>_07

Цитадели всегда тревожили Тонкс. Она старалась даже избегать маршрутов мимо этих темных башен, шпили которых терялись в плотных темных облаках, но сегодня не удастся. Сегодня ей придется пойти прямо в эту зловещую тьму и как-то выбраться обратно. Стрей возился со своим пистолетом, проверял, что спрятанный в рукаве свитера нож выкидывает лезвие на верное движение, и тоже мрачно поглядывал через лобовое стекло на черную махину из бетона и железа. Казалось, что даже привычный смог Лондиниума всегда висел ниже обычного рядом с Цитаделями. Как будто дополнительно прятал нечто, скрывавшееся за толстенными стенами без единого окна и миллионом строк кода безопасности. «Вы готовы? — раздался голос Грозного Глаза через наушник. — Выход через пятнадцать минут». — У меня все ок, — донеслось от Стрея. — Тоже, — подтвердила Тонкс, сжимая собственное колено, чтобы то не тряслось, как в припадке. «Славно, — он прервался, и послышался гудок, а после Оптик продолжил: — Трикс, к тебе подключился Пи, Стрей — держишь связь с Тау. Наши друзья нетранеры будут помогать вам по ходу движения, так что в ваших же интересах слушать внимательно. Второй попытки у нас не будет». «Йо, чикса! — раздался в наушнике знакомый веселый мужской голос. — Давно не видел тебя в сети, как дела?» — Давай потом поболтаем о жизни? — она поморщилась. У Пи, в отличие от его сестры, рот никогда не закрывался. С другой стороны, он был куда веселее Тау, от которой Тонкс не слышала до сих пор ни единой шутки, даже самой галимой и не смешной. Как сказал на это ее брат: если Тау шутит, то дело плохо. «Хочешь помолиться перед выходом? — нетранер рассмеялся. — Давай, повторяй за мной: "Архонт наш, иже еси…"». Тонкс прикрыла глаза, стараясь пропускать раздражающий поток слов. Через пару секунд не выдержала и сбавила громкость до минимума, что теперь стало казаться, как будто она медленно сходит с ума от растекающейся молитвы по мозгу. — Пи, ты не мог бы заткнуться на пятнадцать минут? — все-таки рыкнула она. — Не в обиду, но это сбивает, я пытаюсь настроиться. Краем глаза она заметила появившуюся усмешку Стрея. «No problemo, чикса». Тонкс отключила микрофон у себя и качнула подбородком Стрейджеку, как бы спрашивая, как он. — Нервничаю, а ты? — Тоже. Но спасибо, кстати, за вчерашний вечер. Хоть немного мозг разгрузила после всех этих брейнштормов целую неделю. — Только мозг? — он уже не двусмысленно ухмыльнулся, качнув бровями. Тонкс закатила глаза, беззвучно засмеявшись: он прав, отдохнула она не только мозгом, но и телом. Да и как тут было отказаться от, вероятно, последнего в своей жизни секса? Да еще и адекватного секса с ним, наконец. И парочку оргазмов она получила и общее удовлетворение с расслаблением после. Да и Стрей в этот раз не просто продержался до ее финала, но и смог порадовать еще раз после небольшой передышки. В целом, он стал очень даже неплохим партнером для секса, с которым можно и просто поболтать. Настолько, что Тонкс даже забила на его загадки: она не выяснила ничего по поводу его подвала, ни по поводу адреса под Лондиниумом, ни почему он терся неподалеку от Пикс. И к его телефону она так и не стала прикасаться. Было аж целых две возможности, но мысль, что, возможно, она уже скоро умрет, железобетонно прибила весь интерес к полу. Какой смысл от ответа хотя бы на один из вопросов? Это, возможно, еще и будет сбивать ее в эту ночь. — Спасибо за возможность разгрузить и мозг и тело, — она улыбнулась ему. — То, что и требовалось перед таким гигом. — Да-а-а… — задумчиво и мрачно протянул он, вновь посмотрев на Цитадель. — Надеюсь, там сегодня и правда будет как заявлено: «практически безлюдно», — и усмехнулся. Тонкс лишь покивала, не зная, что добавить. Она полностью была согласна с замечаниями Стрея, что, даже учитывая недавнюю бурю, благодаря которой начинает лагать половина