Глава 27: Планы поменялись

Макс стоял в узком переулке, прижавшись к стене, выжидая момента, когда патруль пройдёт мимо. Несколько японских солдат быстро шагали по главной улице, явно торопясь, и, судя по их действиям, искали кого-то. Они подходили к разным прохожим и что-то спрашивать. Макс не мог понять о чем они говорят, но нутром чувствовал — говорят про него. Пока солдаты расспрашивали случайных людей, он заметил, как двое японцев в традиционных одеждах коротко кивали, явно не желая связываться с военными. Остальные же просто ускоряли шаг или демонстративно делали вид, что их это не касается. Дождавшись, пока солдаты удалятся за угол, Макс сделал осторожный вдох, затем медленно вышел из переулка, стараясь слиться с толпой. Он не был похож на местных, да и одежда выдавала в нём чужака. Пытаясь вести себя естественно, он направился вперёд, но вскоре уловил обрывки разговора. Две женщины, торгующие фруктами, оживлённо обсуждали что-то между собой, иногда кидая взгляды в его сторону. Язык был для него непонятен, но выражение их лиц несло явное подозрение. Макс поймал их взгляды и отвернулся, делая вид, что рассматривает прилавок с овощами. Однако он чувствовал — его уже запомнили. Ему нельзя было здесь задерживаться. Люди вокруг тоже украдкой на него поглядывали, кто-то с любопытством, кто-то с осторожностью. Враждебности он не видел, но чужака здесь явно могли сдать в любой момент. Он коротко выдохнул, поправил воротник и пошёл дальше, стараясь не торопиться, но в то же время понимая, что времени у него может быть совсем немного. Макс шёл по улице, ощущая на себе взгляды прохожих. Снова и снова он слышал одно и то же слово, повторяемое разными голосами: — Гайкокудзин… гайкокудзин… (Иностранец... Иностранец) Даже не зная японского, он мог догадаться, что это означает нечто вроде «чужака» или «иностранца». Люди не пытались скрыть своего отношения — одни просто спешили мимо, стараясь не пересекаться с ним взглядом, другие открыто косились, а кто-то даже останавливался, чтобы шептаться с соседями. Ему это не нравилось. В Германии или даже в Бранденбурге никто так явно не выделял чужака, если он не выдавал себя сам. Здесь же достаточно было просто быть не-японцем, чтобы превратиться в объект пристального внимания. Вспомнив, что у Эльзы был разговорник, он порылся в кармане и с облегчением нашёл маленькую книжицу. Не сказать, что он умел ею пользоваться, но хоть что-то. Остановившись у лавки, он попытался спросить дорогу у пожилого торговца, но тот, завидев его, тут же сложил руки в жесте отказа, пробормотал что-то себе под нос и быстро скрылся за прилавком. «Чёрт». Макс вздохнул и пошёл дальше, выбрав следующей целью двух мужчин, что курили у входа в чайную. Они выглядели менее пугливыми, может быть, даже более разговорчивыми. Подойдя ближе, он медленно открыл разговорник, нашёл нужную фразу и попытался произнести: — Э-э… Сумимасэн... до-ко... (Извините... Не могли бы...) Мужчины замолчали и переглянулись. — Нанда? (Чего?) — бросил один из них, качая головой. Макс покосился в книжицу и повторил чуть увереннее: — Доко… Ка… "Красный Лотос?" (Не подскажете где тут...) Ошибся ли он в произношении или сам вопрос их насторожил, но лица мужчин резко изменились. Один зло выплюнул сигарету, а второй нахмурился, выдав короткую, резкую фразу, смысл которой Макс не уловил, но тон был явно недружелюбный. — Гайкокудзин ва…! (Проваливай, Иностранец) — резко бросил один из них и сделал шаг вперёд. Макс почувствовал, что ситуация начала накаляться. Он пытался понять их реакцию — то ли они не хотят говорить с чужаком, то ли сам вопрос их раздражает. — Эй, я просто спросил, — буркнул он, инстинктивно напрягаясь. Один из японцев сделал ещё шаг, его пальцы сжались в кулак. Второй что-то сказал, но на этот раз Макс уже почувствовал агрессию. «Прекрасно, просто прекрасно», — подумал он, уже жалея, что без Эльзы вообще куда-то полез. Макс остановился, отступив в сторону, чтобы не привлекать лишнего внимания. Он сделал вид, что просто поправляет воротник плаща, но на самом деле ему нужно было несколько секунд, чтобы прийти в себя. Что-то в последнее время он слишком сильно полагается на Эльзу. Раньше он привык действовать в одиночку. Всегда. Никто не прикрывал ему спину, никто не переводил за него слова, никто не помогал ему. И он был с этим вполне согласен — потому что одиночество было проще. Надёжнее. Безопаснее. Но сейчас… Он снова вспомнил тот момент на площади. В тот миг в нём что-то сломалось. Это было не просто беспокойство. Это было нечто глубже, первобытнее. Когда он подхватил её, когда увидел, насколько она ослабела, внутри сжалось что-то болезненно знакомое. Он вдруг почувствовал страх — не за себя, а за неё. Он знал, что это за чувство. Слишком хорошо знал. «О нет», — пронеслось у него в голове. Он уже терял семью. Он уже знал, каково это — держать на руках близкого человека, зная, что больше ничего не исправишь. «Нет. Я не позволю». Он стиснул зубы, закрывая глаза и задерживая дыхание. Какого чёрта он вообще размяк? Какого чёрта он позволил себе привязаться? Он ведь был одиноким волком. Он привык идти вперёд, не оборачиваясь. Он знал, что в этой жизни лучше не цепляться за людей. Но… Всё же это чувство не исчезало. Оно сидело глубоко в груди, вызывая странное, тёплое, но болезненное ощущение. Отцовское. Чёрт. Макс шагал по узким улочкам, стараясь держаться в тени. Район оказался лабиринтом из переулков, вывесок с непонятными иероглифами и бесконечных карманных рынков. Он уже научился интуитивно обходить патрули: по резким шагам, лязгу снаряжения и коротким командам легко угадывал, где лучше не соваться. Но стоило ему свернуть за очередной угол, как он наткнулся на компанию подозрительных типов. Несколько мужчин сидели на корточках у стены, лениво переговариваясь. Все в тёмных костюмах, с приоткрытыми воротниками, под которыми виднелись татуировки. У некоторых были полосатые шарфы или подтянутые до локтей рукава, открывая жилистые руки с замысловатыми рисунками. Они курили, выпуская дым в ночной воздух, и их взгляды тут же уцепились за Макса. — Ои, аната… (Э, сюда подойди) — протянул один, привлекая к нему внимание остальных. Макс сразу почувствовал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Он сделал вид, что не понимает, и попытался просто пройти мимо. Но один из них лениво встал, преграждая дорогу. — Курить не найдётся? Голос был спокойный, даже дружелюбный, но в нём слышался тон, который Макс хорошо знал. Это не был просто вопрос — это был способ втянуть его в разговор, загнать в ловушку. — Не понимаю, — ответил он на немецком, надеясь, что это станет причиной для них его оставить. На его беду, один из мужчин ухмыльнулся и заговорил на безупречном немецком: — А вот это уже интереснее. Макс внутренне выругался. — Так ты у нас гость? — продолжил тот, медленно выпуская кольца дыма. — И куда это ты так спешишь? Остальные переглянулись и начали вставать, словно нехотя, но целенаправленно. Их жесты были ленивыми, но глаза оставались внимательными, оценивающими. Макс знал, что влип. Он ощущал, как его тело напряглось. Он не любил таких встреч. Он мог бы сказать, что не боится, но с Якудзой дело было не в страхе. Это был старый, давно знакомый ему страх, который нарастал от напряжения, когда человек, от которого ты не ждешь угрозы, начинает приближаться слишком близко. Он знал, как они работают — как змеи, бесшумно скользящие по жизни, оставляя за собой шрамы. Он видел это раньше, когда работал с ними после войны, когда доверие всегда стояло на грани. У гангстеров было одно правило — они забирали всё, что можно было забрать, и никогда не сдавались, пока не получали свою часть. Мужчина, что стоял перед ним, тихо посмеивался, но его глаза не были весёлыми — они были холодными и настороженными. Остальные, несмотря на свою расслабленность, уже начали нести какую-то опасность. Макс видел, как один из них быстрым движением проверяет карманы, и что-то затворается у него внутри. Он знал: если они решат его обыскать, ему не сдобровать. — Ты что, думаешь, мы с тобой просто так поболтаем? — спросил тот, кто говорил по-немецки. Его глаза блеснули каким-то наигранным интересом, но в его тоне уже была угроза. Макс хотел бы отступить, но переулок был слишком узким, а за его спиной пустота. Пытаться прорваться? Нет, это был бы фатальный шаг. Его руки сжались, но он сдерживал себя, зная, что в такой ситуации нужно быть молчаливым и внимательным. — Что вам нужно? — спросил Макс, стараясь сохранить спокойствие, но голос звучал напряжённо. Якудза улыбнулся. Это была не улыбка, а предвестие чего-то худшего. — У нас, знаешь ли, свои способы выяснять, что у людей есть, — сказал он с усмешкой. — Ты не выглядишь, как кто-то, кто бы носил с собой что-то ценное... но мы тебя проверим. Макс почувствовал, как под кожей начинает скапливаться напряжение. Он видел, как парень сзади двинулся в его сторону, пытаясь аккуратно зажать его, а ещё двое встали с боков, не давая простора для маневра. Он знал: если он не будет осторожен, сейчас его просто разобьют на куски. — Ты думаешь, ты можешь выйти отсюда, так просто, да? — продолжал гангстер, подходя ближе. Макс в очередной раз попробовал сделать шаг в сторону, но тот, что стоял рядом, протянул руку и схватил его за рукав. От слабого, почти неощутимого рывка Макс понял, что никуда не уходит. — Я знаю таких, как ты, — продолжил его оппонент. — Ты, наверное, раньше был в... где-то, где таких, как ты, учат избегать проблем, да? Но ты сюда пришёл с пустыми руками... А что если ты всё-таки хочешь оставить хоть что-то для себя? Понимаешь, что я имею в виду? Макс молчал. Он сдерживал свои эмоции, но внутри всё кипело. Он был готов дать отпор, но точно знал, что любой неосторожный шаг приведет к проблемам. У него была одна слабость: он не мог позволить себе потерять контроль. Особенно когда на кону стояла его жизнь. Тишина вокруг затягивалась, и Макс почувствовал, как её хрупкость начинает ломаться. Макс сдерживался. Он понимал, что драка — худший исход. Он был один, а их было пятеро. Он мог попробовать уйти, мог попробовать заговорить, но когда один из якудза наклонился чуть ближе и заметил блеск на его запястье, всё внутри него оборвалось. — О, это что? — сказал один из них, протягивая руку к часам — Офицерские котлы, а? Макс почувствовал, как его мышцы напряглись, а сердце застучало сильнее. — Не в масть тебе такие котлы, немец, — сказал якудза, ухмыляясь. — Давай снимай. В следующую секунду Макс схватил руку якудзы раньше, чем тот успел дотронуться до браслета. Ухмылка с лица японца исчезла, сменившись ошеломлением. — Что?.. — только и успел выдохнуть он, как Макс дёрнул его на себя и резко ударил кулаком в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам, издав сдавленный звук, но остальные быстро пришли в себя. — Ах ты!.. — один из них рванул к Максу, но тот увернулся и встретил его локтем в челюсть. Двое оставшихся отреагировали мгновенно — один схватился за складной нож, другой вытащил кастет. Они не собирались оставлять его в живых после такого. Макс знал, что затянувшаяся драка будет ему не на руку. Он должен был закончить это быстро. Нож пошёл первым — блеснул в свете фонаря, устремляясь к его боку. Макс шагнул в сторону, пропуская удар мимо себя, и в этот момент схватил нападавшего за запястье, выкручивая его. Раздался хруст, и нож выпал из ослабевшей ладони. Но второй уже был рядом. Удар кастета прошёл слишком близко, вскользь задевая плечо, и Макс почувствовал жгучую боль. Однако это лишь разозлило его ещё больше. Он резко ударил атакующего в живот, затем коленом в лицо, отправляя его на землю. Оставшийся стоял, оценивая ситуацию. Глаза его бегали — он понимал, что с этим немцем шутки плохи. Макс не ждал. Сделав шаг вперёд, он ухватил противника за воротник и с силой ударил его головой о стену. Тот осел на землю, теряя сознание. Тишина. Он тяжело дышал, оглядываясь. Все валялись на земле — кто-то корчился от боли, кто-то не двигался. Его плечо болело, но часы были на месте. Часы. Он взглянул на них. Лёгким движением провёл пальцами по холодному металлу, словно проверяя, целы ли они. Они были целы. Он не мог позволить себе их потерять.

