5. Острый соус или ореховый?

      Хана кинулась в гостиную, но было уже слишком поздно. Чонин сидел за компьютером со стеклянными глазами. Его брови ползли всё выше. Неудивительно, ведь последней страницей, которую она просматривала вчера, была «Дилдо-флоггер два в одном. Роскошный внешний вид. Многофункциональный».       Не то чтобы она планировала это купить. Просто товар появился в рекомендациях и ей стало любопытно почитать отзывы. К тому же внешний вид действительно был роскошный…       Оправдаться не получилось бы. Фраза «Это не для меня, это для моей подруги» явно не подходила в данной ситуации, поэтому Хана переключилась на тактику «Лучшая защита — это нападение». Стараясь казаться спокойной, она остановилась в дверном проёме и сложила руки на груди.       — Увидел что-то интересное? — со сладкой улыбкой спросила она.       Чонин вздрогнул. Хана поймала его взгляд, в котором читалась неконтролируемая паника. Удостоверившись, что рыбка на крючке, она продолжила наступление.       — Может, вместе посмотрим?       Врага надо было добивать, пока он наиболее уязвим — забыть про жалость, забыть про потери (собственной репутации в том числе).       Этот странный диалог привлёк внимание Суа и та заинтересованно выглянула из коридора, на ходу наматывая шарф.       — Что происходит?       Шея и лицо Чонина стали покрываться красными пятнами.       — Что там такое? — Суа начала крутить головой туда-сюда, ища ответа, — Я тоже хочу посмотреть.       — Нет!       Чонин резко захлопнул ноутбук и вскочил с дивана.       — С телефона будет удобнее, — заверил он и молнией проскочил между двумя подругами в коридор, где он оставил свою куртку.       — Черт с вами. Мне некогда, — Суа схватила сумку и зашагала к выходу, — Увидимся вечером.       — До вечера, — попрощалась Хана.       Как только дверь закрылась, в квартире повисла гробовая тишина, словно все звуки вышли вслед за Суа. Чонин искоса взглянул на Хану, продолжающую сохранять на лице превдодружелюбное выражение, за которым отчётливо читалась угроза жизни и здоровью, если он рискнёт хоть как-то прокомментировать увиденное. Чонин зарделся ещё больше и в отчаянье начал по второму кругу проверять карманы своей куртки.       Хана не спеша вернулась на кухню, словно ничего не произошло. Едва скрывшись из поля зрения Чонина, она прислонилась спиной к холодильнику и беззвучно выругалась в пространство перед собой. Казалось, каждый сантиметр её кожи начинает гореть. Хана достала из холодильника бутылку молока и приложила к щеке, в надежде, что это поможет не покраснеть.       Надо было успокоиться. В целом она справлялась не так уж плохо. Ей удалось заставить Чонина чувствовать себя ещё более неловко, чем она сама, так что в каком-то смысле Хана вышла в ноль по уровню позора. Логично? Да.       Однако, где-то на задворках сознания инженерное образование кричало, что какой-то хуёвый получается расчёт.       Чтобы прийти в себя, Хана принялась чересчур старательно вспенивать молоко. Когда она поняла, что им с Чонином придётся завершить работу без Суа, у неё уже появился повод занервничать. Все последние разы, когда они оставались с ним наедине, это плохо заканчивалось. По крайней мере для неё. Но оказалось, ситуация могла стать ещё более неловкой.       — Кофе готов.       Услышав тихие шаги, Хана поспешно села за стол и начала мысленно прокручивать слова из мема с попугаем: «Я понимаю, что тебе очень тяжело, но ты, главное, держись».       — Спасибо, — сказал Чонин, и медленно опустился на свободный стул.       Кухня была совсем маленькой и за обеденным столом помещалось максимум три человека. Обычно это не представляло из себя проблему, но сейчас то, что Чонин находился буквально в полуметре от неё не добавляло уверенности. Чонин сразу же взял песочное печенье в виде звёздочки и начал внимательно рассматривать, как будто это было что-то удивительное. Тишину нарушало только тиканье часов. Спина Ханы уже начинала ныть из-за неестественно прямого положения.       «Так, я должна завести какой-то диалог», — подумала она и отпила капучино. В тишине её собственный глоток, показался отвратительно громким. Нужно было срочно чем-то заполнить эту пустоту, иначе у неё вот-вот могла случится истерика.       — Ну что, посмотрел?       Чонин поперхнулся кофе и сжал несчастную звёздочку так, что она превратилось в россыпь крошек.       Блять. Не тот вопрос.       — Ч-ч-что?       Хана мысленно ударила себя по лицу и уточнила:       — Я говорю, как петли прикручивать, посмотрел?       — А, ну да. Там легко было, просто…кхм, деталь одна…       Чонин прочистил горло, сосредоточенно сгребая остатки печенья в пирамидку. Хана провела рукой над миской со сладостями с видом фокусника, который собирается вытащить кролика из шляпы, и выбрала песочное сердечко. Боковым зрением она заметила, как Чонин проследил за печеньем до самых её губ. От этого взгляда стало не по себе. Но стоило ей повернуться к Чонину, как тот тут же сделал вид, что крайне озабочен приданием идеальной формы своей кучке крошек.       Он вёл себя странно. Хана скорее ожидала, что он будет безостановочно подшучивать над ней до конца дня, а то и до конца следующей недели. Может, он теперь её боится? Учитывая, что именно он увидел в её браузере, нельзя было исключать этот вариант.       Хана решила предпринять вторую попытку завести разговор:       — Почему ты не рассказываешь Суа, как у тебя дела на работе? Она достаёт меня этим вопросом.       Чонин слегка улыбнулся, всё ещё занимаясь архитектурой своей пирамидки.       — Может, я хочу через неё узнать, что ты обо мне думаешь?       Хана склонила голову набок, следя за его пальцами.       — Потрясающий план. Не думал, что можно напрямую спросить?       — А ты ответишь?       Чонин заглянул ей в глаза. Хана почувствовала, как от неё начинает ускользать смысл вопроса и, пока этого не произошло, деловито заговорила:       — Вообще для этого есть сессии обратной связи раз в два месяца. Но по старой дружбе могу и сейчас поделиться информацией. Как бы это сказать… У тебя всё идёт хорошо.       Чонин на секунду завис, а потом расхохотался.       — Серьёзно, что ты хочешь от меня услышать? Ты работаешь неделю и ещё ни разу меня не выбесил. Молодец! Я очень довольна! — сквозь смешки пояснила Хана.       Хотелось добавить «Так что не волнуйся, флоггер был не для тебя». Но она вовремя остановила внутреннюю стендапершу.       — Поверь, в моём опыте были те, кто даже с этим не справлялся. Суа просто хочет подробностей, ты же знаешь её. Расскажи ей про коллег, про свои задания, пожалуйся на деспотичную начальницу, в конце концов.       Чонин снова улыбнулся, но на этот раз по-лисьи лукаво.       — Но мне нравится моя начальница.       В этот раз Хана почувствовала, как от неё ускользает не только смысл фразы, но весь смысл её бренного бытия.       — Опять эти грязные трюки. Я тебя уже предупреждала, — она подняла указательный палец и прищурилась, — Не пытайся меня задобрить.       Чонин сделал вид, что призадумался.       — Может мне и со шкафом тогда не помогать? Это тоже своего рода подкуп.       — Ну, нет. Это другое, — тут же пошла на попятную Хана, собирая со стола пустые чашки.       Чонин только усмехнулся и начал помогать с уборкой.       — Но, без шуток, я действительно думаю, что ты хороший тимлид, — тихо сказал он.       Хана ощутила, как тепло разливается в груди. Это было почти удушающе, но одновременно приятно. Несмотря на все их перепалки про умасливание начальства, она знала, что Чонин никогда не стал бы лгать. Он либо говорил прямо, что думает, либо молчал до последнего.       — Спасибо. Я правда стараюсь им быть.       Несколько секунд они просто молча улыбались друг другу, пока в голове Ханы словно вспышка падающей звезды не промелькнуло осознание того, насколько это нелепо стоять вот так и благоговейно пялиться на сына своей лучшей подруги. Эта мысль сработала как ушат холодной воды.       — Думаю, нам пора продолжить, — она неловко махнула в сторону гостиной и поспешила вернуться к делу.       Солнце уже поднялось высоко и комнату заливал тёплый свет. Казалось, словно контуры всех предметов слегка подсвечены. Хана включила первое попавшееся шоу, где звёзды угадывают песни и выполняют дурацкие задания. Это вдруг напомнило ей другой солнечный день три года назад, когда они втроём украшали её квартиру к рождеству, а на фоне крутились какие-то глупые передачи на местном канале.       Из-за солнца в гостиной становилось действительно жарко, так что Чонин одним движением стянул худи через голову. Это произошло так быстро, что Хана застыла в ступоре пытаясь обработать всю зрительную информацию, которую она получила: задравшаяся безрукавка, оголённая полоска живота и теперь эти белые мускулистые руки.       Хана сглотнула. Зачем она вообще купила шкаф, если ей приходится платить за его сборку своим ментальным здоровьем.       Они довольно быстро закончили с дверными петлями, (даже несмотря на то, что Хана постоянно отвлекалась на обнаженные плечи Чонина). Она действительно надеялась, что на этом её страдания завершаться, но Чонин, воспитанный Суа доводить дела до конца, настоял на том, чтобы сразу же разобрать старую этажерку.       В результате Хана уселась на полу в окружении барахла, которое раньше хранилось на этажерке, и занялась его сортировкой. На право шло то, что она хотела оставить, на лево то, что ей уже не было нужно. Краем глаза она наблюдала за работой Чонина. Ладно, возможно не краем, потому что в какой-то момент она обнаружила, что сложила несколько своих любимых книг в кучу с «мусором».       