>_12

Кое-как они доехали до точки «эвакуации». Тонкс то и дело кидала взгляды уже на Стрея, а не в зеркала. Он, казалось, был буквально на грани, чтобы не отключиться, и это было особенно заметно, когда они съехали на грунтовку в пустоши. Если в их самую первую поездку она думала, что уж слишком трясет, то сейчас поняла, как ошибалась. Макушка через пару «прыжков» на ухабах уже заныла от встречи с крышей. С заднего сиденья то и дело была слышна ругань Оса да шум того, как его мотало из стороны в сторону. — Слушай, может, на обратном пути я все-таки поведу? — спросила Тонкс после того, как машина цепанула днищем что-то, от чего раздался жуткий скрежет. — Я же… все сказал, — раздраженно отозвался он, пока его голова моталась как у болванчика. — Я поняла, что ты ее под себя сделал, но блядь, мы так уебемся. Не бензобак пробьешь или колесо лопнет, так влетим в кого-то. — Ты не сможешь, не поняла, что ли?! — воскликнул он сорвавшимся голосом и зажмурился, выдыхая в прерывистом стоне. — Пиздец ты упрямый баран, — она фыркнула, держась за ручку над собой. — Поддерживаю, — донеслось от Оса. — Лучше б ты девчонке дал порулить. Я в машинах тоже понимаю, вообще-то. Даже если отруби… — Завалил ебало!.. — вновь воскликнул Стрей. За спиной донесся сердитый выдох. Тонкс чуть не закричала от радости и облегчения, когда увидела огни фар посреди пустоши. — Слава яйцам, добрались, — процедила она вместо этого. За время, за которое Нимфадора успела и вытащить Оса с заднего сиденья и подойти к одному из черных внедорожников, где сидела Патриция, Стрей смог только покинуть свое авто. И сейчас стоял, покачиваясь, и опирался о крышу. — Что с ним? — спросила Патриция, глянув Тонкс за плечо после того, как передала ей плату за них двоих. — Нам нужен рипер или док. Стрея ранили в плечо и бедро. На ходу подлатала, но спец нужен срочно, а я не знаю местных. — Хорошо, пришлю тебе адрес. Но ехать прилично, — она вновь оценивающе глянула на ее напарника. — Доедем, спасибо. Филь жива? — Это тебя уже не касается, — Патриция мгновенно повернула голову, посмотрев вперед и кивнув, а тонированное окно начало быстро подниматься. Тонкс вздохнула, развернувшись, и посмотрела на Стрея. В тот момент, как кортеж Патриции начал движение, напарник резко согнулся к земле, и его вырвало. — Да бляха… — она фыркнула, бегом направляясь к нему. — Стрей! — Я… — его мотнуло, что он встретился боком со своей машиной пока пытался подняться с колена. — Я в норме, — и разогнулся, утирая рот рукавом. При более близком осмотре она уже не могла не заметить, как его било крупной дрожью. — Садись на мое, я поведу. Ты в тако… — Нет, Трикс, — и он, поморщившись, быстро открыл дверь и свалился в кресло. — Сука, вот же баран упертый, — пробурчала она, но все-таки поспешила к пассажирской двери. И на ходу достала дернувшийся телефон: адрес от Патриции с пометкой, что рипер предупрежден. — На, — она пихнула ему под нос экран. — Адрес врача, едем туда. — Нет, — он задрал голову и закрыл глаза. — Они сразу инк… — Это от Патриции, — Тонкс легонько дернула его за здоровое плечо, чтобы он посмотрел адрес. — Никакой инквизиции и копов не будет. И документы наши не попросят. Все-таки они поехали. Нимфадора молча надеялась, что к этому риперу, а не еще куда-то. Да, путь опять не близкий, но искать сейчас еще что-то не лучший момент. Но чем больше времени шло, тем напарник сильнее плохел на глазах. Пот уже не просто стекал по его вискам и лбу, а лил градом. Глаза он то и дело закрывал на слишком долгое мгновение для моргания. — Стрей, давай я. — Нет. Неудобно будет. Еще дольше ехать будем, если вообще доберемся, — проговорил он, слишком громко хрипя. — Да ты же вырубаешься!.. — Не ори на ухо, — он опять зажмурился на пару секунд. И в последний момент успел выжать тормоз, когда задний бампер впереди едущего автомобиля почти встретился с их передним. — Может, еще что-то из аптечки использовать тогда? — она решила, что ругать и орать на него сейчас и правда не лучший