Леви и Ханджи

Поздним вечером того же дня Ханджи зашла к Леви: работа с копьями была закончена, и сейчас ученая сосредоточилась на тренировках. У Леви были такие же комнаты, как и у Эрвина, просто меньше. Была собственная душевая, где и произошел первый секс с ученой, спальня с широкой односпальной кроватью, и небольшой кабинет с одним шкафом для книг. Ханджи была самой скромной из этой троицы: ее небольшая комната с обычной кроватью была совмещена с лабораторией. Впрочем, ей этого было достаточно. Тем более она мало времени проводила в своей комнате. Леви тоже порядком устал за день, и сейчас пил чай за столом у себя в кабинете. - Против Колосса могут не сработать – Ханджи ходила взад вперед и нервно грызла губы. – Армин предположил, что он сжигает мышцы, чтобы создать пар. Копья просто будут отлетать. Надо сделать несколько штук с крючками, как на УПМ. Леви всегда слушал Ханджи. - Не мельтеши, очкастая. - Нет, нет, это очень серьезно! Как мы собираемся побеждать Колосса? - Мы не будем метать в Бертольда копья. Он нужен нам живым. Эрен заберется к нему в шею. – равнодушно ответил Леви, так же глядя в потолок. - Да, да, копья только для брони Райнера, я знаю. Леви вышел из-за стола и схватил блуждающую Ханджи за руку. - Хватит себя изводить. – спокойно проговорил мужчина, глядя в линзы очков ученой - Будем ориентироваться на месте. Ханджи вздохнула и высвободила руку. Она села на ближайший стул и устало сняла очки. - Как же я устала. Как будто все можно предусмотреть. – девушка потерла глаза и засмеялась – крючки на копья, как такое в голову взбредет - и направилась к кровати Леви. Она плюхнулась головой вниз на застеленную кровать и пролежала так несколько секунд. Затем начала снимать куртку и ремни. - Очкастая, сначала душ. - Ты издеваешься? – девушка лежа повернула голову в сторону кабинета. - Нет. Или вали к себе в помойку. – Леви отхлебнул глоток чая. - Эрвин сообщил тебе, что почти вся Разведка приглашена на Коронацию? - Ну да, мы все будем на площади. - Нет, потом будет бал и ужин. Ты с Моблитом тоже идешь. Ханджи привстала. - Я иду на бал?! - Странно, что Эрвин тебе ничего не сказал. Учитывая, что ты пахнешь его шампунем. – капитан учуял знакомый запах еще утром. - А ты что, Захариусом заделался? – язвительно воскликнула Ханджи, а затем виновато улыбнулась и тихо сказала - видишь, я вчера мылась, а ты меня опять гонишь. Так что там с балом? А ты пойдешь? - Придется. Закклай, по словам Эрвина, был очень настойчив. – мужчина посмотрел на ожившую Ханджи. – Есть в чем идти? Или снова пиджак напялишь, как мужик? - А что, с мужиком танцевать не будешь? – Ханджи хихикнула – знаешь, про вас с Эрвином слухи ходят, так может и хорошо, что я надену… ээээй, коротышка, я же шучу. – Леви не терпел подобные шутки, поэтому быстро подошел к Зое, взял ее руки и немного вывернув, прижал их к ее спине. Затем уселся на задницу девушки. Ученой было больно, но весело: подкалывать Леви было потрясающе. - Еще поговаривают, что Эрен твоя сучка, аааааайй! Больно же – капитан с хлестом ударил ученую по ягодицам. - Очкастая, тебе жить надоело? – наклонился и прошептал Леви на ухо девушке. Но Ханджи уже давно не боялась капитана, а такие реплики лишь настраивали ее на определенный лад. Леви это знал, и с удовольствием подыгрывал. – Ты не расслышала про душ? Сегодня, очкастая, сейчас. - Пока в душе помоюсь, весь настрой уйдет – досадовала Зое. - Значит, будешь без настроя. – Леви отпустил руки девушки, сжал ее талию и опустился к бедрам, приподняв задницу. Тем временем ученая положила руки на его колени, и тут же переместила их ближе к паху, насколько дотягивалась: она все еще лежала придавленная на животе. /// Ханджи лежала на груди у капитана. После продолжительной тишины Леви сказал: - Очкастая, тебе нужно платье. Возьми красное, тебе подойдет. И хоть раз сними свою дурацкую заколку. - К платью еще обувь нужна, а она вся жутко неудобная. – ученая вздохнула. – Это кажется, что так легко выбрать наряд, на самом деле это изнурительный процесс. Поможешь выбрать? – Ханджи машинально задала вопрос, и уже знала ответ. - Делать мне нечего. Возьми своего помощничка, ему платят, чтобы он тебя терпел. – безразлично ответил мужчина. - Легко тебе говорить. Ты красавчик в любом костюме. Только каблук повыше бери – Зое саркастично ухмыльнулась. - Очкастая – Леви приподнялся и посмотрел на нее с ухмылкой – у меня и без каблука поклонниц больше, чем у Эрвина. – взгляд мужчины источал надменную уверенность. - И что же, Мистер Совершенство, ты забыл с такой чудачкой, как я? – Ханджи широко улыбнулась и заглянула в глаза капитану. Леви на мгновение растерялся. Его глаза расширились, а рот приоткрылся. Конечно, он испытывал к Зое самые теплые чувства, но давно пообещал себе никогда не говорить об этом. Впрочем, как и привязываться к людям. Предыдущие возлюбленные заканчивали жизнь слишком рано, и боль потери, которую пережил Леви, заставила его окончательно закрыться. Ханджи это знала, и мимолетная растерянность мужчины говорила гораздо больше, чем его едкие слова. Улыбка сползла у Зое с лица, и она наклонилась к тонким мужским губам для поцелуя. Леви понял, что Ханджи догадывается о его чувствах, и тут же ретировался, надев маску безразличия: - Каждый день задаю себе этот вопрос – закатил глаза капитан. Ученая засмеялась и после нежного долгого поцелуя, крепко обняла Леви, уткнувшись в его шею. Леви посмотрел в потолок и улыбнулся. Ему было хорошо с Ханджи, так спокойно, как ни с кем другим. Она отличалась от доброй интеллигентной Петры, и скорее напоминала бесцеремонную Изабель. Но чтобы женщина не уступала ему в интеллекте и сарказме: такое у Леви было впервые. Хотя с расторопностью и организацией у Зое были большие проблемы. Ханджи тоже было хорошо с Леви, тем более внимание «сильнейшего воина человечества» ей здорово льстило. Но ученая прекрасно знала себе цену, поэтому была грациозна и неповторима в ярости и спокойствии, могла быть неопрятной и нудной, нести чушь – все это не отражалось на ее самооценке. Леви поддерживал ее по-своему, как умел, и девушка это ценила. В бою и быту он всегда прикрывал ее спину, и его бессмертие было единственной стабильностью в этом ужасном мире. Ханджи повернулась боком, закинула руку и ногу на капитана, улеглась на грудь и прикрыла глаза. Леви обнял ее за плечи. С ней его бессонница становилась менее ощутимой. Он смотрел в потолок и ждал, пока Ханджи крепко уснет, чтобы выбраться из-под нее и принять душ. Дурные мысли, преследовавшие капитана, постепенно сменялись тишиной и сонливостью.