>_14

Тонкс раздраженно посмотрела на экран телефона: Блэкаут все еще не сняли. — Как думаешь, сколько еще часов продержат? — громко спросила она Стрейджека, откинув бесполезный гаджет на постель. Она приняла его приглашение заехать на очередной «массаж» перед их первыми заданиями, но в середине действа их телефоны разразились уведомлениями о неожиданном Блэкауте. — Да хрен знает, что или кто его спровоцировал, — отозвался он с кухни. И появившись в спальне с двумя кружками и заварочным чайником, поставил всю утварь на тумбочку рядом с ней и сел на край кровати. — Но если до ужина не снимут, то придется довольствоваться либо моими запасами, либо идти за едой в местные едальни. — Меня, честно говоря, больше напрягает, что придется дату менять. И что кот дома один. Он кивнул, делая глоток из кружки. — Еда-то у него есть с водой? — Да, конечно. Умная кормушка, умная поилка. Все умное, кроме него и хозяйки. Стрей с легким укором взглянул на нее, и Тонкс тихо засмеялась. — Еще может быть так, что из-за того, что мы сегодня не сможем пойти в Центры, Оптику придется что-то новое выдумывать, — заметил он после небольшой паузы. — Я сомневаюсь, что «проверки» нашего вида не приостанавливаются во время Блэкаутов, — Тонкс посмотрела на вторую кружку, после вновь на Стрея. Ему за прошедшие дни стало сильно лучше: температуры она не наблюдала, пота и тремора тоже, а двигался он вполне себе нормально. Видимо, здоровье у него отменное, раз так быстро восстановился. — Но тут будет зависеть от причины. Вдруг кто-то тоже в структуры влез, они тогда точно внеочередные аудиты запустят. — И ты знаешь это потому что… Он глянул на нее, ухмыльнувшись. — Я не работал там, если ты об этом. Просто понятна логика: если в такое место проникает кто-то посторонний, то… Что ты делаешь? — удивленно спросил Стрей. Тонкс подняла на него глаза и просунула руку в расстегнутую ею же ширинку его брюк. Желание возникло так быстро и так не ясно от чего, что она не стала долго думать. Пока есть время, нужно наслаждаться, а не разговоры разговаривать. — А ты не понимаешь? — и сжала член. Напарник прикрыл глаза на мгновение, сглатывая. — Понимаю, конечно, — и посмотрел на свой пах. — Но если Блэкаут снимут в ближайшее время, нам придется прерваться. — Да когда такое было? Только полчаса назад объявили, — она придвинулась к нему и второй рукой расстегнула пуговицу. — Тебе кружка не мешает? — Трикс, мы же только недавно… — он запнулся от ее нового давления в районе члена и шумно втянул воздух носом, отставляя чашку, — занимались сексом. — Ты разве не хочешь? Твоя «пушка» сейчас подает вполне противоположный знак, — с этими словами она нажала ему на грудь и, склонившись, частично достала его орган из белья. Глянула на него снизу вверх, улыбнулась от вида уже расширившихся зрачков и пощекотала головку кончиком языка. — О мо… — его вздох раздался над головой. — О. Мой. Бог. — Богиня, я попрошу, — Тонкс коротко засмеялась и уже обняла головку губами, облизывая ее языком. — Д-да, — он снова громко вздохнул. — Богиня, — и чуть подался бедрами ей навстречу, что головка уперлась ей в горло всего на мгновение. — Богиня с божественными губами. — Хочешь трахнуть меня в рот? — на секунду выпустив его член из «плена», спросила она. — Я вот хочу, — и вновь обняла его губами, с жадностью насаживаясь. Стрей издал какую-ту смесь рычания со стоном. А следом она почувствовала мягкое давление на своем затылке. Выносливости у него было, как и здоровья, хоть отбавляй. С другой стороны, таким образом ее вспыхнувшее неожиданно желание занять рот не чаем, а чем-нибудь повкуснее, полностью удовлетворялось. Ей нравилось. Ей нравилось даже просто делать ему минет. А поняв еще в прошлые разы, что то ли с чувствительностью у него плохо, то ли выносливость и правда как у тяговой лошади, даже переходила к горловому варианту. Первый раз он испугался и особенно, когда