До рассвета

До рассвета они были одни, защищённые от всех невзгод и интриг мира. Она была его, и никакому Басманову не дано было этого изменить. Ему оставалось лишь довольствоваться этим моментом, этой нежной близостью, понимая, что с каждой ночью она становилась всё ближе к нему — телом, умом, сердцем.