Радость и солнце

Гарри был солнцем. Безжалостным, далеким, дарящим вместе с тем тепло тем, кого считал достойным того. Ричард был радостью. Легким в общении, близким, для всех и не для кого. И эта разница — будто пропасть между ними. Впрочем, действительно ли она имеет значение если речь о духах, разменявших уже не первый век?