электроники, и минимальное количество инквизиторов внутри Цитадели в эту дату, вся «прогулка» внутри будет синонимом подъема на плаху. Даже со всем продуманным планом и вариантами А, Б и еще пары букв. Даже с голосовой поддержкой Грозного Глаза и двух зарекомендовавших себя нетранеров, у которых за плечами сотни похожих гигов и всеми планами здания и расписаниями на руках. Но дело в том, что она со Стреем будет внутри, а не они. Внутри, где каждый дюйм под наблюдением. Внутри, где любая встреча с инквизитором или сработавшим анализатором может за секунду окончиться смертью. «Хорош болтать, на выход», — раздался голос Грозного Глаза. Тонкс услышала тяжелый вздох Стрея прежде, чем покинула его машину. Путь до главного входа они преодолели в гробовом молчании. Чем ближе они подходили к дверям, тем сильнее и отчаянее стучало сердце под ребрами. «Триксел, выдохни, — посоветовал ей Пи. — А то у тебя сейчас инфаркт будет. Ты же еще так молода». Она лишь фыркнула. Черная дверь, казалось, весила фунтов сто, а от холода мурашек вспотели ладони. Пропускной пункт был полностью автоматизирован: два робота, сканирующие пропуска и людей, держали на мушке любого, кто переступал порог. Как и потолочные турели — она еле заметила их, практически слившиеся с местным сумраком. — Удостоверения, — приказали обе машины своим холодным, роботизированным голосом. «Отключили тепловые сенсоры, ваши пропуска активированы, показывай. У вас минута сейчас проскользнуть, да поможет вам Бог», — тон Пи, наконец, стал серьезным. «Очень многообещающе», — подумалось Тонкс. Она, как Стрей, протянула роботу свой пропуск-карту. Пара секунд, и их обоих с ног до головы просканировали красные лазеры-сенсоры. — Лифт четыре, минус третий этаж. Ваше присутствие одобрено на тридцать пять минут, — оба робота вновь сказали это в унисон. Слава Мерлину, ждать четвертый лифт не пришлось, и Тонкс тяжело выдохнула, едва двери закрылись. «После лифта все время прямо. За первым коридором обычная серверная, во втором коридоре два дрона, но мы перехватим управление на себя и все будет чики-поки. После второй серверной вы попадете в третий коридор и по левую сторону будет дверь на техническую лестницу. Вам на два этажа ниже, минус пятый». Двери разъехались, открывая зрению огромный зал в полутьме, а слуху — привычный низкий гул, даже немного сейчас успокаивающий. Единственное освещение в зелено-красных тонах исходило от кучи рядов электроники и проводов. Промышленные длинные лампы висели под потолком, как тяжелые грозовые облака, но ни одна не включалась, продолжая превращать зал в подобие кротовой норы с техникой. Отполированный пол бликовал от кучи диодов серверов, пока Тонкс торопливо двигалась в ногу со Стреем. Рука так и чесалась лечь на рукоять пистолета за поясом, но нельзя. Это на крайний случай. На последний случай, если все пойдет вверх дном. А пока им нужно приложить все силы, чтобы выглядеть, как два спеца дата-центров. Два канон-механика, которые просто выполняют свою рутинную службу на благо догм и прочего «святого» дерьма, которым промывают мозги. «Ведите себя непринужденно. Вы ежедневно заглядываете в Цитадели, никаких нервозов у вас не должно мелькать даже на милисекунду, — ежедневно на подготовке плана действия говорил им Грозный Глаз. — Даже встреча с патрульными инквизиторами должна пройти спокойно». Спокойно — очень легко говорить, когда будешь сидеть в тепле и безопасности, думалось Тонкс. Даже ее задание в законсервированной Цитадели в начале прошлого года заставило организм выбросить в кровь запредельное количество адреналина, что уж говорить про сегодня? Сегодня, сейчас она превратилась в один сплошной адреналин, обтянутый кожей и одеждой. Каждый шаг разносился эхом по полупустому помещению, отдавался в ушах и голове и как будто заглушал гул техники. Морозил кончики пальцев, разогревал