Вкус тыквы на твоих губах…

Осень всегда казалась Хилари самой интересной порой в году. Окружающий мир окрашивался тогда в разнообразные теплые тона: пылающее золото листьев, пронзительно темно-зеленое море елей и яркие всплески желтой коры на деревьях. Обо всем этом она думала, глядя в окно магического поезда и лениво провожая взглядом каплю дождя по стеклу. Весь путь, вот уже два часа, она рисовала в воображении, как проведет эти каникулы — наконец-то с достоинством, наконец-то одна. — Простите, мисс, мы уже подъезжаем к вашей станции, — вежливо произнесла проводница и поспешила к следующему пассажиру. *** Маленький домик возле леса — именно то, что нужно для уединения. Небольшой участок с немного косым забором, который следовало вот-вот поправить, приветливо манили несколько груш и яблонь да пять кустов винограда. Рядом ютился сарайчик с инструментами, но главное — это был сам дом. Крепкий, двухэтажный, он обещал стать надежным пристанищем. Девушка глубоко вдохнула, наконец-таки чувствуя свободу. Она занесла чемодан на крыльцо и принялась возиться с ключом, который, как и говорила бывшая хозяйка, любезно оставила под горшком. Заварив себе латте, Хилари достала все необходимые принадлежности и приступила к наброску. Сначала рука двигалась легко и уверенно, почти сама собой. Два росчерка, точный мазок, еще несколько штрихов — и набросок был готов. На неё смотрел её лучший друг. Он часто приходил во сне, но она помнила лишь его рыжие волосы. Кажется, у него было имя, и он был в реальности, но она не помнила. Очень давно это было, и лишь обрывки воспоминаний остались после Круциатуса. Лицо на рисунке улыбалось, но в глазах стояла пустота — точно такая же, как в те ночи, когда её будили крики других узников. Она резко сжала бумагу, костяшки пальцев побелели от напряжения. — Не сейчас, — сквозь зубы приказала себе Хилари. Память о Круциатусе была как открытая рана: если ковырять — начнёт кровоточить. С силой скомкав набросок, она швырнула его в ящик. Может быть, когда-нибудь она дорисует его. Но не сегодня. *** Конец сентября выдался приятным. Прошли первые дожди, но это не помешало парням распродать последние товары для веселья на полгода вперёд. Джордж старательно пыхтел над новой продукцией, которую они должны вот-вот поставить на полки, чтобы к концу октября, все волшебники мира подготовились должным образом к Хэллоуину. — Как проходят дела у одноухого волшебника? — вваливаясь в их общую комнату, которая находилась на втором этаже, Фред потрепал младшего по его отросшим волосам. — И всё-таки я бы тебе сделал красивую стрижку. — Нет, не позволю. В прошлый раз получилась причёска-горшок. Трехнедельный карантин мне был обеспечен. И ещё...— он повернулся к брату, и, заправляя за ухо прядь волос, произнёс. — ещё раз ты назовешь меня так, и я тут же прекращу с тобой общаться. — Ладно, мелкий, ты прав. Больше так не буду. — поднимая руки в знак своей беспечности, он прошёл к кухне попутно стягивая пресловутый галстук. — И так тоже не надо! — взмолился Джордж, понимая что тяжко придётся в этом году. — Рецепт не клеится? — сменяя тему, Фред подошёл с двумя дымящимися кружками. — Ещё как. Я уже всё перепробовал, но один ингредиент в этом зелье никак не может «состыковаться» — Ничего, сейчас выпьем чая и я тебе помогу. А вдруг что-нибудь получится. И не волнуйся, буду тебя по имени называть. Ласковые слова оставлю для той самой, — он подмигнул своему брату и приступил к изучению рецепта, который придумал. Спустя три часа, все листья были исписаны, месячная норма чая выпита, корзина для мусора заполнилась до отказа, а книги были разбросаны по полу. Фред потянулся до хруста в позвоночнике и снова принялся перечитывать очередную книгу. — Я больше так не могу. Это выше моих сил, — перечёркивая очередной компонент, Джордж открыл окно. В дверь деликатно постучали. — Это кто там такой скро-о-о-омный? — ехидно протянул Фред, отвлекаясь