Глава 2: Странное предчувствие

С того дня прошло порядка… недели? Фёдор уже сбился со счёта. Он всё думал над словами пятого, снова и снова прокручивая их у себя в голове, размышляя на этой ситуацией. Квартира создателя. Головокружительный запах кофе распространился на всю кухню. Фёдор, сделав глоток, перевёл взгляд в окно. Его вид… мягко сказать… потрёпанный… он эту неделю вообще не мог уснуть. Конечно, кто уснёт, когда в голове тлеют навязчивые мысли. Подойдя к окну, Фёдор задумчиво проводил взглядом улицу. — Ладно… попробуем… может из этого что-то да выйдет… — вздохнув, Фёдор оставил кружку на подоконнике. Он быстро пошёл в комнату, жаль, ведь он не смог лицезреть первые снежинки, что в медленном вальсе кружились в воздухе, осторожно ложась на землю, украшая её белоснежными одеяниями. У клонов. Утро у них выдалось весьма спокойным, что, конечно, радовало всех. А всё из-за того что Вару и Пик в зимнее время до обеда спали. Что ж… тут всё понятно. У невошедших. Пустота. Ну, не совсем так, ведь пространство было словно космос: тёмно-синий смешивается с таким же оттенком фиолетового, образуя различные неимоверные узоры, и лишь маленькие яркие звёздочки, словно белоснежные ромашки на зелёном лугу, украшали это тёмное место. Но всё же… в этой бесконечности есть и жизнь! Да представьте себе! — Так нечестно!!! Пятый раз уже! Ты жульничаешь! — вскрикнул парень с салатового цвета волосами, разочарованно вскинув руки к верху. Он проиграл уже пятый раз подряд. — Нет. А теперь гони сахар. — другой парень же хитро улыбнулся, скрестив руки на груди. Выражение его лица было неимоверно самодовольным, что у другого вызвало негодование. — Да нет у меня больше сахара! — фыркнул он, протестующе мотая головой, жестами показывая, что сахара у него действительно нет. — Ц, подумаешь…- цокнув, закатил глаза желток. — Чарли, Джокер, чего вы тут разорались? — к этой двоице подошёл парень с белой чёлкой, он чуть недовольно окинул их взглядом. — Ничего! — пожал плечами Чарли, случайно крича. — Ребят, прекращайте ссориться. — улыбнулся красный. Внезапно Джокер почувствовал поток магии, с его лица сразу исчезли все эмоции, и он с каменным лицом кинул свой взгляд назад. Позади тринадцатого клона появился портал, и оттуда вышел создатель. — Привет…- улыбнулся он, хотя голос был пропитан смущением. Красный стоял с каменным лицом, другие же клоны заинтересованно, с долей удивления, смотрели на него. Внезапно губы Джокера тронула широченная улыбка, настораживающая создателя. — Привет! — его голос приобрёл странный, до селе не слышанный его друзьям оттенок. — Пф, неужели ты снизошёл к нам, чтобы проверить как мы тут? — язвительно поднял одну бровь Чарли, какой раз уже закатывая глаза. — Нет, я пришёл чтобы выпустить вас… — как только все услышали это, то тут же удивились, мягко говоря. — Ты серьёзно? — все тут же повернулись на голос и увидели Мим с Родефом. — Да, вполне. — кивнул создатель, подтверждая свои слова. — Ну и где мы будем жить? Ты же не собираешься нас закрыть в доме с клонами? — Эм… ну…- Фёдор пытался что-то сказать, но слов не нашлось, поэтому он просто почесал голову, виновато пожав плечами. — Нет, нет, нет!!! Ты совсем что-ли? Ты забыл прошлый раз? Они нас чуть не убили!!! Особенно эти пиковые, хотя среди нас двое из них были! Ты думаешь сейчас они обрадуются нашему возвращению?!!! — не вытерпел Чарли, раздражённо махая руками. Мим и Риккардо кинули друг на друга взгляды, прежде чем опустить их обратно на жёлтого друга. — Не беспокойтесь, они вас не тронут, а если и тронут, то — создатель не успел досказать, как его перебили. — То я их уничтожу! — с широченной улыбкой воскликнул Джокер, доставая свою трость, что переливалась сине-зелёном оттенком. — Нет! Никто никого уничтожать не будет, да и тем более, что это по вашей вине они так невзлюбили вас. — Фёдор замотал головой, чувствуя, как начинается мигрень. — Подумаешь, я просто пошутить хотел… — фыркнул тихо красный, скрестив руки на груди. — Кто ж знал, что они такими неженками окажутся. — В общем, вы поживёте у них несколько месяцев, освоитесь и съедите, кстати, там, насколько я помню, нет свободных комнат, поэтому поживёте с одним из клонов… — Но договорить ему снова не дали. — Что?!!! Ты серьезно?! — Да серьезно… — слабо вздохнул создатель. — И у кого? — поинтересовался Риккардо, скрестив руки на груди. — У пятого клона…- все опять были в шоке, негодуя по этому поводу. И пока другие негодовали, один клон притих, растворившись в своих размышлениях. *Серьезно? Он? Вот же… его ни запугать, ни одурачить…* — лицо тринадцатого стало слишком серьёзным, благо, никто этого не заметил. — Ладно, хватит! Идите вещи соберите, и пойдём. — наконец утихомирил других своих клонов Фёдор. Спустя полчаса все собрали свои немногочисленные вещи и уже находились в реальном мире. Пока невошедшие оглядывались, изучая окружающий мир, Фёдор позвонил Куромаку. — Алло? Куромаку? — Да, ты что-то хотел? — на фоне раздалось шуршание бумаги, похоже, он опять работал. — Да, завтра я приеду к вам где-то в восемь часов утра, соберёшь всех? — Да, конечно, могу поинтересоваться причиной? — чуть отвлёкшись, Куро посмотрел на часы и календарь, записывая сказанную информацию на листочке. — Сообщить кое-что надо. — Угу, до завтра — До завтра… — вздохнул Фёдор, отключаясь от разговора. После звонка создатель собрал всех невошедших в гостиной. Дабы сообщить новости. — Так завтра едем к клонам. — Зачем мы вообще с клонами будем жить, если у тебя есть квартира? — поинтересовался Чарли, вздёрнув бровь и скрестив руки на груди. — У меня много работы, за вами не смогу уследить, да и квартира не такая уж большая… — художник на это лишь фыркнул, закатив глаза. На этом и закончился разговор. Когда на город опустились сумерки, все в квартире отправились в мир сновидений. В доме клонов, всё было тихо. Однако все же один житель в доме не мог никак уснуть. Зеленоволосый парень ворочался в кровати, не чувствуя сна ни в одном глазу. Как бы он не старался — уснуть не получалось. *Такое чувство, что завтра произойдет что-то не очень хорошее…* — Вару вздохнул от своих мыслей, зная, что его предчувствие никогда не подводит. Так и ворочался он до глубокой ночи, пока наконец, устроившись в странной позе, не смог уснуть.