Chapter |twenty|. Final war.

      Аврора испуганно отпрянула, от крикнувшего Брукса, но тот оробело повернулся к ней. — Прости, котёнок, я не хотел напугать тебя. Тут такое дело…       Девушка, подняв бровь, вопрошающим взглядом посмотрела на парня. — Что на этот раз? — устало прохныкала Рори. — Люгвин и наши мамы знают где мы находимся.       Даже Ро позволила себе нецензурную брань, на что Дор отреагировал не очень позитивно, но был такого же мнения о сложившейся ситуации. — Ро, думаю они не будут вылетать прямо сейчас. Давай отужинаем и спокойно доедем до отеля. Буду надеяться, что они не рванут с Лирой сюда, на другой континент через Атлантический океан.       Девушка посмотрела на парня, подняв бровь. — Ты настолько плохо знаешь мою семью? — А разве для телепортации не нужно много энергии?       Девушка опять вздохнула. — Как только мы с Лирой познакомились, она нам рассказала про свою силу, и что она может, не затрачивая много энергии, переместиться куда угодно. Только вот насчёт остальных я не уверена. Мама не умеет телепортироваться так же как и Лира. Люгвин тоже вроде, а вот Джин…       Девушка умолкла и вдруг прислушалась к окружающей их территории. Она почувствовала горький вкус на языке. Как она знала это был страх, но он исходил не от Дориана, и не от находящегося в десяти метрах официанта. Её передёрнуло и она быстро затараторила: — Дор, пожалуйста, прошу тебя, давай уйдём. — Аврора, если ты волнуешься по поводу родителей, то можешь не беспокоиться. — Дориан, мне здесь некомфортно, просто давай уйдём. Я чувствую чьё-то постороннее присутствие. — Рори, может на фоне последних событий ты стала параноить?       Девушка взбесилась и крикнула на него: — Дориан Брукс! Я тебе говорю, пойдём! Когда в последний раз я была неправа?!       Тот мгновенно умолк и виновато глянул на неё, потом встал и подал руку: — Прости, да, ты права, пойдём?       Даже девушке стало неловко и та приняла его руку, а потом приобняла его: — Прости, видимо гормоны дают о себе знать даже сейчас.       Её глаза наполнились слезами, но шатен мгновенно смахнул первую скатившуюся слезу. — Поверь, я буду любить тебя любой. Злой до потемнения в глазах или же ранимой, как майский ландыш. Я полюбил тебя за всю тебя, а не только некоторые твои качества.       Девушка просто улыбнулась. Эта улыбка была огромнейшим шаг через себя. Она всё ещё отходила от состояния, в самолёте. Ей было трудно, и даже Кора не смогла ей помочь. Девушке просто нужно было, чтобы это всё закончилось. Но ведь она знала — На войне, не без урона. Аврора надеялась, чтобы единственной потерей на этой войне, стала она сама. Чтобы никто из её близких не страдал, чтобы все быстро забыли свою частичку света. — Я… — девушка безумно хотела сказать эти слова, но мозг её будто бы подсказывает: «Ты сделаешь ему больнее», но разве мама не учила полукровку быть сильной? Разве не учила следовать зову сердца? Она собралась со всеми силами и тихонько произнесла фразу до конца. — Тоже тебя безумно люблю.       Дор улыбнулся и просто прижал её к себе, скрыв слёзы счастья, которые душили его. — Пойдём, что-то мне здесь тоже перестало нравиться.       Пара подошла к официанту, на что тот, протянул счет и терминал. Брукс протянул карту к терминалу и, когда тот пикнул, сказал возлюбленной вызвать такси, что она и сделала.       Через пять минут они сидели в чистом салоне идеально вымытой «BMW».       Аврора написала Коре и Стеф, что их ужин был прерван и они едут в отель. Брукс же в свою очередь написал Валериану, что он в скором времени станет папой. Естественно не обошлось и без подколов. Текст сообщения от Дориана был таков: «Вар, прости меня, но я вынужден признаться, у меня есть девушка и мы ждём ребёнка. Нам придётся расстаться». И пару грустных эмоджи для наигранности. Штефанеску проигнорировал юмористическую часть сообщения и выделил для себя главное. Он поздравил пару с пополнением, а затем попрощался, ссылаясь на то, что его позвала Стефани. Брукс, оторвав взгляд от телефона, заметил чёрную кошку, собирающуюся перебежать дорогу. Водитель такси видимо не заметил её, и машина, повернув в сторону, чуть не угодила в кювет. Девушка взвизгнула, а Дор схватил её за руку — Дориан! Ты видел?! Это точно плохой знак! — Котёнок, с каких пор ты стала столь суеверной?       Девушка беззлобно ударила его кулаком в плечо. Тот лишь позабавился над её ребячеством и сказал водителю впредь быть внимательнее. Злоба, присущая этому парню, рядом с ней улетучивалась. Да, именно с ней, с той самой Авророй Хэйзенберг, которая его бесила, после ситуации с поцелуем. Но после того, как эта нежная девочка показала свою ласку и любовь во время той самой ночи, он понял, что даже если она не переживёт все эти испытания, то он уйдёт вслед за ней.       Доехав, их встретили дворецкие, услужливо открывая двери авто, они вышли, а в холле их встретила та, которую эта парочка боялась встретить больше всего — Лира. — Твою ж… — И тебе привет, любовничек моей сестры.       Рори, не в силах вымолвить и слова, стояла, точно как солдатик в строю, распахнув глаза пошире. — Эй, подружка, что, не удалось уехать незаметно?       Ро лишь грустно кивнула, на что Мирали усмехнулась. — Эй, крошка, все хорошо, я пришла, чтобы помочь укрыться, - полукровка улыбнулась и тронула сестру за руку, а она в свою очередь приоткрыла рот от удивления. Лира продолжила, — да-да, не делай такие глаза, я хоть и с недавних пор, но твоя сестра.       Дориан встрял в монолог Мирали: — Стоп, давай ты нам все расскажешь в холле, и всем. У тебя номер снят?       