от уже надоевший его книги. — Входите, — не обращая внимание на комментарий брата, Джордж от усталости плюхнулся обратно в кресло и включил лампу. Рон зашёл в комнату, и, споткнувшись об разбросанные рецепты, решил остаться в дверном проёме. — Эй, парни! Кассу я закрыл, с последних полок всё раскупили, включая ваши хэллоуинские изобретения. — он немного нервно одернул сшитый свитер за рукав и принялся ждать дальнейших указаний. — Умница, братец. Так держать! В эти выходные мы закрываемся. Пыхтим над новым изобретением, которое должно быть хитом этой осени. Так что можешь отдохнуть и встретимся в понедельник. — последнее предложение, Фред сказал с какой-то особой грустью в голосе. Рону стало жаль братьев, и он решил помочь им. Всё-таки он как-никак их правая рука по всем интересующим клиентов вопросам, и это в его интересах поддержать их. Он поднял с пола книгу об которую пару минут назад зацепился и пролистал пару страниц. — Мы все книги вдоль и поперёк прочитали. Там ничего интересного нет. — задумчиво посмотрел на искусанный кончик карандаша Джордж и захлопнул тетрадь с готовыми рецептами для других зелий. Младший ничего не ответил, а лишь попросил листок и исходный текст. Он молча стал что-то переписывать по-новой, лишь изредка поглядывая на пожелтевшие листы. Спустя минут десять, он довольно посмотрел на получившийся рецепт. Кивнул своим мыслям, протянул своё творение братьям. — Не благодарите! — его лицо украсила улыбка, от чего веснушек, кажется, стало больше на его лице. Парни заинтересовано уткнулись в пометки, которые занимали весь лист. — Я поясню. Мне пришлось убрать один ингредиент и заменить на слезу единорога, плюс добавить кровь вейлы. Да, зелье особого доверия не внушает, придётся в крайнем случае доработать, но самое главное, что побочных эффектов не будет. — Рон сунул братьям испещрённый пометками пергамент. — Только учтите: это не просто «зелье доверия». Оно обостряет уже существующие чувства. — Он покраснел. — То есть, если человек вам безразличен — эффекта не будет. А если... — Если нравится — оно превратит мозг в тыкву? — Фред ухмыльнулся, но пальцы сжали рецепт чуть плотнее. — Нет. Оно снимет барьеры. Страх, сомнения... — Рон заёрзал. — Вы же не собираетесь... — Конечно нет, — Джордж быстро сунул листок в карман. — Мерлин, ты гений! — Фред крепко обнял младшего и от души потрепал по голове. — Спасибо за помощь, думаю дальше мы с Форджем что-нибудь надумаем. — Ага, осталось дело за малым. Спасибо тебе, — Джордж тоже не скупился на обнимашки. — Мой дорогой соучредитель, как вы думаете, мы можем ему повысить премию если всё пойдёт как надо? — изображая подчеркнутую серьезность намерений, Джордж упёр руки в боки. Фред деловито задумался прикидывая все плюсы и минусы. — Мм, думаю, да. Мы сможем тебе сделать надбавку за счёт вклада в наш магазин. — легко похлопывая брата по плечу, он дал близнецу «пять». — Вы опять шутите? — с лица Рона быстро слезла довольная улыбка и от безысходности опустил голову. — Нет, мы на полном серьёзе хотим вознаградить тебя за небольшой труд. — голос и лицо старшего близнеца выдавали важность сказанного. — Хорошо, я ваши слова запомнил. *** Дверь лавки с колокольчиком над головой пропустила Хилари внутрь, и её встретил запах специй и сушёных трав. За прилавком седой мужчина с добрыми глазами и лёгкой полнотой приветливо помахал ей рукой. — Добро пожаловать! Чего изволите? — Скажите, у вас уже продаются тыквы? — осведомилась Хилари. — Конечно! У меня почти всё готово к Хэллоуину. Осталось только парадный вход украсить, вот только руки никак не доходят сходить в магазин за гирляндами и прочей мишурой. — О, мне тоже надо за ними сходить! — лицо Хилари озарила идея. — Я только переехала и сама ничего не успеваю. Могу вам помочь, если хотите? — Это было бы замечательно! — обрадовался продавец. — Так одна тыква... Может, что-то ещё? — Да, пожалуйста. Молоко, масло, муку и