Быть честной

АЛЯ

Я пытаюсь как можно более детально изложить местность на бумаге. Здесь был поворот, от него приблизительно три метра до первых сосен. Да, здесь я увидела васильки, они очень напомнили мне о доме. А аромат хвои, как и в детстве, кружит голову. Я отмеряю и перемеряю линейкой по сто раз уже начерченную местность, чтоб не дай бог не ошибиться в подсчетах. Я потом чокнусь все это рисовать заново. Гляжу на часть карты и понимаю, что все это больше походит на симпатичный пейзаж с пометками. - Место встречи с титанами отмечать? - задаю я вопрос командующему, который обложил себя кучей бумаг и отчетов. - Что? - он переспросил, выдёргиваясь из забытья. - Титановое лежбище на карту заносить? - Да, обязательно... - с хрипотцой отмечает он. Затем Смит поглядел на часы и в окно. Сумерки давно уже опустились на лес. Тусклый свет в кабинете говорит о том, что поздно. Тоже гляжу на время: через полчаса отбой. - Вы собираетесь заканчивать? - заглядывает в кабинет Леви, явно утомлённый уборкой. - Мне осталось дорисовать четвёртый квартал и я закончу, капитан. - устало бросаю на него взгляд. Тот переводит глаза на командора. - Не смотри так сурово, Леви, ты же знаешь, что отчёт о вылазке -это вся ночь. - Эрвин вздохнул. Леви снова смотрит на меня и задерживает взгляд. - Хорошо, работайте. И на этом он закрыл дверь, так и не дожидаясь ответа. Я поджала губы и снова легла на пол, с линейкой и карандашами. - Как долго тебе рисовать четвёртый квартал? - задал вопрос Смит - Минут сорок, ну или около… - Как ты смотришь на чашечку чая? Пора бы немного отдохнуть. Я снова вздохнула. Оттянуть время от ночных кошмаров - то, что нужно. - Положительно смотрю. Сейчас заварю. - Не переживай, это мой кабинет, значит ты у меня в гостях. Я заварю. - Командор, мне неудобно - попыталась возразить я, но он остановился рядом и подарил мне добрый уставший взгляд - Я вполне способен заварить две чашки чая. Ты одна из подчинённых, но не одна из рабов. - Какие высокие речи, - тихо усмехнулась я, - ну раз вы настаиваете. Он улыбнулся и вышел. Я посмотрела с высоты собственного роста на собственное творение: вполне неплохо. Села на диванчик перевести дух перед остатком работы. Ворс на диванчике необычайно приятен пальцам, и подлокотник тоже. Я лишь на мгновение прилегла на него. Лишь на мгновение положила голову и... Все было замечательно. Ровное спокойное сердцебиение, мягкий ворс под щекой но... Чертовски затекла шея. Я приоткрыла глаза и потёрла ее ладонью. Понимаю: все еще тускло горит свет, поверх меня что-то тяжёлое, витает слабый аромат чая, и... блин... чай... поджимаю губы и присаживаюсь. Командор что-то пишет, и, уловив движение с моей стороны, поднял уставший взгляд. - Который час? - я виновато кошусь на работу. - Третий час ночи. - снова получаю добрый взгляд. - Простите, я тут... просто иногда сон сильнее меня, когда мало спишь, я... - Не нужно извиняться. Правда чай остыл. Я оглядела пиджак, которым была укрыта. Это, несомненно, пиджак командора. - Я продолжу свою работу. - я хотела приподняться но мужчина посмотрел на меня - Ее можно закончить утром. - на его губах проскользнула тень улыбки. - если ты хочешь, можешь идти спать. - Нет. - я резко отказалась. - Выспалась? Я поглядела на свои пальцы, сжимающие рукав пиджака. Я сильная. Я очень сильная. Но есть то, что сильнее меня. Подняв глаза на командора, я встретилась с ним взглядом. Его кристально голубые глаза глядят куда-то вглубь меня. - Командующий, я так хочу спать, вы себе представить не можете! Сон - это моя мечта, и если честно, я до одури хочу лечь и выспаться до двенадцати часов! Бессовестно взять и