увидел потекшие у нее слезы, но ей удалось его убедить, что все в порядке. И теперь он пару раз сам просил сделать минет именно так. А ей хотелось. Хотелось, нравилось. Больше, дольше, глубже и вкуснее. Слаще во всех смыслах. — Как же ты… ахуенно сосешь, — восхищенно выдохнул Стрей, пока Тонкс, вытянувшись рядом с ним, лежала поперек кровати и наслаждалась утоленным голодом. — Спасибо огромное, — и неожиданно впился в ее губы. — Ты не… Тебе не противно разве? — спросила она после затяжного поцелуя. — Что мне должно быть противно? — Я только что сосала твой член, — Тонкс внимательно смотрела на Стрея. И заметив, что это не оказалось для него аргументом, добавила второй: — И ты кончил мне в рот. — И? — Просто удивлена. Обычно вам не нравится. — Это их проблемы, — он скривился, когда она вновь взглянула на него. — Да и это мое, а других владельцев членов я тут что-то не вижу, — и картинно окинул спальню глазами. Тонкс уставилась в потолок, чувствуя дикое смущение. Даже если он врал по поводу аргументов, которые оказались по его же словам не аргументами, то это значит другое: ему хотелось поцеловать ее больше, чем имеющаяся брезгливость по поводу вкуса. Других вариантов у нее не было, и оба вывода заставляли все внутри сжиматься от смущения. И радости, поняла она спустя некоторое время. Стрей же уже повернулся к ней на бок и сейчас лениво гладил ее по талии и животу, упершись носом в плечо. — Как твое горло? Не болит? — Немного першит, но скоро пройдет, не переживай, — она, зарывшись ему в волосы на затылке, расслабленно сжимала и разжимала пальцы. — Мне очень нравится отсасывать тебе. Напарник смущенно прогудел и крепко обнял ее в то же мгновение. — Ты не хочешь чего-нибудь? Чтобы было один-один, к примеру. Или два-один, — тихо спросил он. — Я получила все, что хотела, спасибо, — она уперлась носом ему в волосы на макушке, уже просунув руку ему за ворот рубашки, и глубоко вдохнула. Да, вспотел, да, пахло. Но все равно хотелось именно этого. — То есть ты просто хотела… сделать минет? Мне? — его руки замерли вместе с этим вопросом. Тонкс лишь угукнула, перемещая руку ему на правое плечо и легонько поглаживая по месту ранения. Стрей в ответ тут же довольно заурчал, что-то несвязно бормоча. — Ты вкусный, — сказала она через пару минут тишины. Сама не знала зачем, эти слова бесконтрольно вылетели. — Вкусный?.. — удивленно уточнил он. — Да. Мне нравится, какой ты на вкус. Стрей молчал пару секунд. А приподнявшись на локте, посмотрел на нее сверху вниз. — Это взаимно, — и улыбнулся. — Мне очень нравятся твои губы. И те, и другие. — А сиськи? Его взгляд мгновенно сместился ниже. И задев подушечкой указательного пальца один из сосков, хищно улыбнулся ей в глаза. — Невероятно, — и склонился к ее правому уху, опаляя его. — А еще невероятно нравится, как тебе это нравится. Как ты стонешь, когда я касаюсь твоих невероятно мягких и упругих сисек, — он, говоря это, упер указательный палец в сосок, чуть надавливая и двигая им по часовой стрелке. Тонкс еле слышно простонала от удовольствия и вновь зарождающегося пламени внизу живота, прикрывая глаза. Через секунду стон снова прорвался, уже громче, стоило Стрею сжать ее грудь. — Еще пару секунд, и тебе придется делать мне массаж. И жестко выебать. Думаю, на один оргазм я уже не соглашусь, так что тебе придется попотеть. — С огромным удовольствием сделаю тебе массаж везде, где попросишь. А после выебу тебя, Трикси, — низким голосом проговорил он ей все еще на ухо. А следом лизнул в щеку, слегка прикусив за нее после. — Мою сладкую и стонущую сучку Трикси. — Знаешь... — она сглотнула, прервавшись от давления его пальцев на груди. — Знаешь, меня безумно возбуждает не только массаж, но и когда ты становишься вот таким. — Каким? — уточнил Стрей, одновременно с этим задирая ее футболку и с силой сжимая одно из полушарий. — Когда ты так говоришь со