Боже, ну почему он не пошёл домой?       Казалось, она могла вечно смотреть за тем, как он сосредоточенно возится с деталями, постоянно что-то роняет и тихо ругается. Не хватало только попкорна. И кто бы мог подумать, что однажды она будет так отчаянно желать побывать на месте старой этажерки...       — Я что-то не так делаю?       Этот вопрос вывел Хану из транса. Чонин озадаченно смотрел в её сторону.       — Всё в порядке. Я просто задумалась.       Она сделала вид, что внимательно изучает одну из книг.       — Кстати, я хотел спросить…       Хана невольно напряглась. «Только не про дилдо-флоггер, только не про дилдо-флоггер…»— мысленно взмолилась она.       — Грег, ничего не писал тебе про следующую неделю?       Хана облегчённо выдохнула.       — Нет. Он что-то планирует?       Чонин кивнул и уселся на пол рядом с ней. В грядущую пятницу у Суа был день рождения и Хана давно ломала голову над тем, как можно её поздравить, но всё ещё не могла ничего придумать.       — Он предложил снять домик у озера в выходные, — сказал Чонин, ища что-то в телефоне, — Вот.       Они оба наклонились к экрану. Их руки почти соприкасались. Хана приложила все силы, чтобы сосредоточиться на фото. Место, которое нашёл Грегор, выглядело почти сказочно. Двухэтажный деревянный домик в традиционном стиле на берегу одного из небольших горных озёр.       — Вау, выглядит отлично. Я думаю, ей очень понравится. И она давно хотела поехать на озеро, — одобрительно проговорила она.       — И пока погода не испортилась, можно будет покататься на лодках. Или сходить в хайк.       — Зная, как Суа относится к хайкингу, — усмехнулась Хана, — про эту опцию можно не упоминать.       — Ну… — Чонин запнулся, — просто тебе нравится хайкинг.       Они встретились взглядами. Их лица были неприлично близко. «И тебе тоже.» — вертелось на языке, но это был неправильный ответ.       — Посмотрим, если начнёте меня слишком сильно раздражать, может, действительно сбегу от вас в горы, — отшутилась Хана, — Я удивлена, как быстро вы спелись. Раньше Грегор первым делом со мной советовался обо всём, что касается Суа.       — Думаю, теперь, когда я здесь, моё мнение тоже имеет вес. Я вообще-то её сын, — рассмеялся Чонин.       Это было напоминание, в котором Хана нуждалась. Она быстро отстранилась и снова начала копаться в вещах.       — Да, верно. Я думаю, идея Грегора хорошая, — безэмоционально сказала она.       Когда они наконец полностью привели комнату в порядок, Хана чувствовала себя совершенно измотанной. Чонин по всей видимости тоже. Они оба растеклись в бесформенные лужицы на диване и бездумно пялились в экран телевизора, где люди не могли отгадать песню «The show must go on». Время обеда уже давно прошло.       — Я могу заказать какую-нибудь еду, — сказал Чонин.       — Пффф, мальчик мой, — лениво пробормотала Хана, — Я видела твой контракт, и я знаю, какая у тебя зарплата на испытательном сроке.       Чонин задумчиво покосился на неё и с ангельской улыбкой произнёс:       — Действительно, пусть лучше моя богатая нуна с этим разберётся.       В конечном счёте они обнаружили, что ждать доставку придется слишком долго, и сошлись на том, что пожарят дамплинги из морозилки.       — Мне кажется, что-то горит, — принюхиваясь обернулся Чонин, который за обеденным столом резал овощи для салата.       Хана вышла из ступора и поняла, что дамплинги действительно уже давно преодолели стадию приятной румяности, и принялась наспех переворачивать их.       — Чёрт, я слишком сонная. Я сейчас буду спать до самого вечера.       — Кто бы ещё жаловался, — наигранно возмутился Чонин, — меня разбудили, в полвосьмого.       — Прости, — хохотнула Хана, — Ты вообще ни за что пострадал. Кстати, ты, наверное, не знаешь, но однажды почти такая же история приключилась с тобой.       Чонин непонимающе оглянулся.       — Это было где-то год назад. Суа тогда смотрела много трукрайма и видео по типу «неразгаданные исчезновения», — продолжила Хана, раскладывая еду по тарелкам, — В какой-то из дней ты долго не отвечал на сообщения и звонки. Она тогда решила, что в ночном клубе красивая девушка опоила тебя, а затем продала на органы.       Чонин ничего не ответил, но на его лице отчётливо читался вопрос «Серьезно?». Хана кивнула.       — Я всё могу понять, но вот этого я понять не могу, — глядя в стену, проговорил он.       Хана поставила на стол тарелки со слегка подгоревшими дамплингами и достала из холодильника две тёмные бутылочки.       — Помимо острого соуса, у меня ещё есть ореховый. — сказала она, разглядывая этикетку, — Ты вроде любил его. Всё ещё нравится?       — Всё ещё нравится, — ответил Чонин, глядя на неё снизу-вверх.       Было ощущение, словно речь шла не про соус.