соль. Хочу испечь тыквенный пирог и капкейки для гостей. Пока мужчина собирал её заказ, Хилари с интересом разглядывала полки, ломящиеся от баночек с вареньем и пучков душистых трав. — Держите, мисс, — он протянул ей полную корзину, и его глаза прищурились в улыбке. — И не вздумайте платить. Примите это в знак благодарности за вашу отзывчивость. — Огромное вам спасибо! — искренне тронутая, улыбнулась Хилари. — Скажите, а как мне пройти к тому магазину? И что именно вам нужно купить? Хозяин тут же набросал на листке список всего необходимого и любезно разъяснил дорогу. *** За Хилари звякнул колокольчик, оповещая хозяев о присутствии. Рыжий парень пробивал покупки и, не отрываясь от дела, вежливо поприветствовал гостью: — Очень приятно, меня зовут Хилари, мне тут дали список всего необходимого для украшения магазина, который находится у вас на краю улицы. Парень взял бумагу и ушёл вглубь магазина. Товаров было так много, что у девушки разбегались глаза. Здесь были и изделия для розыгрышей, для фейерверков и взрывов, а также множество съедобных товаров. Она остановила свой взгляд на ярко-розовой витрине с лаконичным названием: «Товары для девочек». — Уже что-то себе присмотрела? Она вздрогнула от неожиданности чуть не выронив зелье. — Дементор тебя дери! Уизли! Зачем ты меня так напугал? — громко выдохнув, она положила бутылочку на место и обняла Джорджа. — Прости, думал, ты меня услышала. Я тут минут десять стою и новую продукцию раскладываю. Не хочешь испробовать? — Спасибо, но того рыгательного порошка мне на долго хватило. — Ты до сих пор из-за этого злишься на нас? — Не-а, было весело и необычно. Благодаря этому фурору, у вас был спрос на него. — Хаха, да, было дело. Какими судьбами тебя занесло в наш волшебный мир? — Он и мой тоже. Просто некоторые обстоятельства изменили мои планы. И, поверь, маггловскому миру тоже пришлось несладко. Они медленно пошли вглубь магазина, петляя между стеллажами. Хилари молча поводила пальцем по пыльной коробке с «Ушастыми леденцами». — Здесь мой дом, — тихо начала она, не глядя на Джорджа. — Я здесь выросла. Но ты, наверное, не знаешь... Меня и моих родителей пытали два года. Она замолчала, давая словам повиснуть в воздухе. Джордж не подгонял её, лишь внимательно слушал. — Круцио... — голос Хилари дрогнул. — Это очень мерзкое заклинание. От нас пытались добиться хоть какой-то ясности по поводу Поттера и Ордена Феникса. Хилари заметила грустное и сочувственное лицо Джорджа, поэтому постаралась поскорее закончить этот монолог. —Ты не кисни. Мне помогли специалисты справиться с этим. Сейчас это мой главный кошмар. Теперь я живу на окраине города, но с работой, правда говоря, небольшие трудности. — тут она встрепенулась и стала вертеть головой по сторонам — Ты это слышишь? — Я ничего не слышу, — пожимая плечами, Джордж пошёл к соседним стеллажам в надежде услышать странные звуки, доносящиеся в центре зала. — Я их вижу. Смотри! Она подняла голову и завороженно стала смотреть на листья сделанные из бумаги. Они зачаровано парили, будто по всему магазину гулял октябрьский ветер. Ласточки пролетели очень низко, едва касаясь их макушек, и выпорхнули через дверь на втором этаже. Такая, казалось бы, мелочь, но подобие природной красоты Хилари всегда навевало на очередной пейзаж. — Нравится? — хрипловатый голос прокатился в пустом помещении, и добрался до позвоночника девушки, пересчитал каждый позвонок и она непроизвольно вздрогнула. — Да, очень, — она повернулась к Джорджу, но тот тоже засмотрелся на парящие листья. — Спасибо Джордж, неожиданно. И не стоило так утруждаться, можно было просто сказать. Мне твоя задумка понравилась. — Это не я, — его глаза выражали непонимание, а за ними скрывалась правда. Это её немного обрадовало. Честность она всегда любила. — Это я! Очень обидно, что ты меня не признала. — Фред надул губы и лениво спустился с моста. — Ой, прости, пожалуйста! Мне говорили, что