Серые тона

      Мне потребовалось гораздо больше времени, чем я предполагала, чтобы прийти в себя. Во время трансгрессии не только порвались ткани на животе, но и были задеты внутренние органы. Если бы не знания Регулуса, всё могло закончиться гораздо хуже.       Пока я лежала в постели и отсыпалась после бессонных ночей, ко мне чаще всего приходил Гарри. Он рассказал, что Рону тоже досталось, но тот уже мог самостоятельно передвигаться по дому. Однако ко мне он так и не зашёл.       Возможно, всё дело было в нашем последнем разговоре и его необоснованной ревности к Гарри. Но я всё равно надеялась, что хотя бы раз он всё же навестит меня.       Регулус приходил один раз в день. Он осматривал мою рану и, если нужно, перебинтовывал её. По правде говоря, мы едва ли обменялись парой фраз. Он был довольно молчалив, хотя, возможно, это было только со мной.       Со слов Гарри, они вели довольно активные разговоры. Регулус больше интересовался тем, как обстоят дела в мире за пределами его убежища. Единственное, что мне удалось узнать, — это то, что он сам выбрал жизнь отшельника.       Он также запретил нам использовать палочки, пока мы находились в его доме. По его словам, магия имеет свойство скапливаться в определённых местах, что делает волшебников более уязвимыми для поимки. И как только мне станет лучше, мы должны будем покинуть его жилище.       Однажды поздним вечером, когда он снова решил проверить мою рану, я не выдержала и спросила:       — Почему вы не хотите нам помочь? Вы явно знаете больше, чем хотите показать.       — Гермиона, — замялся он. — Могу я называть тебя по имени?       — Да, конечно.       — Пойми, я не могу вам помочь. — Его голос был тихим, но я отчётливо ощущала твёрдость в интонации. — Я отказался от волшебного мира не просто так. И ни разу за эти годы не пожалел о своём выборе.       — Но как? — удивилась я. — Неужели вас не тянет к магии? Разве не случаются случаи выброса стихийной магии?       — В первые пару лет, конечно, она прорывалась. — Он аккуратно нанёс мазь на мой живот, и я вздрогнула от прикосновения его холодных рук. — Но чем дольше я не пользовался ею, тем слабее она становилась.       — Вы сами сделали себя сквибом… — прошептала я.       — Называй это как хочешь, но я не думаю, что когда-либо заслуживал такую силу, какую даёт волшебство.       Он аккуратно закрыл мою рану новым бинтом, и я опустила футболку, всё ещё глядя на него, хотя он лишь отводил взгляд.       — Чего вы испугались? — спросила я с большим вызовом, чем планировала. Но мне было важно узнать ответ, чтобы понять его истинные мотивы.       Регулус впервые за вечер поднял на меня свой взгляд. Его серые глаза при свете старой, почти потухшей свечи были цвета грозовой тучи. Я видела в них накопленную мудрость, перемешанную с молодостью. Он был многогранен, хотя я почти его не знала, но почему-то неосознанно хотела изучить. Будто это была новая задачка для меня. Ребус в виде человека, у которого свои убеждения и правила, которые я никак не могла понять.       — Ты знакома с моей кузиной Беллой? — спросил он.       — Конечно, — ответила я, стараясь скрыть дрожь при упоминании её имени.       — Она была не первой, кто потерял разум от власти и стал таким безумным. — Он отвёл взгляд и посмотрел куда-то выше моей головы. — Чистокровные волшебники — это смешение одной и той же крови на протяжении многих столетий. И даже несмотря на то, что мы старались выбирать для кровосмешения новые семьи, всё равно мешали одну и ту же бочку. — Он прикрыл глаза и устало выдохнул. — В моём мире я бы стал либо предателем крови, оставшись один без семьи, либо я бы породнился с моей троюродной сестрой. И только одному Мерлину известно, что бы из этого вышло. Возможно, Белла была бы не последней остановкой на этом пути.       — И поэтому вы решили жить один?       — Род Блэков должен прекратить своё существование…       — Вы неправы. Как минимум, есть Драко Малфой, наследник крови Блэков.       — И как он? — Регулус усмехнулся, но его глаза оставались печальными. — Вырос хорошим человеком? Добрым?       Я промолчала, и это стало ответом.       — Вот и я о том же…       Регулус поднялся со своего места, и я, сама того не осознавая, схватила его за ладонь, останавливая. Казалось, прошла вечность, прежде чем он вновь посмотрел сначала на наши переплетённые пальцы, а затем на меня.       — Простите, — начала я, но почему-то не захотела отпускать его ладонь, сжав её сильнее. — Просто… Я думаю, что вы ошибаетесь…       — Почему же? — спросил он полушёпотом.       — В мире нет чётких граней, и мы все в основном серые. Вы правы, ваша кузина сошла с ума, но мы не можем точно сказать, было ли это результатом кровного смешения. Я знала вашего брата Сириуса, — произнесла я, и глаза Регулуса наполнились тоской. — Он был замечательным человеком. А Драко… Думаю, он тоже не так плох, как может показаться на первый взгляд.       Я замолчала на мгновение, но затем продолжила:       — И я думаю, что вы могли ошибаться и насчёт себя… Вы помогли нам, хотя не были обязаны этого делать. Возможно, в вашей семье и были тёмные личности, но вы не из их числа.