***

Макс шел дальше по улицам, спрятав руки в карманы и пытаясь держаться в тени. После драки с якудза его сердце всё ещё билось сильнее обычного, но он заставлял себя успокоиться. Надо было двигаться дальше. Он свернул за угол и вдруг услышал знакомый голос: — Ах, а вот и мой самый любимый искатель приключений! Макс резко обернулся. Перед ним стоял Ганс. Точнее, он сидел за прилавком небольшой лавки, надвинув на глаза широкополую шляпу. Выглядел он абсолютно непринуждённо, будто действительно торговал всякой мелочёвкой. Макс прищурился. — Это ещё что за цирк? Ганс театрально развёл руками: — Торговля, старина! Обычный, честный бизнес. Говорят, тут хорошо идёт торговля сувенирами, так что я решил попробовать. — Да ну? — Макс скептически оглядел прилавок, на котором были разложены дешёвые безделушки: бумажные веера, брелоки, какие-то статуэтки. Ганс подмигнул: — И, конечно, я просто ждал, когда ты опять вляпаешься в неприятности. Макс нахмурился. — Да пошёл ты… — Уже начинаешь огрызаться? — перебил его Ганс с ухмылкой. — Значит, точно влип. Макс вздохнул, понимая, что сейчас нет смысла спорить, и покачал головой: — И что, теперь ты будешь тут сидеть и продавать всякую дрянь? Ганс хмыкнул: — Ну, если мне заплатят, то почему бы и нет? — Ага. Вот только тебе никто не заплатит, — буркнул Макс. — Вот потому я и ждал тебя, — с улыбкой сказал Ганс, легко перекидывая в воздухе монетку и ловя её. — Пора поговорить о деле. Макс прищурился, наблюдая, как Ганс вытаскивает из-под прилавка потрёпанный чемодан. — Ты же меня к себе поведёшь, да? — спросил он, ожидая утвердительного ответа. Но Ганс только хмыкнул и, вместо этого, закинул чемодан себе на плечо. — Не-а. — Что? — Макс даже немного опешил. — Мы туда не пойдём, — повторил Ганс с явным удовольствием оттого, что смог его озадачить. — Почему это? — Макс скрестил руки на груди. Ганс отмахнулся: — Каролина и Селест устроили генеральную уборку. Макс насмешливо фыркнул. — Хочешь сказать, что ты, который так долго жадничал своё пространство, теперь просто берёшь и даёшь ей хозяйничать? Ганс замер. — Что ты сказал? Макс ухмыльнулся: — Говорю, быстро же ты поменял мнение насчёт них. Глаза Ганса вспыхнули раздражением, и он резко щёлкнул замками на чемодане, будто собирался его швырнуть в Макса. — Я тебя сейчас поменяю, понял? Макс лишь пожал плечами, сделав вид, что его это не трогает. — Да ладно тебе, не кипятись. Просто забавно видеть, как ты злишься. Ганс что-то пробормотал себе под нос и, глубоко вздохнув, натянул на лицо невозмутимое выражение. — Ладно, хорош трепаться. Пора двигаться. Он пошёл вперёд, а Макс, всё ещё ухмыляясь, последовал за ним. Ганс уверенно шагал по узким переулкам, пока не свернул в подворотню, скрытую от посторонних глаз. Макс не сразу понял, что тот задумал, пока не увидел, как Ганс ставит чемодан на землю и щелчком открывает замки. — Что ты делаешь? — подозрительно спросил Макс. Ганс, не отвечая, ловко развернул чемодан — и тот трансформировался в импровизированный прилавок. Макс моргнул. — Ты, мать твою, всерьёз собрался тут торговать?! Ганс ухмыльнулся, доставая из чемодана несколько свёртков. — А что? Город живёт по своим правилам, а я — по своим. Он небрежно вытащил пистолет и крутанул его в руке, одновременно доставая сигарету. Макс напрягся. — Ты совсем рехнулся?! Опусти ствол! Ганс посмотрел на него с явным удивлением. — Чего ты орёшь? Это же зажигалка. Макс подозрительно прищурился. — Точно? Ганс беззаботно кивнул и, не глядя, щёлкнул курком. Раздался оглушительный выстрел. Они оба замерли. В стене переулка появилась аккуратная дырка. — А, чёрт, — пробормотал Ганс, теперь уже внимательно разглядывая пистолет. Макс медленно повернулся к нему, багровея от злости. — Это. Не. Зажигалка. Ганс нервно усмехнулся и быстро убрал оружие обратно в чемодан. — Похоже, перепутал… Но в любом случае, теперь я точно знаю, что этот работает. Макс закрыл глаза, выдохнул, считая до трёх, и, сдерживая порыв огреть Ганса чем-нибудь тяжёлым, глухо сказал: — Напомни мне никогда не позволять тебе зажигать сигареты. Ганс только усмехнулся и наконец-то достал настоящую зажигалку. Макс перебирал оружие на импровизированном прилавке Ганса, оценивая вес и баланс каждого пистолета. Он выбрал пару магазинов калибра, который ему подходил, затем кинул взгляд на ножи. Ганс наблюдал за ним с ухмылкой, не вмешиваясь, пока тот не заговорил: — Раз ты столько времени торгуешь с кем угодно и где угодно, были у тебя… необычные клиенты? Ганс потер подбородок, явно припоминая что-то, затем усмехнулся: — Ох, Макс, если бы ты знал, с кем мне приходилось иметь дело… Один раз был случай. Как-то давно, в Европе, я наткнулся на одну испанскую деревушку. Уж не помню, зачем меня туда занесло, но там я познакомился с местным торговцем. Макс приподнял бровь. — И что? — А то, что он был… эксцентричным типом. Всё время носил маску, говорил загадками и продавал самые странные вещи, какие только можно представить. Иногда даже… не совсем человеческого происхождения. Макс недовольно посмотрел на него. — Опять начинаешь со своих историй, в которые невозможно поверить? Ганс загадочно улыбнулся. — Может быть. А может, и нет. Но факт остаётся фактом: этот парень был лучшим в своём деле. Где бы ты ни был в деревне — поворачиваешь за угол, а он уже там, с новым товаром. Казалось, он вообще не человек, а какая-то призрачная фигура, которая появляется в нужный момент. Макс скептически покачал головой. — Такого не бывает. — Ну, ты бы ему это сказал. Он всегда говорил одно и то же, когда я заходил: «Что покупаешь?» — Ганс специально постарался передразнить низкий, слегка хриплый голос, будто подражая тому продавцу. Макс только хмыкнул. — Ты уже так зарабатываешь на мне, а мог бы с таким талантом к пародиям выступать в театре. Ганс весело рассмеялся и продолжил копаться в чемодане, подкидывая Максу несколько новых вариантов снаряжения. — Ладно, шутки в сторону, что ты возьмёшь? Мне кажется, твой путь в ближайшие дни будет… непростым. Макс задумался, глядя на представленный арсенал. Он понимал, что впереди его ждёт что-то гораздо более серьёзное, чем просто побег по улицам. Макс продолжал копаться в содержимом чемодана Ганса, выбирая патроны и проверяя оружие. Он уже прикинул, что возьмёт, но чувствовал себя не в своей тарелке. Всё шло не по плану. Да и был ли у него план? Всё больше казалось, что он действует по наитию, надеясь, что удача окажется на его стороне. Ганс, наблюдая за ним, лениво прикурил сигарету и с притворной небрежностью спросил: — Так… а что дальше? Макс, не отрываясь от дела, бросил: — Не знаю. Ганс приподнял бровь, явно готовый к привычной подколке, но вдруг осёкся. — Ты… серьёзно? Макс посмотрел на него исподлобья, затем сухо кивнул. — Ага. Ганс вытащил сигарету изо рта, удивлённо покачал головой и усмехнулся: — И это говорит человек, который всегда уверен, что разберётся? Макс не ответил сразу. Он просто застегнул кобуру, убрал оружие под плащ и, наконец, посмотрел на Ганса. — Видимо, времена меняются. В голосе прозвучала лёгкая горечь, но Макс не позволил себе углубляться в это чувство. Он знал, что Ганс подмечает такие вещи — но также знал, что тот не станет копаться в его мыслях, если сам этого не захочет. Ганс же, осознав, что стёб не получится, вернул себе привычную беспечность. — Ну, если ты настолько растерян, могу предложить проверенный метод: сесть в первом попавшемся баре, напиться и ждать, когда проблемы сами тебя найдут. Макс фыркнул. — Да, блестящая тактика. Так ты и ведёшь свой бизнес? — Смешно, но нет. У меня есть чёткий план. — Ганс сделал паузу и, многозначительно улыбнувшись, добавил: — Всегда импровизировать. Макс лишь покачал головой. — Однажды это тебя подведёт. Ганс лениво стряхнул пепел с сигареты. — Может быть. Но пока работает. Макс снова задумался. Как бы ему ни хотелось отмахнуться, но в словах Ганса была доля истины. Сейчас ему действительно нужно было импровизировать. Он понимал, что без помощи и плана добраться до Бертольда будет самоубийством. Но с другой стороны, ждать и бездействовать — тоже не вариант. Ганс, будто угадывая его мысли, снова заговорил: — Ладно, раз ты пока без идей, может, я подкину тебе одну? Макс прищурился. — Что-то мне подсказывает, что за этим последует очередная сомнительная авантюра. Ганс расплылся в своей фирменной ухмылке. — А ты меня уже неплохо знаешь. Макс вздохнул. — Ну, давай. Удиви меня. Ганс, задумчиво разглядывая кончик сигареты, явно подбирал слова. Он сделал затяжку, потом медленно выдохнул дым, глядя на Макса с привычной ленцой. — Ладно, есть тут одно место… Вроде как подпольное заведение, но не просто игорная нора, а место, где обмениваются информацией. Не все подряд, конечно, но если знать, кого слушать, можно многое узнать. Макс скептически приподнял бровь. — И ты думаешь, что меня туда просто так пустят? Ганс ухмыльнулся. — Ну, тут как бы одна загвоздка. — Он нарочито медленно сделал ещё одну затяжку, будто смакуя момент. — Ты там будешь смотреться, скажем так, слишком… экзотично. Макс усмехнулся. — Хочешь сказать, что я не похож на местного? — О да, — протянул Ганс. — Мягко говоря. Макс помолчал, глядя на продавца оружия. Конечно, он понимал, что среди японцев или даже китайцев его европейская внешность будет выделяться, словно клоун на похоронах. Но это ещё не значило, что он не сможет проникнуть туда, куда ему нужно. — Я справлюсь, — уверенно заявил он, застёгивая куртку. Ганс покачал головой. — Да не сомневаюсь. Только вот способ, которым ты справишься, может включать в себя выбитые зубы и сломанный нос. Макс фыркнул. — Я не первый раз проникаю туда, куда не положено. Ганс ухмыльнулся ещё шире. — О, в этом я не сомневаюсь. Просто хотел напомнить, что за последнее время ты как-то слишком привык, что у тебя есть переводчик и кто-то, кто может сказать нужные слова в нужное время. Макс хмуро глянул на него. — Я справлюсь, — повторил он. Ганс пожал плечами. — Как скажешь. Но если вдруг тебя оттуда вышвырнут, не говори потом, что я тебя не предупреждал. Он выудил из кармана сложенный листок бумаги и протянул Максу. — Вот тебе адрес. Дальше выкручивайся сам. Макс взял бумажку и быстро её изучил. Название места ему ничего не говорило, но он знал этот район. — И что, это всё? Ганс кивнул. — Это всё. Ну, разве что дам ещё один совет: поменьше болтай. Чем меньше слов — тем меньше шансов, что тебя выведут на чистую воду. Макс спрятал листок в карман и глянул на него исподлобья. — В кои-то веки твои советы кажутся разумными. — Я всегда даю разумные советы, просто ты их не всегда слушаешь, — ухмыльнулся Ганс. Макс только покачал головой и направился прочь, в очередной раз прокручивая в голове план. Он справится. Он должен справиться.

