Моменты раннего утра (макне-лайн)

Хан • “Мне приснился сон о тебе”. Джисон приподнимается с твоей груди, телевизор тихо работает на заднем плане, показывая какой-то мультфильм: “Я был сексуальным?” “Ты мне изменил”. • Он драматично вздыхает, но не двигается, слишком комфортно, пока ты продолжаешь проводить пальцами по его свежеокрашенным волосам, почти убаюкивая его. • Ты хихикаешь, целуя его в макушку и превращаясь в лужу, когда он начинает оставлять мокрые поцелуи на твоей шее, извиняясь или, скорее всего, пытаясь отвлечь тебя от того, как он вел себя во сне. Это сработало, потому что ты пару раз теряла ход мыслей, прежде чем снова смогла заговорить, закрыв глаза. • “Ты был очень подлым, на самом деле”. Джисон мычит тебе в шею, облизывая кожу, прежде чем его поцелуи движутся вниз, к твоим ключицам, теплые руки держат тебя за талию, прикосновения приятно обжигают сквозь тонкую одежду. • “Прости, детка”. Он приподнимает голову, подбородок упирается прямо тебе в грудь, а его глаза сверлят тебя со знакомой интенсивностью. “Пожалуйста, позволь мне все исправить”. • Вот что он говорит, но через десять минут поцелуев и ласки тел друг друга его голова устало падает на прежнее место на твоей груди, и вы оба отключаетесь, как свет. Тепло и пасмурная погода раннего утра накладывают чары сна на ваши тела и удерживают вас в постели еще на три часа Феликс • Ты не была жаворонком, это был общеизвестный факт для всех в твоей жизни. Особенно для твоего парня, который обычно не спал, чтобы составить тебе компанию, болтая часами и хихикая под одеялами, пока вы оба не отключились как раз в тот момент, когда луна скрывалась за горизонтом. • Итак, ты более чем озадачена, когда одним очень ранним утром чувствуешь, как теплая рука ласкает твою щеку, а затем мягкие губы осыпают каждый сантиметр твоего лица поцелуями, похожими на перышки, уговаривая тебя проснуться. • “Малышка”, - зовет его глубокий голос, чуть громче шепота, чтобы не напугать тебя, на этот раз оставляя поцелуй в уголке твоих губ, - “Проснись, ангел”. • Ты морщишься, не открывая глаз в знак протеста, и пытаешься отвернуться от него, пока не чувствуешь, как кровать прогибается, а его рука в твоих волосах нежно массирует кожу головы. Феликс пытался тебя разбудить или снова усыпить? Уверена, что он был так же сбит с толку. • Когда он снова наклоняется, нависая над тобой, твои руки взлетают и сцепляются у него на шее, быстро опуская его вниз и сталкивая ваши носы. Ты видишь, как его глаза расширяются, он резко вдыхает, когда понимает, что ты собираешься сделать, и в последнюю секунду уклоняется от поцелуя, вместо этого ты приземляешься губами на его скулу. • Сонная и сварливая от того, что тебя разбудили так рано, надуваешь губы, расслабляясь под его тяжестью, когда его грудь прижимает твою. “Поцелуй меня!” Феликс усмехается и качает головой, руки по обе стороны от твоей головы поддерживают его. “Нет, пока ты не проснешься и не присоединишься ко мне на кухне”. Как только он видит, что ты качаешь головой и пытаешься снова поцеловать его, он добавляет. “У меня есть сюрприз!” • Ну почему он не сказал этого с самого начала? Ты отпускаешь его, но он не сразу отходит, улыбаясь до ушей, прежде чем поцеловать тебя в лоб и одним быстрым движением поднять тебя с кровати, сильные руки у тебя под коленями, он хихикает и бежит на кухню, лицо сияет, когда улыбка наконец-то украшает твое лицо Сынмин • Каждое утро Сынмин обязательно просыпался первым, тянулся к тебе, чтобы