-56-

Лара зажигает камин, сама готовит кофе, хотя может вызвать дворецкого. В ночной полутьме, играющей огненными отблесками, есть что-то таинственное, мрачное и в то же время романтичное и очаровательное. Особняк кажется Деверо чересчур душным и большим: привыкшему к маленьким съёмным квартирам и дешёвым отелям и хостелам, Чарльзу кажется, что он находится не в чьём-то доме, а в музее; интересно, каково было здесь жить маленькой Ларе? В этом доме точно нельзя бегать и рисовать на стенах. Чарльз всегда был падок на подобную роскошь, однако не смог бы назвать подобное место своим домом. Он привык к другому. Да и отец воспитывал его иначе. — Заранее извини, если кофе не удался, — Лара присаживается рядом на диван, — надеюсь, ты не против растворимого кофе. — Против, — спокойно отвечает Деверо, улыбаясь ей; над камином висит герб семьи Крофт — он особенно сильно привлекает взгляд, — но я не буду настаивать. — Спасибо, — улыбается девушка. — Тут… мило, — на самом деле Чарльз лжёт; он понимает, почему Лара хочет продать особняк. Столько лет бороться за право наследства, чтобы понять — это не её дом. Больше нет. — Ты уверена, что хочешь отсюда съехать? — Мне здесь неуютно, — отвечает Лара, опустив взгляд в свою чашку, — я думала, что смогу как-то свыкнуться с произошедшим, стать… истинной дочерью своего отца, но… кошмаров стало только больше. Я… практически не сплю. И спасаюсь кофе. — Это связано с твоим отцом? — Не только, — девушка трёт шею рукой; заметно, что ей трудно об этом говорить. — Просто… Видимо, я ещё не переросла свои детские страхи. Она тяжело вздыхает; Чарльз чувствует, что Лара готова раскрыться, что она сама этого хочет, но всё же сложно откровенничать с почти незнакомым человеком. Лара боится доверять людям, и Деверо прекрасно её понимает. Не хочет говорить — не надо; но он всё равно кладёт руку ей на плечо, ободряюще улыбаясь. В том, что произошло, нет её вины; она просто жертва чужих ошибок. Как он сам.