вариант. Хотя не описать словами как хотелось. — Нечего. Мне надо просто… дотянуть. — Мы даже трети не проехали, — Тонкс глянула в экран телефона, как будто за прошедшую минуту они могли пролететь весь Паризиом и не заметить. — Трикс, пожалуйста… Мне тяжело… вести и говорить. — У меня есть отличный вариант, — она отвернула голову к окну, стараясь хоть как-то успокоиться и не начать его лупить за ненужное сейчас упрямство. Поездка становилась все нервнее и нервнее. Стрей, что поехал опять в объезд самого города, чтобы, видимо, было поменьше поворотов, в которые ему очевидно сложно было вписаться в таком состоянии, то и дело успевал избегать аварий. А машина — ревела мотором, дергалась и издавала самые разные ненужные звуки. Хрипы от напарника продолжали подстегивать тревогу. В один из моментов, когда Стрей зашелся приступным, захлебывающимся кашлем, чуть не произошла очередная авария. Благо, водитель или автопилот легковушки, перед которой напарник решил влезть, успел нажать на тормоз и разразился протяжным гудком. А Стрейджек, главное, быстро съехал на обочину, продолжая свистяще кашлять, и остановился. Тонкс вновь глянула на него, потом на летящий поток машин и дернула за ручник, оставив на нем руку. — Дальше я веду, — жестко сказала она, не отрывая настойчивого взгляда от Стрея. — Я, или в следующий раз произойдет то, чего ты так боишься: авария и псы. А у них будет очень много вопросов к твоему состоянию, которые нам не нужны. Мы не сможем съебаться. Он сидел несколько минут, закрыв глаза и опустив голову, и только сильнее сжимал руль побелевшими пальцами. Тонкс не сводила с него глаз, как и руку с ручника не убирала. Только щелкала кнопкой на нем, что напарнику, очевидно, не нравилось по то и дело морщившемуся носу. — Ладно, — наконец, сказал Стрей и сглотнул. — Ладно, садись. Кое-как он выполз из машины, и они обменялись местами. — Подвинь ближе, — сказал он, наблюдая поплывшим взглядом за тем, как Тонкс пыталась разобраться со всем. Давненько она не водила именно машины, уже отвыкла. — Рычаг под… правой ногой. Но стало не сильно лучше: кресло все еще под каким-то странным углом, а педали находятся как будто немного не там, где должны. Далеко, как и руль, но если сесть так, чтобы было удобно, то у нее сразу же появлялось ощущение, что сидит на краю. А это тоже неудобно. — Спасибо, — она кивнула и завела двигатель, нащупывая нужные педали ногами. И глянула на них, склоняя голову. Все верно: сцепление, тормоз и газ. Но сука, все равно как будто смещены. — Трикс… — стоило Стрею вздохнуть, как она посмотрела на него. — Машина полностью… заточена под меня. Вес, рост… — он медленно моргнул, сжимая губы. — Поэтому неудобно. — Шикарно, — фыркнула она и все-таки решила, что пора двигать. Но буквально на самом первом шаге она не справилась: работать сцеплением она умела, но именно в этой машине все было как-то иначе. Дебильно и гневно иначе. И тачка только дернулась, заглохнув, когда Тонкс нажала на газ. Новая попытка, и машина резко подалась вперед, проехала ярд или два, а следом опять заглохла. — Да что ты, блядь, сделал с ней?!.. — воскликнула она, легонько ударив по рулю ладонью. Стрей дождался, когда весь ее шумный выдох пройдет: — Это не мотоцикл, Трикс. Это первое, — он сглотнул, следом громко втягивая носом воздух. — Во-вторых, моя машина не прощает ошибок. — Я не ошибаюсь! — она сердито взглянула на него, но на это он только слабо дернул уголком рта в усмешке. — Если бы нет, мы бы уже ехали. — Ты можешь совет дать, а не… Короче, помоги. — Держи сцепление дольше и… резко не отпускай даже… когда уже тронемся. Медленно отпускай… пока не привыкнешь, — он коротко прервался. — То же самое при… переключении передач. Тонкс, вновь сверившись с чертовыми педалями, выдохнула, и, слава Мерлину, они смогли поехать. — Лучше побыстрее переключись… на вторую, — донеслось от напарника через пару минут. — Не заглохнешь тогда… посреди потока. — Знаю я, — процедила она, дергая за ручку. Но та почему-то только