тебя придавила стена. Лицо Фреда на миг стало серьёзным. — Тот, кто тебе это сказал, был, увы, прав. Меня и впрямь придавило. Но смерть — понятие растяжимое, когда у тебя есть брат-близнец, который не готов отпустить, и мама, которая готова выцарапать тебя у самой Судьбы. Полгода в палате Св. Мунго, тонна восстановительных зелий и... — он снова ухмыльнулся, но в этой ухмылке было что-то новое, оттенок пережитой боли, — и вот я здесь. Почти без царапин. — Мисс! Ваша корзина собрана! — из-за прилавка донесся голос и девушка поспешила, чтобы забрать покупки. — Огромное спасибо! Ты меня выручил! — Ты? — Да ладно тебе, Рон! Неужели ты подругу близнецов не узнал? Не скромничай и не обижайся на мои прошлые шутки. Парень смутился, прищурился, а потом от осознания и, скорее всего, от нахлынувших воспоминаний, звонко хлопнул себя по лбу. — Прости, Хилари не признал. Показалось что это ты, но решил не уточнять, вдруг ошибся. — Ха-ха-ха, ничего страшного. Держи! Сдачи не нужно. Пока мальчики! Думаю, мы ещё увидимся. — Обязательно! — Эй, Хилари! — Джордж поймал её за руку, когда она уже собиралась уходить. Его пальцы задержались на её запястье чуть дольше, чем нужно. — Подожди секунду. Она обернулась, и он вдруг осознал, как близко стоит. От неё пахло корицей и чем-то тёплым, осенним — возможно, тем самым проклятым латте, которое она вечно пила. — Мы... э-э... — он запнулся, неожиданно потеряв привычную уверенность. Фред, наблюдавший за этим со стороны, ехидно поднял бровь. — Он хочет предложить тебе работу, — вмешался старший близнец, подходя ближе. — Но я бы добавил, что нам просто нравится, как ты рисуешь. И не только. Его ухмылка заставила Хилари покраснеть, но она не отвела взгляд. — Это... комплимент? — Самый что ни на есть искренний, — Джордж наконец отпустил её руку, но его взгляд скользнул вниз, к её губам, на мгновение задержавшись там. — Так что... завтра в восемь?. — Вы это сейчас серьёзно? Я же ничего не знаю и не смогу вам помочь. — На полном серьёзе и без грамма сарказма, ну если самую малость. — Гхм! Фред хотел сказать, что мы очень хотели взять в свою команду ещё одну сотрудницу. Мы просим тебя прийти завтра на собесодование и покажем «внутренность» Вредилок. Ты сама уже решишь, сможешь ли ты или нет. Согласна? — в глазах рыжего была надежда, что она прямо сейчас на всё согласится, но всё же отдавал себе отчёт и не стал давить на девушку. — Я подумаю, но наверное да. Мне скоро платить за дом и моя профессия не подойдёт для волшебников, поэтому как подработка подойдёт. Покеда! — Пока! Завтра в восемь утра и без опозданий! — крича ей вдогонку, Фред энергично махал рукой ей вслед. *** Многие не любят ноябрь, и нельзя с ними не согласиться. Дни становятся короче, а вечера — длиннее и холоднее. Люди спешно готовятся к зиме, утепляя дома и добавляя уют тёплыми пледами и горячими напитками. Хилари быстро допила латте, слегка обжигаясь, и нанесла последние штрихи. Она боялась, что не справится с задачами от близнецов, но недавно Фред и Джордж были у неё в гостях и, тайком взглянув на её эскизы, предложили гениальную идею. Теперь девушка рисовала листовки и плакаты для магазина, а при сборке товаров добавляла визитки с контактами. Ей безумно нравилась эта работа, а главное — полная свобода творчества. Вот и новогодняя растяжка была готова. Теперь она будет парить над рыжим фокусником, который прячет кролика под шляпой. Осмотрев свою работу, Хилари довольно кивнула и помчалась хвастаться. — Эй, парни! Взгляните-ка сюда! Развернув растяжку, она затаила дыхание в ожидании вердикта. Близнецы несколько секунд молча изучали рисунок. Они переглядывались, что-то беззвучно обсуждая, и на их лицах не было ни единой эмоции, кроме скепсиса. — Ну как? Всё очень плохо? — не выдержала Хилари. — Нет! Что ты! Это потрясающе! — лицо Джорджа озарила широкая улыбка. — Да, мне тоже нравится! — подхватил Фред. — Я вот только думаю, — Джордж