мной. — Это как? — словно издеваясь, вновь спросил он. А после склонил голову к груди и укусил за сосок, потянув его вверх зубами. — Что я шлюшка, — хрипящим голосом сказала Тонкс. — Что я сучка. И Трикси. — Моя, — мгновенно вернувшись к ее уху, сообщил он. Даже как будто угрожая. — Моя шлюшка и сучка Трикси. Сейчас — только моя, — и навалился на нее, сжимая в объятиях и жадно целуя в губы, словно это не поцелуй, а прием пищи. — Я тебя никому не отдам. Пока не выебу до трясущихся ног, не отдам. Тонкс вцепилась пальцами ему в щеки, заставляя посмотреть на нее. — Выеби меня, прошу, — голос сам пискнул в непривычной мольбе. — И тогда не нужно будет меня никому отдавать. Я с тобой. — А что будем делать с моей ревностью, многоуважаемая шлюшка Трикси? — его бровь выгнулась вместе с появившейся ехидной улыбкой. — Я с тобой, Стрей. Я твоя шлюшка. Он уселся на колени между ее раздвинутых ног и принялся снимать с нее джинсы. Голодно, резко и нетерпеливо. Его темный взгляд прожигал ее насквозь. А стоило ему посмотреть ей между ног, когда и штаны и белье улетели на пол, как ей захотелось машинально сжать бедра. Но вместо этого она лишь сильнее раздвинула ноги и чуть сдвинулась к нему ближе. — Хочу, — шепнула Тонкс, неотрывно смотря на Стрея. — Пожалуйста. — Какая же ты… — он прервался, стоило ей закинуть ноги ему на бедра. И облизнул губы, сглатывая, когда она призывно приподняла задницу чуть выше. — Я до сих пор в полном ахере с того, как ты любишь трахаться, Трикс, — и посмотрел на нее, смущенно улыбаясь. — С тобой очень хочется, — голос хрипнул. — Мне, кажется, так никогда еще крышу не сносило от секса, — а щеки покалывало от смущения на это признание. Новый стон вырвался, когда он осторожно поднес руку к ее междуножью. Его горячие пальцы несколько мгновений скользили по вагине, едва касаясь и таким образом мучительно дразнясь. И особенно, когда он задевал ее клитор. — Ты вся течешь, — резюмировал он и поднял к ней глаза. — Давно тебя никто не ебал? — Такой самец, как ты? — Тонкс чувствовала, как ее щеки пылали. И как пылало еще сильнее внизу живота, заставляя ее двигать тазом вслед за его пальцами в надежде насадиться на них. — Никогда не ебал. А я хочу. Стрейджек ухмыльнулся, чуть утопив в нее указательный палец. Но стоило ей попытаться насадиться на него полноценно, как он мгновенно переместил его на клитор, легонько надавливая и водя по правильной траектории. Но недостаточно, чтобы она кончила от простых касаний. — На что ты готова, чтобы я тебя выебал, моя хорошая? — его ухмылка стала только шире, когда очередная ее попытка заставить его проникнуть в нее не увенчалась успехом. — Что ты хочешь? — Чтобы только я был твоим механиком, водителем и… любовником. Мозг, что сейчас молил о жестком трахе и больше ни о чем, едва ли позволял Тонкс понять его взгляд. Темный и внимательный взгляд, устремленный ей как будто в душу. — Ты и так единственный механик и водитель у меня. — А третий пункт? — У меня только один самец. — А хочешь еще? — он все-таки стал вновь снимать с себя штаны. Зачем он их после каждого раза постоянно натягивает обратно? И едва она увидела его член в боевой готовности, как тут же сглотнула от желания и отрицательно замотала головой. А он, приставив головку к ее вагине, тут же убрал его. Тонкс отчаянно, даже плаксиво застонала и ударила кулаками по постели. — Ну дай, Стрей, — взмолилась она. — Знаешь, я тут вспомнил нашу поездку на машине, когда ты была за рулем. И особенно твою фразу про разрешение трахнуть тебя в сиськи, — и с этими словами он поднялся выше и, замерев над ее грудью, приставил член к ее губам. — Давай, пососи чуть-чуть. Я заметил, тебе это нравится, девочка моя, — он погладил ее по щеке со странной, неподходящей сейчас нежностью как в движениях, так и взгляде с голосом. Тонкс, которая в любой другой момент, с любым другим человеком, тут же бы воспротивилась