хрустнула, никакого ускорения не произошло, как и цифра на приборной панели все еще горела единицей. — Не дави, а переключай. Опять хруст. — Воткни, Трикс. — Да как?! Я и так втыкаю во всех смыслах. Стрей тяжело вздохнул. И еще сильнее на новый хруст от ручки передач. — Как член в вагину. Так, думаю… понятнее, — и когда у нее опять не получилось «воткнуть» чертову ручку, он добавил: — Или нет. Готова? — спросил Стрей, протянув к той левую руку. Она кивнула, положив на педаль сцепления ногу поудобнее, и машина резко ускорилась, при этом дергаясь. — Газ ровнее, не топи. — Господи… — Тонкс лишь сердито выдохнула. — Что ты сделал с машиной? Возможно, даже попасть в аварию было бы лучшим решением, чем вот эта позорная пытка. — Если все делать верно… она слушается, как… я в постели. Она глянула на его болезненную и изнуренную улыбку. — Раз шутишь, то жить будешь. Уже хорошо, — пробормотала она, вновь устремляя взгляд на дорогу. — Надеюсь, я еще смогу… тебя потрогать. Хотя бы перед смертью. — Решил умереть с моей сиськой в руке? — Тонкс сдавленно засмеялась. От него донесся хрипящий стон, что оттенками говорил о том, что он замечтался. — Знаешь… это будет прекрасной смертью. Особенно, если ты кончишь еще… в этот момент, — и следом болезненно замычал. — Блядь… Нейро сдох, — он уже зашипел сквозь мычание. «Рано как-то, — подумалось ей. — Может, он уже просрочился?» — Держись, еще минут десять осталось, — она наощупь нашла его предплечье, коротко погладив. — Попробую ускориться. Видимо, от его ухудшившегося состояния она смогла повторить трюк с переключением передач. Или же это машина испугалась за своего хозяина и позволила ей допустить очередную ошибку без мгновенной расплаты. — У тебя еще руль еле крутится, — пропыхтела Тонкс, в которой раз прикладывая всю силу к чертовой баранке, чтобы просто перестроиться. — Он без усилителя, — от Стрея донеслось очередное сглатывание. — Крути руками, а не… корпусом. Это не мото. — Надеюсь, мне больше никогда не придется садиться за этот руль, Стрей. — Продай ее, если я не… — Не думай об этом, — Тонкс сердито перебила его. — Представь лучше, что мацаешь меня. Он дрожащим голосом тихо засмеялся. — Выживешь, и трахнешь меня в сиськи. — О-о-о… — Стрей предвкушенно причмокнул, хотя больше было похоже на цок языком. — А ты умеешь… дать стимул умирающему бедолаге. Она коротко глянула на него: на бледном лице застыла улыбка. «Как будто посмертная», — Нимфадора поспешила отвернуть голову, лишь бы не думать об этом. Хватает его намеков и прямых указаний о том, что делать после его кончины. Она обрадовалась, когда заметила нужную вывеску после того, как свернула в одну из узких подворотен. Раз десять чуть не встретилась то одним боком, то другим, то передним бампером со стенами или припаркованными авто, пока пробиралась через окраину города. Стрей отключился минут пять назад, и с тормозами ей пришлось разбираться самой. А те работали тоже странно: машина либо «клевала», либо как будто вообще не думала тормозить. Но вот, тачка вновь «клюнула» вперед и замерла. Нимфадора, бросив короткий взгляд на напарника, пулей вылетела из машины. Рипер, какой-то седой и полный мужик, уже и правда был предупрежден и даже помог ей перетащить Стрея на кресло для осмотра. Возился он долго. Достаточно, чтобы Тонкс — видимо, от нервов — выключилась прям в одном из кресел коридора. — Трикс?.. Она дернулась из дремы и разлепила глаза: Стрей. Живой. И на ногах. Да, все еще бледный, как полотно, и подрагивающий, но живой! Опустила взгляд к его левой руке: и с кофе. Ну конечно же, он будет с кофе. Она даже улыбнулась от вида пластикового стаканчика с коричневой мутью внутри. — О черт… — Нимфадора шумно выдохнула. — Извини, сморило. Ты как? — У тебя есть наличка? В этом подвале у меня сеть чет не ловит для оплаты, либо у него аппарат глючит. — А, да, Патриция как раз ее дала. Надо возвратиться в отель, как заплачу. Завтра домой, я не поведу после сегодня до Лондиниума. Он слабо улыбнулся. — Завтра домой, да, но