***

Макс остановился перед скромной на вид дверью, над которой висел едва заметный фонарик. Это место не выделялось среди других заведений: обычная чайная, каких полно в японском районе. Однако Ганс не стал бы отправлять его в простую забегаловку. Он уже собирался сделать шаг вперёд, когда заметил группу японцев, неспешно выходящих из здания. Их одежда и поведение выдавали в них завсегдатаев, тех, кто знал, что здесь происходит на самом деле. Они о чём-то тихо говорили, переглядывались, а затем скрылись в одном из переулков. Макс выдержал паузу и только после этого подошёл к двери. Дверь выглядела старой, даже немного потрёпанной. В центре, на уровне глаз, была небольшая дверца — классическая для таких заведений. Макс постучал. Секунда. Другая. Третья. Затем дверца резко открылась, и в узком проёме показались тёмные, недружелюбные глаза. — Додза? — раздался сухой голос. Макс молча посмотрел на него. — Не говорю по-японски, — наконец сказал он. Глаза сузились. — Нан-да? — Охранник что-то пробормотал себе под нос, а затем уже на вполне сносном немецком спросил: — Пропуск. Макс хмыкнул, убрав руки в карманы. — Мне сказали, что здесь можно кое-что узнать. Охранник не моргнул. — Пропуск. — У меня его нет. — Тогда пиздуй отсюда. Дверца со стуком захлопнулась. Макс поморщился и шагнул назад, окидывая здание внимательным взглядом. Всё выглядело обманчиво спокойно. С улицы — обычное заведение, даже окна частично приоткрыты, пропуская внутрь свежий воздух. Но он знал, что за этой безобидностью скрывается нечто большее. Вопрос был в том, как попасть внутрь. Он отошёл чуть в сторону, наблюдая за редкими посетителями. Некоторые проходили мимо, даже не обращая внимания на заведение. Другие входили внутрь без лишних проблем — скорее всего, свои люди. Макс достал сигарету и закурил, раздумывая. Он не собирался отступать. Ганс дал ему эту наводку не просто так. Значит, способ попасть внутрь был. Нужно было лишь найти его. Макс уже начал задумываться, как ему лучше проникнуть внутрь – подделать пропуск, выманить кого-то из посетителей или рискнуть и попробовать снова, – но судьба неожиданно подкинула ему решение. Из бокового выхода здания с шумом вывалился мужчина в дорогом, но явно потрёпанном костюме. Он покачнулся, едва не рухнув носом в мостовую, но в последний момент удержался, ухватившись за стену. За ним в проёме появились двое крепких японцев, очевидно, вышибалы. — 二度と来るな！(Больше не приходи!) — бросил один из них, а второй лишь с усмешкой пнул мужчину под зад, отправляя его дальше в ночную прохладу. Макс всмотрелся в незнакомца. Европеец. Лет сорока, с расплывшимся лицом и осоловелым взглядом, он был пьян настолько, что даже не пытался сопротивляться, лишь что-то бормотал себе под нос. Мужчина покачнулся, прошёл несколько шагов и снова споткнулся. В руках он всё ещё сжимал какую-то бумажку, на которую Макс сразу обратил внимание. Пропуск? Он быстро огляделся – кроме них на узкой улочке никого не было. Отлично. Макс шагнул вперёд и, подхватив мужчину под локоть, сделал вид, что хочет помочь. — Дружище, ты в порядке? Мужчина что-то пробормотал, даже не глядя на него. — Кажется, тебе нужен воздух, — продолжил Макс, аккуратно направляя его в сторону. Европеец лишь хмыкнул и, махнув рукой, попытался сказать что-то разборчивое: — Эти суки… Они… Я, я всё равно вернусь! Он сделал ещё один шаг, а потом вдруг засмеялся. Макс незаметно вытащил у него бумажку. Да, это был пропуск. Похоже, парень был слишком пьян, чтобы осознать потерю, потому что он даже не обратил внимания, как его руки опустели. Он пробормотал что-то вроде «Да пошли они к чёрту» и, пошатываясь, побрёл дальше, совсем забыв о недавнем унижении. Макс ещё раз проверил бумагу. Всё выглядело достаточно официально – небольшая карточка с печатью, каким-то японским текстом и подписью. Разумеется, он не понимал, что там написано, но если это впустило внутрь предыдущего владельца, значит, и его должно. Он ухмыльнулся, сунул пропуск в карман и повернулся к главному входу. Пора было попробовать ещё раз. Макс подошёл ко входу, стараясь держаться уверенно, но не слишком вызывающе. Он уже знал, что этот район не слишком жалует чужаков, а уж тем более европейцев, вроде него, но у него был пропуск, и это давало шанс. Он остановился перед дверью и постучал. Через несколько секунд за небольшой решётчатой заслонкой показались чьи-то тёмные глаза. — 何かご用ですか？ (Чем могу помочь?) — раздался голос за дверью. Макс молча показал пропуск. Глаза на секунду скользнули по нему, затем решётка закрылась, и дверь приоткрылась. Из-за неё показался невысокий японец в чёрном костюме. Он жестом пригласил Макса внутрь, но прежде чем тот смог сделать шаг, двое других охранников заняли позиции по обе стороны от двери. — Оружие, — коротко бросил один из них, протягивая ладонь. Макс нехотя достал пистолет, который приобрёл у Ганса, и отдал. — Всё, — буркнул он. Охранник смерил его взглядом и продолжил: — Лезвия, кастеты, что угодно? Макс скрипнул зубами, но всё же снял нож и положил сверху. — Теперь всё. Охранники переглянулись, а затем один из них жестом пригласил его следовать дальше. — Внутри никаких драк. Никаких споров с хозяевами заведения. Если начнёшь шуметь — вылетишь вон, — проговорил другой, пока они шли по короткому коридору. — А если кто-то начнёт первым? — Значит вылетите оба. Макс хмыкнул, но спорить не стал. Они прошли в следующее помещение, где воздух сразу стал тяжелее от запаха сигарет и дешёвого сакэ. Внутри оказалось куда больше людей, чем он ожидал. С десяток круглых столов, окружённых стульями, на которых сидели игроки, склонившиеся над картами и фишками. По углам стояли стойки с выпивкой, за которыми работали девушки в кимоно, а ещё дальше можно было заметить небольшую сцену, на которой тихо играли музыканты. Это место выглядело гораздо приличнее, чем та дыра, где его пытались ограбить якудза, но Макс не обманывался. Едва Макс сделал несколько шагов в сторону центра зала, как к нему тут же приблизилась девушка в изящном кимоно цвета ночного неба, расшитом золотыми узорами. Её походка была лёгкой и плавной, словно скользящей по полу. Она улыбнулась, чуть склонив голову, и её длинные рукава изящно свисли вниз. — Добро пожаловать, господин, — её голос был мягким, почти мурлыкающим. — Вы впервые у нас? Позвольте мне сделать ваш вечер приятным. Она сделала шаг ближе, её пальцы невзначай скользнули по его рукаву, приглашая задержаться. Макс внутренне поморщился. Он привык к таким заведениям — знал, что красивые девушки здесь не просто разносили напитки или развлекали разговором. Их внимание можно было купить, а иногда оно шло в комплекте с чем-то более опасным. — Не сейчас, — отрезал он, едва заметно отстраняясь. Девушка слегка нахмурилась, но быстро вернула безупречное выражение лица, полное лёгкого кокетства. — Ах, вы скромны… но, возможно, позже? — Возможно, — буркнул Макс, уже глядя поверх её плеча. Он не ждал, пока она что-то добавит, и двинулся дальше, внимательно изучая публику. Контингент оказался смешанным. У ближайшего стола сидела группа европейцев — явно бизнесменов, по их дорогим костюмам и манере держаться. Один из них что-то оживлённо объяснял другому, потирая пальцы, словно обсуждал сумму сделки. Их спутницы — молодые японки в традиционной одежде — смеялись и тихо переговаривались между собой. За другим столом азартно бросали кости четверо мужчин в строгих тёмных костюмах. Макс сразу отметил: двое из них — японцы с короткими, аккуратно подстриженными волосами, другой — китаец с выражением вечного подозрения, а четвёртый был явно русским, судя по широким плечам и резким чертам лица. Их напряжённые взгляды и судорожные движения говорили сами за себя — ставки были высоки. У дальней стены, в полумраке, сидели трое мужчин, которые показались Максу интереснее остальных. Они не играли, не пили и не веселились. Их взгляды постоянно скользили по залу, словно они искали кого-то или что-то. «Охрана? Или просто люди, которые не привыкли расслабляться?» — мелькнуло у него в голове. Он решил пока не задерживаться на них и оглядел зал дальше. В воздухе витал запах крепкого табака, алкоголя и чего-то сладковатого — вероятно, благовоний, призванных заглушить запах пота и перегара. Фоном звучала тихая музыка — лёгкие переливы сямисэна, перемежающиеся редкими аккордами пианино. Макс скрестил руки и сделал вид, что просто наблюдает за игрой, но на самом деле его разум работал на полную мощность. Где-то здесь должна быть зацепка. И он намерен её найти. Макс подошёл к барной стойке и без лишних слов сел на высокий табурет, опуская руки на тёмное отполированное дерево. Бармен, мужчина средних лет с усталым взглядом и гладко зачесанными назад волосами, не сразу обратил на него внимание. Он неспешно протирал бокал белоснежным полотенцем, словно на этом свете у него не было ни одной спешной заботы. Макс скользнул взглядом по стойке: бутылки с саке, виски, коньяком и чем-то более экзотическим стояли рядами на полках. Несколько клиентов лениво потягивали свои напитки, время от времени переговариваясь, но в целом здесь царила атмосфера расслабленной, почти вязкой