Та надула губки и пробурчала: — Да, жду ровно через десять минут, в холле.       Аврора стояла и отупело смотрела в стенку, а Дориан в свою очередь помахал у неё перед глазами: — Эй, ты призрака увидела? Пойдём.       Девушка вернулась в обычное состояние и прижалась к руке Дориана, как за последний шанс не свалиться наземь от головной боли, что мучала её.       Пара остановилась у двух соседних номеров. — Я пойду к Штефанеску, а ты зайди к Коре, может она ещё не спит, — скомандовала низкорослая, по сравнению с суженым, но очень милая Аврора.       Брукс улыбнулся, чмокнул её в нос: — Она полжизни была совой, как она может сейчас спать?       Девушка наигранно надулась и очень по-детски ответила: — Бе-бе-бе, — она махнула волосами и удалилась к комнате молодожёнов. — Ей богу, ребёнок.       Шатен произнёс эти слова, но потом увидел испепеляющий взгляд Хэйзенберг у соседней двери и умолк, а затем постучал в дверь фамильярши, после чего та подскочила на ноги и побежала к двери, так как она посчитала что дело явно важное, раз кто-то так барабанит в двери посреди вечера — Если что я боксёр! — громко сказала девушка, подойдя к двери, и открыв её с закрытыми глазами, став в боевую позу. — Перья мне однако больше нравятся, — усмехнулся Брукс, зайдя в комнату под недовольное фырканье Коры.       Парень уселся на пуфик и рассказал подруге о Мирали, о сообщении, попутно напоминая, кто есть кто. — Стоп-стоп! Подожди… — девушка умолкла и взглянула на полную, розовато-белую луну, — Кровавая луна взойдёт и две девы прекрасные Обречены будут на судьбы несчастные Не в силах помочь им ни лекарь, ни фея И тихо плакать будут они, тлея.       Брукс взглянул на Боуман с недопониманием и поднял бровь, та в свою очередь продолжила: — Лишь тьма и тьма способны лес лишить огня, который бог благословит. И девушка, что в белом одеянии придёт, И та, что ангел по опушечкам бредёт, Мальчишку победит.       Из коридора они оба услышали пронзительный визг. Брукс резко встал: — Кора! Бежим!       Девушка кое-как вскочила за ним, прикладывая пальцы к вискам, и буквально оглушалась визгом из коридора, и лишь на мгновение фамильярша увидела четыре фигуры, две из них которые — Аврора и Лира. Два других человека, а может и не человека вовсе, не удалось распознать, но точно были два сгорбленных силуэта, в чёрных одеяниях.       Брукс тут же рванул к ним и за секунду до того, как фигуры испарились, он заметил, что на запястьях сестёр просочилась кровь, из-за крепко впившихся когтей их похитителей. На лице у девушек было отчаяние, даже у Лиры, которая всегда выходила из ситуаций с гордо поднятой головой, проступили слёзы.       Дориан рявкнул, когда впечатался в стену, пытаясь остановить чёрные фигуры. Кора стояла, всё ещё продолжая прикрывать лицо и пошатываться, но суженый её хозяйки потряс её, выводя этим из своих мыслей. — Кора! Кора! Слышишь меня?! Что ты зачитала перед этим?! — он не кричал, но разговаривал довольно громко. — Это… — девушка кашлянула — …это первые две части пророчества о сословии Пусов. Та самая тварь, которая тогда схватила Аврору, это её последний в нашем измерении наследник, — Девушка побледнела на глазах у парня, который аккуратно помог присесть ей на пуфик в коридоре. — Ч-ш-ш, это я знаю, если это всего первые две части, то сколько осталось? И как звучат? — Брукс прижал к себе Кору, которую лихорадило.       Боуман не успела открыть рот, как тут выскочили Штефанеску в коридор. У Валериана в руках уже искрился сгусток энергии, а Стефани уже напевала какой-то мотив и её руки «зажглись» связками лиан и соцветиями, готовых связать, а может и задушить противника, и ещё стоит заметить что на её белоснежном одеянии заклинание выглядит очень гармонично. — Их, в-всего три, однако третья часть неизвестна или утеряна, — девушка вздохнула.       Стеф расслабила связки заклинания «Texere vites», но не отпустила, а Валериан же не убрал вовсе и просто переместил сгусток в левую руку. — Что произошло?! Почему Кору трясёт и где Аврора?! — блондинка аккуратно присела перед Корой на корточки. — Я могу как-то помочь? — Никто в этом мире не сможет мне помочь, — девушка усмехнулась болезненной улыбкой.       Дориан недоуменно посмотрел на Валериана а тот лишь пожал плечами. — Куда они могли деться?! — обернулась по сторонам Стеф. — Навряд ли им нужно ехать в Дарлин, в лес Святой Мэри, мне кажется они всё ещё на территории отеля, — выдвинул теорию Штефанеску.       Тёмный колдун повернулся к Коре и прошептал: — В таком состоянии ты никуда не идёшь, остаёшься с медсестрой из отеля, на поле битвы ты только будешь мешаться, а ещё, если выживем, то мне прилетит по голове от Авроры, да ещё и чем-то увесистым.       Кора надулась, но потом вздохнула и выдохнула. Она протараторила: — Иду с вами, и это не обсуждается. Сейчас выйдем на свежий воздух, я перевоплощусь и соответственно буду лучше себя чувствовать.       Боукс не смог ничего ответить на такое и лишь переспросил как чувствует себя фамильярша.       Все без слов переглянулись и двинулись к заднему выходу отеля, который направлен прямо на лес.       Как только все вышли, голубоглазая, прошептав некие слова обратилась в полярную сову. Она что-то уркнула, но это было уже в небе, когда та искала месторасположение хозяйки. Тройка же стояла внизу и наблюдала за совой в небе, которая должна указать путь.       Спустя минуту полётов, пернатая увидела огонёк в полукилометре от отеля. Она спустилась на землю и преобразовалась обратно в девушку. — Примерно в полукилометре, — блондинка помолчала, — может вы все немного совместите свои силы и переместитесь так, чтобы никто не затратил много энергии?       