поведу я. И сейчас тоже. Ты и так сделала больше, чем должна была. Она, косо глянув на него, увидела до предела растроганный взгляд. — Ничего, я с тебя не возьму ни эдди. Но вот за рипера заплачу из твоей части, — и двинулась к двери. — Надеюсь, хватит, или будешь должен. — Я бы сам отказался, чтобы ты платила. — Сядь, джентльмен недоделанный, — Тонкс фыркнула, но услышала за спиной короткий смешок и прошла в кабинет. Рипер, рассевшись у столика на колесиках, убирался после операции и только мимолетно глянул на нее. — С вас пять триста. — Все так херово было? — она удивилась. Либо Пикс брала с нее сильно меньше, либо цены у паризиомцев были куда выше. — Ну-у-у… — протянул он и сиплым, прокуренным голосом засмеялся. — Напарник твой интересный пациент, скажу я. — Чем? — Тонкс замерла посреди пересчета налички. — Давно мне такие крепкие не попадались. Он проснулся, когда я вытащил первую пулю, хотя дал подходящую дозу под его габариты. И отказался от дополнительной анастезии, согласился только на местную, но скажу я тебе так: местная тут как мертвому припарка. Считай, не работает. — А, ну… — она кивнула, вновь вернувшись к деньгам. — Он сильно переживал, чтобы его к тем, кто документы проверять станет, не отправили. А мои комментарии, что вы от Патриции, думаю, не вспомнил в таком состоянии. Мужчина отозвался согласием, и Тонкс, оставив нужную сумму, покинула кабинет. Добрались до отеля они уже спокойно даже с учетом остановки у магазина одежды на пути. Все-таки в окровавленных шмотках заходить в лобби такого отеля, как у них, будет опрометчиво. Да и в то время, когда он весь кишит инквизицией. Душ смыл с Тонкс остатки нервоза, оставив только дикую усталость. Всего-то получасовая поездка за рулем машины, а все мышцы рук, спины и даже ног забились, как будто она не рулила, а занималась весь вечер силовыми упражнениями. Хотя если учесть, сколько лишних движений она делала для такой плевой задачи, то силовая у нее была. Юркнув под одеяло от холода кондиционера, Тонкс завернулась в него посильнее и блаженно выдохнула. Спасибо Сириусу за сор деньгами, у них был высший класс тут. Даже белье постельное поменяли, хотя уходили они со Стреем вечером. Когда она уже практически провалилась в сон, послышались шлепки босыми ногами по паркету, и через пару секунд матрас рядом прогнулся. Тонкс приоткрыла глаза, повернув голову — Стрей. — Я могу с тобой поспать? — он следил смущенным взглядом за собственным пальцем, которым вырисовывал узоры на простыне. — Как-то не хочется одному. Особенно, когда ты в соседней комнате. — Ложись. Теплее будет, а то устроил тут опять морозилку. Он усмехнулся, осторожно укладываясь рядом. И в следующее мгновение Тонкс оказалась в кольце рук, спиной ощущая его тело. — Лучше? Она лишь довольно угукнула. Пару минут все было спокойно: Нимфадора опять начала погружаться в сон, следя за его дыханием, что уже было относительно ровным. Но после прошествии этих минут его руки начали плавное движение. — Стрей, я так проснусь, — пробормотала она с закрытыми глазами. — И тебе придется с этим что-то делать. А ты дважды ранен. — Мне просто очень нравится твоя кожа, — донеслось от него очень тихо. — Такая мягкая и нежная, что невозможно не трогать тебя. Когда ты разрешаешь. Она засмеялась на его последнее замечание. И вздохнула, стоило его руке переместиться на ее грудь и осторожно сжать. — Ты ходишь по краю, — предупредила она, при этом чуть прогибаясь навстречу его руке. — Это безумно приятно, а я возбуждаюсь очень быстро, даже если устала. — Я уже заметил, — мурлыкнул Стрей и следом поцеловал ее в шею, накрывая второй ладонью другое полушарие. — Хотя удивлен, что тебе это нравится. — Почему? Он коротко замычал, видимо, в раздумьях. — Моя бывшая не любила, когда ее трогают тут. Говорила, что больно, хотя я старался делать это не больно. — Она у тебя первая и единственная, что ли, была? — Нет, — Стрей провел языком по ее шее снизу вверх и прикусил за мочку, после уже поцеловал в щеку. — Но и им не