Часть 3

Утро началось с раздражения. Гермиона проснулась в ещё большей усталости, чем ложилась спать. Довольно сильно переволновавшись прошлым вечером, она очень плохо спала. Сон был беспокойным, и обрывки тревожных мыслей, роившиеся в её голове прошлым днем, только усугубили ситуацию. Едва успев вспомнить о вчерашнем вечере в библиотеке, Гермиона почувствовала новую волну злости. Книга хоть и была полезной, но пока что только нагоняла негатив. Никакого решения проблемы не было найдено. Так еще выпущена малым тиражом и является невыносной. Это означает, что в библиотеке имеется только один экземпляр и выносить его нельзя. Ей казалось, что всё это специально подстроено, чтобы сделать её жизнь ещё более невыносимой. «Отлично. Просто прекрасно», — пробормотала она себе под нос, сбрасывая с плеч плед и нехотя поднимаясь с кровати. Утро в общей спальне Гриффиндора было как обычно суетливым: шаги, приглушённые разговоры, шорох одежды. Но это всё, что обычно Гермиона едва замечала, сегодня раздражало до крайности. Даже шелест простыней, которые Лаванда с небрежностью сбрасывала на пол, казался ей слишком громким. Она наскоро привела себя в порядок и поспешила в Большой зал, решив, что завтрак, по крайней мере, сможет немного улучшить её состояние. Но стоило ей сделать несколько шагов по залу, как привычная утренняя суета ударила по нервам с утроенной силой. Гул голосов, звон ложек о тарелки, смех учеников… Всё это, обычно казавшееся фоном, теперь било по ушам, словно крик банши. Гермиона села за стол рядом с Гарри и Роном. Гарри, как всегда, был поглощён утренним выпуском «Ежедневного пророка», а Рон… Ну, Рон ел. И ел так громко, что ей хотелось швырнуть в него учебником по трансфигурации. — Ты можешь хотя бы закрывать рот? — выпалила она, едва сдерживая гнев. Рон замер с куском тоста в руках, не сразу понимая, что происходит. — Что? Я просто ем! — удивлённо пробормотал он, с недоумением глядя на неё. — Твое чавканье меня раздражает, — сказала, как отрезала. Гарри поднял глаза от газеты, очевидно, решив, что стоит вмешаться, но промолчал, увидев её взгляд. Гермиона была на грани. — Ладно, извини, — буркнул Рон, но его тон был скорее обиженным, чем извиняющимся. Она резко встала из-за стола, не доев завтрак, и направилась к выходу. Гарри что-то примиряюще пробормотал, но она не обратила внимания. Гермиона вышла в пустынный коридор и остановилась, закрыв глаза. Что с ней сегодня происходит? Еще одна капля, и, глядишь, взорвется. Она явно встала ни с той ноги. Нужно взять себя в руки. И извиниться перед мальчиками.  Она глубоко вдохнула и выдохнула. Уже годовая обернуться и вернуться к друзьям, она чуть не сбила с ног какого-то зазевавшегося студента.  — Прости пожалуйста! — сказала она еще до того, как поняла, на кого налетела. — Идиотка, Грейнджер, тебя кто ходить учил?! Гермиона резко подняла голову, её глаза сверкнули. Перед ней стоял Драко Малфой, как всегда, с высокомерной маской на лице. Вот она, та самая последняя капля. — Ах, Малфой, — процедила она сквозь зубы. — Конечно, кто же ещё. — Даже в коридорах во время завтрака от тебя не спрятаться, Грейнджер, — прорычал он с явным недовольством. — Хотя чего ещё ждать от... Что он говорил дальше, было не так важно. Какой-то он был странный. Вчера вечером она этого не заметила, так как была увлечена своей проблемой, но теперь она видит как бегают его глаза, резкие невыверенные движения и легкий тремор рук. Хоть это и не ее дело, она подумает об этом позже.  Этот маленький анализ другого человека помог немного прийти в себя, и она уже не хочет зарядить ему по лицу тяжелой сумкой. А вот он, видимо, серьезно разозлился, раз она посмела на минуту отключиться от реальности и перестать слушать его оскорбления.  — Иди, успокаивай своих псов, звучка, они там себе места не заходят, — фыркнула эта бледная моль, и, больно задев плечом, скрылась за поворотом.  Она вдруг почувствовала странное облегчение. Словно всё накопившееся раздражение, весь гнев, который бурлил в ней с самого утра, вылился в эту короткую стычку и больше не давил. Ну, хотя бы успокоилась. Уже и не понятно, чего так сильно злилась. Все-таки нужно извиниться. С этим решением Гермиона развернулась и зашагала обратно к Большому залу. Сегодняшний день ещё можно было спасти.