ноги, что так и норовили перейти на бег и заставлял мурашки взмывать по спине огромными волнами ежесекундно. Казалось, что все камеры, видимые и замаскированные, все сканеры, все, что могло обнаружить их несанкционированный доступ, считывали каждую каплю пота, стекавшую по спине. Новая капля, и алгоритмы все поймут. Но нет, пот продолжал течь, как капли дождя по забралу шлема, Тонкс — не сбавлять и не ускорять хода, а все вокруг было спокойно. Мрачно, враждебно, но спокойно. И едва она выдохнула, когда они оказались во втором коридоре, как в наушнике возник белый шум. Тонкс тут же глянула на Стрея, но судя по тому, как он поморщился, связь утрачена не только с Пи, но и с Тау. И Оптиком. Она быстро сбавила громкость, оставив самый минимум, чтобы понимать, когда они выйдут из поля глушилки, но в этот миг один из застывших у стены дронов, похожий на робот-уборщик в торговых центрах, перегородил дальнейший путь и направил на них со Стреем по дулу. Видимо, с пропажей связи пропали и указания от Пи и Тау, других объяснений у Тонкс не было, почему вдруг практически одновременно пропала связь и этот кусок железа решил исполнить свой протокол, когда все должно быть «чики-поки». Секунда, и Тонкс отстегнула с пояса учебный проекционный щит, а сама наколдовала иллюзионные чары тени вокруг них со Стреем. Но дрон качнулся в обратную сторону, как будто врезался в невидимую стену, откатился на ярд или два, а оба дула его повисли, целясь теперь в пол. — Что?.. Что ты сделал? — она замерла и телом и дыханием, повернув голову к напарнику. — Э-э-э… Импульс. Электромагнитный, — Стрей шумно выдохнул и после быстрого осмотра обоих дронов взглянул на Тонкс. И особенно на валявшийся на полу нерабочий, хоть он и не знал об этом, шарик. — Думаешь, щит бы тебя спас от пулеметной очереди? «Электромагнитный ли?» — она косо глянула на дрона перед ними. Чем именно он вырубил его? Если она все верно запомнила и из его досье и на планировании, у Стрея не было имплантов, которые могли бы это провернуть. И руки пустые, даже пушку не достал. Тогда как? — Они не пулеметами вооружены, не слушал, что ли? — пробормотала она, поднимая и убирая проекционный щит в карман. — Пошли отсюда побыстрее, а то их выход из сети уже, должно быть, обнаружили. Или произойдет это в ближайшие секунды. — А мы еще даже не начали, — Стрей нервно и тихо хохотнул. Едва они выскочили из коридора во второй зал, как в наушнике раздался голос нетранера: «Трикс-Трикс!» — Тут я, не ори на ухо, — прошептала она быстро. «Фух, бля. Нам пришлось отвлечься на гостей, извиняй. Они и связь решили поглушить, вся система взбунтовалась немного, но уже все чики-поки. У второй смены будет барбекю, но вам не советуем на него заглядывать, будет сли-и-ишком жарко». — Заебись, но вам надо прибраться за нами во втором коридоре. Пришлось двух дронов вырубить, — глухо сказала Тонкс, в мыслях ругаясь на Пи и его болтливость. Сейчас немногословность Грозного Глаза была бы кстати, но он не нетранер, к сожалению. «Понял-принял». Едва они прошли в последний коридор, как перед собой увидели инквизитора. Спутать было сложно: черная форма, практически сливавшаяся с местным мраком, военный шлем, полностью скрывающий лицо, и разгрузка с двумя шевронами: один с красной буквой «И», второй — белая «А», символика Архонта. Но что здесь делает аж охрана Архонта? Тонкс сглотнула. — Стоп! — донесся женский голос из-за маски. Инквизитор выставила ладонь и второй рукой направила на них дуло своего дробовика. — Предъявите пропуска. «Пи, пожалуйста, подай знак, что вы слышите это и что-то делаете», — взмолилась Тонкс, протягивая карту. Слава Мерлину, рука не дрожала. — Вы прошли в здание одиннадцать минут назад. Почему еще не приступили к работе? — У нас нет мышечных имплантов, — проблеяла Тонкс, хоть и старалась говорить уверенно. — Шли как можно