выспаться! Он улыбнулся. - Я тебя отпускаю. - Если вы сейчас меня выгоните, то через пару часов я уже буду наворачивать круги вокруг поместья. - я снова уткнулась на пальцы сжимающие рукав его пиджака. - Пока я спала здесь, на диване, все это время у меня не было и намёка на кошмары. Я не знаю с чем это связано, но если вы позволите мне остаться здесь и просто выспаться, я буду вам очень благодарна. Я снова подняла взгляд, не зная, какой реакции ждать. Но я не могу, воистину не могу упустить возможность попробовать выспаться. Хоть одну ночь, только одну... со мной так давно такого не случалось... - Я все же настоятельно рекомендую обратиться к медикам. - командор поднялся с кресла, подошёл к большому шкафу с папками, где зафиксированы все вылазки. Открыл верхний шкафчик и достал оттуда небольшую подушку. - Вот, держи. - он протянул ее мне, и кажется, я ничему не была так рада, как этой подушке. - Спасибо. - я взяла ее и положила на подлокотник. - Доброй ночи. - А вы тут ещё долго собираетесь работать? - Да, работы ещё непочатый край. - Понятно, вы простите, что я тут так... И я мгновенно уснула, уютно укутавшись в пахнущий приятным парфюмом пиджак. И мне не приснилось за ночь ни одного ужасного сна. Когда я проснулась, командор уже стоял, размешивая свежезаваренный чай. - Ты любишь с сахаром или без? Надеюсь, с утра ты составишь мне компанию. Уже почти десять. - Доброе утро. Завтрак пропущен? - я чувствую, как меня морозит, и кутаюсь в пиджак крепче. - Пропущен. Леви позволил не будить тебя. Я принёс бутерброды с маслом, чай и сахар. - Леви знает, что я спала здесь? - А что-то не так? - командор подозрительно взглянул на меня. - Да нет. Просто и уборку не закончила и карту не закончила. Так себе оправдывающий себя боец элитного отряда. - Зато выспалась. - И правда. Я встала и, по-прежнему кутаясь в пиджак, подошла к столу. Два бутерброда, сахарница и чай. Ну что же, жить можно. Насыпаю сахар поверх масла и уже выглядит поприятнее. Откусываю, слизывая с губ сахар, и смотрю, что командор, отпивая чай, улыбаясь, смотрит на меня - Чего вы так смотрите? - я смутилась и прижала ладони к горячей чашке. - Я уже привыкаю видеть тебя по утрам. - Не привыкайте. А то сожрет меня титан на вылазке, ещё и тосковать начнёте. - я хотела пошутить, но Эрвин Смит, своими глазами цвета ясного неба так смотрит, что, кажется, в душу заглядывает. - Не сожрет. - Почему вы так уверены? - Видел, как ты сражаешься. - Ну... я новобранец, не забывайте. Тем более, этот Чертов Леви, будь он неладен, не дал мне убить самой ни одного титана. - Он переживает за тебя. - Да плевала я. Переживает он, а страдаю я. Была бы я такая же бодрая, как и сейчас, перед вылазкой, цены бы мне не было. Ваш кабинет правда волшебный. - Приходи сюда, когда тебе хочется, спи. Подушка и плед в шкафу. - Вы тоже тут остаетесь? - Иногда. - Понятно. Я допила чай, и мы снова вернулись к работе. Я к своей, а Смит к своей. Однажды я бросила на него взгляд, потому что он, оказывается, очень привлекателен в расстёгнутой на пару пуговиц рубашке, гладковыбритый со свежей прической. Он поймал мой взгляд, и мы улыбнулись друг другу. Странная непринуждённость. Но меня это не тяготит. Я закончила работу к полудню и вернулась к своим прямым обязанностям: уборке под командованием моего дражайшего капрала. Сегодня он смотрит на меня иначе: грузно, тяжко, будто ожидая оправданий. За что я должна перед ним оправдаться? Петра же убирается там, где он. Выискивая его взгляды, пытаясь привлечь внимание. Но на сегодня задача капрала ясна: испепелить меня взглядом как можно скорее. Я вытираю перила, стараясь не реагировать на Леви. Но он