Часть 8. Поединок. Охотник против добычи

Хаос захлестнул лагерь мгновенно. Ещё несколько секунд назад костёр потрескивал в тишине, люди разговаривали вполголоса, а дежурные с факелами медленно обходили территорию. Теперь же всё превратилось в кошмар. Первыми прозвучали крики — отчаянные, рваные, полные животного ужаса. Кто-то бросился к оружейному складу, но в темноте запутался в верёвках палатки и упал, прорычав в отчаянии. Другой выхватил нож, но его рука дрожала так сильно, что он едва удерживал рукоять. Вокруг метались тени, вспышки огня выхватывали их из темноты: силуэты людей, корчащихся на земле, искажённые лица в агонии, отблески крови на лезвиях. Они видели этих тварей два дня назад, но тогда их было меньше. Теперь, казалось, к ним присоединились новые, привлечённые запахом смерти разведывательной команды. Их было восемь — быстрых, смертоносных. Они двигались словно призраки, вспарывая плоть и разрывая тела с ужасающей лёгкостью. Тела этих тварей походили на худощавые скелеты, позвонки выгибались дугой, а из-под натянутой сероватой кожи торчали острые кости. Их конечности были неестественно длинными, с тонкими пальцами, увенчанными загнутыми когтями. Челюсти, усеянные кривыми, острыми зубами, при каждом движении издавали зловещий щелчок, а в пустых глазницах полыхали красные огни. Они были одиночными хищниками, но сегодня собрались в кучу, мешаясь друг другу, пытаясь схватить парня и разорвать его на куски. Ночь это их время, и они были быстры и сильны, но О́дин был быстрее. — Они нас убьют, — голос Джилл срывался, её дыхание было прерывистым, словно она только что пробежала марафон. Её глаза метались от одного монстра к другому, пытаясь понять, откуда ждать удар. — Ты...Ты точно с ними справишься? — Джилл ни на шаг не отставала от парня, стараясь держаться как можно ближе. О́дин смотрел на монстров холодным, сосредоточенным взглядом, его мышцы были напряжены, а в руках он сжимал оружие, которое успел у кого-то выхватить. Пока справится и так, а если ситуация станет критическая, придётся показать на что он способен на самом деле. В нескольких метрах от них стоял Грег, он собрал вокруг себя небольшую группу. Они пытались прикрыть женщин и детей, но против этих существ у них почти не было шансов. Одного мужчину Обитатель сбил с ног, а затем вспорол ему грудь, прежде чем кто-то успел вмешаться. Грег что-то крикнул и рванул вперёд, с яростью набрасываясь на тварь, вспарывая тому брюхо, однако прежде чем упасть замертво, существо полоснуло когтями по левой руке мужчины, оставляя глубокую рану. Грег зарычал и, оттолкнув мёртвую тушу подальше от женщин, громко провозгласил: — Держать строй! Не паниковать! — голос Грега, несмотря на страх, был твёрдым, как сталь. О́дин дрался голыми руками, не уступая чудовищам в скорости и ярости, лишь изредка задействовал мачете. Его кулаки врезались в плоть тварей с сокрушительной силой, ломая кости и разрывая кожу. Джилл держалась рядом, её дыхание было сбивчивым, но она не отставала ни на шаг. Пока Джилл пыталась отдышаться, Обитатели не собирались ждать. Один из них прыгнул вперёд, когтистые руки взметнулись, разрывая воздух, и от их движения под ногами взвилась пыль. Джилл вскрикнула, но О́дин уже действовал. Он схватил её за талию, его пальцы впились в её кожу, и, сделав молниеносный разворот, увёл её с траектории удара. Горячий воздух, наполненный смрадом нечисти, прошёлся по их лицам. В тот же миг его рука поднялась, и клинок с влажным хлюпаньем вонзился в шею другой твари, с лёгкостью отделяя голову от тела. Густая тёмная кровь фонтаном брызнула на землю, капли оседали на лицо О́дина, но он даже не моргнул. Тело монстра содрогнулось в последний раз и рухнуло на землю, поднимая облако пыли. Девушка широко распахнула глаза, сердце бешено заколотилось в груди. