Часть 3

Глупая улыбка не сходила с лица Ровены все время пока она притопывала на месте в так музыки. Ведуньи давно занимали особое место в ее сердечке, любимая группа, чьи песни помогли ей преодолеть затяжную депрессию. Ученики сходили с ума и энергично отплясывали на танцполе, так что аж посуда на столах дрожала. Девушка пригубила вино, поморщилась от ее терпкого привкуса и отставила напиток в сторону. – Праздник скоро закончится, – голос профессора Снегга за ее спиной застал Ровену врасплох. Этот мужчина всегда поражал ее способностью перемещаться бесшумно. А когда они находятся в огромном зале, где играет самая популярная группа десятилетия, а толпа подростков наслаждается вечеринкой, у нее попросту не было и шанса расслышать его кошачьи шаги, – Полагаю вам лучше покинуть его сейчас, пока толпа ошалелых детей не ринулась на выход. – Благодарю за совет, профессор.            Ровена не могла не признать его правоту. Уголок ее губ дернулся от осознания, что этот холодный на вид человек проявлял сейчас заботу в ее адрес. Крестный Драко все же не был бесчувственным, каким всегда пытался казаться. Она не раз видела другую его сторону в стенах Малфой-мэнора, проявилась она и сейчас. – Доброй ночи, – Ровена кивнула Снеггу, Грюмму и Макгонагалл, после чего осторожно направилась вдоль стены на выход из большого зала. Под ногами раздался хруст стекла. Видимо, домовикам предстоит много работы этой ночью: разбитые бокалы, разлитые напитки, потерянные украшения…            Повинуясь внутреннему порыву и вместо того, чтобы направиться в подземелья, где находился ее спальня, девушка устремилась на третий этаж на большую террасу, где можно было подышать зимним морозным воздухом. И хотя был велик риск потревожить некую уединившуюся парочку, девушка не могла подавить столь глупое желание, проснувшееся под влиянием магией вечера и присутствием в этих стенах любимой группы. Ступень за ступенью Ровена поднимала туда, где не раз в школьные годы назначала место встречи своим кавалерам, а сейчас всего лишь искала уединения.            Толкнув дверь на террасу, она облегченно выдохнула, ведь не услышала женского хихиканья или приглушенного мужского голоса, нашептывающего комплименты своей партнерше. Холодный ветер царапнул обнаженные плечи, отчего девушка обняла себя руками. Она любила зиму за ту красоту и ощущение уюта, которое она дарила. Рождественские праздники, омела, запах сосен, припорошенные снегом одежды и мокрые по той же причине волосы… Детский восторг от распаковки подарков и семейный ужин в официальной обстановке, поход по магазинам с друзьями и выбор украшений с мамой…                      Ровена сделала вдох полной грудью. Мороз проникал под тонкую ткань платья, заставляя кожу покрыться мурашками, но Ровене Малфой это нравилось. Она прикрыла глаза, прислушиваясь к долетающим из открытых окон первого этажа отголоскам аккордов. Сейчас ей было действительно хорошо!            Что-то теплое опустилось ей на плечи, и девушка испуганно обернулась, застигнутая врасплох столь внезапным вторжением в ее личное пространство. – Кто здесь, – вопрос сочился нотками испуга и небезосновательно, ведь она вновь упустила тот момент, когда со спины к ней кто-то приблизился, настолько погрузилась в собственные мысли. – Прошу прощения, профессор, – голос звучал виновато, – В мои планы не входило вас напугать. Я увидел вас на террасе и заметил, что вы дрожите от холода. Подумал вам не помешает одежда потеплее. – Фред? – на всякий случай уточнила девушка, хотя и так не сомневалась в том, кто был обладателем сего бархатного голоса. Проведя большую часть суббот прошлого года в его обществе, она с легкостью могла отличить его даже от близнеца. – Да, – послужило ей простым ответом.            Ровена кивнула и поплотнее закуталась в предложенный пиджак. Дабы скрыть растерянность, она вновь отвернулась от Уизли, облокотилась о перила и замерла. В воздухе повисла напряженная тишина. Мисс Малфой недоумевала, зачем вообще Фред подошел. В голове даже промелькнула мысль, что пиджак вполне может быть чем-то отравлен. Она ни капельки не удивится, если завтра ее кожа покроется чешуйками или пострадает от аллергической реакции. Шорох по правую руку оповестил, что шестикурсник не покинул облюбованное ей место, а устроился рядом. – Я хотела пару минут подышать свежим воздухом, а это место… – махнула она рукой в сторону, – Было моим любимым еще в те времена, когда я сама здесь училась.            Быть может он поймет намек и ретируется? Но она подозревала, что если уж Фред втемяшил себе что-то в голову, то он ни за что не отступит так просто. И кажется сейчас он намеревался находиться именно на этой террасе. Даже в такую приятную ночь Уизли намеревался доставить ей сложности? – Мне больше нравится вид из окон гриффиндорской гостиной, но признаю, что здесь тоже неплохо, – от Фреда пахло легким запахом табака. Судя по всему, он недавно курил. – И какой он? – зачем-то задала вопрос Ровена. Видимо, многолетняя выучка о важности поддержания разговора в любом обществе взяла верх. – Величественный. С высоты башни мы имеем возможность разглядеть большую часть территории школы… – отчего-то Уизли запнулся. – Полагаю, иногда вы подглядываете за теми, кто решил прогуляться в свободное время.            