то и дело ходит рядом. Гляжу на Петру, на Оруо, который снова уподобляясь капралу натянул на себя белую рубашку и маску на лицо. Мне становится смешно. Когда со своей частью уборки я закончила, то отправилась к себе в комнату. Там ещё не было хозяйской руки, и слои пыли говорили: «Проспала всю ночь в кабинете командора! Бесстыжая!» Да. Бесстыжая. Но выспавшаяся. Я долго размышляла над отчётом Ханджи. Что я думаю на этот счёт? Вероятно, есть что-то за пределами этих стен. Что-то великое и прекрасное. И, как мне кажется, мы близки к этому. И быть может сможем вырваться из этого мира. Смит поручил мне рисовать карту после каждой вылазки, поэтому я поставила себе целью запомнить все. А может и найти что-то ещё. В дверь моей комнаты постучали. Петра заглянула, не дожидаясь приглашения - Аля? Ты здесь? - Да. Что-то случилось? - я и не заметила, как за раздумьями нарисовала пальцем на пыльной столешнице набросок профиля командора. Очнувшись из забытья, я сама удивилась и быстро стёрла его ладонью. - Леви собирает всех в кабинете командующего Смита. - Поняла. Идём. Когда мы с Петрой зашли в кабинет, все уже стоят там. А Леви сидит на диванчике, который принёс мне счастье выспаться. Эрвин, стоя за своим столом, снова приподнял уголки губ при виде меня. Мы с Петрой встали перед ним к прочему отряду. Эрд улыбнулся мне, мы не виделись сегодня. Я тоже ответила ему улыбкой. Взглянув на командора, вижу некие льдинки в глазах. Знаете что? Вы задолбали все так на меня смотреть. Со всей силы подавляю желание закатить глаза. Но не могу отвести взгляд от командующего. Стыдно, что спала в кабинете. - У нас появилась важная миссия, товарищи. - начал Эрвин. - пришло приглашение от короля на бал. - Простите, - что-то смутило Эрда, - на бал? Разведчикам? - Да, пока у самого в голове не укладывается. - признался он. - но король пишет, что для него будет честью принять нас на балу. Более того, он сказал что те, кто пожелают явиться, должны позволить снять мерки и высказать пожелания насчёт одежды. Тогда для нас пошьют костюмы. - Я буду явно самым красивым на мероприятии. - начал чваниться Оруо. - Успокойся, ты на него не идёшь. - спокойно подметил Леви. - Почему? - Оруо явно на грани обиды - Потому что во-первых, все это странно. Во-вторых, в приглашении указано о четверых разведчиках. А конкретно о командоре, обо мне и двух наших спутницах, которых мы решим пригласить. Но при всем при этом, вы пойдёте тоже. И будете исполнять свою обычную задачу: разведку. Так как у присутствующих на балу не будет УПМ, и в случае чего, нам не скрыться, вы нас подстрахуете, а заодно поищете что-то странное снаружи. - Там есть деревья? Сад? Что-нибудь снаружи, где мы могли бы сесть в засаде? - спросила я, и Леви подарил мне взгляд «Куда ты лезешь, дурочка?» - Есть. Но тебе не придётся там сидеть, ты идёшь на бал. - отрезал он. - Я? На бал? Да упаси господь. - я подняла две ладони кверху, - я и бал это две несовместимые вещи. - Ты пойдёшь, это приказ. - холодный голос Леви явно говорит о том, что я где-то оступилась и несу за это наказание, - Петра, ты тоже. Девушка зарделась. - Как мне кажется, - снова завелась я, ведь сдаваться без боя не хочется, - на мое место разумнее взять капитана Ханджи. Эрвин и Леви переглянулись. - Нам ничем нельзя выдавать себя. Особенно никакой информации о нашей последней находке. Вообще ничего. Нашими спутницами должны быть скромные молчаливые леди. А Ханджи... ну... - Ханджи не леди. Она дикая и самобытная. Нечего гостей пугать. - Леви гораздо прямолинейней командора. - Это приказ, Роузли, ты идёшь на бал и точка. Возражения будешь воронам предъявлять. - Ты, конечно, мой