нравилось. Больно, неприятно, не возбуждает — что угодно выбирай, результат один. Мне нельзя. Да и не хочется в правильном смысле, если партнерше не нравится. — Ну знаешь, — Тонкс прервалась на новое движение его пальцев и еле слышно простонала, — мне до тебя так приятно от этого типа ласк никогда не было. А у тебя руки… — Грубые и шершавые, я знаю, — с сожалением в голосе договорил он, пока она думала над прилагательным. — И сильные. Но мне этот «набор» очень нравится. Последнее слово потонуло в ее же стоне, когда Стрей легонько потянул за оба соска. А следом уложил ее на спину, наваливаясь сверху и впиваясь в ее губы. А Тонкс хоть и знала, что он тоже быстро возбуждался от ласкания ее груди, но сейчас обнаружила, что его член не был вставшим. — Стрей, я хочу секса, — проговорила она ему в губы. — Очень. Но он только углубил поцелуи, не убирая правую руку и не ослабляя хватку на ее груди. А спустя несколько минут оторвался от нее, выглядя уже подавленно. — Думаю, стояка у меня сегодня не будет, — и чуть приподнялся, глянув себе на пах. — Чертовы лекарства. Тонкс тоже посмотрела туда: нужного увеличения не было. — Возможно, хватит просто твоих пальцев, — она положила ладонь ему на щеку, заставляя посмотреть на себя. — Я уже кончала так, ты же знаешь. Он поджал губы, а его подавленность сменилась извинением. — Не обидишься? — Я обижусь, если ты меня возбудишь и оставишь так страдать. А первое ты уже сделал очень быстро. — Ну нет уж, оставлять тебя в такой муке я не намерен, — он уже сдвинул брови, при этом улыбаясь. И склонился к ней для нового поцелуя. Мерлин, как все его прошлые девушки могли не замечать, не испытывать этого удовольствия и не хотеть еще? Тонкс буквально млела от его рук. Да, грубые, да, сказывались его годы копошения в машинах, но черт возьми, как же это было приятно: нежно, бережно и при этом по-животному жестко, что в итоге сливалось в дичайшее возбуждение. Одного оргазма ей не хватило, но Стрей не был против совершенно, чтобы не подарить ей еще несколько. Уснуть они смогли только уже с рассветом. Завтрак в обеденное время проходил спокойно, хотя Тонкс то и дело кидала на своего напарника оценивающие взгляды. Ее не только беспокоили его ранения, но и более низменный вопрос: сможет ли он ее сейчас трахнуть полноценно? Потому что по возвращении в Лондиниум у них, вероятно, не будет нормальной возможности заняться этим делом: она все еще не готова впускать его в свою квартиру, а захочет ли он раскрывать новый адрес, тоже не известно. — Что такое? — все-таки спросил он, уже доедая свой омлет. — Как чувствуешь себя? Он не отвечал, пока не дожевал новую порцию, и, отпив кофе, покачал головой: — Болит, но терпимо. Нейро-стим никакой не нужен и вести смогу, не переживай, — и усмехнулся, делая новый глоток. — Твоя машина ужасна, — она закатила глаза, едва вспомнив вчерашний вечер. — Она просто моя. От и до моя, — Стрей улыбнулся без тени недовольства на ее жалобу. — Я, считай, с нуля ее пересобрал под себя и свои привычки. Поэтому-то и не хотел, чтобы ты садилась за руль, ведь все неудобства от вождения мне были очевидны. Я буду так же беситься, если сяду на твой байк. — Он идеален, не надо мне тут. — Потому что он переделан под тебя, — заметил он с усмешкой. — С чего ты взял? — Трикс, — он уже склонил голову, снисходительно улыбаясь. — Думаешь, мне не хватит одного взгляда на него, чтобы понять, что он не салонной комплектации? — Я не видела у тебя мотиков в мастерской, — парировала она, после кусая за колбаску. Мерлин, по еде здесь она будет невероятно скучать. Почти как дома: настоящее мясо, настоящие яйца с молоком. Даже зелень, которую она терпеть не могла, и та настоящая. — Ты или те, к кому ты обратилась, взяли за донора Хонду СБ семьсот… пятидесятую. Но год точный не скажу. Возможно, реплика, как у меня, девяностых позапрошлого века. Тонкс изумленно уставилась на него. — Как ты понял?.. — Триксел, — Стрей уже захохотал, — ты забыла, с кем говоришь? Донор Хонда, а вилка с колесами