Дар убеждения

«Твою мать, Леви» - Эрвин был вне себя от негодования. Ему было жаль плачущую Хисторию, таких «комплиментов» она явно не заслуживала. Теперь успокоить девушку и вернуть отношения в первоначальное русло будет куда сложнее. Он хорошо знал Леви, и знал, что капитан не хотел сильно обидеть будущую королеву. Но Хистория этого не знала, и все еще была на пределе, поэтому реакция ее была закономерной. Эрвин тяжело вздохнул: он и сам не знал, куда заведет разговор, ведь без нарушения личных границ уже не обойтись. Он подошел к девушке: она стояла спиной к нему, закрыв лицо руками и всхлипывала. Эрвин положил ей на плечи свои руки, развернул ее и медленно повел в сторону дивана. Он заботливо усадил девушку и сел рядом. Эрвин медленно оторвал свои руки от тонких трясущихся плеч и накрыл ладони девушки своими. Настойчиво и аккуратно он отстранил ее ладони от лица, и взглянул в большие голубые глаза, залитые слезами. Лицо Главнокомандующего было серьезным. Ее руки по-прежнему находились в его руках, и она машинально повернула ладони вниз, взяв мужчину за руки. Эрвин ответил тем же. Хистория ощутила необычайное тепло от мужчины, и внизу живота начало приятно ныть. Эрвин тоже ощутил тяжесть в паху. Так, взявшись за руки, они сидели напротив друг друга несколько мгновений. Эрвину хотелось вытереть слезы с ее лица, и крепко обнять. Она такая малышка… Хистория перестала плакать. Ей тоже хотелось броситься в объятья к мужчине, как будто не существует никаких формальностей. Он такой большой и сильный, никогда не ошибается, поддерживает, защищает, заботится. Эрвину стоило невероятных усилий отпустить маленькие нежные ручки. - Хистория – тихо проговорил Эрвин. – Почему ты плачешь? – Этот вопрос не был риторический: пришла пора разобрать случившееся. - Леви прав. Я пришла к вам вечером, ночевала у вас, потом приняла у вас ванну. Если все узнают… - И что? – Пауза. - Хистория, я каким-то образом нарушил твои личные границы? Я спал с тобой на кровати? – Эрвин был максимально серьезен, но все же говорил тихо и мягко. – Я делил с тобой ванну? - Нет, нет… - девушка замахала руками и головой. - Все, что я снял с тебя вчера, это обувь - мужчина взглянул на ноги девушки и улыбнулся – она не в счет. - Да… - Девушка тоже улыбнулась сквозь слезы: фундамент спокойствия был заложен. - Боишься, что Леви усомнится в твоей порядочности? Или боишься, что он всем расскажет? – из уст Эрвина эти вопросы звучали абсурдно. – Хистория, Леви похож на сплетника? - Нет конечно. - Леви НИКОГДА НИ С КЕМ не обсуждает подобные темы. - А… если с Ханджи? - Не скажет. Ханджи может часами рассказывать о теориях и исследованиях, в остальном она очень порядочная. Даже если она узнает, то не будет разводить сплетни. - Хистория это знает. Так почему она и правда плачет? - Леви точно знает, что у нас ничего не было. Он хорошо меня знает – продолжал Эрвин. - Мгм.. – она постепенно понимала абсурдность своих аргументов. - Ни я, ни Леви никогда не станем тебе припоминать эти события. Если захочешь рассказать кому-либо, я не против. Но ты единственная, кто это сделает. - Нет, мне не надо. – девушка окончательно успокоилась, и просто замахала головой. - Леви уже извинился перед тобой, и за неуместную грубость он сегодня в наряде. Так почему ты плачешь? —тихим мягким голосом спросил Эрвин. На этот раз его интонация не подразумевала ответа. Девушка молчала. Эрвин взял ее за плечи и внимательно посмотрел в большие голубые глаза: - Хистория, когда ты будешь королевой, тебя будут оскорблять, тебе будут задавать неудобные вопросы и подтасовывать факты. Ты всегда должна знать правду. Отделять факты от оценок. Теперь расскажи мне, что произошло вчера. – Эрвин отпустил девушку и отстранился. - Ну – девушка заерзала. – я пришла к вам, вы налили вина и накормили меня, а потом я уснула. – Мужчина кивал. – Потом я проснулась, прочитала записку, и хотела выйти на ужине, чтобы коридор был пуст. Я… приняла ванную. Одна. А потом пришли вы. - Молодец. Так о чем говорил Леви? – мужчина мягко улыбнулся. - Он дал свою оценку происходящему. Но она ошибочная. А еще он любит воспитывать через боль. - Верно – улыбнулся мужчина - у него скверный характер. Но он отличный воин и верный друг. – Эрвин поднялся с дивана. Девушка тоже встала. На этот раз Хистория была уверенна: она не преступница и не блудница, просто так сложились обстоятельства. Она горько ухмыльнулась: в то же время рухнули ее воздушные замки: Главнокомандующий не влюблен в нее, он просто вежлив настолько, чтобы ей стало легче, но не более. Глядя на улыбающегося Эрвина, который смотрит ей в глаза на расстоянии пары метров, Хистория чувствовала безумную теплоту и благодарность. Он заботился о ее чувствах, как никто и никогда в ее жизни. Главнокомандующий был снова доволен собой, но теперь и его немного трясло. Ему было некомфортно испытывать чувства, которые он давно забросил на дальнюю полку. Он словно мальчишка, который успокаивает сокурсницу, чтобы потом затащить ее в постель. Но с Хисторией было по-другому. И все же, черт возьми, как она его возбуждала! - Эрвин, спасибо вам за все – тихо сказала Хистория, и, поддавшись секундному порыву, крепко обняла мужчину. Разница в росте была ощутимой. Она прижала голову к широкой груди и зажмурила глаза. Эрвин опешил, но тут же обнял в ответ, легко прижав девушку к себе. В голове у Главнокомандующего зашумело: мысли покинули его. Юное прекрасное девичье тело, мокрые волосы, которые пахли его шампунем, бугорок из кармана девушки, где лежали трусики, просто сводили его с ума. Мужская часть уверенно брала верх. Раз Миссисипи, два Миссисипи, три Миссисипи – Хистория ослабила хватку и попыталась отстранится, но Эрвин продолжал держать ее в объятьях – четыре Миссисипи - У девушки округлились глаза, и она начала краснеть: все таки, она ему нравится. – пять Миссисипи – мужчина наконец-то начал отстранятся. Не отпуская плечи, и глядя в изумленное лицо девушки, он улыбнулся. - До встречи на коронации, Хистория. Иди. – он отошел к столу. - Х..хорошо. – девушка мечтательно улыбнулась, медленно отвернулась и пошла к выходу. Она мельком увидела лицо Эрвина, когда закрывала дверь. Он улыбался. Ужин уже начался, поэтому в коридорах было пусто, и она вышла незамеченной. Девушка ликовала внутри: она нравится самому Эрвину Смиту, и только что он крепко обнимал ее. Хистория пошла к своей комнате. Голодный желудок недовольно заурчал, напоминая ей о физических потребностях, и она ускорила шаг. Надо переодеться, высушить волосы и после успеть на ужин. А потом собирать вещи.