скуки. — Чего желаете? — наконец спросил бармен, не особенно заинтересованно. — Что-нибудь не слишком крепкое, — ответил Макс, бросив на него оценивающий взгляд. Бармен лишь кивнул, не задавая уточняющих вопросов, и наполнил небольшую керамическую рюмку прозрачной жидкостью. Макс взял её и лениво покрутил в пальцах, делая вид, что просто отдыхает. — Довольно интересное место, — сказал он, делая небольшой глоток. Напиток оказался крепче, чем он ожидал, но он не поморщился. — Угу, — отозвался бармен, ставя очередной чистый бокал на стойку. Макс хмыкнул и слегка наклонился ближе, понизив голос. — Слушай, может, ты сможешь мне помочь? Бармен лениво вскинул бровь, но не остановился в своих движениях. — Тут все чего-то ищут, — сказал он. — И я не справочное бюро. — Я ищу человека. Немца. Бертольд. Говорят, он бывает здесь. Бармен не подал виду, что узнал имя, но Макс заметил, как его пальцы на мгновение замерли, прежде чем он продолжил работу. — Я тут много кого вижу, — ответил он, пожав плечами. Макс понимающе кивнул и сделал ещё один глоток. — Верю. Тут контингент самый разный. И японцы, и европейцы. Довольно разношёрстная публика. — Деньги пахнут одинаково, — отозвался бармен, ухмыльнувшись. Макс усмехнулся. — Ага. Но некоторые пахнут больше, чем другие. Бармен не ответил, только поставил перед ним бутылку с саке, как бы намекая, что разговор для него завершён. Макс понял, что прямо давить смысла нет. Этот человек говорил ровно столько, сколько считал нужным, и ни словом больше. Он откинулся на спинку табурета, делая вид, что просто наслаждается напитком. Бармен мог и не хотеть говорить сейчас, но в таких местах информацию добывают терпением. Макс сидел за стойкой, лениво потягивая саке и внимательно вслушиваясь в гул голосов вокруг. В этом месте говорили на разных языках: японский звучал чаще всего, немецкий мелькал редко, но был, французский, английский, русский — всё смешивалось в однообразный фон. Он делал вид, что просто пьёт и отдыхает, но его ухо ловило отдельные фразы. Большая часть разговоров была пустой болтовнёй: кто-то обсуждал удачную сделку, кто-то жаловался на проигрыш в азартных играх, кто-то шептался с девушками в кимоно, обещая им золотые горы. Ничего из этого не касалось Бертольда. Макс уже начал сомневаться, что выбрал правильное место для поиска, когда услышал что-то, заставившее его напрячься. — Этот ублюдок всё ещё не объявился? — раздался грубый голос, звучавший чуть позади него. — Нет, он будто в воду канул, — ответил второй, более низкий и хриплый. — А ведь долг у него серьёзный. — Тоже мне гений, — фыркнул первый. — Сначала набрать денег у кого попало, а потом пытаться исчезнуть. Думает, что мы не найдём его? — Рано или поздно он сюда заявится, — ответил третий голос, глухой и усталый. — У него просто нет другого выхода. Макс медленно повернул голову, стараясь сделать это как можно более естественно, чтобы не привлекать внимания. За столом в углу сидели трое мужчин в дорогих костюмах, но по их посадке и взглядам сразу было видно — они не просто богачи. Они выглядели так, будто привыкли командовать и держать под контролем всё вокруг. Их руки украшали золотые перстни, а на запястьях поблескивали массивные часы. Якудза. Макс незаметно вздохнул. Он с ними уже сталкивался, когда работал в разных тёмных делах после войны. Эти ребята никогда не забывали долги и не прощали ошибок. — Я уверен, что он прячется где-то в район, — сказал первый голос. — Иначе бы давно сбежал. — У него нет такой возможности, — ответил второй. — Его правительство на коротком поводке держит, попробует удрать и каюк ему! Макс сделал вид, что поправляет рукав, но продолжал слушать. — И что будем делать? — спросил третий. — Ждать, — ответил первый. — Мы рано или поздно его найдём. Или он сам придёт. Разговор начал уходить в сторону обсуждения картёжных долгов и каких-то разборок в другом районе, но Максу было уже достаточно. Значит, Бертольд не просто работает на японцев. Он ещё и залез в серьёзные неприятности с якудза. Это могло сыграть ему на руку, но также сделать ситуацию куда более опасной. Макс медленно обвёл взглядом зал, стараясь не выдать своего напряжения. Гул голосов, смех, приглушённый звон бокалов — всё это создавалось для видимости лёгкости, но он знал, что в таких местах расслабляться нельзя. Особенно, если ты чужак. Он снова прокрутил в голове то, что услышал. Якудза ищут Бертольда. Они терпеливы, но если поймают его первыми, то он просто исчезнет — или в реке, или в каком-то погребе без шансов на разговор. В таком случае нитка, ведущая к проекту «Ева», оборвётся. А вместе с ней — и возможность понять, что вообще происходит. Макс скрипнул зубами. Он не любил зависеть от информации, которая могла ускользнуть в любой момент. Всю жизнь он действовал по чётким правилам: если цель нужна живой — хватай первым, если цель не должна говорить — устрани её. Но сейчас всё было не так просто. Он не знал, где именно искать Бертольда. Этот человек явно понимал, что на него идёт охота, раз так умело скрывался. Если бы это была обычная игра в кошки-мышки, Макс бы мог просто подождать, пока цель проявится. Но времени у него не было. «Чёрт...» Он потёр виски, обдумывая варианты. Ему нужно либо найти Бертольда раньше, чем это сделают якудза, либо... договориться с ними? Мысль была рискованной. У якудза своя честь, но Макс не знал местных традиций. Если они решат, что он просто ещё один игрок в этой гонке, ему быстро покажут, что здесь не Германия. Может, попробовать выйти на кого-то из их людей? Якудза никогда не действуют в одиночку, у них всегда есть связные, посредники, мелкие шестерёнки, которые выполняют поручения. Найти такого человека и узнать, есть ли у них хоть какая-то зацепка — это уже что-то. Но как это сделать? Макс задумчиво посмотрел на троицу, обсуждавшую Бертольда. Он мог попытаться завязать разговор, но это было опасно. Они явно не в настроении откровенничать с первым встречным. «Мне нужна информация... Но если я слишком засвечусь, меня просто уберут». Он задумался. Чёртовы идиоты в масках, ничего конкретного не дали, а ведь могли! Макс почувствовал, что оставаться дольше смысла нет. Он не смог выжать из этого места ничего полезного, а если засветится слишком сильно, то привлечёт ненужное внимание. Закончив свой напиток, он неспешно поднялся, одёрнул пиджак и направился к выходу. Когда дверь за ним закрылась, бармен продолжил протирать бокал, но его взгляд задержался на удаляющейся фигуре. Он прищурился, словно пытаясь вспомнить, где мог видеть этого человека раньше, а затем наклонился к одному из якудза, сидевшему неподалёку. — Парень интересный, — негромко сказал бармен, будто невзначай. Якудза лениво поднял взгляд от своего стакана. — Да? — Искал Бертольда. Спрашивал осторожно, но я-то вижу, когда человек не просто зевак. Якудза поставил бокал на стойку, постукивая пальцами по столешнице. — Думаешь, он с ним заодно? Бармен пожал плечами. — Или друг, или должник. В любом случае, вам стоит узнать, кто он. Якудза кивнул, подавая знак одному из своих людей. — Разберёмся. Макс вышел из заведения и вдохнул ночной воздух, наполовину пропитанный запахом алкоголя, специй и прогорклого масла. Вокруг было оживлённо, но он сразу почувствовал нечто странное. Шестое чувство, отточенное годами службы, предупреждало: за ним следят. Он не стал сразу оборачиваться, лишь ускорил шаг, лавируя между прохожими. Преследователь не отставал, двигаясь аккуратно, но слишком уверенно, чтобы быть случайным гулякой. Макс свернул в переулок, стараясь увести хвост туда, где меньше людей. Он быстро огляделся, нашёл подходящее место за грудами ящиков и затаился, сжимая кулаки. Преследователь показался спустя несколько секунд, оглядываясь, но не слишком настороженно. Макс выждал, а затем резко шагнул вперёд, схватил человека за воротник и прижал к стене. — Ну-ну, не так грубо, Макс, — раздался знакомый голос. Макс замер. Перед ним был Рюсукэ — живой, невредимый и, судя по всему, искренне довольный встрече. — Ты, — Макс процедил сквозь зубы, не ослабляя хватки. Рюсукэ усмехнулся, оттолкнув его руки. — Рад тебя видеть тоже. — Ты нас бросил. — Бросил? — Рюсукэ искренне удивился. — Да ладно тебе, Макс. Я же сказал вам подождать меня... — А ты исчез, когда был нужен, — Макс прервал его жёстко. Рюсукэ помолчал, почесав затылок. — Послушай, я слышал, что вы устроили на площади. Это… было нечто. Честно, я думал, что вам конец. Макс сузил глаза, его недоверие не рассеивалось. — Ты следил за мной. Почему? Рюсукэ вздохнул. — Потому что кое-кто хочет тебя видеть. И я подумал, что лучше найти тебя первым, чем дать кому-то другому сделать это. Макс не шелохнулся, оценивая ситуацию. Вопросов стало только больше, но решил последовать за ним. Макс шёл за Рюсукэ, внимательно наблюдая за ним. Он не спешил доверять старому знакомому, но пока что у него не было причин отказываться от его компании. — Так где ты пропадал всё это время? — Макс решил первым нарушить молчание. Рюсукэ ухмыльнулся, но не сразу ответил. — Нужно было кое-что утрясти, скажем так. В Кёдайто не любят, когда кто-то слишком часто светится в одном месте. А