взяты от Ямахи, бензоба… — Я поняла-поняла, — она замахала рукой, чтобы он только не углубился в подробности, половину из которых она уже сама не помнит. — Ты супер механик, супер водитель и… — И? — он выгнул бровь, когда она специально сделала паузу. — И супер любовник, — договорила Тонкс. Стрейджек смущенно улыбнулся, опуская взгляд в тарелку. А наколов на вилку помидор и подняв ее, взглянул на Нимфадору с улыбкой: — Хочешь стать моей девушкой? И будет у тебя не просто супер механик с водителем, но и свой, личный супер любовник, — и отправил помидор себе в рот. — А ты разве не мой? — она приподняла бровь. — Или еще кого-то потрахиваешь? Хизер, к примеру. Он тут же поморщился. — Нет. Ни Хизер, ни кого-то еще. Я вообще настолько старомодный, что полиамория не привлекает совершенно. Слишком сложно для моего мозга в любом состоянии. — А меня не привлекают ярлыки, Стрей. — Так это не ярлык, а статус. Тонкс устало промычала после того, как отпила чай. — А какая разница? Какие бонусы дает этот статус? Только проблемы. — Какие проблемы? — А какие плюсы? — Не очень хорошо отвечать вопросом на вопрос, — заметил Стрей. — Да кучу, — но увидев его молчаливую просьбу раскрыть, она добавила: — Самое нежелаемое это зависимость от человека. Я сама могу о себе позаботиться во всех планах, мне не нужен еще один человек для этого. А он еще и контроля добавит. Думаешь, мне так хочется обменять свободу решать ради какого-то статуса, который ничего толком не дает кроме ярлыка? — Я не собираюсь тебя контролировать. — Ну конечно. Ты меня и так ревнуешь к каждому столбу, а в случае нашего статуса у тебя будет право на эту ревность. — А тебе так хочется с кем-то еще… общаться? — Сейчас нет, — и заметив его выгнувшуюся бровь, вздохнула. — Я к нему вышла голой только по одной причине: сбить внимание. Это и вышло. Или думаешь, у них нет списков всех постояльцев по номерам, и он не знал о тебе? Стрей молчал пару мгновений, хмуро смотря в свою чашку. А опрокинув в себя остатки, отозвался очень тихо: — Я не ревную тебя к каждому столбу. — Ну да, только к избранным столбам, — Тонкс фыркнула. — Потому что ты мне очень нравишься. Очень, Триксел. Она окинула его оценивающим взглядом и, усмехнувшись, заметила: — Ты же не хотел привязываться. Сам мне это сказал, когда отказывался от перепихона. Стрей тяжело вздохнул. — Говорил, ага, — и посмотрел на нее. — Говорил, но в итоге привязался, что начинаю ревновать теперь. Не хочу, но… Думаешь, я не вижу взгляды, которые на тебя кидают окружающие? Ты очень красивая. А ты еще и специально вышла голой к этому псу. Я понимаю зачем, но ты же воспользовалась этим. Я практически уверен, что он разглядел все… — напарник прервался, наморщив нос. — Все твои интимные зоны. И это бесит. Бесит, что ты позволяешь. — И решил таким образом сделать, чтобы я не позволяла? Он откинулся на спинку дивана, мрачно смотря на Тонкс и слабо барабаня по керамической кружке в руках. Потом поджал губы с явным извинением во взгляде. — Я бы хотел, чтобы ты была только моей. Потому что я хочу быть твоим, хоть и… — Что? — уточнила она, когда он так и не договорил. — Понимаю, что нахрен не нужен. Найти того, кто может тебя удовлетворять без всяких статусов и даже лучше меня, ты вполне можешь, если задашься такой целью. А другого ты не ищешь. Нимфадора смотрела на него, еще сильнее помрачневшего и опустившего взгляд в кружку, с минуту. И решив, что этот разговор уже никак не вывести в спокойную тему, отложила вилку на стол и подошла к Стрею. Он вопросительно поднял брови, посмотрев на нее. — Думаю, тебе лучше убрать все лишнее из рук, — она кивнула на его пустую кружку. Едва Стрей вновь откинулся на спинку, как она аккуратно уселась к нему на колени и положила руки на плечи. — Ты ужасный ревнивец, Стрейджек. — Извини, — он грустно улыбнулся, приобняв ее за талию и поглаживая пальцами под задравшейся футболкой. — Раньше я таким не был. — А каким был? — Тупым, — он уже уныло усмехнулся. — Доверчивым и поэтому тупым. — Слушай, я