быс… — Три шага назад, — неожиданно приказала инквизитор, перебив. — Быстро! И руки над головой! «Мы работаем», — наконец, подал голос Пи. Тонкс тут же подчинилась, как и Стрей. — Встать на колени, руки не опускать. И они уже начали опускаться, как инквизитор зашипела, замотав головой. — Да что за херня с сетью сегодня… — выругалась она и взмахнула рукой. — Отставить на колени, медленно выходите откуда пришли. Спиной, руки не опускать и держать на виду, — и дополнительно дернула дробовиком, указывая на дверь позади них. «Не дергайтесь, она запустила протокол проверки еретиков. Сенсоры уловили фокусы». Блядь-блядь-блядь!!! Тонкс как можно незаметнее скосила взгляд на Стрея: тот хоть и держался спокойно для такой ситуации, но она могла поклясться, что тоже паниковал. И должно быть, догадался, кто именно был причиной «фокусов». «Как жаль, Стрей, — подумалось ей, пока они вдвоем медленно пятились на выход из коридора. — Мне очень жаль, но в этот раз попытку убить предприму я к тебе, а не наоборот, — и вздохнула как можно тише. — А ты только трахаться научился». — Теперь на колени, — приказала инквизитор, а дверь за ней с тихим пшиком закрылась. «Тонкс, не ссы, — голос Оптика после звукового оповещения, что он подключился по выделенной линии, прозвучал в наушнике словно спасение. Или сошедшая благодать Господа на неверующую еретичку. — Ей сейчас тоже поджарят мозги, вынесите тело в техничку на минус четвертом, дверь справа, как с лестницы выйдете. Там чисто должно быть». «Должно быть?!» — вспыхнула она про себя, хотя знала, что в данной ситуации уверенным быть в чем-то сулит только смерть. Она, стараясь не то что не моргать, а даже не дышать, смотрела на инквизитора, стоя на коленях с поднятыми руками над головой. И хоть через черный шлем-маску не было видно вообще ничего, Нимфадора была уверена, что инквизитор либо сканировала их на следы магии, либо сверяла по системе все произошедшие инциденты за последние одиннадцать минут. И следом либо пустит им по заряду дроби, либо смертная казнь отложится на пару часов, но обязательно произойдет. Ее мысли о близящейся кончине прервал Стрей, неожиданно начавший еле слышно то ли молиться, то ли напевать себе под нос. Тонкс вновь косо посмотрела на него: он, вроде, не из «этих», но время для пения выбрал отличное, ничего не скажешь. Так же неожиданно вскрикнула инквизитор, но звук мгновенно превратился в прерывистый или даже захлебывающийся хрип, затихая с каждым мгновением. И женщина, качнувшись, свалилась на гладкий пол с грохотом и дребезжанием оружия. Они со Стреем вскочили на ноги практически одновременно. — На тебе открытие дверей, — просипел он, перекинув себе через шею инквизиторский дробовик, и подхватил бездыханное тело под руки. — И смотри за периметром. Тонкс смогла выдохнуть только, когда дверь обратно на лестницу закрылась за спиной Стрейджека. Он тоже тяжело выпустил воздух из легких и, задрав очки на лоб, потер глаза. — Почти попались, — заметила она очевидное, но так хотелось что-то сказать в этой гнетущей тишине. — Мы еще даже половину дела не сделали, а седых волос, должно быть, у меня заметно прибавится, — он отстраненно усмехнулся. — Если выберемся отсюда, конечно. «Выберетесь, куда вы денитесь? — отозвался Грозный Глаз с усмешкой. — На следующем этаже связь пропадет уже ожидаемо, так что, надеюсь, вы помните все, что нужно сделать и куда дальше идти. Не тупить, потому что к вам уже выехала пересменка. Ожидаемое время прибытия двадцать пять минут, вам надо управиться за десять. Пятнадцать — максимум». — Да, — подтвердили они в один голос. «Также надеюсь, что инквизиторское оружие вы подобрали, но будьте добры, оставьте его хозяину». Ноги чуть подрагивали, а ее нейроимплант продолжал показывать уведомление, что нервная система Тонкс сейчас перегружена, и ей следует прилечь и, желательно, несколько