Дор посмотрел на фамильяршу, и по его реакции девушка подумала, что она сморозила глупость, но тут же шатен потрепал её по макушке со словами: — Молодец! Вот это голова, — тот улыбнулся и протянул руки к Валериану и Стефани, — Итак, дамы и господа, начинаем?       Девушка с мужем протянули руки Дориану и Коре, ибо разумнее, чтобы она не летела.       Все собрали по одной руке и маги мысленно сконцентрировались на своей силе, представляя как она медленно перетекает из сердца по венам, прямо к кончикам пальцев. Спустя секунду огоньки почти темно-мятного цвета витали возле четвёрки, а ещё спустя пару секунд эти огоньки собрались в один большой портал и поглотили компанию.       Через секунду все выпали на траву за кустами.       Дор, потирая ушибленный бок прошептал: — Над приземлением поработаем, а так мы неплохая команда.       Все тихонько усмехнулись, а после Кора перевоплотилась в сову и взлетела ввысь, решив понаблюдать с высока. Тройка же подошла ближе к кустам и тихонько наблюдала за ситуацией, а она была такова:       Всё те же чёрные фигуры стояли напротив привязанных, цепями к дереву полукровок, девушки находились без сознания. Наверняка их опоили зельями, или же просто эти нелюди ударили их.       Фигуры что-то нашёптывали сами себе, а что именно — понять трудно. Но спустя минуту бубнежа, когда Мирали стала просыпаться, все могли расслышать этот старческий и нечеловеческий голос менее сгорбленного из них: — О-о-о, куколка проснулась, — тот похихикал и подошёл ближе, на что Лира плюнула ему под ноги. — Сантиметр ближе и ты труп! — прошипела она.       Тот хотел было её ударить по лицу, но вторая фигура рыкнула на него: — А девчонка-то права. Госпожа покарает тебя за это, так что лучше остановись, Аллиум.       Стефани повернулась к парням и шёпотом спросила: — Госпожа?       Парни также недоуменно пожали плечами и продолжили слушать. — Ладно-ладно, — разочарованно сказал страж, а потом с неприязнью взглянул на Лиру.       Следующие три минуты ничего не происходило, но потом откуда не возьмись, появляется третья фигура в капюшоне, правда та была не сгорблена и облачена в синий плащ. Два похитителя сразу же падают к ней в ноги, приговаривая «Госпожа, как вовремя вы!», «О госпожа!» Все переглянулись, а Кора решила спуститься вниз, так как почти ничего не понимает. Она тихонечко пикировала на землю и перевоплотилась, а затем подошла к ребятам.       Тем временем, фигура показала руку, что значило замолчать. Брукс пихнул Стеф: — Маникюр неплохой, да?       Девушка закатила глаза: — Да, только вот ты все ещё помнишь что там твоя девушка, её сестра и ваш ребёнок?       Дориан сразу посерьезнел и продолжил слушать.       Фигура продолжала молчать, и все из компании начали уж переживать, что у них какой-то особый способ передачи информации, либо просто их заметили, но спустя пару секунд фигура наклонилась к Лире и взяла её за подбородок, а та в свою очередь расширила глаза от удивления: — Ты?! Как ты могла?! Ты же её лучшая подруга!       Фигура в синем плаще засмеялась, а после скинула капюшон и на этом моменте обомлели все четверо друзей. Прямо над Лирой склонилась Джиневра, со своими длинными чёрными как смоль волосами.       Валериан и Дориан были в огромном ужасе, ибо знали Джин с первого курса. Она никогда не была такой воинственной и недовольной, как сейчас.       Стефани хотела было возмутиться, что Джин к Авроре даже в лазарет ходила, но Кора вовремя закрыла ей рот своей ладонью.       А Джин тем временем смаковала свою победу: — Ты про Аврору? Ха-ха, я тебя умоляю, какая подруга?       У Лиры начали идти слёзы: — Я про Джорди… — она всхлипнула. — Как ты могла так поступить? Джин закатила глаза: — С кем уж не бывает, все друзья уходят и приходят, но в моём случае ко мне придёт власть. Хотя друзья особо и не нужны, ибо лишь когда на миг ты получишь влияние, то сразу же друзья станут врагами.       Лира усмехнулась и прикусила губу, чувствуя очередной ком у горла. — Видимо сама была такой же подругой, — девушка выделила последнее слово с саркастичной интонацией, к сожалению показать кавычки она не могла, но и в связанном виде за спиной сделала что-то подобное.       Глаза девушки-кошки налились кровью и та со звонким звуком дала полукровке пощёчину. Джин размахнулась так, что волосы её разлетелись и в глаза бросились длинные, заострённые на концах ушки. Мирали с аккуратностью заглянула на них и полушёпотом спросила: — А ты не напомнишь мне кто твои родители?       Джин с недопониманием и заинтересованностью взглянула на блондинку. — Они умерли, сражаясь за свой город с антилепами. Существа мерзковатые, честно говоря, но точку зрения свою могли отстоять.       Собеседница улыбнулась, радуясь победе: — А разве маги с антилепами не дружили? Лишь эльфы враждовали с ними, и эти войны не прекращались лишь до прошлого века. А эльфы — долгожители насколько я помню. Да, Джин?       Черноволосая потрогала уши и поняла про что говорит её оппонентка. — Чёрт! — девушка велела собрать пару травинок своим слугам, а сама достала из кожаной сумочки бутылёк с водой и какими-то травами.       Девушка ловко собрала все травинки в пузырёк, а после произнесла заклинание «Applicare» и капнула на каждое ухо, после чего они стали, как и у всех. — И кто же записал тебя как ведьму в Университет? — блондинка склонила голову набок. — А ты не помнишь того, кому Аврора пробила череп? — Джиневра ехидно усмехнулась и продолжила листать тетрадь темно-фиолетового цвета в кожаном переплёте. Девушка увидела, то что ей надо и закрыла тетрадь, убедившись что запомнила все, что хотела. — Финн! Подонок! — зло прошипел Дориан за кустами.       