не хочу становиться чьей-то девушкой. Ни твоей, ни еще чьей-то. Но и обманывать тоже не хочу. — В каком смысле? — В таком, что я знаю, что ты… — она прервалась от его рук, что уже полноценно забрались под футболку и теперь жадно ощупывали ее тело, как будто часов шесть назад не делали то же самое. — Я знаю, что ты старомоден. А у нас, вроде как, только секс да работа, что уже выходит за границы старомодности. И понимаю, что ты ревнуешь. Поэтому я не сплю с кем-то еще. Только с тобой на данный момент. А если захочу с кем-то еще, то я просто уберу часть про секс из нашего общения, чтобы… Чтобы было меньше драмы. Официально ты на нее уже не будешь иметь никакого права. Хотя и сейчас официально не имеешь — мы ничего друг другу не обещали. — И что мне нужно делать, чтобы тебе не захотелось чужого общения? — Стрей чуть задрал голову, в то время как его руки замерли прямо под ее грудью. Лишь костяшками фаланг водил по самому низу, дразня. Тонкс приблизилась к его губам своими и перед поцелуем тихо, но четко сказала: — Трахать меня, Стрей. Очень хорошо трахать. И как можно чаще. А у тебя это стало выходить именно так, — и впилась в его губы. Поза очень быстро стала безумно развратной по его же комментарию, с чем было сложно не согласиться. Тонкс спустя пару мгновений извернулась, усевшись к нему спиной, но откинула голову ему на плечо, чтобы не прерывать поцелуи. Ее футболка уже оказалась задрана, а грудь вновь стала причиной для первого оргазма даже без его или ее пальцев на клиторе. Но через несколько секунд после прошедшего взрыва удовольствия в голове она призывно раздвинула ноги, перемещая его руку себе на вагину, а сама стала подрачивать ему сквозь брюки. — Они… Они лишние, — сипнула Тонкс от разбегавшихся мурашек на движения его пальца по клитору. — Они? — его дыхание жгло губы. — Твои штаны. Мое белье. Это все лишнее, — она сглотнула на мимолетной паузе. После очередного затяжного поцелуя, Стрей засмеялся. — Какая же ты шлюшка, Трикс. Она уже хотела возмутиться для виду, но его пальцы, что оттянули сосок, сорвали с ее губ стон, а не слова. — Ты развратная и восхитительная шлюшка, Трикси. Моя, восхитительная, — он уже басил ей на ухо. А отодвинув еще сильнее трусики и введя в нее два пальца, добавил: — Сейчас моя и, надеюсь, ты не захочешь быть чьей-то еще. И начал грубо, размашисто трахать ее пальцами, при этом поочередно то сжимая ее грудь, то щипая и оттягивая соски. Ее горло уже жгло от количества стонов и нехватки слюны. Даже сглотнуть не могла, потому что удовольствие захватывало ее с головой. Стрей захватывал ее с головой. Когда и как он успел избавиться от брюк, она не заметила, но едва отдышавшись от нового оргазма, Тонкс почувствовала влажный член, скользящий по ее половым губам и клитору. — Хочешь меня, Трикси? — Стрей шепнул ей на ухо, после укусил за мочку. — Не называй меня так, — рыкнула она в шутку. Сама понимала прекрасно, что вот данная поза — с закинутыми ногами на его, явленной на весь мир вагиной и скользящим по ней членом, на который она мечтает насадиться по самые яйца — не делает ее ни на дюйм приличной. Предки, наверное, в гробах вращаются с огромной, неземной скоростью, наблюдая за этой распущенностью. — Но ты сейчас самая настоящая шлюшка, Трикси, — он глухо засмеялся. А стиснув ее грудь, добавил с придыханием: — Только моя шлюшка, которая настолько мокрая, что хочется испить до дна, как самый волшебный напиток. Тонкс чуть повернулась корпусом, посмотрев ему в глаза и решая, что ей хочется больше: члена или языка. И опустила руку, обхватывая его каменный стояк и начиная дрочить. — Выебешь свою шлюшку? Поддатливую и текущую от тебя шлюшку. — Только скажи, как хочешь, — он уже с предвкушением улыбнулся. — Грубо и больно. Очень сильно, как будто тебе плевать. Боль в любых других случаях ею избегалась при возможности, но сейчас, едва он вошел в нее на всю длину и сразу начав движение, была божественно приятной. Стоны, рычание, громкое дыхание и хлюпанье наполнили