Нам нечего скрывать

«Это» ‒ буквально смертельная тайна, прознай про которую хоть кто-нибудь, как их пустят под трибунал, а то и под расстрел. Хочется ли им такой судьбы? Не особо. Собираются ли они из-за этого перестать ныкаться по кабинетам? Нет, разумеется.