Третья глава 1.6

Путь до ближайшего порта был неблизкий. Враждующие шиноби атаковали береговые линии, пытаясь перекрыть поставки продовольствия, либо просто вынудив оставаться на острове, чтобы народ никуда не сбежал. (Обучение Хаку и Шокана грамоте и манерам 3/100) Как бы Кимимаро не старался, но всё было как об стену горох - кажется, что эти двое были неспособны учиться тому, как живёт знать и богачи, прихожие во дворцы даймё. Зато, словно компенсируя их неудачу в этом направлении, Хаку сумел обучить Шокана паре крестьянских песенок - "А в Киригакуре вода" и "Вот и помер дед Иссин". Двое начинающих шиноби и самурай - втроём они ели просто неимоверное количество еды. И это крайне негативно влияло, как на их накопленные запасы провизии в мешках, так и деньги, которые приходилось тратить на попадавшихся им по пути рынках. Самурай чувствовал себя как никогда хорошо - он всё ещё ни разу не просыпался в своём изначальном теле, и надеялся на то, что так будет оставаться как можно дольше. Он бы вообще забыл о своей прошлой жизни, если б не его намерение спасти духа-поводыря. Мысли о его изначальной жизни тяготили его, но мужчина прятал своё ухудшившееся настроение за маской безразличия. Зима стала ещё холоднее чем прежде, снега выпало столько, что проваливающимся по самое бедро ногам потребовались снегоступы, которые они купили в попавшейся им деревеньке за пригоршню риса. - С нами лучше не балуй, лишь бы цел остался хуй! — повторял самурай слова Хаку, когда тот придумывал новые стишки. Также немалую долю проблем они испытывали от женского внимания - им явно приглянулись Кимимаро и Хаку. Большинство из них отпугивались злостной рожей самурая, но иногда приходилось обнажать меч, чтобы отстали насовсем. Когда им было нечего делать, троица играла в снежки, либо лепила снеговиков - и тут всегда выигрывал Хаку. Ничего тут не поделать, таков уж природный дар. Проходят дни, недели, друзья идут через деревни, города и замки, собирая слухи, перебиваясь случайным заработком. (Добыча заработка ?/100) Во время своего путешествия, троице повезло разжиться брошенной тележкой с мешками риса. Взяв себе столько, сколько можно тащить в походной жизни без вреда для спины, остальное они решили продать в ближайшем рынке. Шокан взялся за ручки телеги и легко покатил её по дороге, делая это так легко, будто она ничего не весила. Рынок был рядом - в небольшой деревеньке, где рис наверняка захотят скупить. Время сейчас голодное, бушует война. Троица спокойно вошла в это галдящее и орущее сборище, которое пыталось выжить в это непростое время. - Пятьдесят рьё с меру! — возмущается костлявая, что видно даже через свободную одежду, женщина. - Еще и Итазура... — шепчет какой-то мужик.   - Пятьдесят мер рьё за малую меру риса! — провозглашает очередной торговец.   - Да даже в Великий Голод драли меньше! — орёт покупатель. - Сорок!   - Пятьдесят!   - Сорок!   - Пятьдесят!   - Сорок три!   - Пятьдесят!   Они проходят мимо спорящих. Продавец и покупатель, готовы были устроить драку прямо тут же, на торговой точке, не желая уступать друг другу. - Сорок пять! — раздается уже за их спинами. Похоже, что покупатель медленно сдается.   - Пятьдесят!   - Ягура уничтожил еще один клан — слышится слева от них. Хаку поворачивает голову. Между вертикально висящими полосками ткани видны спины двоих людей, сидящих за прилавком. Напротив них стоят какие-то стаканы. Они резко замолкают и один из них начинает поворачиваться. Мальчик снова смотрит прямо вперёд. Попадаться на подслушивании нехорошо - мама его так учила.   - Сорок семь и ни рьё больше — слышится из-за правого плеча.   - Пятьдесят и это мое последнее слово. Пройдя ещё немного, они останавливают повозку. Затем мужчина заводит её ближе к краю дороги, так, чтобы у них оставался путь отступления в проулок между двумя домами. Конечно, это открывает спину, но Кимимаро и Шокан были настороже. (Доход с продажи риса 22/100) А вот и первый покупатель - думает Хаку, глядя на худое лицо, которое жадными глазами водило по их мешкам с рисом. Женщина сглатывает комок в горле и подходит ближе. - Да, госпожа? — мальчик приподнимает шляпу на своей голове. - Рис... Он молча ждёт, что она скажет. Пока её реплика не несла особой информации. - За сколько ты можешь продать малую меру? Хаку молчит, делая вид, что ему неинтересно её слушать. Ему не хотелось продешевить, зная какой их нелегкий путь ждёт. - У меня нет больше тридцати рьё. Молодой господин, пожалуйста! Мальчик отводит глаза в сторону от неё, показывая, что он всё ещё не заинтересован. Ого, я уже господин? Интересно, с чего бы такая честь? Или вежливость с лестью предусматривают скидку на две пятых от средней местной цены? — думает он, сдерживая себя от брезгливой ухмылки. Хаку было мерзко вот так торговаться за каждую монетку, зная что их ждёт награда во много раз большая, но сейчас нужно было потерпеть. Денег много не бывает. - Тридцать пять! - Идет. Четыре меры, пожалуйста. Покупательница взяла мешочки по одному - каждый, прежде чем загрузить в свою заплечную котомку, покачала в ладонях, взвешивая. - Спасибо, мальчик — сказала она и ушла довольно быстрым шагом. Следующий покупатель был мужчиной - низенький, чуть выше Хаку и ниже чем Кимимаро. Ничего не говоря, протянул ему монеты. - Сколько? - Две. - Мера сорок рьё. Мужчина поджимает губы. Чуть-чуть. Но все же заметить легко.   - Дороже, чем я рассчитывал. - Первой покупательнице была скидка — объясняет Хаку. Мужчина кивает и достаёт из-за пояса ещё монеток. - Восемьдесят рьё — провозглашает он и протягивает ему руку. Хаку в затруднении. Не хочет верить ему на слово. Но и просто пересчитать деньги он ему не даст, это ясно. Кто-то кому-то должен поверить. - Меняемся. Я тебе одну меру, ты мне деньги. Я их при тебе считаю. Если всё правильно, то даю второй мешочек. Идет?   Клиент соглашается. Меняются. Мальчик считает деньги. Так, тусклые медные монетки с циферками. Да, точно - серебро начинается с сотни, золото с полутора тысяч. Что-то такое мама рассказывала... — подумал Хаку, вспоминая свою жизнь до открытия проклятого дара. Он отдаёт покупателю вторую меру и засовывает деньги в один из внутренних карманов одежды. Кимимаро наконец подаёт голос. - А чего ты с ними так вошкаешься? Ставь их перед фактом, а если бузить будут - так Шокан их всех на котлеты порубит. Если найдутся такие, кто ему могут навредить, так я им со спины костей воткну! Мальчик, вздыхая объясняет ему, почему он так не делает. - Это крайняя мера. Лучше не давать лишнего повода объявлять за нас награду. Прослывём отмороженными головорезами - и нас просто перестанут пускать в приличные места. Кагуя морщиться, но соглашается с этой мыслью. Не прошло и трёх минут, как к ним подошёл следующий покупатель. Сто двадцать рьё, три меры риса. Кажется, все клиенты друг с другом очень хорошо знакомы. Пока это им на пользу - быстрее продадут товар. (Случайная встреча ?/100) Разумеется нашлись и те, кто не хотел платить за рис. Шокан как раз поймал такого за руку, когда тот умудрился прокрасться мимо Кимимаро, сгребя в свои лапы пару мешков риса. Это был подросток лет четырнадцати - он со страхом смотрел на самурая, который сжал его запястье в стальные тиски своих длинных пальцев. Вторая рука буси потянулась за рукоятью меча... - Отпусти ребёнка! Хаку оглянулся - двое мужиков со злостью смотрели на них, пытаясь надавить своим грозным видом. Вот только одного взгляда на самурая хватало для того, чтобы выгнать из их голов мысль о том, чтобы начать драку первыми. - Дайте мне доторговать, пожалуйста — попросил Хаку - А мальчика вашего я отпущу, если не будет шалить. Старший из них, кивнул. - Я слежу за тобой. Кимимаро едва сдержался от того, чтобы не прыснуть от смеха. Когда они ушли, он наконец высказал свои мысли. - Следят они, как же. Будь моя воля, я бы их всех тут костями... - Мы здесь для того, чтобы заработать денег, а не устроить резню. - А что нам мешает просто ограбить их всех? Возьмём своё силой? - То что об этом станет вскоре известно, и мы будем ничем не лучше тех изгоев, на которых охотятся шиноби. За оставшееся время они наконец сумели распродать весь рис, который у них был. Хаку с довольным видом закинул монетки в фуин-печать своего кошелька, который им подарил заказчик - когда они сумеют выбить долги из недоимщика, им возможно больше никогда не придётся работать... К ним подошли те двое, что заступились за воришку. - Я бы хотел продать повозку — сказал Хаку, прежде чем они успели что-то спросить. Мужчина закрыл приоткрытый уже было рот. Неприятно хмыкнул. - Хорошо. Следуй за мной. Рынок проходит вокруг них, выдавая отдельные реплики, произносимые, каждая - своим голосом. Отчасти это похоже на птичий базар, если бы Хаку не приходилось прислушиваться, надеясь узнать что-то ценное. И при этом - нужно идти следом за ними, не показывая, что с интересом слушает то, что вываливают в воздух люди. - Клан Юки. Говорят, последнего уничтожили пару месяцев назад.   - Крабы нынче исчезли. - Банда Хромого сожгла Итазуру.   - Всего пятьдесят рьё за меру риса!   - Овощи! - Вещи, дешёвые вещи! Есть чистые! Испачканные кровью и дырявые за полцены! - И не говорите. В прошлую Войну они совсем обнаглели, ползали по портовым пристаням. А теперь ни одного краба.   - Да что вы говорите? Ужас! - Дешёвые топоры! - Слыхал, что будто побывал недавно у моего знакомого, один самурай - здоровущий, зарубил десяток чунинов, не поморщившись! Сущий монстр! - Эти сволочи совсем распоясались.   Наконец, они доходят до скупщика. Мужчины, что-то сказав бородатому, полноватому человеку, сидящему на высоком ящике, отходят им за спины. - Приветствую — говорит Хаку, кланяясь. - Сто рьё — с ходу заявляет ему толстый. - Не мало? Это грабёж.   Барышник как-то странно смотрит Хаку за плечо. Похоже, один из тех, кто довёл его сюда, что-то сигнализирует ему. Жаль, оглядываться нельзя - молча сетует Хаку в своих мыслях, надеясь на помощь своих товарищей. - Хррр... — пыхтит самурай, хватаясь за меч. Кажется, что это отрезвляет их жадность, и толстяк молча отсчитывает ему монеты, причитающиеся за повозку. - За мной — говорит шатен и начинает идти. Грязь под ним чавкает. Мальчик двигается следом, на всякий случай, готовя свою чакру к немедленной атаке. Они идут минут пять, в ходе которых ловят на себе странные взгляды. Злорадные и просто злобные от торговцев и какие-то мягкие, тёплые от других людей. Впрочем, не всех. Есть и люди за прилавками, смотрящие по-доброму, и прохожие, от взглядов которых по рукам Хаку прокатывается судорога за судорогой. Холодно, колко и неприятно. Инстинктивно, он приоткрывает крышку фляги, находящейся под внешним слоем одежды. Часть воды собирается у него на руке. Дурные предчувствия или предосторожность? Наконец, они заходят в один из больших домов. Большое помещение заставлено какими-то ящиками и мешками. Двое мужчин играют в кости. Рядом с ними лежат дубинки. Склад и охрана? Один из пары мужчин оставляет напарника внизу. Хаку следом за ним поднимается по лестнице наверх. Поворот налево. Мужчина, оказавшийся за спиной, сильно толкает его, отчего он чуть не пропахивает носом пол. Еле успевая подставить руки, он выпускает наружу свою чакру - как тогда, у себя дома, отстаивая свою жизнь и мстя за мать. Или защищая своего друга - Шокана, который так бездумно бросился на шиноби.