весь номер. Приходила в себя она медленно, лежа уже в объятиях Стрейджека на диване. Тот медленно и расслабленно водил руками по ее спине и изредка целовал в щеку. — Ты как, моя развратная красавица? — поинтересовался он, заправляя ее мокрые волосы за ухо. — Утолила голод. Ненадолго утолила. Думаю, нам придется сделать вынужденную остановку по пути домой. Я дорвалась до ахуенного члена, — и засмеялась, после добавляя: — И рук. Ты божественно ебешься, что хочется постоянно, извини. Стрей засмеялся и после вновь поцеловал ее в щеку. Но Тонкс, чуть повернув голову, переместила его поцелуй себе на губы. — Спасибо, — сказала она после, посмотрев ему в глаза, что сейчас довольно и счастливо светились. — Не знаю, откуда у тебя столько сил, особенно после вчера, но спасибо большое. — Я выносливый. Очень, — он уже лукаво улыбнулся. — Да и чтобы меня кто-то так сильно хотел и говорил такие комплименты?.. Не помню. — Поэтому так стараешься и не отказываешь? — В том числе. — А еще какая причина? Он немного смущенно скосил взгляд на ее плечо, улыбаясь. — Мне самому хочется с тобой. Ты безумно мне нравишься и невероятно возбуждаешь. — Чем? — Всем, Трикс. Всем: характером, силой, красотой с ощущениями. И нимфоманией, — Стрей прыснул. — Честно говоря, первый раз встречаю девушку, которой столько секса хочется вне овуляции. — У меня сейчас овуляция, кстати. — Оу… — Что? Его взгляд прыгнул с одного плеча на другое. — Надеюсь, что ты на таблетках, а то очень велик будет шанс, что… Или тебе нужна будет другая таблетка. Если ты, конечно, не… — Ты не надел, что ли? — она перебила его, поняв причину запинок. — Да когда там успеть? — он всплеснул руками, судя по их исчезновению с ее спины. — Ты в меня вцепилась так, что хрен встанешь с моими ногой и рукой сейчас. — Ладно, расслабься, я не залечу, — она глухо засмеялась, уткнувшись носом ему в здоровое плечо. — Но очень надеюсь, что ты не болеешь ничем. — Нет. У меня до тебя давно партнерш не было, так что если бы болел чем-то там, то уже все бы давно отвалилось. — Можешь быть переносчиком. — Хорошо, я сдам анализы и принесу тебе справку в зубах, как примерный мальчик. — Спасибо. Полежав так еще пару минут в полной тишине, Тонкс вдруг для самой себя почувствовала желание поцеловать Стрея. Почему захотелось и почему именно поцелуй, а не новый заход до оргазма, понять не могла, но Мерлин, так сильно захотелось, что она спустя пару секунд сопротивления непонятному феномену, все же сдалась. — Это за справку? — он удивленно поднял брови, когда они закончили целоваться через долгие минут десять. — Нет, — Тонкс тут же спрятала лицо, уткнувшись ему в шею. — Просто так. Он уже довольно загудел. И сжав ее в крепких объятиях, очень тихо сказал: — Спасибо, что… Что не бросила вчера. — Ты ж мой напарник. Я своих не кидаю. — Я думал, что ты можешь. Не потому что какая-то плохая, а… — его левая рука ощутимо сжалась в кулак на ее боку, но через пару секунд расслабилась и продолжила плавное движение по ее коже. — Что не доверяешь мне достаточно, чтобы возиться и подставляться. — Ты тоже меня не бросил в машине. — Это спасение за спасение? Тонкс отклонилась, взглянув на него, но Стрей был спокоен и лишь внимательно смотрел ей в глаза. — И нет, и да. Я не люблю ходить в должницах, но даже если бы не была ею, я бы все равно попробовала тебя дотащить до рипера. — Почему? — Потому что я своих не кидаю, говорю ж. Но если ты в следующий раз будешь так же упираться, я клянусь, я тебя вырублю и дотащу до профессионала уже хотя бы в тишине. Совсем не кстати было твое упрямство, — она серьезно сдвинула брови. — Я знаю, извини. — А знаешь, как ты можешь извиниться? — Ты серьезно сейчас?.. — он уже жалобно поднял уголки бровей. — Я не об этом, извращуга, — она захохотала, довольная удавшейся шалостью. — Донеси мой рюкзак с кирпичами, одна рука у тебя здоровая, а вот мои руки и спина после твоего кресла — все еще не очень. Стрей глухо засмеялся, отзываясь согласием и начав массировать ее плечи и спину.