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — воскликнула она, болтаясь на его руке. — Нужно остановиться! Парень лишь на мгновение посмотрел на неё. В его глазах пылала решимость. — Ты хочешь, чтобы я их спас или нет? — спросил он глухо. Джилл замерла, затем медленно кивнула. О́дин чуть склонил голову и жёстко произнёс: — Тогда молчи и не мешай мне. — Если ты раскроешь себя — нам конец, — прошипела она. — Напомни, кто просил меня о помощи? — парень бросил на девушку взгляд и схватив какого-то паренька за воротник, отшвырнул того подальше до того, как мёртвое двухметровое тело рухнуло на землю. Не успел О́дин отшвырнуть парня, как на них с Джилл с молниеносной скоростью набросился один из Обитателей. Его горящие красным светом глаза, смотрели неотрывно. Тварь издала непонятный звук и рванула прямо на парня. Она была крупнее остальных и очень быстра. Руки О́дина покрылись чёрными жилами до плеч, охватывая и грудную клетку, пальцы вытянулись в чёрные когти, вместо обычной челюсти, у парня вытянулись острые зубы, глаза вспыхнули, давая понять твари, что он готов к битве. Джилл пребывала в ужасе, когда до неё дошло, что парень собирается драться с тварью, когда она висит у него на руке. — Эй! Спусти меня! — это всё, что она успела сказать, когда Обитатель рванул вперёд, О́дин отбил удар когтей, тварь отпрыгнула чуть назад, готовясь к новой атаке. Между короткими ударами, О́дин спустил Джилл на землю, та держалась позади, не мешаясь парню, но и не даваясь в лапы вожаку Обитателей. Монстр бил быстро и сильно, несколько раз, О́дин был ранен, но раны быстро затягивались, а вот тварь теряла много крови и сил, становясь всё злее. Когда Джилл уже почти теряла сознание от усталости, О́дин схватил её за руку и швырнул в толпу, продолжая наносить раны монстру. Тварь рычала и пыталась всеми силами достать парня. Обессиленно рухнув на землю, монстр издал рёв и затих. Когда на землю, залитую кровью и усеянную трупами, рухнул последний, лагерь на миг погрузился в гнетущую тишину, когда все увидели, что происходит. Это была битва между охотником и его добычей. Всё закончилось довольно быстро на самом деле. Покрытый кровью и ошмётками плоти, парень стоял среди трупов, переводя дыхание. Жители лагеря наблюдали за этим в полном ужасе. Они не знали, кто страшнее — Обитатели или тот, кто их разрывал. Лишь Джилл стояла неподвижно, сжав кулаки. Её лицо было бледным, она понимала, к чему всё идёт: О́дин был их единственным шансом на выживание. Но похоже, она поспешила с выводами. Девушка сжала кулаки от досады, предчувствуя, что теперь их могут не оставить в живых. Грег, лидер лагеря, шагнул к ним. Его лицо было перекошено от ярости, но, прежде чем он смог приблизиться к О́дину, Джилл преградила ему путь. В один голос с О́дином она сказала: — Не приближайся. Грег стиснул зубы, а затем, понизив голос так, чтобы слышали только они двое, прошипел: — Почему вы скрыли это? Джилл глубоко вздохнула и твёрдо ответила: — Я расскажу тебе всё, но не здесь. Грег посмотрел на них несколько секунд, затем выдохнул, беря себя в руки. Теперь его голос звучал громче: — Вы оба идёте за мной. Толпа людей тут же взорвалась гневными криками. Кто-то выкрикивал обвинения, кто-то требовал объяснений. Грег, обернувшись, злобно рявкнул: — Убрать тела! Раненых — в лазарет! Немедленно! Гомон начал стихать, и напряжение в воздухе немного ослабло, но взгляды, которые бросали на Одина и Джилл, всё ещё были полны страха. Трое — Грег, О́дин и Джилл — добрались до палатки, а когда подошли, мужчины стоявшие там, бросились к О́дину, намереваясь убить, на что Грег яростно крикнул, приказывая не трогать. Он прошёл вглубь палатки, оба последовали за мужчиной. Грег сел на ближайший стул, смотря на вошедших в упор. О́дин стоял, сжимая кулаки, его тело всё ещё дрожало от