такой инициативе, сейчас лишь с жадностью насадилась на его член губами. Спальня в тот же миг наполнилась смесью его рычания и стона, и она только расслабила горло, в которое уже уперлась его головка. Пара секунд, и Стрей полностью перехватил управление минетом на себя. Тонкс смогла поймать себя на мысли о его каком-то животной интенсивности только, когда он отпустил ее голову, и она смогла и прокашляться и утереть слезы. Но она не успела ничего сказать ему, потому что через пару мгновений он, отсев подальше, впился в ее губы для поцелуя с тем же животным напором, с которым только что трахал ее в рот. — Я хочу твой жирный хуй, — проговорила она на мимолетной паузе между поцелуями. — Внутри. Стрей замер, посмотрев ей в глаза. — Я. Хочу, — повторила Тонкс, уже отбивая каждое слово. — Твой. Жирный. Хуй. Волшебный хуй. Куда хочешь и как хочешь. — Тогда сначала твои идеально округлые прелести, — он коротко усмехнулся, мигом поднимаясь с нее. Пара секунд, и Тонкс, уже сжав между грудей его член, ловила моменты, когда можно лизнуть его головку. А Стрей был словно в какой-то прострации, пока с бешенной скоростью двигался и рыча от удовольствия с закрытыми глазами. Хватило его в этот раз ненадолго: буквально пара минут такой гонки, и Нимфадора едва успела утереть рот после его оргазма, как он вновь улегся на нее и, впившись в губы поцелуем, резким толчком вошел в нее на всю длину. Тонкс блаженно простонала ему в губы. Если бы не поцелуй — она бы даже воскликнула от радости. Сколько раз она отлетала от собственных оргазмов, посчитать было сложно. Ее мозг не просто растекся от удовольствия, а как будто улетел куда-то на крыльях блудного счастья и передал, что возвращаться не собирается. А Стрей, когда все-таки выбился из сил, улегся рядом с ней и уперся лицом в подушку, тяжело дыша. Тонкс минут десять или пятнадцать молча лежала, возвращая себе и дыхалку и способность хоть что-то осмысленно подумать. — Ты — самое настоящее животное, Стрейджек, — сиплым голосом проговорила она все-таки. — Я… — испуганно начал он, повернув к ней голову, и тут же клацнул зубами. Тонкс посмотрела на него: и правда, испугался. Глаза расширились и метались по ее лицу в панике. Она погладила его по слегка колящейся и взмокшей щеке. — Мне понравилось, не переживай. Просто удивлена еще и такой твоей личности. Не думала, что ты можешь быть таким. — Извини, если я… Но она не дала ему договорить: переместила большой палец на его нижнюю губу и провела по нижнему ряду зубов. Он в еще большем изумлении поднял брови. А следом легонько, словно испуганно, лизнул подушечку ее пальца, и Тонкс захихикала. — Шикарный самец мне раскрылся сегодня, Стрей. Горячий, дикий и инициативный. — Я не… — он отвел взгляд, но через секунду вернул его ей, что уже наполнился ярким стыдом. — Я сорвался, — и шумно выдохнул в подушку, упершись в нее лбом. — Прости меня, пожалуйста. — Ничего ужасного не произошло. Для меня только хорошее. Очень, — и когда он не ответил ничего, она добавила: — Тебе же понравилось? Стрей сглотнул и медленно повернулся на спину. Шумно выдохнул и, прикрыв глаза, положил руку ей на бедро, мягко сжав его. — Это было… Сейчас понимаю, что очень… страшно. Я никогда себе такого не позволял и… Наверное, не захочу больше. — Почему? — Тонкс закинула на него ногу, легонько прижимая его вялый член к животу. Главное, не смотреть на него, а то опять захочется, хотя, казалось бы, куда еще? Он молчал некоторое время, медленно скользя по ее бедру вверх-вниз горячей ладонью. — Я ненавижу терять контроль. Потому что в таком случае… Я не люблю эту свою сторону. Она неуправляемая, что сейчас и подтвердилось. — Я не заметила ничего ужасного, — Тонкс, не зная, что еще сказать, поцеловала его в щеку, гладя по второй. Он стыдливо скосил на нее глаза и поджал губы. — Мне просто повезло, что… Видимо, мои… — и запнулся окончательно, сдвинув брови