непосредственный начальник, но в грубости обороты сбавь, я тебя не кусала. Все, в шоке от моей дерзости, посмотрели на меня, в то время как я нахмурилась в сторону капрала. Между нами мечутся искры, и, кажется, все готовы в прямом смысле сделать шаг назад, чтоб искры не попали в них и не убили зарядом тока. - Все сказала? - Достаточно. Я обернулась на командора. Почему мой босс Аккерман такой самодур? Эрвин откашлялся. - Остальной элитный отряд получит распоряжение с картой местности. - Есть. - А теперь все, кроме девушек, могут выйти. Все вышли, а мы с Петрой стоим посреди комнаты как дурочки, под взглядом этих хищных командиров. В кабинет заглянула женщина, невысокого роста, уже явно в возрасте. Она одета в строгий костюм из дорогой ткани, ее шелковистые золотые волосы уложены в элегантный пучок. От неё даже пахнет дорого. - Добрый день, девушки. Меня зовут Берта, я королевская швея. С мужчин я мерки уже сняла, осталось снять ваши и выслушать пожелания о нарядах. Пока она бегала с сантиметром вокруг нас, я скептически косилась на неё. Ну, какой к черту бал? Какой бал?! И чьей леди на этом балу я буду? А, конечно, капрал мне не даст расслабиться и будет издеваться надо мной и дальше. Я закатила глаза, на что Леви нахмурился ещё больше. - Итак, - закончив записывать мерки, Берта взглянула на Петру, - какие пожелания насчёт костюма? Цвет? Фасон? - Пусть это будет бежевое платье, с облегающей юбкой, - Петра мечтательно и скромно смотрит на Берту. А я смотрю на Петру. Она очень нежная девочка, очень красивая. И тратит свою бесценную юность за стенами, разрезая шеи титанам... я чувствую, как обида за неё подкатывает к моему сердцу, ведь так не должно быть... - А вы? - Берта посмотрела на меня - Ляпепяпистое в серо-буро-малиновый горох. - Что, простите? Я увидела усмешку командора, который поспешно отвернулся к окну. Но мне так хочется разозлить Леви ещё больше. - Я не разбираюсь в ваших платьях. Что пошьёте, то пошьёте. Не пошьёте, меня туда даже голой вытащат. - То есть, я записываю, платье на мой вкус? - Голубое. Пусть ее платье будет голубым. - вроде и грубо, но с какой-то тёплой нотой произнёс Леви и я вспомнила своё голубое платье из детства. Оно было у меня одно, но неужели так сильно въелось в память капрала… Но! Черта-с-два. - Нет. Мое платье будет, пожалуй, вишнёвым. - я строго посмотрела на него, потому что не надо мне диктовать даже то, во что мне одеваться. - Вишнёвое, записала. Леви закатил глаза и уставился на дверь. - Через пару дней наряды вам доставят сюда. Позвольте откланяться. Женщина ушла и нас с Петрой тоже отправили убираться дальше. Что за вздор! Бал! Королевский бал! Петра явно воодушевлена и весь оставшийся день романтично поглядывает на Леви. Вероятно, она думает, что пойдёт с ним в паре. Аха. Аха. Ахаха. Капрал не удостоит меня чести остаться без его невыносимых шуточек. Гляжу на него хмурая, исподлобья, пока тот протирает пыль с подоконника и тут во мне проснулась какая-то добрая нежность к Леви. Почему-то я не могу долго злиться на него. Рассматриваю его напряженные скулы, напряжённые плечи и задаю себе вопрос: быть может, ему тоже нелегко? При всей своей грубости, его лицо не теряет своих нежных черт. Непослушная челка так и спадает на лицо, жаждя его внимания. Я задумалась о мотивах его поведения, и, по крайней мере, сейчас вижу, что даже на вылазке он заботился обо мне. Но надо ведь сначала спросить, нужна ли мне эта забота... Ох, глупый капрал... * Уже во втором часу ночи я проснулась от первого кошмара. Как будто током ударили и выдернули из сна: опять мой дом, опять убитая мама, опять тот изверг, что надругался