Боль и любовь

      Лицом к лицу я столкнулся с ним, в бою. Тысячелетий демон чья душа полна отчаяния столкнулся с шаманом-недоучкой, что в жизни не вкусил даже самого настоящего отчаяния.       Порой в мире духов Маппа призывал меня к себе и постоянно находясь словно бы в доме в лесу он лежал у меня на коленях вспоминая ужасы прошлого, сотни лет в аду, мир где царил лишь голод и богатые забирали себе всё до последней крошки. Мир от которого король духов хотел убежать сломя голову, ведь он отлично помнил, как из покоен веков богатые забирали себе всё, высушивали из бедняков последние соки, пользовались другими людьми ради губительного яда в виде злата.       И как прискорбно будет ему осознавать, что самое близкое для него существо заразилось этим ядом. Ядом что медленно и верно развратило его душу из-за чего будет лишь вопросом времени, когда мой соперник из парня похожего на Маппу превратится в уродливое чудовище, похуже моего демонической личины. Как скоро он из отчаявшегося мужчины превратится в монстра, что готов заколоть даже своего сына, но только для того чтобы вкусить этот губительный яд.       Сказать это было сложно, да и мне было всё равно. Ведь сам его богомерзкий поступок, сам его выбор, скорее всего причинит или уже причиняет Маппе безмерное колличество боли. Из-за чего я не могу относиться к своему врагу также как сам Маппа относится к тому, кого он считает своим братом.       И это ранит также словно тысяча демонов снова проходят через моё тело. Словно я вновь чувствую как единственный человек, что заменил мне семью меня предал. И я не могу чувствовать к этому надменно спокойному мужчине лет тридцати с длинными волнистыми волосами ничего кроме жгучей ярости. Ярости что будто-бы пронизывает всё моё естество и заставляет меня всё больше и больше желать ему смерти за то что он предал Маппу. Маппа...       Когда-то я завидовал ему за его талант и спокойствие, однако проведя с ним какое-то время, я был поражён его добротой и немного иным взглядом на мир, взглядом при котором он хотел объять мир глазами Бога, даже если бы он вызвал бы гнев остальных богов. Не смотря на всё тело ужасы, что с ним творил Тадатомо и что он пережил перед тем как попасть к мастеру, он остался искренним и светлым человеком.       И даже сейчас спустя тысячелетие, он смотрит на мир с глазами полными спокойствия и любви. Любовь...       Она похожа на тёплый огонь, что словно бы обжигает и согревает. Она похоже на живительный источник, что словно бы и замораживает и исцеляет. Она похожа на ночь, что пугает своей тьмой, но освещает путь своей луной.       Всё это я чувствую просто глядя в глаза Маппе, тому кого люди несправедливо прозвали сыном демона.       Мужчине стоявшему передо мной явно будет не понять, что пережили мы с Маппой! Да и откуда? У него скорее всего были любящие родители не принижающие его за врождённое уродство в виде родимого пятна на пол лица. У него были бабушка и дедушка явно не доживающие свой век в страшных муках от чахотки, без лекарств. Он явно не был вынужден бомжевать на улице питаясь травой и сражаясь с дворовыми собаками за единственную незаплесневевшую буханку хлеба. И ему явно не понять какого это жить будучи уродом на потеху остальным и вынужденным даже попадя к мастеру оммеджи стремится выполнять его приказы порой закрывая глаза на те гнусности что тот творит...       Ведь Маппа далеко был не единственной жертвой Тадатомо...       Красные церемониальные одежды отлично скрывали все наши внешние шрамы однако не были способны были скрыть нашей души.       Так как смеет шаман, который даже не знает что это значит столкнуться с актом насильственной любви, судить нас с Маппой, считая меня лишь монстром, а его предателем?       Кто из нас ещё предатель?       Я желаю обогреть руки сына Йо Асакуры его же кровью, чтобы тот понял какого это познать горечь предательства, такую же какую он причинил человеку которого я люблю. Маппе...