прижать твое тело к своей груди и обнимать до тех пор, пока ты не делала то же самое, просто лежал рядом, потому что он не хотел, чтобы ты просыпалась одна. • Вот почему, когда ты проснулась раньше обычного, его подбородок лежал на твоем плече, а горячее дыхание касалось твоей щеки, ты, не колеблясь, повернулась и натянула одеяло повыше, чтобы убедиться, что вам обоим удобно среди множества подушек. • “У тебя холодные ноги”. Но Сынмин не отвечает, ваши ноги переплетены, а тело все еще приклеено к твоему, как будто он никогда не хотел отпускать тебя, не мог. Ты украдкой оглядываешься через плечо и видишь, что его глаза закрыты, длинные ресницы целуют верхнюю часть щек, пока он глубоко спит. Впервые с тех пор, как ты его знаешь, Сынмин не улыбнулся в знак приветствия, когда ты проснулась, он все еще крепко спал, как будто это была самая обычная вещь в мире. • Это было немного странно, но твое сердце таяло, когда ты наблюдала за ним, восхищаясь его профилем и умиротворенным выражением лица, когда морщинка между бровями исчезала, когда страна грез заботилась о нем. • У тебя никогда не было шанса сделать это: проснуться первой и дать волю своим мыслям. Пока ты сопротивляешься желанию сжать его щеки и покрыть поцелуями все его лицо, любовь изливается с опасной скоростью, угрожая задушить его в любой момент. Не то чтобы Сынмин был против, он слишком сильно тебя обожает, чтобы позволять тебе делать все, что тебе заблагорассудится. • Как можно осторожнее, одна из твоих рук опускается вниз и переплетает ваши пальцы, нежно прижимая ваши соединенные ладони к груди, в то время как ты прижимаешься к нему еще сильнее, наслаждаясь каждым мгновением, довольная тем, что у вас есть больше времени для объятий Чонин • “Ты знал, что разговариваешь во сне? ” — бормочешь ты ему в шею, жмурясь, пытаясь спрятаться от противного солнечного света, который грозит унести твоего возлюбленного с началом нового дня. • Чонин смеется, не веря своим ушам: “Нет! У меня было бесчисленное множество соседей по комнате, и никто из них никогда не жаловался на то, что я болтаю во сне”. Он нежно бодает тебя головой, почти как кот, и прижимается ближе, тоже обеспокоенный солнцем, но слишком ленивый, чтобы встать и задернуть шторы, о которых он забыл прошлой ночью. • “Я не жалуюсь”, - подняв глаза, ты прерывисто вздыхаешь, и слегка целуешь его в нос, улыбаясь, когда он морщится от притворного раздражения, зная, что твой парень любит утренние объятия так же сильно, как и ты. “Я действительно думаю, что это довольно мило”. • Он закатывает глаза, большой рукой рисуя круги на твоей спине под одеялом, успокаивая тебя в попытке заставить вас обоих снова заснуть. Утро было не его коньком, и он действительно не хотел оставлять тебя, более липкую, чем обычно. Кровать была такой теплой, а ты была такой мягкой и пахла так приятно, как он мог подумать о том, чтобы куда-то уйти? Не то чтобы он когда-либо признался бы в этом вслух. • “Что я сказал?” - он решает развлечь тебя, вытягиваясь всем телом, прежде чем накрыть тебя одеялом с головой и обнять, поворачиваясь на бок, чтобы вы оказались лицом к лицу. Ты замираешь, на мгновение завороженная его красотой, растрепанные волосы и опухшие глаза только делают его еще более очаровательным в твоих глазах. Проведя по нижней губе, он морщит их, чтобы нежно поцеловать твой палец. “Я не знаю, я не говорю на языке бреда”. • Он стонет, сожалея о том, что спросил, и прячет лицо в подушку. “Ты тоже храпишь”. “Я не храплю!”