после. — Что, Стрей? — Мне и тебе, нам повезло, что я слишком… Что ты мне очень нравишься. Поэтому какая-то капля контроля, которую хрен можно было разглядеть в этом всем развратном безумстве, все-таки осталась. Что я не сделал тебе того, что нельзя. — И что это? — Тонкс уже переместила руку ему на грудь, медленно поглаживая. Но он не отвечал, и поэтому она решила попробовать угадать: — Анал? Так я не про… — Нет-нет, я… — он громко вздохнул, прикрывая на пару мгновений глаза. И повернув к ней голову, сказал: — Во-первых, я все еще придерживаюсь правила, что в выходное отверстие не нужно входить, — и криво улыбнулся. — Ни в твое, ни в мое, ни в чье-то еще. — Какой скромняга, — она коротко засмеялась и вновь поцеловала его щеку. Стрей лишь помотал головой, слабо улыбаясь. — А во-вторых, я в таком состоянии могу не рассчитать силу. Поэтому-то и против всяких удушений. А тебе я навредить боюсь больше всего. Чем дольше она смотрела ему глаза, тем сильнее хотелось спросить, почему именно ей он боится навредить? Неужели влюбился? Глупая тогда ситуация выходит. — Мы можем попробовать в другой раз менее… агрессивный вид развратного безумства, — вместо этого предложила она с улыбкой. — Но мне дико понравилось, какой ты был сейчас, — и прижалась к нему еще сильнее всем телом, после шепча ему на ухо: — Ты безумно меня завел, Стрейджек. И мне самой нравится, какой беззащитной я становлюсь рядом с тобой в такой момент, а ты ничего и не делаешь. — В смысле ничего не делаю? — удивленно выдохнул он. — Любая другая бы на твоем месте сказала, что я… Что я ее изнасиловал. Как самое настоящее животное. — Все было по обоюдному желанию. А как я говорила, я люблю грубый секс. И с тобой он выходит намного лучше, чем у меня были раньше. — А медленный ты любишь? Тонкс подумала пару мгновений. — Не сказала бы. Обычно это скучно, — и пожала плечами. — А хочешь со мной попробовать? Не сейчас, а скажем, в следующий раз. Или через. — Можно, почему бы и да? Вдруг и тут что-то новое открою для себя, — и она, уже полноценно повернув его голову к себе, впилась в его губы. Черт возьми, как же с ним ахуенно. Ахуенно возбуждающе, ахуенно тепло и ахуенно спокойно. И никакой скуки. Вот зачем он сдерживался? Столько времени улетело. Блэкаут сняли только в четвертом часу утра, что оказалось спасением для Тонкс. Она с момента, как ее вдруг резко сморило, мучилась от очередного кошмара, будучи не в силах как-либо эту пытку остановить. Опять какие-то крики, но в этот раз — гневные и полные боли. И ни черта не разобрать, только чувствовать жгущую внутренности ярость и боль. Стрей, что пробудился немногим раньше нее от уведомлений телефонов, коротко осмотрел ее сонным взглядом: — Ты чего?.. — Кошмар, — Тонкс сердито потерла глаза, решая, стоит ли идти в душ сейчас или лучше с утра, когда будет нормальное время для подъема. — С Цитадели мучают то и дело. — А… Да, у меня тоже после нее какие-то странные сны стали появляться, — он погладил ее по щеке. — Какие? — Не кошмары, а… Не знаю, просто странные, — Стрей пожал плечами, закрывая глаза. — Наверное, можно назвать их обидными. — «Обидными»? — Да, я… Как будто переполнен какой-то обидой. Или не я. Не знаю, как нормально объяснить, мне такое раньше не снилось, — он зевнул. — Давай все-таки спать? — и приобнял ее за талию, утыкаясь носом в плечо. — Я не воняю? А то кажется, что вспотела вся. Он лишь отрицательно промычал, но через пару секунд добавил: — Только очень вкусно пахнешь. — Чем? — Трикс… — Стрей вздохнул. — Не знаю, я плохо описываю запахи. Чем-то непривычным, но вкусным. И давай спать? — Да, извини, — она быстро чмокнула его в щеку и улеглась к нему спиной. Его правая рука съехала ей на грудь, чуть сжала, а после, спустя буквально несколько минут Тонкс поняла, что он уже уснул. А она, еще не успев провалиться обратно, поймала себя на мысли, что лучше бы этот чертов Блэкаут