Валериан кивнул в сторону друга: — Хоть про покойника плохо не говорят, но тут я соглашусь.       Стефани и Кора тихо шикнули на них, призывая к тишине.       Лира замолкла, и со стороны Авроры услышали шорох. Девушка безуспешно в полусне пыталась высвободиться из веревок. — Ой, ещё одна птичка проснулась, — Джин саркастично сложила руки в замок.       Вдруг тот слуга, что был более сгорблен, прошептал: — Госпожа, тут такое дело, она спит. — Но она же пытается выпутаться, я вижу.       Вдруг Валериан оборачивается на шорох листвы позади себя и видит Пенелопу, Фрэнсис, профессора Люгвина и Джорджию. Пенелопа в одной руке держит сгусток энергии, а другой рукой призывает его к тишине. Штефанеску легонько пихает Брукса, который чуть не вскричал «Мама?!», если бы Кора не закрыла ему рот своей ладонью.       Старшее поколение вместе с Джорди подобралось ближе и Стеф уловила мысль, что может это миссис Брукс управляет Авророй. У Джорджии навернулись слёзы, когда та увидела Лиру, привязанную к дереву, и Джин, склоняющейся над сестрами.       Джорджия была готова захлебнуться воздухом и прикрыла рот, сдерживая крик боли, что пронизал её с ног до головы, она ослабевшая сползла по стволу ближайшего дуба. Кора оробело подошла к девушке и взяла её за руку, поглаживая. — Что вы тут делаете?! — шёпотом спросила миссис Брукс. — Там моя будущая жена и я намерен её спасти, — твёрдо отчеканил Дор шёпотом. — Риан, надо было нас дождаться, — вступил в диалог Люгвин, но шатен подошёл к нему почти вплотную. — Вам, дорогой профессор Люгвин, или как мне вас назвать теперь, папа? — голубоглазый посмеялся над своими же словами. — Вообще, не стоит вам влезать в разговор и звать меня Рианом.       Дэвид понимающе отступил назад, а на глазах у Пенелопы проступили слёзы. — Прости, Риан… — в тот момент неловко помялись все, ибо никто кроме миссис Хэйзенберг не видел эту строгую женщину в слезах. — Прости, я виновата, но я полюбила. Знаю, что возможно по отношению к твоему отцу это несправедливо, но… — та всхлипнула, а Дор просто подошёл к ней и обнял.       Пенни плакала в плечо своего сына, который был всем для неё, после кончины её мужа.       Дориан немного повернул голову в сторону Джин, её приспешников и сестёр. Черноволосая начала кричать на поданных: — Что скажет повелитель, когда увидит что вы натворили?! Девушка даже голову поднять не в силах, — девушка присела на корточки у Авроры и взглянула на её запястье, порядком окровавленное, — бестолочи! Вам прямым текстом сказала, что ни единой царапины, а это что?! — та встала и оторвала кусочек от подола плаща, а затем приложила на рану Рори, на что та резко открыла глаза.       Младшая полукровка прошипела от боли, а потом от негодования.       Когда в глазах её перестало двоиться, та смогла разглядеть лицо той, которую считала подругой. — Хах, знаешь, Джиневра, я не удивлена. Постоянно нет в комнате, какие-то травки в лес Святой Мэри ходишь собирать, а ещё напомни-ка ходила ли ты в лес в ту ночь? А, точно, нет, — Взгляд был окутан брезгливостью и презрением, настолько Аврора не любила предателей.       В этот момент вся Санта-Барбара за кустами закончилась и Фрэнсис с Пенелопой подобрались ближе. Джорди же твёрдо решила отомстить человеку, что врал целых три года и тоже пошла с женщинами.       Кора, Вар, Дориан и Стефани отошли немного дальше, а Люгвин стоял позади, но слышал всё. — Да, а кстати мама моя погибла именно недавно, в ту самую ночь, когда охраняла Господина, — девушка вздохнула и натянула свою ехидную улыбку, — и вам даже не станет жалко меня? — она наигранно надулась и сделала вид, что плачет. — Стелла…       Рори действительно стало жаль девушку, но сестра вывела её из транса: — Аврора! Не слушай её, ей глубоко плевать на родителей! — А вам, девушки, нет? Ну раз так, миссис Хэйзенберг идите, спасите своих милых дочушек!       На тот момент в сердце кольнуло у обеих дочерей. Полукровки были готовы разреветься на глазах у всех, лишь бы с их мамой было всё хорошо. — Мама! Если ты здесь — не иди! — крикнула Мирали в надежде, что мамы здесь действительно нет.       Фрэнсис в своё же время вообще не сомневалась в том, чтобы выйти, и тут Пенелопа схватила её за руку. — Не иди одна, умирать — так вместе. — Правильно, миссис Брукс! Выходите все! — прокричала приспешница Подорампуса.       Из кустов вышло то, чего Аврора боялась больше всего — все её родные и близкие.       Она истошно закричала. Настолько больно было девушке, что вся её печаль распространилась на Лиру и всех вышедших из кустов. А у фамильярши же потемнело в глазах, но Люгвин придержал её. — Аврора, котёнок мой, спокойно, — Дориан хотел было подойти к ней, но тут же дорогу ему преградили два сгорбленных силуэта.       Девушка, через нехватку воздуха сказала: — Джин! Давай ты отпустишь всех, а я останусь и найду вам другую полукровку, или же просто двух ведьм разных аур. — Нет! — крикнули все присутствующие кроме Джиневры и слуг.       Девушка-кошка думала. Минуту, две и в итоге она сказала: — Отдаёте еще зеркальную тюрьму и всё, чао! — девушка притворно мило улыбнулась.       У Авроры дрогнула губа, она не знала что хуже для близких: отмучить свою, наверняка, недолгую жизнь в рабстве, с мыслью об её самосовершенствовании или же их быстрая смерть, у нее на глазах. — Мы отдаём только тюрьму и всё, — твёрдо настояла Пенелопа, — либо тюрьма, либо ваши смерти.       