дней не стрессовать. Однако стоило в поле зрения появиться уже знакомым рядам серверов, как Нимфадора почувствовала новый прилив сил, а все рекомендации нейроимпланта стали практически незаметны. — Заблокируй дверь на всяк случай и проверь наш выход, я пока все добуду, — кинула она Стрею, подбегая к ближайшему терминалу и доставая флешку со скриптами-демонами. Возможно, Пи и Тау немного проебались сегодня и с дронами и с неупомянутым инквизитором — с другой стороны, Тонкс понятия не имела, как нужно было рвать жопу, чтобы проникнуть в систему Цитадели нетранерам, да еще и эта электромагнитная буря могла карты напутать — но вот с подготовкой флешки они точно справились. Для взлома ей не пришлось делать ничего, кроме нахождения подходящего гнезда. Пока на мониторе мелькали то открывающиеся окна с уведомлениями, то летящие строки кода, она чуть отклонилась от терминала, посмотрев сначала на входную дверь, после — на Стрея, но тот возился с замком их «билета» отсюда. Дверь выхода сливалась со стенами и, если бы около нее не торчал сейчас напарник, можно было пройти мимо, не заметив. Едва на экране возникло окно о завершении, Тонкс вновь глянула на Стрея. Нельзя, чтобы кто-нибудь вообще знал о ее плане: ловкость рук, и ее личная флешка почти сменила нетраннерскую в гнезде, как со стороны двери донесся удар. Тонкс вздрогнула, выглянув из-за угла, и увидела, как напарник пытался с ноги выбить дверь. — Ты, блядь, можешь так не пугать? — рыкнула Тонкс, ища взглядом выроненную флешку. — Извини, — бросил Стрей и, не обернувшись, снова вдарил по двери в районе замка. Нимфадора, выдохнув в сторону, осторожно приманила себе в руку оброненные флешки и все-таки воткнула свою. Десять секунд, и можно будет валить. Пробежка по очередному коридору заняла больше времени, чем ожидалось по плану, и стоило Тонкс вынырнуть вслед за Стреем наружу, как она услышала шум полицейских сирен и вертушек. Хоть и в отдалении. Она выглянула за напарником из-за холма канавы, в которую вывела их дверь-решетка шлюза подземных коммуникаций. Бежать вдоль водоотвода то еще удовольствие: воздух нужен, но каждый вдох как будто только высасывал силы. И ладно бы это была обычная вонючая канализация, но нет. В окруженном бетоном русле текла охлаждающая жидкость для ядер Цитадели, хладогель, от которого смердело не только едким ментолом, но и озоном. И то и другое в десятки раз мешало требуемой дыхалке для побега. Но они выбрались, хотя под конец ноги уже еле переставлялись у них двоих, а голова шла кругом от нехватки кислорода. Цитадель тут же бросилась ей в глаза: сложно спутать эту башню с любой другой, а сейчас — особенно. Этот черный монолит подсвечивался, слабо бликуя, со всех сторон красными огнями как с земли, так и с вертушек. — Думаю-ю, — сипло начал Стрей, тоже пытаясь отдышаться, — нам нуж… но… быстрее в машину. — Отличная идея, — она хлопнула его по бедру, с трудом поднимаясь из канавы следом. «Живы? Достали все?» — прозвучал голос Грозного Глаза после шума восстановления соединения. — Да, все ок. Не ранены… файл забрала. Но, как вижу, они уже обнаружили устроенный хаос. «Наши математики уже все подчистили. Ваших мордашек они не знают, но побыстрее сматывайтесь. Блэкаут вот-вот объявят». — У меня прям дежавю, — хрипло засмеялся Стрей. — В Рим, надеюсь, не надо съебывать? «Пока следуем основному плану. Мы мониторим ситуацию, но если что, двигайтесь по алфавитному порядку пиздеца». — План А, план Б, план Л, потом Я, Д и, наконец, будет Ж-ж-ж! — Тонкс усмехнулась, подходя к машине спасения, что была любезно предоставлена им Грозным Глазом. «Трепись поменьше», — фыркнул тот. План А их побега заключался в объезде Лондиниума по краю периметра пригорода, а после — добраться до дома Грозного Глаза подземными тонелями и сдать флешку. Если не выгорит, то… Тонкс напряженно следила