не снимали никогда. Главное, смочь забрать Алфи из города сюда и все. Ничего не надо больше. Ни гигов, ни поездок в Паризиом, ни чего-то еще. Вот с ним остаться рядом. А Алфи, она была уверена, примет его, как и Стрей его. «С каких пор я вообще захотела чего-то подобного?» — промелькнула у нее последняя мысль, но ответная уже либо не сформулировалась, либо запоздало, чтобы она вспомнила о ней после сна. Стрейджек возился на кухне с кофе, когда она заглянула туда, проснувшись. Он повернул к ней голову, улыбнувшись: — Завтрак скоро будет, — и глянул на экран телефона. — Через минут пять. — Шикарно, спасибо. Тебе Оптик не писал? А то у меня телефон сел. — Да, сказал, что переносит на послезавтра. Думаю, у тебя то же самое, — донесся его голос, когда она замерла у двери в ванную. Медленно листая все новости и сообщения, что прилетели скопом на подзаряженный телефон, Тонкс медленно жевала сэндвич с ветчиной и бобами в остром соусе. Стрей, прикончив свой завтрак в первые пару минут, сейчас растекся по стулу и цедил кофе, то и дело поглядывая на Тонкс от своего телефона. — Что?.. — спросила она на очередной его взгляд. — Просто, — он слегка улыбнулся. — Ты пялишься на меня, — глухо заметила Тонкс, отпивая чай. — Я любуюсь. Она сместила на него взгляд и тут же уперла его обратно в сэндвич. — Можно не так пристально? Он грустно вздохнул, но все-таки уткнулся в экран телефона. — Да что? — спросила Нимфадора, когда Стрей недовольно поджал губы. — Все в порядке, — ровным голосом ответил он. — Я вижу по твоему лицу, что нет. Напарник отложил телефон на стол и, скрестив руки на груди, склонил голову набок. — Что такого, что я тобой любуюсь? Раздеваю взглядом, что ли? Отключаю тебе имплант силой мысли? — Лучше б ты взглядом раздевал, — отозвалась она. — Я не привыкла, что тут сложного понять? Он покусал губы и резко поднялся, хватая кружку и отходя к раковине. — Вижу красивую девушку и просто смотрю на нее, — забухтел Стрей под звуки воды из-под крана. — Ничего криминального. — Я знаю, но все равно непривычно. — Чем? — он оглянулся на нее. — Тем, что… — Тонкс запнулась, не зная, как объяснить, что именно ее напрягало в его взгляде. — Наверное, внимание без продолжения для меня сейчас странно. — У тебя вообще не было нормальных отношений? Только секс без обязательств? — А зачем мне секс с обязательствами? — она выгнула бровь, но Стрейджек стоял к ней спиной и вытирал кружку с раковиной. — Кроме обязательств в такого вида отношениях есть и свои плюсы. — И какие же? Клятва «и в горе, и в радости»? — Тонкс фыркнула. — Она легко нарушается. — Да хотя бы просто наличие человека, который… — он замер на секунду. — С которым хорошо и с сексом, и без. — Я смотрю, тебе в прошлых отношениях не позволяли касаться анти-стресса и всего остального, как вчера. Так что хорошего? Стрей, отправив кружку в ящик над мойкой, повернулся к ней лицом и вжался спиной в тумбу, но молчал. — Мне вот не изменяли. Потому что обязательств, таких уговоров не было, — добавила она уже осторожнее. — Одни плюсы. Он покивал все еще без единого слова. А подойдя к ней, легонько коснулся кончика ее носа указательным пальцем и грустно улыбнулся. — Одни плюсы, да, Триксел, — и взял упаковку из-под сэндвича и уже пустую ее кружку, возвращаясь к мойке. Тонкс молча смотрела ему в спину, чувствуя угрызения совести. И когда он домыл кружку, сказала: — Извини, я… Я бываю грубой. Особенно, когда не проснулась до конца. — Или ранена, — Стрей кивнул. — Точно не хочешь кофе? — Не-не, — она замахала рукой, стоило ему взглянуть на нее, — чай на меня действует так же, но дольше. И плавнее. — Останешься до вечера? — он вновь замер у тумбы к Тонкс лицом. — С тобой ярче. — Хорошо и с сексом и без? — Нимфадора улыбнулась, проклиная себя в мыслях за собственный необдуманный вопрос. — Именно, Трикс, — напарник уже улыбнулся с теплотой. — Надеюсь, и тебе со