Часть 5

Пик... Пик... Пик... Сознание возвращалось плавно и неторопливо. Сначала до меня начали доходить звуки работающей аппаратуры, а сразу же следом противные крики птиц и, как ни странно, самый обычный городской шум, от которого я уже даже успел отвыкнуть за время жизни в деревне. Ощущение жжения на лице сначала вызвало непонимание и страх, но через пару минут до меня дошло, что это проказничает летнее солнце, пытаясь пробиться через закрытые веки к бедным глазным яблокам. И только после этого я окончательно пришел в себя. Много раз читал о том, как крутые попадуны ещё час после пробуждения бревном лежат на койке и выслушивают злобные планы всяких злобных злыдней, которым ну прям кровь из носу надо бедного попадуна забороть, но только позже, когда он уже будет здоров и способен нормально сопротивдяться, но я, видимо, крутой не особо, потому что, стоило только мне осознать себя, как нестерпимо захотелось осмотреться и понять, где именно я оказался. Чувство самосохранения выло благим матом на все пространство моей тупой черепушки. Отказывать ему я не стал. В прочем, ничего особо полезного я узнать не смог. Передо мной предстала самая обыкновенная больничная палата - кровать, тумба, немного аппаратуры, капельница. Одно время, я в таких чуть не прописался, пока тупорогие врачеватели вокруг меня хороводы плясали и пытались понять, что же я им такое принёс интересненькое. Пневмонию они, сука, первый раз видели. Единственное отличие - подозрительно целое...Всё. Ровный, белоснежный потолок; на полу линолеум без единого разрыва; стены не обшарпанные и даже не разрисованные тупыми детишками очередных яжматерей. Слишком все это...слишком. Чем бабка свою картошку поливает? Поллонием? Конкретно меня, однако, накрыло, если не хватило обычной больницы. - Вы пришли, наконец, в себя, молодой человек. - Прозвучал голос из ещё даже не до конца открывшейся двери, в которой только через пару секунд показалось гладко выбритое лицо типичного такого врачевателя. Нет, серьезно, а если бы я ещё спал? Он бы просто сделал вид, что ничего не было? - Да, именно так бы и сделал. - Улыбнулся этакой доброй улыбочкой вра... - Что?.. - Только через очень долгую секунду до меня дошло, что именно сделал этот безобидно выглядящий дядюшка. - А вы на удивление проницательны, юноша. - Улыбнулся он чуть шире. А я же... начал изо всех сил вспоминать самое жёсткое хентай порево, которого за свою жизнь успел посмотреть приличное такое количество. Как смешно в этот момент перекосило его лицо, хе-хе. - Ладно, я понял намёк. - Смиренно прикрыл он глазки, облокотившись на стену. - Прошу прощения. Больше не повторится. Судя по всему, эта его способность неслабо подъедет ментальных сил, потому что дедок начал сереть прямо на глазах. Ну, или не ментальных, а еще каких. Суть-то не в том. Появились долбанные менталисты! И ещё это был не трип картошкой, да. - Где я? - Задаю вопрос мозгососу, пристально вглядываясь в его наглые глазёнки. Со стороны, наверное, я даже выгляжу уверенно и круто - злобный взгляд, сомкнутые губы и постоянно играющие желваки, но вот на деле холодный пот, с момента пробуждения, гуляет по всему телу только так. Мне страшно. Нереально страшно. Все события прошедших дней обрушились на меня единым потоком воспоминаний сразу после пробуждения, но, словно по закону подлости, мир подкидывает ещё и ещё. Драный менталист! Человек, способный читать мысли и, по другим источникам, в роли которых выступают гигабайта прочитанных книг, воспоминания. Что произойдёт, если стадо поехавших школьников с суперсилами узнает, что есть такой из себя красивый я, который, чисто теоретически, может перемещаться в мир аниме? Да, все верно. Меня просто порвут. - Вы в больнице, молодой человек. - Вырвал меня из мыслей о незавидной судьбе старый врач. - Не стоит так сильно переживать. Вашему состоянию ничего не угрожает. - А с чего бы?.. А, это он обратил внимание на безумно пикающий аппарат. Да, сердечко у меня сейчас пляшет на ребрах смачную такую чечетку. - Сколько я здесь... - Попытался было я перехватить обратно главенство в диалоге, но был перебит. - Давайте, чтобы не усложнять, я просто расскажу вам, что произошло, хорошо? - Предложил он...на удивление здравую идею. И снова улбнулся. Позитивный дядька - Седьмого числа этого месяца, то есть четыре дня назад, вы неожиданно возникли перед соседкой, которая заглянула к вам домой, чтобы вернуть украденную её коровой простынь, весь в крови и с ножом в животе... - Он говорил ещё и ещё, но я уже не особо его слушал. Я смог вернуться. Сам. В критический момент, когда я уже мало что осознавал и не мог себя контролировать, я переместился обратно домой. Причём, если верить словам врача, ровно в тот же самый момент, когда и исчез. А ещё, мне просто ахренеть, как повезло. Приди соседка немного позже, опоздай скорая на вызов, появись на дороге хоть одна пробка и... некий Александр Котов перестал бы существовать. Аппарат начал пиликать совсем уж раздражающе громко и Николай Петрович, ненадолго прервавшись, решил его отключить. Все равно смысла в нем больше нет. После чего, поняв, видимо, что пресловутый покой, который так необходим всем пациентам, он нарушил уже прям с избытком и быстренько слинял, наказав отдыхать и восстанавливаться. Я единственное что и успел - это крикнуть ему, что мне нужен телефон. Не знаю даже услышал ли он меня. Что-то мне подсказывает, если я решу начать по этому поводу разборки, влетит ему за такое знатно. Но делать я этого, конечно же, не буду. У меня есть и куда более интересные занятия. Пора бы уже разобраться с этой странной силой. И отомстить той ублюдской крысе.