ты? Слышал, ты успел вляпаться в кучу неприятностей. — Допустим, — Макс посмотрел на него исподлобья. — Бродил по району, пытался найти одну ниточку. В итоге зашёл в заведение, где меня могли бы пристрелить, и подрался с группой якудза. Обычный вечер. Рюсукэ приподнял бровь, но особого удивления в его лице не было. — Ты серьёзно? Ну, если честно, не удивлён. Они тут любят задирать чужаков. Но ты, наверное, сам дал повод, а? — Повод? — Макс фыркнул. — Один из них решил забрать мои часы. Рюсукэ качнул головой. — А, ну тогда да… Довольно распространённая схема. Новенького сначала «прощупывают», если он выглядит крепким — могут проверить на реакцию, если слабым — просто обчистят. Ты, похоже, быстро дал им понять, что ты не их добыча. — Они ушли сами, скажем так, — Макс не стал вдаваться в детали. — Но раз уж мы заговорили о них… Что тут вообще с кланами? Друг рассказывал мне кое-что, но мне нужна более чёткая картина. Они свернули за угол, где улицы становились темнее и уже не такими людными. — Здесь всё устроено не так просто, как кажется, — начал Рюсукэ. — Кланы якудза в Кёдайто — это не просто банды, они связаны с администрацией города. Некоторые работают напрямую с чиновниками, а другие действуют как полуподпольные структуры, делая грязную работу за них. Макс кивнул, понимая, что уже слышал подобное. — Какие основные группы? Рюсукэ поднял пальцы, считая. — Главные игроки сейчас — это Сэнрю-кай и Итигё-ру. Сэнрю-кай — старейший клан, они держат торговые маршруты, казино, защищают элитные кварталы. Итигё-ру — относительно молодая, но амбициозная группировка, их методы более жёсткие, они управляют большей частью портового района и клубами. Макс задумался. — Они воюют между собой? Рюсукэ покачал головой. — Нет, пока что держат баланс. Иногда случаются стычки, но в целом им выгоднее сохранять статус-кво. — А кто из них связан с администрацией? — Оба, но по-разному. Сэнрю-кай скорее старые партнёры — они работают с местными властями, финансируют «правильных» людей. Итигё-ру же больше связаны с силовыми структурами — говорят, у них есть люди даже в полиции. Макс хмыкнул. — Отличная компания. — Добро пожаловать в Кёдайто, — усмехнулся Рюсукэ. — Тут либо ты с ними, либо против. Макс задумчиво провёл ладонью по щетине, вспоминая ту сцену, которую они наблюдали перед побегом с площади. Тогда он не успел обратить внимания на всех деталей, но теперь, когда всё улеглось, его беспокоил тот офицер. Тот, кто внимательно всматривался в лица бегущих, словно запоминая каждого. — Ты же, наверное, знаешь кто был на площади, — обратился он к Рюсукэ. — Кто все эти люди на сцене? Рюсукэ на секунду удивился, но затем кивнул: — Ну, там были трое ключевых фигур. Если ты про тех, кого видели все — это Принцесса, Имперский представитель и капитан Огава. — Принцесса? — переспросил Макс с легким сарказмом. — Ага, так её называют. Полное имя — Нацуко Хосокава. Она — лицо нового поколения, ну, по крайней мере, так её преподносят. Народ её обожает, потому что она говорит правильные вещи, выглядит как идеал женщины в их культуре, но при этом не просто кукла. Она умная, дипломатичная, пытается сделать город хоть чуть-чуть лучше. — Ты о ней хорошо отзываешься, — заметил Макс. Рюсукэ пожал плечами: — Потому что она не такая, как остальные. По крайней мере, пока. Она родилась в одной из самых влиятельных семей и могла бы быть просто украшением при каком-нибудь министерстве, но она ведёт свою игру. У неё своя голова на плечах, и она не боится говорить, если что-то не так. — Интересно, — хмыкнул Макс. — А кто этот представитель Императора? — О, этот другой разговор. Господин Ватанабэ, спецуполномоченный Императора. Его задача — следить за порядком и делать так, чтобы Кёдайто оставался «образцовым городом». На деле это значит, что он делает всё, что нужно верхушке, чтобы здесь не было проблем. Если надо кого-то убрать — уберут. Если надо замести следы — заметут. Если надо принести в жертву часть администрации ради имиджа — принесут. — То есть типичный чиновник с карт-бланшем? — Именно. Ему подчиняются полиция, спецслужбы и… та же якудза, когда это выгодно. Макс нахмурился. — А этот офицер? Тот, что смотрел так, будто запоминал меня. Рюсукэ вздохнул. — Капитан Огава. Он не просто офицер. Он охотник. Если он заметил тебя, значит, он уже знает, кто ты. Он умеет находить людей. Если ты попал в его поле зрения — просто исчезнуть не получится. — Чудесно, — мрачно пробормотал Макс. — Но, — добавил Рюсукэ, — если ты пока на свободе, значит, он ещё не уверен, что ты стоишь его усилий. — Или он ждёт, пока я выведу его к кому-то ещё, — Макс взглянул на Рюсукэ. — Именно. Как только они вышли на небольшую площадь, заполненную запахами жареного мяса, лапши и прочих уличных блюд, Макс заметил группу знакомых лиц. Те самых бандитов, которых он встретил в переулке. Якудза сидели у одной из лапшичных стойк, шумно переговариваясь между собой, но когда один из них поднял голову и заметил Макса, его выражение лица резко изменилось. — Чёрт возьми, это он! — воскликнул один из них, щелкнув зубочисткой. Другие тоже повернулись, и вскоре на площади повисла напряжённая тишина. — Чего-то мне не нравится, как они на тебя смотрят, — пробормотал Рюсукэ, скрестив руки. Макс невозмутимо пожал плечами. — Видимо, я оставил на них неизгладимое впечатление. Бандиты переглянулись, затем их лидер — тот самый, что пытался отобрать у Макса часы — поднялся с места и лениво поправил рукава пиджака. — Ты тогда сбежал, но в этот раз у тебя такого шанса не будет, гайдзин. Макс усмехнулся: — А с чего вы решили, что мне нужен шанс сбежать? Рюсукэ фыркнул: — О, я бы даже сделал ставку, если бы не знал, как это кончится. Однако тут один из бандитов, до этого разглядывающий Рюсукэ, вдруг усмехнулся: — Погоди-ка… Да это же маленький предатель! Рюсукэ мгновенно напрягся. — Тебе чего, а? — Ты ведь раньше работал с Тодзё-куми, да? А потом вдруг исчез… Разве не так? Макс ухмыльнулся и обернулся к своему спутнику: — Ой-ой, а ты, оказывается, тоже кого-то кинул? Рюсукэ скосил на него недовольный взгляд: — Заткнись. Бандиты переглянулись между собой, а затем их лидер хлопнул в ладоши. — Ладно, что-то нам сегодня везёт! Две проблемы сразу. Как насчёт взбучки? Макс сложил руки на груди и посмотрел на него сверху вниз: — Уверен? В прошлый раз вам хватило. — В прошлый раз ты застал нас врасплох! — взревел один из них. Рюсукэ вздохнул и медленно потянулся к поясу, где обычно носил нож. — Ну, раз уж мы всё равно тут… Макс криво усмехнулся. — Ладно. Почему бы не размяться перед ужином? Бандиты хищно улыбнулись, и площадь мгновенно превратилась в арену. Как только первый из бандитов бросился вперёд, Рюсукэ ловко увернулся и, схватив деревянную подставку с мисками лапши, швырнул её прямо в лицо нападавшему. Раздался глухой звук удара, и якудза рухнул на землю, хватаясь за лицо, облепленное горячими макаронами. — Тебе это ещё вернётся, ублюдок! — крикнул он, пытаясь стряхнуть с себя остатки ужина. Макс тем временем сжал кулаки, размышляя, стоит ли просто разбросать их или чуть повеселиться. Но тут он заметил одного из бандитов, который выделялся на фоне остальных. Тот не бросался вперёд, как остальные, а двигался легко и быстро, словно танцующий на ринге боксёр. — Ну-ну, у нас тут акробат, — пробормотал Макс, когда тот, смазав удары, ловко уворачивался от всего, что шло в его сторону. Якудза, ухмыльнувшись, быстро переместился в сторону, заставляя Макса промахиваться. — Что, старик, слишком медленный? Макс прищурился. — Ну, погоди. Он попытался нанести ещё один удар, но тот снова уклонился, даже успев хлопнуть Макса по плечу, словно издеваясь. — Ты вообще целился? Рюсукэ, повалив очередного противника, краем глаза заметил, как Макс продолжает промахиваться, и расхохотался: — Слушай, может, дашь мне? Я быстрее. — А ты заткнись, — огрызнулся Макс, делая резкий выпад. Однако ловкач снова ушёл в сторону, и в следующий момент Макс случайно ударил кулаком по деревянному столу, который стоял рядом. Стол шатнулся, миски с лапшой взлетели в воздух и… одна приземлилась прямо на голову Рюсукэ. — … Рюсукэ медленно поднял голову, лапша стекала по его лицу. — Ты, блять…! — Случайность, — сухо сказал Макс, но в глазах у него читался смешок. Тем временем ловкий якудза не собирался останавливаться. Он с легкостью запрыгнул на бочку и с неё бросился на Макса. Тот едва успел выставить руку, но противник проскользнул сбоку, оказавшись у него за спиной. — Да что ты… Рюсукэ, уже стряхнувший лапшу с лица, взял миску, которая всё ещё держалась на его голове, и швырнул её в противника Макса. — Лови! Бросок оказался неожиданно точным — миска врезалась в голову якудзы, и тот, потеряв равновесие, рухнул прямо в таз с водой, который стоял рядом. Раздался громкий всплеск. Все на секунду замерли. Из воды вынырнул разбитый, мокрый бандит, облизывая губы и моргая. — Ч-что за…? Рюсукэ и Макс переглянулись. — Думаю, на сегодня хватит, — сказал Макс, ухмыляясь. — Ага, валим, пока они не пришли в себя, — кивнул Рюсукэ. Они развернулись и, пока оставшиеся якудза были заняты мокрым и разъярённым товарищем, скрылись в переулках.