***

- И на что они надеялись? — вопрошает Кагуя, стряхивая со своих костяных клинков кровь. Шокан весь заляпан кровью, на его плече висит чей-то лоскут кожи с мясом. Хаку тоже не остался в стороне - кого-то он разрубил водяной плетью, других он заморозил в лёд. - Совсем оголодали. Жадность и голод сведут с ума любого, видимо мы не первые одарённые, кого они убили и ограбили — объяснил Хаку, смахивая со своего лица капли крови. Среди грабителей оказались и какие-то нукенины - почти все на уровне тех чунинов, которых порубил Шокан на городской арене, но один оказался почти что джонином. Ключевое слово - почти. Его опыт и сила не спасли от атаки с двух сторон от Кимимаро и Хаку. Были и простые разбойники, пытавшиеся задавить их числом, но они сразу разбежались, когда самурай в одно мгновение располовинил три десятка мужиков на неровно порубленные тушки. В воздухе ощутимо воняло содержимым выпущенных кишок и желудков. Дерьмо, переваренная и полупереваренная еда... - Идиоты, ещё тупее, чем Шокан... без обид, дядя — ставит им диагноз Кимимаро и тут же извиняется перед напарником. Самурай молча кивает, признавая правоту его слов. Они мародёрствуют, обыскивая дом и трупы, стараясь нагрузить на себя как можно больше денег. В сундуке даже нашлись золотые рьё - жёлтые пластины прямоугольной формы с полукружьями на концах. Толщина - в четверть мизинца Хаку. В длину, как ладонь Хаку от основания до последнего сустава среднего пальца. То есть, довольно маленькие - в руках Шокана они и вовсе казались крошечными. Троица уходит тихо, стараясь не попадаться на глаза людям - самурай и вовсе всё время в присяде, пытаясь уменьшить свой силуэт. Уйдя на десяток ри от злополучного места, они видят караван. Подходя ближе, Хаку видит телеги. Судя по скорости, они вышли из города ещё сегодня утром, так что узнавать там их некому. Но всё-таки стоит идти неподалеку, правда, и не слишком близко. Не стоит провоцировать охранников. Страна Воды разорвана на части гражданской войной... и то немногое, что он услышал, пока был в деревеньке, подтверждает это. Сторонники Ягуры и клановые шиноби заняты друг другом, а поднявшие голову банды разбойников всех мастей превращают наименее устойчивые части в лоскутное одеяло мелких уездов, покорных местным князькам. Стража таковых встретится по пути или же банда, честно называющая себя разбойной - каравану всё равно придется отбиваться. Вот охранники и нервничают. Это не звучало явно, но, насколько Хаку понял, средств остановить набирающую обороты бойню, а значит, и средств контроля шиноби, у номинального верховного правителя, даймё - нет. Торговля почти замерла. Связь между городами осуществляют всё увеличивающиеся караваны. Огромные скопления повозок охраняются соответствующими отрядами наёмников. Разбойники отвечают пропорциональным увеличением групп. И грабят, грабят. На базаре циркулировали слухи, что уже имели место случаи нападений на укрепленные города. Шокана вместе с Кимимаро, мальчик отодвинул за пределы прямой видимости каравана - не стоит их нервировать огромным амбалом, залитым с головы до ног чужой кровью. Кагую же он держал рядом с самураем, чтобы тот не потерялся или не влипнул по какой-то тупости - Хаку знал, что за тупицей нужно приглядывать. Хаку - маленький мальчик. По крайней мере, выглядит так. Потому и идёт в хвосте большого