разглядывал рисунок, — что нам нужна ещё одна такая же, чтобы повесить внутри магазина. — Хорошо! Тогда я пойду оденусь и повешу эту над входом. — Давай! Потом заходи в зал, отметим это дело, — потирая от предвкушения руки, Фред принялся закрывать кассу. — Я быстро! *** — Джордж, я вот что подумал. А ведь наше новое изобретение с которым нам помог Рон, так ведь и не было испробовано. Что делать будем? — А давай на нем же и проверим. — Нет, он нам прошлого раза до сих пор так и не простил. Друзья и родня тоже мимо. — Слушай, а может на Хилари испробуем? Что думаешь? Там же побочек не будет. — Ты думаешь? А она нам простила рыгательный порошок? — Кажется, да. — Тогда давай, но только когда мы его применим? — Да хоть прямо сейчас. Она же вечно свой тыквенный латте пьёт. Ну вот давай и добавим пару капель. Джордж замер, глядя на фиолетовую жидкость в колбе. Идея была безумной, рискованной... и невероятно заманчивой. Они оба уже много месяцев ловили себя на взгляде, который задерживался на Хилари дольше, чем следовало. — Послушай, — тихо начал он. — Мы же оба... — он не договорил, но Фред понял его с полуслова. Тот видел, как брат смотрит на неё. — Думаешь, я слепой? — Фред усмехнулся, но в его глазах не было насмешки. — Мы всегда всё делили поровну. Даже самые плохие идеи. И особенно — самые хорошие. Давай. Но только если мы оба... чтобы она не чувствовала себя неловко. — Чтобы мы не чувствовали себя неловко, — поправил Джордж. — Наливай. Но помни, если всё пойдёт не так, виноват будешь ты. — Как всегда, — парировал Фред, разливая зелье по трём кружкам. Засвистел чайник и Джордж разлил по чашкам кипяток, добавил чай и кофе. — Ну, да прибудет сила Мерлину! — сказал свою полюбившуюся в последнее время фразу Фред, и проследил за братом чтобы тот отсчитал всем по пять капель. — А теперь остаётся ждать Хилари, а пока мне нужна чашка чтобы поскорее согреться. — Уизли сделал пробный глоток. Вкус оказался терпким, а потом раскрылся ярким букетом сладости на языке. — Ну как? Гадость или пойдет? — Не знаю. Трудно так сказать. Слишком приторно, — он отпил ещё, поморщился из-за сильной сладости, отставил кружку в сторону и взглянул на часы. — Как думаешь, через сколько подействует? — Рон написал, что минут через 20, но это зависит от организма. Как он воспримет это зелье. — А вот и я, — стряхнув с волос первые снежинки, девушка надела тёплые тапочки и взяла кружку, любезно протянутую старшим близнецом. — М-м-м, блаженство! Зря вы его не пьёте. В маггловском мире сейчас модно пить кофе везде и всюду. — Мы пробовали в Египте, но это было давно. Теперь только мамин чай, когда она нам его присылает, — с трудом выдавил Джордж, чувствуя, как жар разливается по телу. — Мне кажется, я заболел... Вся спина мокрая. — А я говорила, надо одеваться в холодную погоду. Сейчас принесу сменную одежду. — Поставив кружку на стол, Хилари вышла в спальню. Едва дверь захлопнулась, Фред подскочил к брату и плюхнулся на диван. Его тело тоже покрылось испариной, но сейчас это волновало его меньше всего. — Ты всё по инструкции сделал, верно? У меня голова кружится и... тяжесть в паху. Воздух стал густым и вязким. Комната поплыла перед глазами, а желание нарастало с каждой секундой. — Да, всё как у Рона написано! А он говорил — побочек не будет! — Джордж сгрёб пальцы в волосы. — Вот вернётся с тусовки, я его самого заставлю это выпить! — Плевать на него! Ты же понимаешь, что Хилари сейчас чувствует то же самое? — Фред с трудом перевёл дух. Девушка привлекала его ещё со школы — и он знал, что Джордж хочет её не меньше. Дверь спальни открылась, и Хилари вышла со стопкой чистой одежды. На ней были серая футболка Фреда и шорты Джорджа, которые они оставили ей на случай, если магазин закроется слишком поздно. — Держите. У вас тут очень жарко, я вся пропотела, — она приоткрыла окно, и дышать стало чуть легче. По её смущённому взгляду и нервным движениям было