Кьяра

      Кьяра Лобоска слишком часто улыбается. И не застенчиво как обычно с грустью в глазах. Кажется, на мгновение её глаза тоже озаряются светом. Тонкс замечает в её руках пергамент и перо. Ага!       Несколько дней назад Кьяра тоже улыбалась, глядя в пергамент. Значит, это какое-то письмо. Кому она всё-таки пишет?       В пуффендуйской гостиной достаточно светло, чтобы можно было увидеть буквы, если они там уже появились. А сейчас ещё и слишком мало людей – только первокурсники на пуфиках и староста с книгой в кресле. Остальные пуффендуйцы где-то в замке или на улице. Кьяре тоже бы не помешало выйти на свежий воздух.       Тонкс пытается просто пройти мимо, не задеть и не посмотреть как бы случайно на стол. Не искать глазами какие-то имена в письме, которое Кьяра сейчас закрывает рукой. Заметила? Перо тоже отложила.       «Привет, что делаешь?» – как всегда дружелюбно и непринуждённо начинает Тонкс. Она должна была просто поздороваться и не спрашивать, но вырвалось само. А вообще ей действительно интересно, и вопрос этот совершенно логичен.       «Я… э… кое-что написать хотела… А что, пора уже в большой зал?»       Тонкс делает вид, что не замечает растерянности. Кьяра точно думает о чём-то другом. Очень интересно знать, о чём именно, но мысли других людей читать нельзя. Так могут делать только легиллименты, а Тонкс в жизни их не видела.       «Ещё рано. А вот на солнышко можно уже. На улице так тепло!»       Удивительно, но Кьяра поднимается из-за стола. Обычно её не выманишь на улицу, но обычно она так и не улыбается. У неё происходит что-то хорошее, определённо. Ну подумаешь, это связано с каким-то письмом! Захочет – сама покажет, так ведь?       «Я с тобой!»       И показывать нечего, потому что пергамент остаётся на столе. И Тонкс не нужно быть прорицательницей, чтобы знать – он пуст.       «Уже почти лето».       Да. В замке потеплело и стало намного светлее. И учиться совсем не хочется, пусть экзамены начнутся через две недели.       Всё же нехорошо, что Тонкс отвлекла её от написания письма, но на улицу Кьяра идёт по своей инициативе. И сейчас говорит о том, как ждёт третьего курса, тоже, сама. Там ведь будут прорицания, и этот предмет интересует Кьяру больше ухода за магическими существами и маггловедения. Тонкс тоже немного интересно, но совсем не так.       На следующей неделе Кьяра снова улыбается. На этот раз сова приносит ей письмо, и та прячет его в складки мантии. Тонкс не задаёт вопросов, а продолжает рыться в своих вещах. Почти всё пришлось вывалить на кровать, но вредноскоп куда-то делся. Куда он только мог пропасть из спальни?       «Ты это ищешь?»       Да, конечно, он видимо свалился за кровать, а Кьяра подняла его.       «Спасибо».       Кьяра улыбается и возвращается к себе. Да, безусловно, у неё могут быть секреты. Мама всегда говорила, что у людей могут быть свои тайны. Но они ведь подруги, и хочется верить, что хорошие!       «Что произошло?» – спрашивает Тонкс мысленно и вслух. Ей интересно, ей любопытно, но Кьяра всегда была слишком скрытной. Правда, она хорошо хранит не только свои, но и чужие тайны.       Тонкс снова замечает пергаменты в её руках – Кьяра складывает их сейчас на кровати. Хочет снова задать вопрос, но он виснет в мыслях.       «Извини, я пока не могу рассказать».       Нет, Кьяра не легиллимент, потому что Тонкс только что спросила. Думала что мысленно, но сказала вслух.       «Прости, это наверное не моё дело».       «На самом деле ничего такого, я расскажу… чуть позже». – Кьяра прячет улыбку, а затем прячет пергаменты под подушку. Тонкс очень любопытна, но смотреть не будет. И выходит вслед за ней из комнаты.