за дорогой, пока машина летела под управлением Стрея. И хоть эта тачка была в разы удобнее и новее его колымаги, их все равно безбожно трясло то и дело. Как во время заезда по пустоши в паризейском дистрикте. — Когда-нибудь, я надеюсь, здесь проложат адекватные дороги, — недовольно заметил Стрей, когда их прилично тряхнуло на очередном ухабе. — Надейся-надейся. Уже лет десять завтраками кормят. Он слабо засмеялся, руля прямо навстречу огромной огороженной мусорной куче, больше похожей на реальную гору. Слава Мерлину, в этой машине есть адекватная вытяжка, так что очередную вонь они проедут не только быстро, но и менее ощутимо на фоне хладоотводной канализации десятью минутами ранее. — Как ты, хоть немного выдохнула? — Еще не до конца, — она глянула на него, — а ты? — Пересрался пару раз, честно говоря. Мне привычнее такие острые моменты за рулем переживать, знаешь, — он безрадостно усмехнулся. — Добро пожаловать в мой мир, — Тонкс постаралась улыбнуться, когда Стрей посмотрел на нее. От его выжатой ответной улыбки закололо в районе совести и, кажется, печени. Ей впервые было безумно жаль от мысли, что придется кого-то убить. Знакомых людей она еще не лишала жизни. Таких, кто ей хоть немного, но нравился. «Немного? — она фыркнула сама на себя. — А кто лыбу идиотско-влюбленную давил от его флирта в чате?» Ага, и сердечек. Она будет скучать по этим глупым сердечкам в свой адрес. И по самому Стрею тоже. По всем его сердечкам, странностям и загадкам. Из тяготивших мыслей ее вывела вибрация телефона, сопроводившаяся пиликаньем со стороны Стрея. [ЭКСТРЕННОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ ЛПД уведомляет: введен режим «Блэкаут». Всем гражданам предписано срочно покинуть улицы и находиться внутри зданий. Сохраняйте спокойствие]. — Что, уже? Тонкс угукнула, гася экран. Краем глаза она заметила, как во всем Лондиниуме пропала большая часть освещения: погасла бесконечная реклама, уличные фонари, а огни машинного потока очень быстро выключались, словно лампочки у гирлянды одна за другой. — Как думаешь, еще есть шанс на удачный исход плана А? — Пока не ясно, — Стрей тоже глянул в сторону угасающего города. — Мы за чертой, так что на данный момент не попадаем в их сферы интереса. — Эта чертова башня на окраине так-то. Должны все-таки предположить, что нарушители с высокой долей вероятности решат съебаться в пустоши. — Кто знает, что им там алгоритм насоветует, — он лишь покачал головой. — Но в любом случае, как только въедем в город, станем очень и очень интересны. — Мне кажется, нам должны поставить памятник: раз в месяц мы с тобой ставим всю полицию с инквизицией на уши, — Тонкс засмеялась. — Ага. Посмертный памятник, — мрачно заметил Стрей, даже не улыбнувшись. — Не бойся. А то машину придется в химчистку сдавать. Он закатил глаза и все-таки выжал нервную улыбку, повернув к ней голову на секунду. Постоянное сканирование окружающего пространства бесило: с одной стороны, это хорошо в данной ситуации, что в обозримой близости не появляются мигалки ни на дороге, ни в воздухе, но с другой — почему нет?! Почему псы не рыскают уже за пределами города? И у Оптика с Пи и Тау не спросить: Блэкаут на то и Блэкаут, что гаснет не только люминисценция города, но и чертова связь. Единственный доступный вариант это подключиться на частоты инквизиторов, но это тоже самое, что встать под прожектором, разоружиться и заорать в матюгальник: «Это мы сделали!» Минута, и их не просто попросят остановиться, а прям-таки заставят. А после уже только успевай считать мгновения до казни. Ее внимание опять переключила на себя вибрация телефона, но в этот раз было всего лишь уведомление от приложения навигации: [Вы приближаетесь к точке «Проверить1». Хотите проложить маршрут?] Тонкс исподлобья глянула вперед: да, они стремительно подъезжали к одному из пригородных