***

Когда Гермиона вернулась в Большой зал, суета вокруг уже слегка поутихла. Большинство студентов заканчивали завтрак, готовясь к первым урокам. Она заметила Гарри и Рона на том же месте — Гарри всё так же сидел с газетой, а Рон вяло ковырялся вилкой в своей тарелке. Она села напротив них, нарочно избегая прямого взгляда. — Я… — начала она, но слова застряли у неё в горле, — Я хочу извиниться за свою грубость. Утро было не из лучших. — Правда? А я и не заметил, — пробурчал Рон, но его тон уже не был таким колючим. Гарри только усмехнулся, откладывая газету. — Всё нормально, Гермиона, — сказал он. — Но, может, ты расскажешь, что с тобой происходит? Гермиона вздохнула. Она знала, что они заслуживают объяснений. Всю неделю она ходила, как в воду опущенная, и было бы глупостью предположить, что друзья ничего не заметят. Однако это было настолько личным, что она не хотела ничего никому рассказывать. По крайней мере до того, как все будет сделано.  — Это сложно, — сказала она наконец, стараясь не выдавать дрожь в голосе. Рон вскинул брови, Гарри наклонился ближе.  — Ладно, — выдохнула она. — Это связано с моими родителями. Друзья обменялись быстрыми взглядами. Они не стали перебивать её, позволив говорить дальше. — Я хочу защитить их, но не знаю, как. Я сейчас в поисках подходящего решения.  Её голос слегка дрогнул, но она продолжала: — Если что-то пойдёт не так, они должны быть в безопасности. Рон выглядел растерянным, а Гарри — задумчивым. — И у тебя уже есть идеи? — наконец тихо спросил Гарри. — Нет, — после небольшой паузы, немного слукавила Гермиона, чувствуя, как глаза начинает щипать.  Рон выглядел явно озадаченным. Он задумчиво ковырял кусок пирога, но не ел. — Гермиона, мы ведь с тобой не первый год знакомы, — начал он, откашливаясь. — Я на сто процентов уверен, что ты скоро найдешь решение. Гермиона посмотрела на Рона с благодарностью. — Спасибо вам, — тихо сказала она. — Но ты должна знать, — добавил Гарри, — мы всё равно рядом. И если понадобится помощь — говори. Гермиона кивнула, чувствуя, как ком в горле становится чуть меньше. — Спасибо, — повторила она, пытаясь придать голосу твёрдость. Но даже после этих слов её мысли вернулись к книге, которую она обнаружила вчера в библиотеке. Там точно должно быть что-то полезное, и она доберется до сути сегодня вечером.