ясно: зелье подействовало и на неё. Они сидели на диване, и каждый думал о своём. Хилари не могла понять, боится ли она того, что происходит, или... желает этого. Близнецы обменивались краткими взглядами, отлично понимая, что их же зелье поставило их всех в ловушку собственных чувств. В голове у Хилари стучало: «Уйти. Сейчас же уйти». Но тело отказывалось слушаться. Воздух, который она вдыхала, казался густым и сладким, а каждое прикосновение ткани к коже отзывалось электрической искрой. Она поднялась с дивана, чувствуя, как подкашиваются колени. — Мне... мне лучше поехать домой, — её собственный голос прозвучал чужим и слабым. Она почти добежала до спальни, захлопнула дверь и прислонилась к ней лбом, пытаясь отдышаться. Холод дерева был обманчивым спасением. Внутри всё горело. Она потянулась за своей рубашкой, и в этот миг дверь позади неё бесшумно отворилась. Оборвав дыхание, она обернулась. На пороге стояли они оба. В их глазах не было и тени прежнего озорства — только тёмное, незнакомое пламя, в котором тонули все её страхи. — Вы... не должны были заходить, — прошептала она, но сама не сделала ни шага назад. Братья переглянулись. Кажется, в глазах у обоих читались одни и те же мысли: «Она хочет того же, что и мы, но боится. Надо действовать аккуратно». Теплый свет лампы окутывал комнату, отбрасывая мягкие тени. Хилари стояла, ее тонкие пальцы замерли у края рубашки. Фред шагнул вперед первым. Его движения были медленными, словно он боялся спугнуть момент. — Ты же чувствуешь то же самое, — его голос звучал низко, хрипловато. Джордж остался чуть позади, но его дыхание уже участилось. Он не сводил глаз с ее обнаженных плеч, с того, как свет играл на ее коже. — Это зелье… — начала Хилари, но Фред перебил ее, подойдя так близко, что она почувствовала тепло его тела. — Неважно, что это. Важно, что ты хочешь этого так же, как и мы. Его пальцы скользнули по ее руке, и она вздрогнула. Внутри все сжалось от предвкушения. Она знала, что может остановить их одним словом. Но не хотела. Джордж подошел с другой стороны, его губы почти коснулись ее шеи. — Мы так давно этого хотели, — прошептал он. Фред наклонился, и его рот нашел ее губы. Поцелуй был жадным, властным, но в нем не было спешки — только нарастающее безумие, которое они трое делили между собой. Хилари откинула голову назад, когда Джордж начал целовать ее шею, а руки Фреда скользнули под ее спортивные шорты. Она вцепилась в его рыжие волосы, чувствуя, как все внутри нее плавится. — Вы… оба… — она не могла закончить фразу, потому что Джордж уже снимал с нее последнюю преграду, а Фред прижимал ее к себе так, что она чувствовала его жесткое желание. — Да, оба, — прошептал Фред, целуя ее снова. — Ты же знаешь, мы всегда делим все поровну. Она чувствовала их повсюду — их руки, их губы, их тела, сливающиеся с ее телом. Это было слишком, это было недостаточно. Она хотела больше. — Не останавливайтесь, — прошептала она, и близнецы усмехнулись в один голос. — О, мы и не собирались. Хилари почувствовала, как её тело пылает. Зелье разлилось по венам жгучим нектаром, затуманивая разум и обостряя каждое прикосновение. Фред не стал церемониться — он резко притянул её к себе, и его губы вновь захватили её рот в жадном поцелуе. Его руки скользнули под её шорты, грубо срывая их вместе с тонким бельём. Хилари ахнула, но протеста не последовало — только глухой стон, когда его пальцы впились в её плоть. — Ты вся дрожишь… — прошептал он, обжигая её кожу дыханием. — Но мы только начинаем. Джордж в этот момент сбросил рубашку и приблизился сзади. Его руки обхватили её грудь, пальцы сжали соски, заставляя её выгнуться. — Так тебе нравится? — он прикусил её мочку уха, и она застонала, чувствуя, как между ног становится ещё влажнее. Фред опустился перед ней на колени, резко раздвинул её бёдра и без прелюдий вонзил язык в её киску. Её крик оглушил комнату. Он ел её жадно, а его пальцы впивались