Часть 150

От лица друзей Майкла. Через несколько минут мы увидели, как Эли прибежала к Майклу и обработала раны от своих ногтей. Вот почему, родной мой Майкл, ты не разбудил меня, мог бы просто ударить по руке. Эли, ты всю жизнь, с самого начала жизни, борешься со всем сама... Ты даже по внешности пытаешься угодить всем. А ведь ты у меня любишь белые цвета в одежде вместе с черным, и, кстати, там коктейльное платье твоё привезли, которое тебе понравилось, помнишь? Майкл, родной мой, зачем? Ты же... Родная моя 💋, ну ты же со мной. Всё готово. В следующий раз буди меня и никогда не терпи. Через несколько минут Эли взяла ножницы и прям при всех моих друзьях обрезала свои ногти, а ведь ее ногти ей нравились. Эли, родная моя, не нужно! Майкл, родной мой, ты чего, это всего лишь мои натуральные ногти, выростут ещё, ты дороже, и в следующий раз, если меня сковает такая боль, просто уложи в кровать и... Эли, родная моя, тебе нельзя спать в позе кошки, так ещё больнее. *Но это моя боль, и тебе терпеть я ее не позволю...* - Эли, родная моя, твоя боль — это и моя боль тоже. И тут Эли сказала то, что я не ожидал. - Если однажды..... то спали мою душу, я не хочу лежать в земле. Эли, ты что задумала? Да, родной, верно, я всё ещё этого хочу, но не могу я забыть, как я у тебя была счастлива, но я уверена, что без моего врача-хирурга я знаю, что меня ждёт. Поэтому прошу тебя об этом заранее... - Родная моя 💋, на свете много врачей, я даю тебе гарантию, что так уж и быть, осмотреть тебя позволю, но только если опыт работы проверю сам лично, и я тебе обещаю, что никогда не позволю прикоснуться к тебе и уж тем более к работе твоего личного врача-хирурга. Просто интересно, что другие скажут? - Я и так сердцем знаю, что другие скажут, но если ты меня не отдашь, то ладно, пусть только осмотрят, но ни при каких обстоятельствах не трогают меня. От лица Майкла: - Родная моя 💋, я обещаю тебе, что тебя никто не тронет больше, я также обещаю, что ты ни в коем случае не будешь бороться за себя одна. Я даже на осмотре, везде буду с тобой. - Родной, я знаю, что это кончится моими слезами, я знаю, что кроме своего врача-хирурга я больше никогда никому не дамся, ошибка того интерна стоила моей жизни.