каравана, а не вместе с ними. Если что случится - за него всё равно не заступятся, лучше надеяться на своих. Он не носит дорогих вещей и не внушает угрозы. На него вряд ли нападут. Если только не конченые маньяки или работорговцы - которых к сожалению стало очень много в неспокойной стране. Страна Воды - архипелаг больших и малых островов. Большинство проливов, разделяющих их, вполне возможно пересечь вплавь. Хотя в их случае, скорее, это будет сделано шагом. Хаку умеет ходить по потолку, стенам и текучей воде - как и Кимимаро и Шокан. Так что, возможно, иногда они будут перебираться с острова на остров пешком. Тут главное - обойтись без свидетелей. Не то, чтобы шиноби были редкостью. Но их цель на данный момент - выживание. И пока они не стали достаточно сильны, залог выполнения этой задачи - незаметность. Самурай конечно притягивает к себе внимание... его следует оставлять на крайний случай - думал Хаку, прикидывая их стратегию выживания. Шокан самый сильный из их троицы, а Кимимаро выжил в безнадежной атаке клана Кагуя на Киригакуре - но в Стране Воды было полно монстров, которые могли уничтожить всех троих меньше чем за полсекунды. Они должны добраться до континента, и не нажить себе новых врагов. Не ввязываться в ненужные схватки, чтобы не оказаться крайними, когда будут разбираться после войны - а рано или поздно чья-то сторона возьмёт вверх, либо будет заключено короткое перемирие для передышки. И в этот короткий промежуток спокойного времени, будут искать всех подозрительных личностей. Хаку очень хотел получить деньги, которые им обещал заказчик за успешное выбивание долгов - а у них не получится подтвердить выполнение контракта, если они станут изгоями, за чьи головы будет назначена награда в Стране Воды. Как только спустилась ночь, троица отошла подальше от караванщиков, разбивая свой собственный лагерь. Искры от костра летели по зимнему ветру, ярко полыхая в темноте и с шипением опускаясь на снег.

***

(Случайное событие ?/100) Шокан просыпается от навязчивого голоса в голове. Он что-то ему шептал. - Я знаю, что ты хочешь их защитить. Это тело умеет намного больше, чем ты думаешь. Хочешь, я тебе раскрою его память? Ты станешь намного могущественнее, тебе больше не придётся стыдливо прятаться... ну ладно, вру, может и придётся, но тех кто сильнее тебя не так и много. - Ты кто? — вопрошает он молча, зная что его мысли читают. - Не так важно кто я, важнее то, что мне нужна от тебя кое-какая услуга. - Или говори, что надо или проваливай. - Я заметил, что ты хорошо уживаешься с детьми. Хочу приютить к тебе ещё одного. - Эти двое - хорошие убийцы, владеют чакрой и способны постоять за себя. Ты скинешь мне обузу, или своего шпиона, который воткнет мне нож в спину? - Нет, это и вправду дитя, не такой полезный сейчас, как твои путники, но очень перспективный. У меня на него большие планы, и я хочу, чтобы ты его воспитал. - А ты взамен пробудишь силы из этой тушки? - Да, услуга за услугу, всё честно. - А если я откажусь? - Тогда мне придётся искать кого-то другого. И ты скорее всего нескоро сможешь вспомнить, чего умеет это тело - а уметь хорошо драться, тебе нужно уже сейчас. Поверь, выбивать долги не так-то просто, как тебе может показаться...

***

1) Принять предложение (на горб Шокану будет скинут ещё один спиногрыз) 2) Отказаться 3) Впишите свой вариант