ярости и адреналина, накопившихся после схватки. Руки стали как прежде, человеческими. Впрочем, О́дин был уже в своей человеческой форме, только весь в крови, но цел и невредим, на его теле не было и царапинки. Джилл встала перед О́дином, закрывая его собой. Мужчина был не глуп и сразу понял, кем является парень. Он слышал те самые легенды о ребёнке, что погубил мир. Он не верил во все эти бредни, считая эти истории глупостью, которую люди придумали, чтобы хоть как-то отвлечься, но он и не думал, что когда-нибудь столкнётся с этим монстром лично. — Ты хоть знаешь, спиной к кому ты стоишь, девочка? — заговорил наконец мужчина, всё так же цепким взглядом впиваясь в парня. — Знаю, — коротко ответила Джилл, и в помещении повисло молчание. — Почему сразу не сказали мне? — продолжил допрос Грег, начав теребить бороду, мысленно размышляя, что делать дальше и как поступить в этой ситуации. Левое плечо адски жгло, но мужчина игнорировал боль. Сейчас это не так важно, важно разобраться в этой ситуации. — Если бы он не показал, на что способен, вы бы до конца своих дней не узнали, кто он, — сказала она. — Просто не было нужды об этом говорить. — Скажи вы сразу, я не подверг бы своих людей такому риску, — настаивал мужчина. Он и правда рисковал. Еще и тот самый инцидент у палатки, о котором ему сообщили позже, когда он сидел у костра. Вот почему он вмешался тогда. Он и не знал, что среди ребят находится самый опасный монстр этого мира. — Ты подвергла нас опасности, впустив монстра на мою территорию. О́дин, ощущая, как его тело продолжает дрожать от напряжения, сдержанно ответил Грегу: — Я не монстр, — голос был тихим, но Грег чётко услышал эти слова, отчего издал смешок. Джилл напряглась. — Позволь нам уйти, — заговорила она, пока Грег метал искры в парня. — Ну уж нет, — помотал головой мужчина, отказываясь от предложения. — Если я вас отпущу сейчас, мои люди перестанут мне доверять. Джилл сжала кулаки. — Мы спасли вас, хотели вы того или нет, — она начала терять терпение, ведь этот спор не приведёт ни к чему. Это лишь стечение обстоятельств. Они не обязаны умирать просто потому, что спасли кого-то. Им нужно идти дальше, они и так задержались. Джилл подняла глаза на мужчину с твёрдым намерением покинуть лагерь. — Вот так значит вы благодарите своих спасителей? — она отвела взгляд, иронично усмехаясь. — Нужно было дать вам всем сдохнуть и пойти дальше, но я настояла на вашем спасении, потому что вы дали кров и еду, а теперь что? Убьёте нас? — Джилл продолжала распаляться всё сильнее, переходя на крик. — Замолкни уже, — спокойно прозвучало сзади, и Джилл подавилась последними словами, яростно оборачиваясь на парня. О́дин увидел, как глаза Джилл потемнели от ярости, лицо скривилось в гримасе гнева. — Ты... — Слушай, старик, — начал О́дин, постепенно успокаиваясь. Дрожь в теле прошла, пелена ярости спала, а мысли стали ясными и чистыми. — Мы спасли вас. Верни ей оружие, и мы уйдём отсюда. Если же вы не отпустите нас, — О́дин замолчал, впиваясь взглядом в мужчину. Грег понял, что он имел в виду. Яростно ударив по столу, О́дин продолжил: — Мне плевать, что станет с тобой и твоими людьми, но ты нам должен. Мы уходим завтра. Утром мы покидаем лагерь, и если я узнаю, что твои люди преследуют нас... А я узнаю, не сомневайся. Я убью их лично. — Ах ты сопляк! — ярости мужчины не было предела, но парню было плевать. — Куда вы направляетесь? — задал вопрос мужчина, медленно успокаиваясь, Грег понял, что спорить уже бесполезно, он сильно рисковал своими людьми. — В сторону города N, — коротко бросила Джилл. По словам О́дина, это был самый процветающий город на этой Земле. Всех подробностей О́дин не знал, слышал об этом городе от людей. В центре разрушенного мира, где почти все города лежали в руинах, а остатки цивилизации едва ли