выпить и с чем-нибудь не хмельным…       — Я не успею ничего написать за то время, что часы бьют, — вздохнула Дагмар. — Ты же знаешь, как я пишу…       — А ты пиши как есть, — улыбнулся Марк. — Здесь главное — не текст, а смысл, который ты в него вложишь. Я бы мог написать за тебя… но желание никто не должен знать, так что тут тебе придётся самой. Ну как, будешь? Время уже подходит.       — Буду, — решила Дагмар, — сейчас я принесу бумагу и перья.       Она сходила в классную комнату и вернулась с парой листков бумаги, двумя перьями и чернильницей.       Марк, увидав письменные принадлежности, едва не взвыл.       «Эдак я тоже за то время, пока бьют куранты, не успею…», — тоскливо подумал он, переводя наручные часы на громкий бой и отсчёт ударов. Однако же Марк мужественно вступил в бой с пером и чернильницей. Продираясь через множество невольно оставленных клякс, он кое-как вывел: «Хочу, чтобы жизнь моей новой семьи была долгой и счастливой». Вытащив из кармана зажигалку (сам Марк не курил, но «огонь» с собой носил про запас, на всякий случай), он поджёг бумажку и, дождавшись, когда она займётся в руке, опустил в чашку с молоком.       Дагмар поступила проще. Она заранее продумала текст, чтобы он был как можно короче, и теперь, нахмурившись от усердия, старательно вывела «Щастья Конраду Нели Марку и мне».       Последнее слово она едва успела дописать.       — Я подожгу? — спросил Марк. Дождавшись утвердительного кивка Дагмар, он запалил и её записку, старательно на неё не глядя. Молоко с пеплом они выпили перед самым последним ударом.       — Ну, теперь точно всё будет хорошо, всё сбудется, — усмехнулся Марк, обнимая Дагмар. — С Новым годом, милая!       — С Новым годом! — повторила Дагмар. — Странный обычай, но… Это ведь так работает, да? Оно точно сбудется? Спасибо тебе! Знаешь, я сейчас такая счастливая!       — Тебе спасибо, — возразил Марк с улыбкой. — Это ведь ты сделала мой Новый год счастливым. Конечно, обязательно сбудется, а как иначе? Главное — верить… ну, и сколько-то труда приложить — а то на одном желании далеко не уедешь, понимаешь ведь? Но труд будет потом, сейчас время веселья.       — Все говорят, что всего надо добиваться трудом, — вздохнула девушка, — и родители в свое время, и пастор, и вот ты… Я всю жизнь трудилась, а много у меня счастья было? Счастье у меня началось с того, что я к Нелли попала. От удачи, выходит, а не от труда. И ты меня вряд ли полюбил за то, как я чисто окна мою!       — Ну так… если бы ты плохо мыла окна и выполняла всякую иную работу — Лангер не порекомендовал бы тебя Нелли, и мы бы не встретились, — резонно заметил Марк. — Так что можно сказать, что ты встречи добилась своим трудом. А хороших качеств в тебе хватает и без умения мыть окна, вот!       — Тоже верно, — согласилась Дагмар. — Значит, и труд важен, и удача тоже. Ну, ладно! Мы так до утра проговорим, а нам надо ещё салаты сравнить!       И она стала накладывать в две тарелки салаты из обеих мисок, отдельными горками.       Марк попробовал салат, получившийся у Дагмар. Вкус был непривычный… но всё равно очень схожий. Только какое-то время спустя мужчина догадался, что не так. Дело было в заправке, сильно отличавшейся по вкусу от привычного покупного майонеза. Марк понял, что здесь, видимо, использовался майонез домашний. Наверное, неудивительно — до фабричного производства еды здесь было ещё далеко, хорошо хоть, такой уже был… или не был, но с Нелли сталось бы подсобить любимой служанке. Впрочем, хуже такая замена (и, как позже заметил Марк, отсутствие картошки) блюдо ничуть не сделала, и, доев свою порцию, мужчина совершенно искренне похвалил усилия невесты.       Дагмар ела не торопясь, пробуя то один вариант салата, то другой. Потом честно сказала:       — Они получились совсем разными, так что и не скажешь, какой лучше. Надо бы кого-то третьего спросить. Или будем считать, что ничья. Соус у тебя необычный.       — Ну, оставим немного, и утром кого-то из детей спросим, если хочешь, — предложил Марк. — А в соусе ничего необычного нет, у меня на родине его во все блюда льют, куда надо и куда не надо. А пока можно приступить к чему-нибудь другому, — он взялся за бутерброд.       — На десять человек тут маловато будет, — возразила девушка, — и вообще я пошутила. Какая разница, у кого лучше! Ладно, как дальше надо праздновать? Жаль, что музыки нет, не потанцевать.       — Почему же? Музыка есть, — улыбнулся Марк. — Можно и потанцевать.       