Все спокойно стояли позади женщины, ожидая вердикта Джин, а она в свою очередь осмотрелась. — Знаете, — она повернула голову обратно на компанию, — предложение весьма заманчивое, но…       Девушка умолкла и прикрыла глаза. Она простояла так полминуты, а после Джорди вышла к ней, но не подошла близко. — Так это ты его слышишь, верно? — она протянула руку к руке её бывшей подруги.       Все позади Джорджии переглянулись. — Джинни, скажи, пожалуйста, что он тебе говорит.       Девушка заговорила едва слышно, но руки Джорди не приняла. — Фрэнсис, я тебе очень благодарен за тот подарок, что ты сделала, но знаешь…       Миссис Хэйзенберг вышла, а Стеф взяла её за руку, чтобы вовремя если что отдёрнуть. — Под, скажи зачем тебе мои дочери?! Скажи зачем?! В мире же ещё много ведьм и колдунов… — она всхлипнула и сказала последнее слово в своей фразе. — Прошу… — Ха-ха-ха, — в голосе Джин раздались нотки жужжания шмеля, — зачем? Так вот, Фрэнсис Хэйзенберг, я очень благодарен тебе за то, что ты даровала мне душу, но твоя сестричка и суженый не думали побыть добрее к мальчишке, который едва на семнадцать выглядит. Я хочу у них отнять то что дорого им, но так к сожалению вышло, что ваши жизненные ценности совпадают, — Джиневра, а вернее Под через её тело, кивнул на ствол дерева к которому были привязаны сестры.       Аврора попыталась вырваться из веревок с помощью магии, но тут обнаружила, что руки её закованы в кандалы. Злость её вскипела до максимума и она закричала, перебив Фрэнсис, которая хотела было ещё раз попробовать умолять это чудовище.       К девушке подлетел синий "светлячок" и залетел в сердце. В итоге вспыхнул первый огонёк ауры, потом третий, четвертый и через секунду девушка была в ауровом огне, прям таком, в котором она стояла в ту роковую ночь, но Джин достала пузырёк из своей сумки и кинула на камень рядом с полукровкой. Та мгновенно потухла и стала задыхаться. Брукс попытался пробиться через дряхлые силуэты и что удивительно, у него вышло. Он откинул приспешников в разные стороны и подбежал к своей суженой, а после взял её за руку и буквально заставлял её дышать.       Под, ну или же Джин просто стоял и ничего не делал. Он наблюдал за Стефани, которая пыталась вызвать ветряной поток, за Валерианом, что подпитывал энергией силы жены, следил и за Пенелопе, которая что-то нашёптывала Дэвиду и Фрэнсис. Но единственные, за кем он не смотрел это были Лира и Джорди. Светлая ведьма воспользовалась тем, что на неё Под даже не подумает, ибо она стояла в метре от него. Девушка завела руку за спину и мысленно говорила заклинания. Силой мысли она сняла ключ с лежащего в отключке силуэта и подвела его к оковам Лиры, а та, заметив это, поддалась руками к ключу. Как только она освободилась, она увидела что оковы были синхронизированы, и Аврора тоже была свободна. Брукс устремил взгляд на свободные руки одной из Хэйзенберг и без слов, способностью, приказал ей оставаться на месте.       Также Дориан мог передать свои сообщения мыслью, но получить их от собеседника невозможно, только ауровым сообщением. — Руки отекли, энергии там совсем нет, подождите.       Пока происходили все события, Под ухмылялся, но внезапно перед ним выросла Фрэнсис, которая горела в ауровом огне, который был похож на нежные лепестки пиона, но стоит к ним прикоснуться — останешься без руки. Та наступала на него, а он невозмутимо продолжил смотреть. — Отдай моих дочерей, — женщина проговорила это ясно и чётко. — Я вроде бы уже сказал, что нет. А дважды повторять я не очень-то и люблю. — Раз нужна ценность моих близких — забирай меня, или же тебе дважды нужно повторить?       Под усмехнулся, схватил Пенелопу за руку и потянул её за собой и последними его словами было: «Не нужно, заберу одно из самых ценных у тебя, чтобы Фред и Несса винили во всём себя»       И вот пустота. Ничего не слышно и не видно вокруг, все замерли в оцепенении. Подорампус растворился в собственной дымке, затянув ректора Мирленского университета с собой.       Аврора просто кричит. Дориан, как и Фрэнсисс Дэвидом просто стоят и молчат. уже высвободила Лиру, а Кора, крикнув что-то на совином перевоплотилась, прыгнула на землю и идеально присела, предварительно перекатившись по жухлой траве. — Он не мог её забрать! Не мог! — младшая полукровка нервно ходила с одного конца поляны на другой.       Вдруг Лира и Стефани подобрались к ней и взяли за руки, Кора и Джорди не решились, ибо это явно что-то семейное. — Солнце, они не могут быстро переместиться, просто обратимся в министерство, чтобы её нашли, — сказала Стефани полушёпотом, поглаживая подругу по руке. — И что они сделают, Стеф? Опять неумело заточат и Джин, которая находилась под давлением много лет? Пойми, она лишь жертва! А министерство как в прошлый раз не разобралось, так и в этот не разберётся.       Девушка истерично оборачивается и взвизгивает, когда её обвивают руки любимого. — Как я рад, что с тобой всё хорошо, — он чмокает её в лоб и прижимает к себе, чтобы их даже ножницами не отрезали друг от друга.       Аврора спокойно нежится в объятиях Дориана, но тут же вскрикивает на него: — Как ты можешь быть таким спокойным?! У тебя мать пропала, у профессора Люгвина любовь, а у моей мамы лучшая подруга.       Брукс спокойно смотрел на девушку. — Я выпил успокоительного, потому мне так хреново и даже чувствовать ничего не могу, да и не хочу, — тёмный маг почувствовал руку на своём плече. Он был уверен, что это Вар, но сзади послышался более низкий тембр. Это был Дэвид или же, как звали его студенты, профессор Люгвин. — Я понимаю как тебе может быть плохо, но давай попробуем пережить это вместе, ради твоей мамы.       