помнили, но этот крупный город стоял как оазис среди пустоты. Этот город — как утопия, выживающая благодаря тщательно продуманной системе автономности. Его стены возвышались, охраняя обитателей от внешнего хаоса. В отличие от внешнего мира, этот город процветал, был наполнен жизнью и работал как огромный, самодостаточный механизм. Грег лишь кивнул и, встав со стула, прошёл к выходу из палатки, оставив двоих стоящих внутри. На улице разразилась настоящая война. Люди с ужасом и негодованием требовали избавиться от девчонки, а в особенности от монстра. Грег пытался всех успокоить, но люди уже разгорячились, образуя круг вокруг палатки, намереваясь войти и собственноручно расправиться с мальчишкой. Грег чувствовал, как его сердце бьется всё быстрее. Он прекрасно понимал, что не может долго сдерживать людей. И вот, когда последний остаток терпения иссяк, он не выдержал. В его голосе прозвучала такая сила, что несколько человек невольно отшатнулись, но никто не успел отступить. — Если бы не он, вы все сдохли бы. Полегли прямо тут! — рявкнул Грег, свирепо глядя в глаза тем, кто был готов к насилию. Его слова повисли в воздухе, как холодный удар, заставив толпу на мгновение замолчать. Грег не знал, поможет ли это, но был готов сделать всё, чтобы защитить своих, но люди были настолько напуганы, что не слышали своего лидера. Думая как быть дальше, Грег произнёс следующее: — У них есть условие. Они покинут наш лагерь завтра утром. — После этих слов на секунду повисла тишина, а когда до каждого дошло сказанное, волна злости всколыхнула ряды. Такой расклад не устраивал толпу. — Условие? Что за условие? — выкрикнул один из мужчин, лицо которого было искажено яростью. — Что мы должны им дать? Грег шагнул вперед, его глаза сверкали, а голос был решительным. — Они требуют безопасности. Нарушившего мои слова ждёт смерть. Вы сильно рискуете. Толпа начала негодовать. Некоторые шагали вперед, их лица были полны неуверенности и страха. — Мы не можем просто так отпустить его! — снова прокричал тот же мужчина. — Вы вообще понимаете, с кем мы имеем дело? — Я прекрасно осведомлён, кто он. Но давайте не забывать то, что он спас ваши задницы. Кто-то в толпе вновь стал кричать, выражая возмущение, но Грег поднял руку, чтобы все замолчали. — Не время сейчас спорить и выпускать гнев, нужно убраться, иначе к утру трупы начнут гнить и привлекут других тварей. Нужно похоронить погибших, позаботиться о раненых. Нам некогда думать о других. Они лишь проходили мимо, теперь пойдут дальше. На этом всё. — Грег прошёл сквозь толпу, но остановился и проговорил голосом, не терпящим возражений: — К тому времени как я вернусь, если увижу ваши трупы, я за вас не в ответе. Я, как лидер, принял решение. Вы видели, на что он способен. Для вас будет лучше, если вы примете правильное решение. Грег, не оборачиваясь, ушёл в сторону лазарета. Там тоже царил хаос. Женщина ходила от постели к постели, перевязывая раны и накладывая швы. — Прости, но похоже, в дальнейшем, ты так и останешься нашим единственным лекарем, — откидывая полог палатки и заходя внутрь, проговорил мужчина. — Дети, а навели столько шороху, — усмехнулась женщина, накладывая швы мужчине, лежавшему ближе всех к выходу: у него был разодран бок, его лихорадило, он старался сдерживать стоны, но у него это плохо выходило. Грег обвёл помещение оценивающим взглядом, считая раненых. Он насчитал восьмерых, среди них были и дети. В помещении витал запах лекарств и крови. Грег поморщился, но был рад, что большинство из его людей были живы. После того как она обошла всех пациентов, подошла в мужчине. — Стареешь, — она слегка усмехнулась, а после ушла в глубь палатки и вскоре вернулась с инструментами для зашивания ран, спиртом, ватой и бинтами. Грег вторил её усмешке. — Будь я чуть моложе, уложил бы эту