***

Они шли по узким переулкам, пропитывавшимся запахами жареного мяса, дыма и сырости. Макс пару раз оглядывался назад, но казалось, что их преследователи больше не пытались их догнать. Он мельком взглянул на Рюсукэ, который шагал рядом, засунув руки в карманы, явно не особо желая говорить. — Так что у тебя за тёрки с этими парнями? — спросил Макс, разрывая тишину. Рюсукэ скосил на него взгляд, помолчал и тяжело вздохнул. — Долгая история, — бросил он. — У меня времени навалом. — Да не думаю, что тебе это вообще интересно. — Я же спросил, не так ли? — Макс посмотрел на него. Рюсукэ хмыкнул и несколько шагов шёл молча. Видимо, что-то внутри него боролось — стоит ли рассказывать или нет. Наконец, он заговорил: — Раньше я был связан с одним кланом. Не совсем членом, но достаточно близко, чтобы считать, что я часть семьи. Но потом… потом я облажался. — Как? — Поверил не тем людям. Сделал ставку не на тех. И они меня кинули. Я оказался крайним. Макс кивнул, не задавая лишних вопросов. — Теперь ты не с ними? — Нет. Но этого прошлого не стереть. У якудзы долгая память. Если я попадаюсь на глаза им, проблемы гарантированы. — Понимаю, — спокойно сказал Макс. Рюсукэ на секунду удивлённо посмотрел на него, будто ожидая насмешки или осуждения, но ничего такого не последовало. — Ты не станешь говорить, что сам виноват? — Я сам не раз делал ставку не на тех людей, — ответил Макс, пожав плечами. — Так что не мне тебя судить. Они ещё некоторое время шли в молчании. В конце концов, Рюсукэ усмехнулся: — Ты не так уж плох, Макс. — Это ещё под вопросом, — хмыкнул Макс. Рюсукэ лишь покачал головой, продолжая вести его дальше по переулкам, к неизвестному месту. Он внезапно замедлил шаг и скосил на Макса взгляд: — А вообще, нормально, что ты оставил девчонку одну? Макс даже не сразу понял, о чём тот говорит, но затем до него дошло. — Эльзу? — переспросил он, не изменившись в лице. — Ну да. Если я правильно понял, то она с тобой. Или уже нет? — Она в безопасности, — уверенно ответил Макс. Рюсукэ хмыкнул: — Ну-ну. Ты вообще знаешь, где она сейчас? Макс промолчал. Он был уверен, что успеет разобраться со своими делами до того, как Эльза очнётся от того, что с ней произошло на площади. Всё же она была без сознания, когда он уходил, и у неё не было причин в ближайшее время шататься по улицам. Но чем больше он думал об этом, тем сильнее в нём росло тревожное ощущение. Эльза не из тех, кто может долго сидеть на месте. Она могла проснуться раньше, чем он рассчитывал, а если её любопытство возьмёт верх… Макс скрипнул зубами. Он не хотел признаваться даже себе, но его действительно беспокоило, куда она может деться. — Да ладно, не смотри на меня так, — заметил его напряжённое выражение Рюсукэ. — Я просто спросил. — Всё под контролем, — буркнул Макс, но уверенности в голосе поубавилось. Рюсукэ ухмыльнулся: — Ну-ну. Тогда пошли быстрее, пока ты ещё сам в это веришь. Макс задумчиво посмотрел на Рюсукэ, пока они шли по узким улочкам, освещённым тусклыми фонарями. Он, конечно, следовал за ним, но не мог не задаться вопросом: куда именно его ведут и кто тот человек, которого они должны встретить? — Так, а кто этот человек, к которому ты меня ведёшь? — наконец спросил он, взглянув на спутника. Рюсукэ чуть повернул голову, словно раздумывая, стоит ли отвечать. — Его зовут Окамото, — сказал он после короткой паузы. — И чем он занимается? — Он… скажем так, занимается разными делами. Иногда полезными, иногда не очень, но у него есть связи. Особенно с теми, кто предпочитает не светиться. Макс прищурился. — И чем он полезен нам? Рюсукэ вздохнул: — Он может знать кое-что о Бертольде. Люди вроде него всегда слышат больше, чем кажется. Макс переварил информацию. Связи в подполье, знание о людях, которые не хотят, чтобы их находили… Всё это звучало полезно, но одновременно вызывало подозрение. — Ты ему доверяешь? — задал он новый вопрос. Рюсукэ неопределённо пожал плечами: — Доверяю ли я ему? Скорее, знаю, как с ним работать. Он не делает ничего просто так. Если он нам что-то скажет, значит, он уже решил, что ему это выгодно. Макс хмыкнул. — То есть ты меня ведёшь к проходимцу. — Ну, а ты кого ждал? Полицейского? Макс не ответил, лишь усмехнулся краем губ. — Ладно, — сказал он после небольшой паузы. — Посмотрим, что это за человек. Рюсукэ кивнул и ускорил шаг, явно желая быстрее добраться до места. Макс же шёл следом, всё ещё размышляя, во что именно он ввязывается.