***

Уроки пролетели довольно быстро, и Гермиона бодрым шагом направилась в библиотеку, находясь в предвкушении. Но, как всегда, не бывает все слишком просто. Прямо там, на ее вчерашнем месте, сидел Малфой. Гермиона остановилась в проходе, сцепив руки на ремне своей сумки. Ну какого черта?! Он, казалось, был полностью погружён в книгу перед собой, его бледное лицо нахмурилось, будто он не мог найти того, что так долго искал. Это зрелище само по себе было странным. Она не могла вспомнить, чтобы видела Малфоя когда-либо в библиотеке. Ну, разве что, вчера, когда он так нагло ворвался в ее обитель.  Он медленно поднял взгляд, и выражение его лица отразило лёгкое удивление, смешанное с обычной насмешкой. Они снова смотрели друг на друга, не произнося ни звука. Ей нужно было что-то сказать, чтобы эта неловкая тишина набатом не била по ушам. — Ты на моем месте, Малфой, — выпалила она первую попавшуюся мысль. Гермиона, ты что, идиотка, какое еще твое место? — Не знал, что в библиотеке места бронируются, Грейнджер. Почему она уже второй раз за эти два дня попадает в такую нелепую ситуацию. Где твой хваленый ум, Гермиона? Гермиона выдохнула, стараясь собрать разбегающиеся мысли. Она ощущала, как раздражение кипит внутри, но решительно подавила его. Малфой — последнее, на что она должна тратить свои нервы. — Слушай, мне просто нужна эта книга, — сказала она, кивнув на том, который лежал перед ним. Его серые глаза чуть сузились, и он лениво облокотился на спинку стула. Малфой, казалось, нарочно медлил, наклонив голову и задумчиво поглядывая на неё. — Ах, да, книга, — протянул он, постукивая пальцем по обложке. — Полагаю, тебе эта нужна? — Именно. — Она кивнула, хотя и понимала, что ничего он ей просто так не отдаст. Не хватало еще унижаться перед этим червяком. Хотя, книга ей все же была необходима. — Забавно. А я как раз решил, что она пригодится мне. — Он слегка наклонился вперёд, его губы изогнулись в едва заметной усмешке. — Думаю, тебе придётся подождать. Кровь в ее венах закипела. У нее было такое чувство, будто он специально ей досаждает. Будто он увидел вчера ее с этим трактатом, и решил поглумиться, взяв его же на весь вечер. Зачем ему еще могла понадобиться магия памяти? Они снова застыли, уставившись друг на друга как участники немой дуэли. — Знаешь, Грейнджер, ты всегда такая… предсказуемая, — наконец протянул он, откидываясь назад и лениво скрещивая руки на груди. — Думаешь, если топнешь ногой, то весь мир сразу кинется выполнять твои приказы? Я не твой верный пёс, как те двое. — Это редкий экземпляр, Малфой. Он всего один. С ним нельзя сидеть весь день. Малфой не ответил сразу. Он лишь продолжал смотреть на неё с таким видом, будто она сказала что-то невероятно забавное. — Знаешь, Грейнджер, может, у тебя и хороший мозг, но манеры всё ещё хромают. Он открыл титульный лист и развернул фолиант так, чтобы она отчетливо видела первую страницу.  — Ты видишь эту печать, Грейнджер? Ты знаешь, что она означает? Это герб Малфоев, и такая заучка как ты наверняка узнала его. Это значит, что библиотека Хогвартса взяла ее взаймы из моего дома. И я могу в любой момент забрать её отсюда. Гермиона сузила глаза, бросив взгляд на герб. Её губы сжались в тонкую линию, как будто она боролась с желанием что-то сказать. Малфой же, заметив её замешательство, выглядел ещё более самодовольным. Он неожиданно резко встал, заставив ее вздрогнуть и отступить на шаг назад. Казалось, его это невероятно позабавило. — Хорошо, — сказал он, пододвигая книгу к краю стола. — Забирай. Гермиона моргнула, немного сбитая с толку, и подозрительно посмотрела на него. — Серьёзно? — Конечно, — его губы растянулись в очередной саркастической улыбке. Она молча протянула руку, но в тот момент, когда её пальцы едва коснулись обложки, Малфой остановил её руку, легко прижав книгу своей ладонью. — В чем подвох? — устала спросила она его. Его серые глаза блеснули с холодной иронией, и он медленно наклонился вперёд, так, что Гермиона почувствовала себя вынужденной отступить ещё на шаг. — Подвох? — переспросил он, его голос был тихим, почти шепотом, но от этого звучал угрожающе. — Никакого подвоха, Грейнджер. Просто… небольшая услуга. Гермиона напряглась, её глаза сузились. — Услуга? Малфой кивнул, слегка склонив голову набок, словно изучая её реакцию. — Очень простая. Ты забираешь эту книгу, делаешь с ней что хочешь, но взамен… — Он сделал паузу, нарочито медленную, позволяя напряжению повиснуть в воздухе. — Ты даёшь клятву. Гермиона нахмурилась, вот уж никакую клятву она давать не собиралась, особенно такой сомнительной личности. Однако, бросив взгляд на книгу, которую так небрежно прижимал Малфой к столу своей бледной рукой, она засомневалась. Все же стоит узнать, чего он хочет.  — Какую клятву? Малфой слегка отошел назад, не убирая руки. — Ты обещаешь, что никогда и никому не расскажешь о том, что видела меня здесь, — его голос был холоден. — О том, что я интересовался её содержимым, о том, что мы с тобой встречались в этой секции библиотеки. И, разумеется, об этом разговоре. Но затем, когда ты сделаешь то, что ты там хотела сделать, ты отдашь ее мне на пару дней. После этого она навсегда твоя. Гермиона замерла, обдумывая его слова, время от времени косясь на фолиант. Видимо, он это заметил. — Это вполне разумный обмен. Без меня ты ее никак не получишь. Она в единственном экземпляре. — Его взгляд стал почти угрожающим. Малфой усмехнулся, видя ее нерешительность. — Либо ты даёшь клятву, либо уходишь ни с чем, — спокойно сказал он, убирая руку с книги, но оставляя её лежать на краю стола, так близко, но всё же недоступно. Она ненавидела саму мысль о том, чтобы подчиниться его требованиям, но ей действительно нужна была эта книга. — Магическая клятва? — уточнила она, её голос был холодным, но слегка дрожал от очевидных опасений. — Разумеется, — кивнул Малфой, его губы изогнулись в самодовольной улыбке.  Гермиона молча сжала пальцы на ремне своей сумки, вглядываясь в его лицо. Он выглядел слишком уверенным в себе, но в его глазах мелькнула тень… чего? Беспокойства? Сомнения? Она не была уверена, но знала, что ей придется согласиться. Она медленно выдохнула, подавляя накатившее раздражение, и твёрдо посмотрела ему в глаза. — Хорошо. Я согласна. Малфой кивнул, его глаза сверкнули чем-то непонятным ей. — Превосходно. Он вынул палочку и, подождав, пока она сделает то же самое, медленно и размеренно произнёс формулу клятвы. Слова завязались в тугую магическую нить, которая сверкнула между их палочками, прежде чем исчезнуть. Гермиона почувствовала слабый укол в груди, словно магия запечатала её слова где-то глубоко внутри. Малфой слегка наклонил голову, протягивая ей книгу. — Теперь она твоя. Гермиона выхватила её быстрее, чем того хотела, и, бросив на него последний, полный презрения взгляд, развернулась и вышла из секции. Но она не могла избавиться от ощущения, что только что ввязалась в какую-то задницу.