Дориан встал, повернулся, и после долгих раздумий, глядя на руку протянутую профессором, кивнул и пожал её.       Все неловко оглянулись на Рори и Кору. Фамильярша погладила хозяйку по руке, а после положила голову на её плечо. Силы блондинки были на исходе и та прикрыла глаза, попав в царство снов и желаний.       Впервые спокойным тоном младшая полукровка проговорила: — Кто-то должен остаться с ней. Джорди, Лира, мама?       Лира поцеловала свою девушку и убрала прядку волос, а потом ласковым голосом сказала: — Так мне будет спокойнее, — затем девушка подошла к матери, не отнимая руки Джорджии от своей.       Девушка обняла маму и на её руке брякнули наручники. — И так тоже.       Джорджия и Фрэнсис оказались связаны магическими наручниками. Они начали возмущаться, но Мирали даже слушать не хотела. Она наказала им идти в отель и следить за Корой, которая лежала на нежно-розовом ауровом облачке. — Под явно направился в место, где держал Аврору. Кто-то помнит, где это было? — воинственно спросил Дэвид.       Все подняли руки и усмехнулись. — Не судите строго, я ведь тоже немолодой. — Но обаяния хватило на маму, — язвительно подметил Дориан и улыбнулся, до тех пор он улыбался, пока не опробовал вновь на себе локтевой удар Хэйзенберг младшей.       Лира взяла за руку сестру, призывая притормозить, а затем прошептала на ухо: — Предлагаю переместиться в Дарлин, пока никто не пострадал. Знать о месторасположении тюрьмы должны лишь ректор и приближённые к ней, — девушка перевела взгляд с Дэвида на Дориана. — Думаю, Дор не знает. А вот профессор… — шатенка задумчиво ответила, бредя с сестрой под руку перед всей компанией. — Что затеваете, чертовки? — Стефани подкралась незаметно и приобняла обеих сестёр за плечи, встав между ними. — По сути, Под должен вернуться, чтобы провести ритуал, ибо в одном из пророчеств говорится про то, что последний сын попробует вызволить семью, — уже громко говорила Мирали. — Пророчество? — услышав знакомое слово, Брукс подошёл к девушкам, затянув Валериана за собой.       Темноглазая обернулась на суженого сестры: — Да, пророчество Фоамина, а ты что-то знаешь о нем? — Нет, просто Кора рассказывала какое-то пророчество. Что-то там про двух дев прекрасных, девушку в белом одеянии, про мальчишку.       Брукс неумело передавал суть предсказания, но на лице Мирали читалась неуверенность. — Ну ещё Кора сказала, что у этого пророчества утеряна одна часть.       Тут даже профессор Люгвин подошёл поближе и расширил глаза, как и Мирали. — Это… это же утерянные части фоаминского пророчества! — первым от шока отошёл Дэвид.       Они с Лирой переглянулись и кивнули друг другу, в то время как Аврора, Дор и Штефанеску стояли в недоумении. — Только что я сказал, что одно неизвестно, почему вы радуетесь?       Лира и Дэвид закатили глаза: — Ты вроде на третьем курсе, а на историю видимо не ходишь. Почему-то я не удивлена, — Брукс посмеялся, ведь Лира попала в точку, — на данный момент известна только одна часть, а другие знал древний монах, который общался с животными. Так вот, те части перед смертью он передал одному животному, правда неизвестно какому, но видимо это была сова, — все с пониманием приоткрыли рты, — да-да, наша Кора. Она же фамильярша и могла жить сотню лет до появления Авроры. — Ты серьёзно? — взглянула Рори на сестру с подозрением. — Да, Лира говорит правду. Я уверен, что Кора передала нам недостающую часть. — А, собственно, почему мы не можем переместиться прямо в точку, где находится Под, отсюда? — поинтересовался Валериан. — Об этом как раз в первой части и говорится. В эту ночь силы и способности каждого могут быть непредсказуемыми. Начиная небольшим смещением перемещения, вплоть до разрыва обладателя силы на части.       Люгвин шёл и спокойно рассказывал про возможные последствия, а Лира сглотнула и нервозно взглянула на компанию. — А обязательно это обсуждать при мне? — Но ты же знаешь пророчество, — подметила Стефани. — Но я же не думала, что оно относится ко мне. Никогда бы не представила что нужно будет перемещаться на разные континенты, так ещё и под предлогом смерти.       После этой фразы ко всем пришло осознание, что жертвы могут быть и очень даже точно. И вот, когда до места назначения осталось совсем немного, оставшийся путь все провели в тишине.

***

— Все готовы?       Лира обвела круг взглядом и на её лице застыла печаль и страх. Аврора почувствовала лишь горький вкус и ей тоже стало страшно. Девушка подумала: "— Только обрела сестру, не хочу её терять"       Неуверенное «да» прозвучало на поляне и спустя секунду на ней была лишь розовая дымка.       Компания выпала в холле университета, тем самым нарушив свои планы. — Чёрт! Ну хоть не в жерле вулкана, — Лира встала, отряхнула кожаный комбинезон и оглянулась. — А может опять попробуем переместиться? — Валериан неожиданно для всех предложил довольно логическое решение проблемы, но Люгвин всё же огорчил всех, ибо магией лучше много в пик розовой луны не пользоваться. — Раз уж мы тут, то… — Мирали подошла к профессору энергетики и, неловко помявшись, спросила. — Мистер Люгвин, Вы знаете, где зеркальная тюрьма?       Он ошарашенно взглянул на Лиру и на подошедшую Аврору. — Девочки, я даже если бы знал не сказал. — Если Джин здесь, то она явно попытается завладеть тюрьмой. И нам нужно её уберечь. — Ну… я не знаю.