поселений Лондиниума, куда Стрей то и дело зачем-то ездил. — Что там? — поинтересовался он. — Опять ценные указания от псов? — А? Не, — она тут же сунула телефон обратно в карман, — мобила любезно составила мне фотоотчет о прошедшем месяце и предложила полюбоваться на творение. Думаю, потом как-нибудь, — и хохотнула. — И что фоткала? Надеюсь, не меня, спящего? — То, что я предложила тебе помочь наверстать упущенное в сексе, не значит, что я по тебе сохну, Стрей. — Эх, дала бы помечтать, — напарник с печальной наигранностью вздохнул. — Уже и забыл, когда кто-то влюблялся в меня. — А ты? — Очень подходящее время для игры в правду, Трикс. — Да ладно тебе, — она хмыкнула. — Че в этом вопросе такого? Я ж не имя спрашиваю, а в общем. — Мне кажется, я уже более чем ответил тебе на этот вопрос, — конец ответа почему-то стал затухать, как будто кто-то очень быстро сбавлял громкость его голоса. И всего мира, поняла Тонкс спустя пару секунд. Громыхание машины и урчание двигателя стали практически не слышимы. А еще дико закружилась голова, глаза начали слипаться и все окружающее пространство смазывалось. — Как ты… Что ты опять сделал?.. — теперь уже и свой голос она практически не слышала. И хоть Нимфадора посмотрела на Стрея, который что-то говорил с удивлением на лице, но ни звука от него не слышала. Вообще ничего. Полный ноль. А следом в ее глазах все померкло. Секундный испуг как будто лопнул, словно переполнившийся воздухом шарик. И возрос стократ, а следом перед ее глазами появился яркий свет с красно-рыжими вспышками, и в уши ворвался чьи-то крики под полицейские сирены на заднем плане. — Бросил палочку, выродок!!! — со смесью паники и ярости кричал мужской голос. — Бросил!!! Быстро!!! Или я стреляю!!! Вспышки все еще моргали в глазах, но стали сбавляться, как и яркий свет. Через пару мгновений в тело Тонкс как будто вернулись ощущения, но ничего сделать она не могла. Ни двинуться, ни рта открыть. — Я не опасен, — рот двинулся против ее воли, говоря эти слова. И она, словно находясь в чьей-то голове, наблюдала, как волшебная палочка упала на асфальт и заскакала по нему. Ее палочка. Точнее, того, в чьем теле она находилась против желания. — Руки над головой держи! И на колени! — Тонкс увидела, наконец, говорившего. — Если хоть один фокус мне выкинешь, я тебя как шавку пристрелю. Инквизитор, но форма какая-то… Другая. Старая, наверное. Да, точно, старая форма, она видала такие, когда ездила за пределы Лондиниума в свой первый год «взрослой» жизни. — Я ничего не делаю. — Закрыл ебальник!!! — инквизитор, уже подойдя к «ним», сломал палочку нажимом сапога и охлопал «их». — Ты арестован, в твоих же ебанных интересах молчать. Иначе отправишься к своим братьям и сестрам прямо в преисподнюю. — А меня разве ждет что-то другое? — «они» усмехнулись. Вместо ответа в челюсть тут же прилетело прикладом, следом — в живот, а после в правую скулу. Что взорвалось болью сильнее, сложно сказать. А пока «они» корчились на земле, оказались в мгновение связаны, аж плечевые суставы заныли от того, как «их» вывернули для этого. — Вард-Три, второй арестован, — глухо донеслось от инквизитора, что прижал «их» голову к холодному, даже чуть-чуть мокрому, и шершавому асфальту ногой. — Запрашиваю машину для транспортировки «фокусника» по моему местоположению, конец связи. Несколько минут ожидания длились словно бесконечность: через приоткрытый левый глаз была видна улица, но из-за блядского ботинка все плыло. Кажется, в отдалении были люди, но сложно сказать, что именно мельтишело. Однако подъехавший черный бронированный фургон за доли секунд отделился от экстерьера улицы. И еще лучше удалось его разглядеть в те пару мгновений, когда с головы пропало давление ноги, но после — все вновь взорвалось вспышками и ярким светом, а мозг и тело пронизали невидимые иглы, заставив «их» затрястись.