***

Рюсукэ и Макс наконец дошли до места. Это был небольшой чайный домик, на первый взгляд ничем не примечательный, но Макс сразу понял — место не из дешёвых. Традиционная японская архитектура, спокойный сад внутри с фонариками и миниатюрным прудом, в котором плавали карпы. Но главное было не это, а атмосфера. Люди здесь двигались с той расслабленной уверенностью, которая бывает у тех, кто знает, что их никто не тронет. Окамото ждал их в задней комнате, куда их провёл один из слуг. Он сидел на татами, перед ним стоял столик с пиалой чая. Это был мужчина средних лет, с умными глазами и ухоженной сединой в волосах. Он внимательно посмотрел на гостей, потом кивнул Рюсукэ. — Давно не виделись, — произнёс он спокойным, почти ленивым тоном. — И кто это с тобой? Рюсукэ сел напротив, Макс последовал его примеру, хотя сидеть на полу ему явно не нравилось. — Это Макс, — коротко ответил Рюсукэ. Окамото смерил Макса взглядом, потом усмехнулся. — Гайдзин, а у тебя, Рюсукэ, всё более странные знакомства. Ну что ж, говорите, зачем пришли. Рюсукэ не стал ходить вокруг да около: — Нас интересует Бертольд. Говорят, он задолжал кому-то очень серьёзно. Окамото кивнул. — Да, это так. Он влез в долги перед семьёй Такаги. И, знаешь, я бы даже сказал, что ему очень не повезло. — Чем именно? — поинтересовался Макс. Окамото хмыкнул и поставил чашку на стол. — Такаги — это не просто якудза. Они, конечно, часть клана, но… не такие, как остальные. Большинство семей играют по правилам, даже если эти правила жестокие. Но Такаги — нет. Они особенные. Макс скрестил руки на груди. — Что значит “особенные”? Окамото откинулся назад, чуть улыбаясь, будто наслаждаясь их неведением. — Это старый клан, очень старый. Есть слухи, что их предки были не просто воинами, а чем-то большим. Они увлекаются старинными ритуалами, мистическими практиками… Скажем так, их интересуют не деньги и не влияние. Их интересуют знания. Макс недоверчиво поднял бровь. — Знания? Окамото кивнул. — Да. Они ищут тайны, изучают то, что большинству покажется сказками. И если они преследуют Бертольда, значит, у него есть что-то, что их интересует. — Может, они просто хотят выбить из него деньги? — скептически спросил Макс. — Вряд ли, — покачал головой Окамото. — Они не такие. Если бы им нужны были деньги, они бы уже давно его убрали. Но они его ищут. А значит, он им нужен живым. — И что делать? - спросил Рюсукэ Окамото посмотрел на него, затем на Макса. — Найдите его раньше, чем они. Потому что если Такаги его найдут, то ваш Бертольд либо исчезнет, либо заговорит только тогда, когда они этого захотят. И уверяю вас… вам это не понравится. Макс подался вперёд, скрестив руки на груди и уставившись на Окамото: — Где его искать? Окамото с лёгкой улыбкой поднял чашку чая и неторопливо сделал глоток, словно решая, как лучше ответить. Затем, отставив чашку, он наклонился ближе: — Информация — товар, мой друг. Особенно в такие неспокойные времена. Макс прищурился. Он уже встречал подобных типов: спокойных, самоуверенных, которые понимают свою ценность и наслаждаются моментом, когда кто-то в них нуждается. — Сколько? — прямо спросил он. Окамото усмехнулся. — Деньги — это скучно. Мне интересно кое-что другое… Он наклонился ещё ближе, и Макс почувствовал лёгкий аромат чая и табака. — Например… ты ведь пришёл сюда не просто так, верно? Я слышал кое-что любопытное. Про девчонку. Макс мгновенно напрягся. В его голове прозвенел тревожный звон. — Что ты сказал? Окамото безмятежно улыбнулся: — Девчонку. Ту, с которой ты был на площади. Рюсукэ тоже вздрогнул, посмотрев на Окамото с непониманием. — Подожди… ты знал? Окамото лишь с лёгким удовольствием наблюдал за их реакцией. — Конечно. Район маленький, слухи разлетаются быстро. А ещё я знаю, что за ней уже идут. Макс почувствовал, как в груди словно сжался кулак. — Кто? Окамото пожал плечами. — Это уже другой вопрос. Макс сжал зубы. Он не любил, когда с ним играли. — Скажи. Сейчас же. Окамото спокойно посмотрел на него, оценивая, насколько далеко Макс готов зайти. — Я мог бы… но тогда мне нужна гарантия, что вы мне окажете услугу в будущем. Рюсукэ выругался, а Макс нахмурился. Он ненавидел такие сделки, но выбора у него не было. Если Эльза в опасности, он не мог позволить себе медлить. — Чёрт с тобой. Говори. Окамото кивнул, довольный. — Бертольд скрывается в одном месте, но теперь я не уверен, что это твой главный приоритет. Макс сжал кулаки. Ему срочно нужно было решить, что делать в первую очередь.

***

Эльза всё ещё чувствовала слабость во всём теле. Голова была тяжёлой, а в груди ощущалась странная пустота, словно часть её сил куда-то вытянули. Она не знала, сколько времени прошло с того момента, как она потеряла сознание, но постепенно её зрение начало проясняться. Шаги. Кто-то был рядом. С трудом подняв веки, Эльза увидела размытый силуэт. Высокий, тёмная фигура, знакомая… «Макс?» Она попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Макс, казалось, подошёл ближе. Эльза слабо улыбнулась — он вернулся. Конечно, он бы не оставил её. Но что-то было не так. Его походка… слишком расслабленная. И осанка не та. Да и голос, когда он заговорил, оказался чужим: — Что ж, ну и девчонку вы тут нашли. Эльза моргнула. Нет, это был не Макс. Перед ней стоял мужчина в тёмном костюме и очках-авиаторах. Самоуверенная ухмылка, руки в карманах, а за спиной ещё трое человек — в костюмах, но не те, кого она знала. — Хм. Даже не сопротивляется, — удивлённо произнёс один из офицеров, глядя на Эльзу сверху вниз. — Может, думает, что ещё спит? — предположил другой, слегка склонив голову. — Или просто сдалась, — усмехнулся третий. Юки Куросава, заместитель главы семьи Такаги, наклонился к ней ближе, всё ещё не убирая рук из карманов. — Сдаётся мне, тебе сейчас плевать, кто перед тобой, да? — сказал он с ухмылкой. — Ну, ничего, девочка. Мы пришли не для того, чтобы причинять тебе вред. Скорее наоборот. Эльза всё ещё не могла прийти в себя. Голова кружилась, но ей хватило сил, чтобы наконец выдавить: — Кто… вы?.. Юки ухмыльнулся шире: — О, точно, где мои манеры. — Он сделал театральный жест. — Юки Куросава, заместитель главы семьи Такаги. А это мои ребята. Офицеры за его спиной молча кивнули. — Мы искали одного человека, а нашли кое-что интереснее, — добавил Юки, снова выпрямляясь. Эльза сглотнула, с трудом приходя в себя. — Где… Макс? Юки слегка приподнял брови из-за её вопроса, а затем фыркнул: — О, так ты о нём беспокоишься? Как мило. Но не переживай, он тоже скоро узнает о нас. Эльза попыталась приподняться, но ноги не слушались. Один из офицеров с сомнением посмотрел на Юки: — Она сейчас даже стоять не может. Ты уверен, что она нам полезна? Юки кивнул, поправляя очки: — Более чем. Девочка явно не простая. Да и… мне уже интересно, что она знает. Он снова посмотрел на Эльзу, сложив руки на груди. — Ну что, крошка, ты идёшь с нами. Хоть в этом ты не против? Эльза поняла, что у неё нет выбора. Юки слегка наклонил голову, наблюдая, как Эльза с трудом пытается сфокусировать взгляд. — Да уж, — усмехнулся он. — Вид у неё совсем никакой. — Она вообще понимает, что происходит? — тихо спросил один из офицеров, с сомнением глядя на девушку. — Не думаю, — ответил другой. — Ну и прекрасно, — заключил Юки, щёлкнув пальцами. — Забираем её. Один из офицеров шагнул вперёд, осторожно подхватывая Эльзу на руки. Она даже не сопротивлялась, голова её безвольно склонилась к плечу мужчины. Тот ощутимо напрягся — словно не ожидал, что она будет такой… лёгкой. — Чёрт, она же совсем девчонка, — пробормотал он. — Что, не привык таскать слабых на руках? — с ухмылкой спросил Юки, поправляя очки. Офицер промолчал, но его взгляд оставался напряжённым. — Не тяни время, идём, — бросил другой, направляясь к выходу. Они быстро покинули помещение, двигаясь к ожидавшему их автомобилю. Эльза чувствовала движение, но не могла ясно осознать, что происходит. Размытые силуэты, приглушённые голоса… Всё вокруг плыло. Её осторожно усадили на заднее сиденье машины, а затем двери захлопнулись. Юки устроился рядом, закинув ногу на ногу. — Ну что, поехали, — скомандовал он водителю. Автомобиль плавно тронулся с места. Офицеры, сидевшие напротив, снова взглянули на Эльзу. — Совсем никакая, — пробормотал один из них. — Тоже мне, добыча, — хмыкнул второй, но без особой насмешки. Скорее с некоторой… неловкостью. Юки лишь усмехнулся. — Вы бы видели себя, — заметил он. — Что, совесть проснулась? Офицеры переглянулись, но ничего не ответили. Тем временем Эльза слабо пошевелилась, будто пытаясь что-то сказать, но слова застряли у неё в горле. — Не напрягайся, девочка, — спокойно произнёс Юки, откидываясь на спинку сиденья. — Скоро ты узнаешь, зачем мы тебя забрали.