***

— Ладно-ладно, аргументов достаточно, думаю, вы правы и нужно перепрятать тюрьму.       Лира, уже уверенно глядя вперёд, протянула руку Авроре для победного удара кулачками. Шатенка также самоуверенно ответила на жест.       Дориан усмехнулся детским повадкам Хэйзенберг, на что получил щелбан в лоб от Стефани. — Это было очень даже мило. — Ауч! Да знаю я, знаю!       Люгвин сказал следовать за ним и спустя пять минут блужданий по коридорам, они вышли в западное крыло Мирленского университета. — И? — Аврора, уже уставшая от всего, присела на ближайший пуфик. — Скоро мы придём?       Люгвин глянул на картину, где была изображена Княжна Андреа, которая, превратившись в золотистый пепел, отправилась наблюдать за лесом из небытия. — Не волнуйся, Рори, уже пришли, — мужчина отодвинул огромную картину, и что удивительно, та поддалась и поехала в сторону.       Там был сейф и Люгвин попросил всех удивленных отвернуться, под предлогом того, что там очень много важных реликвий университета.       Не успел он открыть замысловатую систему, как послышался крик женщины: — Дэвид! Закрывай!       Брукс среагировал на крик и тут же ринулся помогать Люгвину, затем и Валериан. — Это была мама! — сказал Дор, как только подошёл к профессору энергетики. — Знаю, узнаю её голос из тысячи.       Дор сделал вид, что его сейчас стошнит от приторности и взглянул на Валериана, но лучше бы он этого не делал. — Дор, сзади! — крикнула младшая Хэйзенберг, но уже было поздно и чёрная кошка запрыгнула в маленькую щель, которую по неаккуратности мужчины захлопнули, прям за ней. — Твою мать! Это был Подорампус, да? Ну всё ребят, открываем. — Теперь нам уже ничего не поможет. Если она найдёт зеркальную тюрьму, то Под будет свободен, — сказал Валериан и печально взглянул на супругу, которая, не сдерживая слёз, смотрела на портрет княжны. — Миссис Брукс! — взвизгнула Аврора, увидев женщину в лапах двух высоких мужчин.       Они не держали её вовсе, а просто один из них спросил: — Миссис Брукс, можем идти? — Да, идите, Фрэнк, если лес начнёт полыхать, то возможно понадобитесь.       Пенелопа подбежала к Люгвину и просто притянула его губы к себе, а затем поцеловала.       Все вокруг засмущались, но Лира кашлянула и покосилась на картину. — Мне конечно очень неловко прерывать вас, но там кажется что-то происходит.       Из-за двери и впрямь донёсся звериный рык. Аврора скрутила такой мощный узел заклинания, что Валериан и Дориан заработали бы много комплексов, но сейчас всем было абсолютно не до того.       Резкий толчок из-за картины дал понять, что «он» пытается вырваться наружу. — Подорампус свободен, — прокомментировала Пенелопа масштаб трагедии. — Нужно предупредить учеников, — крикнул Дэвид.       Но предупреждать уже никого не надо было. Все студенты, живущие в западном крыле, давно сбежались на грохот, который создавал Подорампус, пытаясь выйти из убежища реликвий университета. — Что здесь творится, Валериан? — спросила однокурсница Вара и Дориана — Лили Грейндж.       Валериан хотел было ответить, но Пенелопа громко крикнула: — Живо идите будите всех в восточном крыле! Подорампус свободен!       Перешёптывания окатили холл и в итоге разрослись в галдёж. — Я СКАЗАЛА ЖИВО!       Все девушки ринулись в восточное крыло университета, а парни же предложили взять мечи в зале памяти, на что Пенелопа отреагировала не очень позитивно, ибо маги должны оставаться магами и на войне, а значит и применять свои силы. Пятый курс отреагировал спокойно, а вот почти все первокурсники забеспокоились. — Ребят, да забейте, когда ещё будет возможность так повеселиться? — сказала Лира улыбнувшись.       В это же время она создала сгусток магии в правой руке. — Лира, вообще-то мы спасаем магический мир, и ко всему проче… — с осуждением бросила Стефани, но её прервало падение портрета княжны. — Адам Нэнсон побежал в город, за помощью! — с криками вбежала Лили в холле западного крыла, ведя за собой толпу колдунов и ведьм. — Молодец, Грейндж, помощь нам явно не помешает, — сказал Дор. — Все встаньте за мной и профессорами, — командным голосом сказала Пенелопа.       Да, здесь были Рональд, Рима и Виктория и другие люди, работавшие в университете. — Миссис Брукс, я должна стоять впереди, хочу взглянуть ему в глаза, — решительно сказала Аврора. — Я понимаю твоё рвение, родная, но, пожалуйста, ради меня, встань за мной.       На слове «родная» у Авроры в уголках глаз скопились слёзы. Неужели она действительно полюбила её? Неужели она действительно не против их с Дором союза? Девушка слабо улыбнулась и тронула Пенелопу за руку, а потом прошептала: — Я рада, что у малыша будет такая прекрасная бабушка… — Аврора обняла Пенелопу, не в силах сдерживать свои эмоции.       Миссис Брукс, не ожидавшая такого поворота событий, первые пять секунд пыталась осознать, сказанные шатенкой слова, а спустя мгновение все мирленцы могли наблюдать двух плачущих, обнимающихся женщин.       Дориан подошёл к ним и обнял следом, но позже прошептал: — Ещё секунду и от двери ничего не останется, поэтому предлагаю попозже поплакать.       Аврора и Пенелопа усмехнулись, а потом Дор продолжил: — Я люблю вас…       Если была ещё хоть минута в запасе, то все обязательно бы поплакали, но они понимали, что дверь уже держится на волоске, от того, чтобы быть выбитой.       Дориан нежно взял Рори за руку и повёл за собой, за профессоров.       За мгновение до того, как дверь распрощается с жизнью, холл засиял множеством цветов, исходящих от сгустков энергии, которые зажгли мирленцы.       Красный, оранжевый, чёрный, фиолетовый, голубой, жёлтый, зеленый, белый, розовый, синий, мятный, лазурный, серый, золотой. Изобилие цветов — поражало.       Как только дверь разлетелась в щепки, из помещения вышел он — Подорампус. — Я как погляжу скучали, раз целой толпой решили устроить мне светошоу. — Подорампус, убирайся в тюрьму, либо мы закинем тебя к твоим родственничкам, — крикнула Аврора, избегая попыток Дора, закрыть ей рот. — У-у-у, птенчик мой, а ты действительно настолько глупа, чтобы понять, что я не уйду без боя. — Тогда, нам придётся убить тебя, совсем так же, как ты посмел убить княжну! — неожиданно для всех, крикнула Стефани.       