надо мной. Нет, я так не могу. Натягиваю спортивки и собираюсь идти бегать, полная желания согнать сон и больше никогда в своей жизни не спать. Как только я открываю дверь, то сразу наталкиваюсь на Леви, который и здесь занимает комнату напротив меня. Он, в чёрной рубашке и чёрных брюках, возвращается к себе в комнату, неся в руке чашечку чая. Мы просто смотрим друг на друга встав, как вкопанные. - Не спится? - он нарушает тишину первый - Нет, кошмары. - признаюсь я. И Такое чувство, будто мой тихий голос отзывается эхом в длинном коридоре. - Идём. - он открыл дверь своей комнаты и я послушно прошла за ним. Кажется, сейчас самое время для откровенного разговора. Сев на свою кровать, Леви кивком головы пригласил сесть и меня. Ночью здесь прохладно, поэтому я застегиваю кофту поплотнее и сажусь к нему. - Нарочно делаешь все мне назло? - голос усталый и тихий. - Ты про платье? - Угу - Прости. Просто ты пытаешься доминировать, а я так не могу. - Доминировать? - искорка проскользнула в его глазах и тут же исчезла. - Не придирайся к словам. - я хихикнула. Мы сидим слишком близко, почти касаясь друг друга плечами. В комнате Леви очень уютно, стоят цветы в вазе и в воздухе невозможно поймать ни пылинки. - Я попросил портниху, чтоб обувь у тебя была без каблука, если ты не против. - Иначе мы будем отличаться по росту, было бы неудобно. - соглашаюсь я. - Ты даже не удивлена, что я буду твоей парой на вечер? - А должна? По-моему, ты предполагал это с самого начала. - Аля. - он явно что-то хотел сказать, но оборвал себя. - М? - Что тебе снится? Ты ведь каждое утро бегаешь, и я вижу твое лицо. - Мне каждый раз снится та ночь. - я решаю быть с ним откровенной. - когда убили родителей и... Надругались надо мной. - я говорю медленно и вижу, как Леви сжал рукой покрывало на кровати и на его скулах заходили желваки. - вроде пора бы уже привыкнуть, но к этому привыкнуть невозможно. Я поджала ноги под себя и гляжу вниз, все сильнее укутываясь в кофту. - Тебе холодно? - Леви вдруг переводит на меня взгляд и берет аккуратно сложенный плед, - вот. - мужчина развернул его и накинул поверх меня. - Спасибо. - Я когда увидел тебя, там, в кадетском, молился всем богам, чтоб ты не выбирала разведку. Но ты с детства шла поперёк моего слова, поэтому чего я сейчас удивляюсь...- на его лице на мгновение проскользнула тень улыбки. - Я, насколько помню, ты атеист - я улыбнулась глядя на него - Да хрен знает, кто я. Я знаю только одно - все эти годы я хранил память о тебе как самое дорогое, что у меня было. Вот, гляди. - он протянул руку, открыл прикроватную тумбочку и достал оттуда небольшой потрёпанный блокнот. А уже из блокнота вынул маленький листок, где моей рукой изображены два ребёнка: он и я, в том самом голубом платье. - каждый раз, перед вылазкой, я сижу и смотрю на эту картинку. Я хранил память, а теперь, как безумный, хочу уберечь тебя. - Леви... - его голос проникает мне под кожу, - ты всегда был и есть частью моей семьи, и ты прекрасно это знаешь. Я положила свою ладонь, поверх его ладони. Это отозвалось во мне приятными ощущениями, я знаю, и в нем тоже. - Когда ты ушёл, отец часто говорил о тебе. Они с мамой в разговорах называли тебя сыном и мама молилась за тебя, перед той большой иконой, помнишь ее? Леви кивнул. - Они очень гордились твоим решением пойти в училище. Папа очень хотел увидеться с тобой ещё раз, но ты совсем о нас забыл - Да помнил я! Помнил... не мог я прийти. Если бы пришёл, потерял бы хладнокровие, - Леви нервничает, - а в бою нельзя его терять. Но я знал, я чувствовал, что вы ждёте меня и это придавало мне сил. А теперь ты здесь, и я чувствую, что если и