в её бёдра, не давая ей убежать. Джордж тем временем не прекращал играть с её грудью, то сжимая, то щипая, доводя до грани. — Кончать уже? — Фред оторвался, его подбородок блестел. — А ведь я даже не вошёл в тебя. Прежде чем она успела что-то ответить, Джордж резко развернул её и толкнул на стол. — Теперь моя очередь. Его ладони шлёпнули по её заднице, заставив её вздрогнуть, а затем он без предупреждения вогнал в неё два пальца. — Джордж! — она вскрикнула, но её тело само потянулось навстречу. — Ты вся сжалась… — он усмехнулся. — Но ты хочешь больше. Фред встал за её спиной, прижавшись к ней всем телом. Его член твёрдо упёрся в её ягодицу, а рука обхватила её за шею, слегка приподнимая. — Скажи, чего ты хочешь. — Всё… — её голос сорвался. — Я хочу вас обоих. Братья переглянулись. — Как же чертовски повезло, что мы всегда делим всё поровну. Фред вошёл в неё первым — единым, безжалостным движением, вырвавшим из её горла сдавленный крик. Он не дал ей опомниться, сразу задав глухой, неумолимый ритм, от которого старый стол содрогался и скрипел. А в это время Джордж, стоя перед ней, мягко коснулся её подбородка. — Доверься нам, — его голос был хриплым шёпотом. И она, не в силах оторвать от него взгляд, послушно открыла рот, позволив ему заполнить собой не только тело, но и все её чувства. Она послушалась, и он вошёл глубже, заставляя её сглотнуть спазм. Слюна стекала по подбородку, но он не останавливался. Фред ускорил ритм, его бёдра с хлопком встречались с её кожей, а пальцы впивались в её плоть. — Ты так тугая… — прохрипел он. — Кончу скоро, если не замедлю. — Не смей останавливаться! — её голос был приглушён членом Джорджа, но братья услышали. Джордж вышел из её рта и резко развернул её, прижав к стене. — Теперь я. Он вошёл с одного толчка, заставив её вскрикнуть. Её тело, уже чувственное и податливое, снова напряглось, пытаясь принять его. В этот миг Фред прижался к её спине, и она почувствовала, как его член скользнул между её ягодиц. Осознание того, чего они хотят, пронзило её, как удар тока. — Вы… серьёзно? — Ты же сказала — всё. И они не стали ждать ответа. Когда финальная волна накрыла её с головой, она не знала, чьё имя кричала в полном забытьи. Но это уже не имело никакого значения. ***                                    Тишину комнаты нарушало лишь потрескивание поленьев в камине. Хилари лежала между близнецами, её голова покоилась на груди Фреда, а ноги были переплетены с ногами Джорджа. Их тела, покрытые лёгким слоем пота, всё ещё излучали жар. Фред лениво перебирал её волосы, вдыхая аромат шампуня с нотками яблока. Его пальцы задержались на её виске. — Пульс всё ещё бешеный, — прошептал он, улыбаясь. — Неужели мы тебя так впечатлили? Хилари фыркнула, но не стала отрицать. Девушка потянулась к остывшему латте на тумбочке, но не успевает — Джордж оказывается быстрее. — Мне пора, — вздохнула она, приподнимаясь. — Завтра рабочий день. Братья переглянулись. Джордж встал первым, помогая собрать разбросанную по полу одежду. Его пальцы задержались на её талии, когда он застёгивал блузку. — Ты уверена, что хочешь уходить? — спросил он, целуя её в висок. — У нас есть тёплый душ. И запасная зубная щётка. Фред в это время накинул ей на плечи шарф. — Или боишься, что не сможешь устоять перед нами ещё раз? — поддел он, подмигивая. Хилари закатила глаза, но улыбка выдавала её с головой. — В восемь утра. Без опозданий, — строго сказала она, поправляя шарф. — И без новых «экспериментов». — Обещаем, — хором ответили близнецы, но их лукавые улыбки кричали об обратном. Как только щёлкнул замок, младший передал чашку старшему, тот допил его и скривился. — Всё-таки гадость. — Зато сработало, — усмехнулся Джордж, развалившись на диване. — Думаешь, она завтра придёт? — Однозначно, — уверенно парировал Фред. — И знаешь что? — Что? — Надо запастись свежим кофе. На этот раз — с двойной порцией зелья. Дело-то только начинается.