Хотел Под что-то сказать, да перебил его шум и гам из коридора, ведущего в это крыло здания. — Адам! — выкрикнула Лили, из третьего ряда, когда молодой человек вышел из коридора. — Я вижу вы совсем отчаялись и решили весь Дарлин перебудить, — посмеялся Под, так буднично, будто он был на чаепитии со старыми друзьями.       Он прокашлялся и вспомнил про угрозу Стеф: — Ах, да! Маленькая Повелительница Земли, ты так уверена, что не сляжешь в могилу, как и Княжна, делая такие громкие заявления?       Все удивлённо взглянули на Хёрст, ведь она никому кроме своих друзей не сказала, про её новую должность. Та даже бровью не повела и выкрикнула: — Мне очень жаль, что ты считаешь, что я не способна на убийство!       Девушка сплела заклинание «удушающих лиан» и уже дрожащими от гнева руками, попыталась направить его в Подорампуса, но тщетно, он с лёгкостью отбился от них. — Знаешь, второе, что я сделаю — сожгу лес. Догадываешься чем будет первое?       Она отрицательно помахала головой, сдерживая гнев. — Так вот, первым будет долгая и мучительной смерть твоего муженька, прямо на твоих глазах.       Тут не выдержал уже Вар и метнул заклинание «всепоглощающей тьмы» в чудище, чего он не ожидал и тьма едва не поглотила его руку, но он вовремя сообразил и метнул заклинание, «рассекающее препятствия».       Валериан грязно выругался и в его руках вспыхнул тёмный, нет, чёрный огонь. Аврора испуганно оглядела гневное лицо Вара — нелюдимое и будто бы неживое. — Брат, все будет хорошо, успокойся, просто прихлопнем его сейчас как муху и всё, — воодушевленно сказал Дориан, хоть и сам едва сдерживался, чтобы не кинуться с одними только кулаками на этого урода.       Выходец рода Подорампус рассмеялся: — Риан, дорогой мой, ты серьёзно считаешь, что сможешь меня победить? Меня силой наградили два человека, которых ты скоро будешь звать семьёй. "— Он про кого? "— подумал Дор       Словно прочитав немой вопрос в глазах Брукса, Ро одними губами прошептала: — Тётя, папа… — Ты даже говорить о них не смеешь, они лишь спасались от тебя! От монстра в мальчишечьем облике! Может с первого взгляда ты не виноват, но если подумать, то твоя душа чернее всех тех, что тут есть! — выкрикнула Аврора, осмелев, а затем взглянула прямо ему в лицо. — Малышка Хэйзенберг… — он смаковал каждое слово с мечтательной улыбкой. — Какая же ты глупая. Ведь мы с тобой могли поработить весь Дарлин, а потом и весь мир. — Могли бы… — выкрикнула девушка, на что все присутствующие ахнули, а та продолжила. — Если бы моя душа прогнила настолько же как и твоя! — Насчёт моей души могут судить только пикси, которые воспитали меня! — нотки издёвки пропали в его голосе, а их заменили гнев и раздражённость. — Под, сдавайся, против тебя целый магический мир, а ты возможно найдёшь в мире Грёз путь к семье, к другому измерению, — уже уверенно подначивала его сдаться Пенелопа.       Прошло около сорока секунд как никто не двинулся. Конечно Мирленцам и жителям Дарлина хотелось победить, но наступать первым никто не решался. Бессмысленные жертвы были ни к чему.       Под закрыл глаза и зарычал так, что стены здания затряслись. Рима — преподаватель защиты от нечисти, сразу распылила пыльцу Фей и прямо заорала назад, в толпу: — Вспоминаем первый курс, пятый урок! Защита от тёмных! — Пыльца зимней феи, смешанная с шерстью оборотня, в пропорциях два к одному, мэм! — Молодец Грейндж, автомат! — улыбнулась Рима и дальше кивнула своей сестре, Виктории — профессору магияведения.       Та вышла к ней, дала пять и также с вызовом крикнула в толпу, знания на войне все же пригодились: — Чем можно убить тёмного, если под рукой кроме друга ничего нет?! — Если способностью друга является мимикрия, то можно позволить стать магическим копьем! — Брукс, то же самое что и Грейндж! А теперь быстро, кто обладает у нас этим?!       Вар вышел и буквально растворился из силуэта мужчины, в силуэт меча, который попал в руки его жене. Она почувствовала теплоту, исходящую от него.       Мисс Хёрст, как любил её называть Валериан, выбежала в первый ряд, норовя угодить прямо в сердце чудищу. Тот уже отошёл от пыльцы, и попытался накинуться на Стеф. Однако Лира среагировала и пустила заклинание «невидимой пелены» на Пода, и тем самым дала Стефани пять секунд времени, чтобы покончить с этим.       Аврора узнала это заклинание и тоже применила его, а затем и все сражавшиеся. Стеф успевала проскальзывать меж когтистых лап, когда Под, как слепая курица, пытался атаковать.       Как только он почуял Повелительницу Земли, та схватила, пылившийся в углу, фикус, а затем начала петь. Песня лилась сладко, словно мед на оладушки. Фикус мгновенно разросся до размеров дерева и повалился на Пода, а тот, под весом растения, зарычал.       Стефани нежно попросила фикус подвинуть одну из веток и тот послушался её. — Твоё последнее желание, Под, — сказала Хёрст, обхватив рукоять меча двумя руками, целясь под рёбра чудовищу. — Ха-ха-ха, зря, ой как зря ты позволяешь мне это, — хрипло посмеялся тот, а затем голос его громыхнул в холле и отозвался эхом от стен, — БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА, МАЛЕНЬКАЯ ПОВЕЛИТЕЛЬНИЦА! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА, ДАБЫ ТВОЙ РОД НЕ ПОРТИЛ ЖИЗНЬ ОСТАЛЬНЫМ!       На этих словах Стеф беспощадно всадила меч под рёбра ему, а затем провернула.       В холле повисла звенящая тишина. Светлая ведьма сидела на коленях у трупа мужчины, а не прежнего монстра. Фикус уже уменьшился и стоял рядом. Девушка всхлипнула и достала меч из бездыханного тела и оттёрла его от крови своим белоснежным сарафаном, а затем вложила руку, в руку любимого, который уже стал человеком.       Стеф почувствовала руку на своём плече, это была Аврора, а Дориан, что стоял чуть поодаль, вспомнил слова Коры: — И девушка, что белом одеянии придёт, И та что ангел по опушечкам бредёт Мальчишку победит, — эти слова случайно слетели с его уст.       Лира же грустно подметила: — Никто не виноват, по-другому не было бы. Он проклинал бы её из раза в раз, при всех исходах событий…       Все опечаленно опустили сгустки энергии, а холл будто бы сам шептал эту страшную фразу: — Подорампус умер. От руки, проклятой теперь навсегда, девушки. Повелительницы земли.