***

Макс сжал кулаки, его лицо исказилось от злости. — Чёрт… — выдавил он, тяжело дыша. — Я сам привёл её в это дерьмо. Рюсукэ покосился на него, явно понимая, что сейчас Максу лучше не перечить. — Спокойно, — сказал он. — Мы пока не знаем, что случилось. — Да? — Макс резко развернулся к нему. — А если они уже увезли её? Если с ней что-то сделали? Рюсукэ посмотрел ему в глаза. — Тогда мы это узнаем. Но орать сейчас — пустая трата времени. Макс сжал челюсти, но ничего не ответил. В этом проклятом логике Рюсукэ был прав. Окамото, всё это время спокойно наблюдавший за сценой, лениво сложил руки на груди. — Ой-ой, какие страсти, — произнёс он. — Но давай сразу кое-что проясним, Гайдзин: я вас не сдавал. Макс резко обернулся к нему. — Какого чёрта мне тебе верить? Окамото развёл руками. — А с чего бы мне вообще вас сдавать? Вы не настолько важные люди, чтобы мне рисковать связями. — Неужели? — Макс прищурился. — Да, — кивнул Окамото. — Если бы я захотел продать вас, поверь, ты бы об этом не узнал, потому что был бы уже в мешке с камнями. Макс снова сжал кулаки, но промолчал. Окамото, чёрт бы его побрал, говорил логично. — Мы тратим время, — вмешался Рюсукэ. — Если она действительно у них, надо понять, куда её могли увезти. — Ну, — Окамото с улыбкой провёл пальцем по подбородку, — тут уже зависит от того, насколько дорого ты готов заплатить за эту информацию. Макс сжал зубы. Он не собирался торговаться, но Окамото явно не собирался просто так давать ему информацию. — Ты, кажется, забыл, что Бертольд тоже может быть в опасности, — лениво напомнил Окамото, покачивая головой. — Да плевать мне на него! — рявкнул Макс. — Мне нужна Эльза! Окамото ухмыльнулся, покачивая головой, словно наблюдал за капризным ребёнком. — Какая преданность, трогательно, — заметил он с ноткой сарказма. — Но информация стоит денег, Гайдзин. Макс на секунду замер, затем, не говоря ни слова, засунул руку в карман и вытащил небольшой предмет. Окамото поднял бровь, когда Макс бросил его на стол. — Что это? — Ценная штука, — ответил Макс, скрестив руки на груди. Окамото взял предмет, осмотрел его. Это был старый, но весьма редкий медальон с гравировкой, сделанной вручную. Дорогая работа. Окамото сузил глаза. — И где же ты это взял? — Нашёл, — сухо ответил Макс. На самом деле он вытащил его из тайника Банды Кроликов, когда ещё копался в вещах, оставленных ими. Ему эта вещь была без надобности, но теперь она могла спасти Эльзу. Окамото продолжал изучать медальон, его ухмылка слегка угасла. — Должен признать, ты умеешь удивлять, — пробормотал он, затем с нажимом сказал: — Но я ненавижу, когда мне подсовывают ворованные вещи? Макс чуть склонил голову в сторону. — Но ведь ты всё равно их возьмёшь. Окамото издал короткий смешок. — Верно, — он покрутил медальон в пальцах, затем убрал в карман. — Ну что ж… ладно. Макс напрягся. — Где она? Окамото бросил взгляд на Рюсукэ, затем снова посмотрел на Макса. — Они увезли её в штаб семьи Такаги. Если тебе повезёт, ты успеешь её найти, пока они не решили, что с ней делать. — Адрес? Окамото усмехнулся. — А вот тут тебе придётся немного постараться. Их несколько, но я слышал, что на южной стороне, недалеко от порта, недавно привезли какого-то «гостя». Возможно, это она. Макс кивнул, в голове уже выстраивая план. Он повернулся к выходу, но Окамото остановил его. — Эй, Гайдзин. Макс обернулся. — Да? Окамото наклонился вперёд, глядя ему прямо в глаза. — Если ты собираешься туда, не делай глупостей. Такаги — не та семья, с которой стоит шутить. Макс с Рюсукэ ушли, шаги их затихли за дверью. В комнате воцарилась тишина, но ненадолго. Из соседней комнаты, почти бесшумно, вышел мужчина. Окамото скривился, глядя на вошедшего. — Чёрт возьми, — выдохнул он, проводя рукой по лицу. — Ну вот, сделал, что ты хотел. Доволен? Инквизитор стоял спокойно, чуть склонив голову набок. Его тонкие губы изогнулись в слабой тени улыбки. — Теперь мы квиты, — сдержанно произнёс он. Окамото коротко усмехнулся, качая головой. — Ну и отлично. Я не люблю быть в долгу. Он взглянул на мужчину оценивающе, прищурив глаза. — Но мне всё же интересно, зачем это всё было. Ты мог бы просто взять Бертольда, без всех этих театральных манёвров. Инквизитор чуть склонил голову, делая вид, что раздумывает. — Иногда отвлечение — лучшее оружие, — мягко произнёс он. Окамото нахмурился. — Так значит, этот Макс… Инквизитор слегка кивнул. — Он не должен был мешать. Окамото выдохнул. — Ну-ну… Значит, Бертольду конец. — Уж будь уверен, — равнодушно ответил Инквизитор. На секунду между ними повисла тишина, затем Окамото с улыбкой развёл руками. — Ну и прекрасно. Надеюсь, в следующий раз ты придёшь ко мне по более приятному поводу. Инквизитор слегка склонил голову, затем развернулся и скользнул обратно в тень коридора, исчезая так же тихо, как и появился.

***

Эльза лежала на мягком, но незнакомом ложе. Голова гудела, веки будто налились свинцом, а всё тело оставалось слабым, словно её высушили изнутри. Она пыталась собраться с мыслями, но сознание уплывало в мутной, вязкой пустоте. Страх подкрадывался из глубин, холодными пальцами сжимая сердце. Где Макс? Где она сама? — Чёрт, а вдруг мы схватили не ту? — голос был молодой, немного нервный. — Перестань. Нам ясно сказали, кого брать, — другой голос звучал жёстко, уверенно. — Да? Смотри на неё! Ты уверен, что это та, кто нужна боссу? — Её нашли там, где надо, и она выглядит, как описали. Чего ты ещё хочешь? — Ну-у… — молодой офицер замялся. Эльза чувствовала, как кто-то подошёл ближе. Она попыталась повернуть голову, но даже это движение далось с трудом. — Да она совсем дохлая… — пробормотал тот же молодой голос. Он наклонился, пытаясь разглядеть её лицо. — Она даже не двигается… — Может, её чем-то отравили? — с сарказмом предположил третий, более ленивый голос. — А если да? — паренёк вдруг заволновался. — Мы что, труп притащили?! — Придурок, она дышит, — буркнул суровый офицер. Но молодой явно не успокоился. Он протянул руку и осторожно коснулся её плеча. Эльза вздрогнула. Невнятный стон сорвался с её губ. Парень отпрыгнул, будто его ужалила змея. — Чёрт! Я ей больно сделал?! — Ну ты даёшь, — саркастично фыркнул ленивый. — Только не говори, что тебе жалко эту девчонку. — Да просто… — молодой запнулся, всё ещё растерянный. Суровый офицер тяжело вздохнул. — Ладно. Разберёмся, когда она очнётся. А сейчас — просто ждём. Разговор стих, но присутствие этих людей висело в воздухе, давило. Эльза не могла пошевелиться, не могла говорить. Только слушать, ловя обрывки фраз. Она была в чужом месте. И совсем одна. Дверь в помещение распахнулась, и внутрь уверенно вошёл Юки Куросава. Его тёмные очки-авиаторы скрывали взгляд, но ухмылка на лице говорила сама за себя — он был доволен тем, как идут дела. — Ну что, господа, всё идёт по плану, — с самодовольной лёгкостью произнёс он, хлопнув в ладони. Все трое офицеров у кровати Эльзы замолчали и обернулись. — Скоро сюда прибудет сам господин Такаги. И с ним… важный гость, — он выдержал паузу, растягивая интригу. — Так что не облажайтесь. — О, сам господин Такаги… — протянул саркастичный офицер, лениво почесав затылок. — Это он так заинтересовался девчонкой? Юки кивнул. — Именно. Так что с этого момента она — объект повышенной важности. Суровый офицер чуть нахмурился. — Ты хочешь, чтобы мы стояли над ней, как няньки? — Что-то вроде того. — Юки снисходительно пожал плечами. — Половина остаётся здесь, половина — снаружи. Нам нужно, чтобы всё было чисто и тихо. В этот момент в комнату вошли ещё трое офицеров: пухлый мужчина с круглым лицом и немного наивным взглядом, молодой, но более мрачный и сосредоточенный парень, и крепкий, добродушного вида мужик с густыми бровями. — Мы готовы, — сказал добродушный, оглядев всех. — Отлично, — Юки окинул их взглядом. — Ты, — он кивнул пухлому, — и ты, — теперь его взгляд упал на хмурого парня, — собирайте людей и усиливайте охрану. Гостям нужна спокойная обстановка. Пухлый кивнул, но нерешительно почесал голову. — А что насчёт… учёного? Бертольда? Мы должны его тоже искать? Юки отмахнулся. — Забудь о нём. Сейчас у нас другие приоритеты. Хмурый офицер сузил глаза. — То есть ты просто так оставишь его бегать? — Не задавай лишних вопросов, — отрезал Юки. — Делай то, что говорят. Тот недовольно поджал губы, но ничего не сказал. Юки довольно усмехнулся. — Вот и славно. Теперь — за работу, господа. Мужчины начали расходиться по местам, оставляя Эльзу под присмотром саркастичного офицера и молодого парня. Комната постепенно наполнялась тишиной, нарушаемой лишь едва слышным дыханием лежащей девушки. Молодой офицер, всё ещё глядя на Эльзу, тяжело вздохнул: — А что, если она очнётся и начнёт паниковать? Нам придётся её удерживать? Саркастичный усмехнулся и лениво прислонился к стене, скрестив руки на груди: — Ну, мы ведь не варвары какие-нибудь. Может, просто поговорим с ней, а? — Ты серьёзно? — Молодой недоверчиво взглянул на него. — Она же… явно не по своей воле тут оказалась. — Ну, если начнёт сильно брыкаться, у нас есть способы, — саркастично протянул тот, пожав плечами. — Не кипишуй, разберёмся. Молодой нахмурился. — Ты говоришь так, будто у нас в руках не живой человек, а какая-то вещь. Саркастичный лишь усмехнулся и хлопнул его по плечу. — Расслабься, парень. Всё будет нормально. Молодой посмотрел на Эльзу с явным беспокойством, но ничего не ответил.