Он покопался в своих многофункциональных часах. Подарок от Абрама на день рождения, они не только могли измерять время в разных режимах, но заодно были и плеером, и маяком, и шаги мерили, и пульс, и чего только не делали… а в потайном отделении под крышкой Марк хранил «оружие последнего шанса» — круглую и тяжёлую метательную пластину с острым, как бритва, краем. Пока что оно ему не пригодилось…       Но сейчас Марку из всего этого богатства был нужен плеер. Выбрав посоветованную недавно Исмагилом плясовую, он выставил звук так, чтобы слышали только они с Дагмар, и, бесшумно переступив с ноги на ногу, подал невесте руку.       Дагмар в первый момент заинтересовалась именно часами.       — Можно посмотреть? Это у вас такое делают? Я слышала про настенные часы, которые отбивают мелодию, а такие маленькие… Господин Лангер рассказывал про карманные часы, он любит разные диковинки, но это очень дорого…       Марк снял часы и протянул Дагмар, про себя отметив, что надо будет рассказать Абраму или Нелли, какой подарок можно приготовить Лангеру.       — Смотри, конечно. У нас такие многие носят… хотя у большинства они, конечно, показывают только время. Для того, чтобы играть музыку, у нас другие устройства.       Девушка осторожно взяла часы. Покрутила в руках, разглядывая браслет, потрогала экран, несмело нажала одну кнопку и ойкнула испуганно, когда экран засветился. Поспешно протянула обратно:       — Возьми, а то ещё я сломаю. Ну, давай танцевать!       Танец вышел на славу — пара кружилась вместе в обнимку и каждый вокруг себя, пару раз Марк поднимал Дагмар на руки и кружил в воздухе… Конец танца пара встретила, обнявшись.       — Надеюсь, детей не перебудили… — заметил Марк с усмешкой. — Вроде, негромко топали…       — Если бы Клара проснулась, мы бы услышали, — улыбнулась Дагмар, — а остальные далеко, да и не беда, если проснутся. Уснут снова, им недолго. Это у вас такие танцы? У нас нет такого, чтобы прямо в обнимку танцевать. Ваши мне больше нравятся!       — У нас разные есть, — пояснил Марк. — Просто мне нравятся такие, где надо танцевать в полный контакт, так сказать. Это позволяет быть ближе к партнёру, чувствовать его движения, а порой — даже настроение. Я, например, чувствовал, что тебе нравится… — он подмигнул невесте. — Ну, это и неудивительно. Мне тоже.       — Я рада, что тебе нравится, — проговорила девушка, не торопясь разнимать объятия. — Что, может, ещё станцуем? Твои часы умеют ещё что-нибудь играть?       — Да много чего, — усмехнулся Марк. — Там целая коллекция музыки…       Следующие танцы были разными — быстрыми, медленными, в полный контакт и почти раздельными… Но неизменным было одно — оба получали удовольствие не только от них, но и от пребывания с любимым человеком. Тут манера танца становилась совершенно неважной…       Было уже далеко за полночь, но Дагмар совсем не хотелось спать — скорее все происходящее казалось ей счастливым сном. И эта удивительная музыка, исходящая из наручных часов, и то, что они танцуют вот так, вдвоем…       Однако Марк понимал, что его невеста — обычный человек, и нуждается во сне, как и подобает человеку. Сам-то он вовсе не устал…       — Ты как? — поинтересовался Марк, когда завершился очередной танец. — Не устала? Да и поздно уже…       — Я сама не знаю, — призналась Дагмар. — Теперь, когда ты спросил, кажется, я и правда чувствую себя усталой… Давай посидим спокойно, передохнем! Там молоко ещё осталось? Пить хочется.       — Да вроде было, — огляделся Марк, когда они уже уселись. — Только не пей сразу, оно ещё холодное. Ты разгорячена танцем, в таком состоянии холодное вредно — ещё заболеешь.       — Спасибо, ты такой заботливый, — Дагмар благодарно улыбнулась. — Хорошо, я подожду. А что ещё нужно делать в эту ночь?       — Ну… Если позволяет погода, люди обычно выходят на ночную прогулку, — задумался Марк. — Запускают фейерверки, идут на площадь, где стоит большая ёлка, слушают музыку на полную громкость, к неудовольствию соседей… А если не позволяет — сидят дома, закутавшись в тёплых одеялах, греются и смотрят… ну, во что-то вроде волшебных фонарей, но не таких, как здесь. Приедем ко мне — я тебе такой покажу. В общем, либо на улице, либо дома, в тепле и уюте.       — У нас сейчас не слишком холодно, но пойти гулять мы не можем, разве что Клару с собой брать, — заметила Дагмар. — Да и незачем, у нас нет ни ёлки, ни фейерверков. Но мы можем выйти во двор на минуточку. Подышим свежим воздухом, а потом можно и греться.       — Воздух, к слову, тут тоже свеже́е, чем у нас, — заметил Марк. — Впрочем, у нас не везде так, это нам семерым не повезло жить там, где он особенно грязный. Ну, пойдём.