тварь за один раз. Рене склонилась над Грегом, сосредоточенно сжимая иглу в пальцах. Его кожа была влажной от пота, кровь сочилась из рваной раны на левом плече, медленно пропитывая разодранный рукав. Аккуратно разрезав ткань, женщина избавилась от кусков ткани, которые успели засохнуть, прилипнув к коже. — Придётся зашивать, — ровным голосом сказала она, встречаясь с его взглядом. Грег кивнул, не проронив ни слова. Только стиснул зубы и отвёл глаза в сторону, чтобы не видеть, как игла войдёт в плоть. — Ты до сих пор не выносишь иглы? — легкая усмешка появилась на лице женщины, но она быстро исчезла. — нужно было работать быстро и аккуратно. — Все чего-то не выносят, — мужчина поморщился, когда игла проткнула кожу. Женщина с хирургической точностью сшивала края раны, аккуратно накладывая швы. — Какое решение ты принял на их счёт? — она невзначай задала вопрос, аккуратно делая стежки. Её руки двигалились быстро, но осторожно, ловко сшивая края рваной раны. Каждый прокол иглы отзывался в теле Грега вспышкой боли, но он молчал, сжав кулаки. Когда она затянула последний узел, он выдохнул — негромко, но с облегчением. Несмотря на позднее время, женщина казалась бодрой, так лишь могло показаться, пока не взглянешь на её лицо повнимательнее: уставшие глаза и морщины, свидетельствовали о том, что женщину мучала бессонница. — Они поставили мне условие, — проговорил мужчина, вновь обведя взглядом помещение. — Дай угадаю, отпустить их? — хмыкнула она, когда бросила взгляд на Грега и поняла, что оказалась права. Ей было всё равно, что ребенок был тем самым монстром из тех нелепых легенд. Она врач, её дело спасать людей, а не разбирать какого-то ребёнка на части, лишь бы узнать, что он такое. Грег был не удивлён тем, что она была полностью равнодушна, её не интересовали Обитатели, ей была интересна медицина, что так ценилась в их время. Он коротко кивнул. — Они покинут нас утром. Я не могу их оставить, ведь сильно рискую своими людьми. Я едва успокоил толпу, что жаждут разорвать этих двоих. — И ты оставил их с ними наедине? Не боишься, что придётся еще больше людей хоронить? — короткий смешок был ей ответом. — Готово. Ты молодец, — выдохнула она и села рядом, откидываясь назад. — Теперь главное — не заразить. Грег слабо усмехнулся: — В нашем мире проще умереть от монстра, чем от заражения. Но… спасибо, Рене. Рана была обработана и перевязана, вскоре мужчина покинул палатку. Грег — отличный лидер, его уважали, каждое слово имело вес. Если он принял решение, оспорившего ждал поединок, после чего все споры сходили на нет. В их лагере всё решалось честно, а принятые решения были с особой тщательностью обдуманны. Грег понимал, что его промах был в том, что он как следует не расспросил двух ребят, решив дождаться подтверждения разведки. Подобная ошибка непростительна, и ему придётся ответить перед своими людьми. К тому моменту когда мужчина вышел, он увидел то, на что надеялся. Те, кто был более-менее на ногах, бродили по территории, трупы монстров стаскивали в одну сторону лагеря, складывая в зловонную груду. Тела погибших товарищей — в другую, аккуратно, с уважением, заворачивая в найденные покрывала и старые полотнища. В воздухе пахло гарью и болью. Грег вошёл в палатку, медленно, но твёрдо. За ним — Кесс, строгая, молчаливая, с аптечкой в руках. Джилл поднялась на ноги. О́дин не двинулся, продолжая наблюдать. Грег взглянул на них и слегка кивнул. — Это всё, что мы можем дать. Надеюсь, мы больше не встретимся… — он коротко кивнул. — Берегите себя. Джилл ничего не ответила. Только кивнула, забрав вещи. О́дин стоял чуть позади, внимательно наблюдая за происходящим, как зверь в полутени. Как только на горизонте появились первые лучи, они не прощаясь пошли прочь от лагеря, оставляя за спиной дым, кровь… и новую главу своего пути.