с тобой что-то случится, то.. - Чччч.... - я обернула ладонью его красивое лицо на себя - не хорони меня раньше времени, Леви. - Называй меня так, как тебе хочется, я хочу, чтоб ты выделяла меня. Лёва... верни мне это имя. Я улыбнулась ему. Разговор получился искренним и сейчас я готова принять этого колючего мужчину всей душой, понимая его мотивы и его чувства - Как скажете, капитан Лёва. Он тревожно глядит мне в глаза и, когда я собралась убрать руку с его щеки, Леви прижал ее обратно своей ладонью - Не отталкивай меня больше. Не дерзи при всех, я на твоей стороне и воевать мне с тобой не хочется. - Тогда и ты перестань меня опекать. Ты для меня единственный близкий человек, как брат, и я понимаю твои порывы. Но и мне уже не тринадцать, и я не слабая. - Как брат? - он уткнулся взглядом в пустую чашку, - значит, как брат. - Леви, я.. - А ты помнишь тот поцелуй? Перед тем как я ушёл, он тоже был по-братски? - Леви спрашивает без злости, я вижу, что ему просто нужно понимать мое видение наших отношений. - Нет. Я плакала неделю после этого. Я любила тебя всем своим сердцем. Любила не как брата, как человека, без которого, казалось, моя жизнь станет жуткой и пустой. По началу так и было. А сейчас я другая, столько всего изменилось. Теперь Леви повернул к себе мое лицо, положив на него тёплую ладонь. - Я не переношу мужиков рядом с тобой. Никаких. - его стальной взгляд полон решимости, - когда вижу, как кто-то из них разговаривает с тобой и смотрит на тебя, мне хочется свернуть ему шею. Я хочу быть единственным интересующим тебя мужчиной, Аля. Он слишком близко. Его дыхание уже касается моего лица, я понимаю, что он хочет сейчас что-то наспех исправить, и если я сию минуту его не остановлю, случится поцелуй и... - Не торопи меня, Леви. - сказала я прямо ему в губы. - Черт. - он отпрянул и отпустил меня. - Леви, я не могу. Возможно, пока не могу. Я пока не поняла, в какой роли смогу сосуществовать рядом с тобой. Ты важен для меня, ты воистину важнее всех прочих, но... не торопи меня. Пожалуйста. Он глядит на меня исподлобья - Я докажу тебе, что твои чувства ко мне не изменились. Докажу, Александра. Докажу, что я не просто «как брат». - И я не могу переубедить тебя этого не делать? - Не можешь. - Упрямый. Я встала и направилась к дверям. - Доброй ночи, Лёва. Мы на мгновение задержали друг на друге взгляд, и я всем телом почувствовала этот ментальный разряд тока. Леви сорвался с места, резко прижал меня к двери, аккуратно, но быстро схватил ладонью за лицо и прильнул к моим губам. Я не хочу сопротивляться, я хочу понимать, что я чувствую к нему. Я не решаюсь обнять его, но допускаю этот поцелуй. Леви аккуратно втягивает мою нижнюю губу и проникает своим языком между моими зубами. Язык встречается с моим, и я отвечаю на поцелуй, пытаясь разобраться, что же чувствую при этом. Он прижимает меня к двери, ладонями прижимает лицо к своим губам ещё сильнее. Поочерёдно потягивая то верхнюю губу то нижнюю, он довольно искусно владеет этим поцелуем. - Леви... - издаю я сдавлено, когда более или менее могу вздохнуть, - остановись Леви... - Я не хочу отпускать тебя. - его лоб опускается на мой и мы оба тяжело дышим. - Мне нужно разобраться со своими чувствами, я хочу быть с тобой честной. - Когда ты сможешь мне сказать... - Не торопи меня. Я пойду, доброй ночи. Я вышла за дверь, проскользнула к себе в комнату, заперлась и спустилась вниз, прижимаясь спиной к дверям. Я сказала ему, что хочу быть с ним честной, но.... Но так и не сказала, что сейчас, когда он умолял меня своим поцелуем дать ему шанс, я, кажется, ничего не чувствовала. Ничего из того, чего он от меня ждёт.