Уизли на это лишь фыркнул. – У нас с братом нет времени на подобную чушь. Мы слишком заняты! – Планированием очередной шалости? – Вы уже предельно хорошо нас изучили, профессор Малфой. – Сейчас вы тоже планируете очередную шалость? – Ровена слегка повернула голову на голос гриффиндорца. – Почему вы так решили? – мгновенно прилетел встречный вопрос. – Зачем иначе ты здесь, Фред?            Собеседник не сразу нашелся с ответом. – Хотелось проветрить голову после вечера, наполненного столькими событиями. Вам пришелся по душе бал? – Определенно. Кому не нравятся Ведуньи. – Да, не думал, что Дамблдору удастся такое провернуть! Графики этой группы забиты на месяцы вперед! – восторженно протянул Фред. – Не думаю, что это дело рук директора, – покачала головой Ровена, – Насколько я могу судить, Министерство весьма обеспокоено вопросом, какое впечатление сложится о Хогвартсе у иностранных гостей. Посему полагаю они подсуетились и попросили группу перекроить свое расписание для поддержания имиджа Великой Британии. – Какое дело министру до зимнего празднование в Хогвартсе? Как будто им нечем заняться! – фыркнул Фред, явно не воприняв слова девушки всерьез. – О, вопросы репутации всегда будут стоять у Министерства на первом плане. Турнир Трех Волшебников не просто школьное мероприятие, это одно из важных событий, которое имеет влияние на весь магический мир. Так что тут даже не возникают сомнения, что ресурсы, направленные на его организацию, затронули и этот бал в том числе. Какого твое впечатление о сегодняшнем мероприятии? – Если идея была в том, чтобы сделать церемония открытия торжественной, то она с треском провалилась. – Почему? – Наши чемпионы топтались по залу как кучка гусей, хотя может в вальсе так и задумано, не специалист, не знаю.            Ровена не смогла сдержать смешка. – Поверь человеку с многолетним опытом, вальс танцуют вовсе не гуси.            Мисс Малфой чувствовала пристальный взгляд, направленный в ее сторону, но пока не понимала, отчего стала объектом внимания одного из близнецов. Она продолжила мысль: – Вальс – один из самых красивых танцев в мире. – Он полон грации, изящества и рисунков. Конечно, это при условии, что повезло с партнером. В танце, где важно взаимодействие, только два равных по мастерству человека смогут достигнуть величия. – Вы любите танцевать? – следующий вопрос удивил ее еще больше. С чего бы подобное могло интересовать Уизли? – Любила, – девушка прикусила губу.            Она ведь обожала парить на танцполе с Драко, Дереком или Рианом. Вальс был ее главной страстью с самого детства. Музыка буквально заставляла ее летать на пару с партнером. Матушка с гордой улыбкой взирала на свою дочь, радуясь ее успехам. Ровена Малфой любила посещать торжественные приемы, ведь вальсирование было неотъемлемой их частью. Теперь же она слишком сильно зависела от партнера, чтобы наслаждаться подобным действом… – Мой вопрос был явно неуместен, – выдохнул Фред. Ровене показалось, что расстояние между ними сократилось. Она поспешно сдернула с плеч пиджак, протянув его юноше. Что она вообще здесь делала в обществе своего ученика? Еще и в компании главного шутника школы! – Спасибо, что составил компанию, Фред. Доброй ночи.            Она не слышала, чтобы он что-то ответил. Это и к лучшему. Ровене сейчас ничего так сильно не хотелось, как оказаться у камина в своей спальне, закутаться в теплый плед и выпить горячего какао. Даже если Уизли сделал это неосознанно, но он разрушил то хрупкое чувство умиротворения, что царило сегодня в ее душе. Всего одной фразой! Силу слова часто недооценивали, но их разговор сегодня лишний раз доказывал, что зря.            Когда же Фред, в свою очередь, миновал портрет Полной дамы и оказался в уютной общей гостиной Гриффиндора, Джордж дожидался его, лежа на диване и закинув ноги на пуфик. На его лице играла хитрая улыбка. Младший близнец выжидающе молчал, однако Фред не спешил ничего говорить. Тогда Джордж озвучил вопрос, который вот уже как полчаса вертелся у него на языке: – Ну и чего я не знаю, Фредди? – О чем ты, Джорджи? – Я видел сегодня два прелюбопытных эпизода, но они никак не вырисовываются у меня в голове в единую картину. Мы с Анджелиной прогуливались по территории школы, когда я заметил две подозрительно знакомые фигуры на террасе третьего этажа. А когда я поднимался по лестнице, одна из этих фигур прошествовала мне навстречу с очень уж грустным выражением лица. Вот я и спрашиваю, Дред, чего я не знаю? Ты затеял шалость, связанную с профессором Малфой, и ничего мне не сказал?            Второй близнец плюхнулся в кресло, сбрасывая неудобные туфли. Он задумчиво уставился на пламя камина. – Профессор Малфой выглядела расстроенной? – Без всякого сомнения. Чтобы ты там не сделал, братец, это увенчалось успехом. Молодца! Но мне не терпится узнать, что именно! – Ничего необычного, Фордж. Обменялись парой фраз, только и всего.            Джордж окинул брата пристальным взглядом, однако расспрашивать не стал. Скинул ноги с дивана, смачно зевнул и направился в их спальню. Усталость явно брала верх. – Идешь? – кинул он через плечо. – Да, буду через минуту.            Фред подпер голову рукой. Он не собирался подкалывать профессора, да и подходить к ней сегодня вовсе не собирался. Но отчего-то увидев ее в этом ослепительном изумрудном наряде на морозе попросту не удержался, только и всего. И зачем он только спросил нравится ли ей танцевать. Это было глупо и даже немножко грубо! Неудивительно, что Ровена Малфой выглядела расстроенной после их разговора. И отчего-то Фред Уизли не испытал ожидаемого ликования.