мной так же. — Глянешь мой байк? Раз я здесь, а ты уже восстановился после ранений. Если тебе не сложно, конечно. И если надо, я заплачу. Стрей смотрел на нее еще несколько мгновений, но в итоге кивнул, поджимая губы. Все их четыре миссии прошли без каких-либо проблем. Вошли, получили информацию и вышли — планы Оптика отработали словно по маслу. Тонкс, как и в Цитадели, сделала себе по копии, чтобы изучить информацию дома самой. Люпина ей искать было не интересно, а вот что там можно накопать на того же Стрея — очень даже. Вдруг что-то полезное всплывет даже в некрологах. Но несколько вечеров, посвященных подборам поисковых параметров к этим огромным массивам данных, прошли впустую. Практически: по поводу Стрея — вообще ничего, но кое-какие следы Люпина она, кажется, отыскала. Но слишком туманные и не ясно, что с ними делать ни ей, ни Грозному Глазу с Сириусом. Единственное, что она смогла накопать — несоответствие с логикой таких учреждений. Не было ни единого упоминания Римуса Люпина или же людей с таким же именем или фамилией среди тех, кто скончался в тюрьме. Было несколько мужчин и женщин, смерти которых произошли немногим спустя даты пленения Люпина и Блэка, но в графе причины смерти везде стояло типичное «по медицинским причинам». И Тонкс, откинувшись в кресле, глотнула чаю и почесала спящего на ее коленях Алфи на загривке. — То есть ты либо жив, но по данным тех же инквизиторов мертв, что уже дико странно… Либо мертв, но твою смерть замаскировали под чью-ту, — пробормотала она, смотря в монитор на несколько строчек с некрологами странных бедолаг. — Но зачем? Зачем прятать чью-ту смерть инквизиторам в тюрьме? От кого? От Грозного Глаза, что ли? И вспомнила о своей канувшей в памяти затее посмотреть, что информация из Цитадели может ей дать по поводу ее фиксера. Но итог и тут был около нулевой: [Имя: Аластор Му*данные повреждены* Известные никнеймы: *данные удалены* Чистота крови: чистокровный Дата рождения: 16.0*данные повреждены* Дата пленения: — Аврорат: *данные удалены* Орден Феникса: *данные удалены* Особые приметы: *данные удалены* Статус: *данные удалены* Угроза: *данные удалены*]. — Да ебать… — сердито и разочарованно выдохнула она. — Ты-то как в их базы влез, махина железная? Тебя б не пропустили еще роботы на проходной. Тонкс глянула на Алфи, что пробудился на ее проклятия и задергал ушами. — Извини, — она погладила его по загривку. Кот поднялся, потянулся и, широко зевая, боднул ее лбом в плечо. — Ну что? Он уже слабо укусил ее за плечо, и Тонкс легонько шлепнула его по заднице. — Да что с тобой? Ты ел полчаса назад. Хватит с тебя, и так скоро, как Грозный Глаз, станешь. Ни в одну дверь не пройдешь. Альфонс вновь укусил ее, уже сильнее, на что Тонкс решила сделать то же самое. Кот мгновенно спыгнул с ее коленей, уже пятясь от нее боком и выгибаясь. Она, отплевавшись от попавшей в рот шерсти, посмотрела на него — вызывает на бой-игру. — О Моргана… Дал бы поработать, жопа меховая, — заворчала Нимфадора, но все-таки поднялась с места. — Все беспокоят, да? — хмыкнула Пикс после того, как прогнала ее импланты. — Да заебали уже, честное слово, — Тонкс вздохнула. — Как Блэкаут врубают, так я обязательно начинаю хотеть спать через пару часов, а потом еще несколько дней мучают кошмары. Раньше такого дерьма не было. Пикс угукнула, уже сверяясь со своим планшетом, откатившись к своему рабочему столу. — Могу предложить два варианта решения: дешевый и не очень. — Начни с дешевого. — Я попробую подкрутить в твоей нервной системе, чтоб меньше вырубало. Но тут есть обратный эффект: ты будешь меньше хотеть спать, когда должна. Организм будет от этого страдать, но ты поймешь это только, когда станет все хреново. Если, конечно, не станешь внимательно следить за режимом сна, в чем я сильно сомневаюсь, зная тебя, — она в легком осуждении подняла бровь, посмотрев на нее. — А дорогой варик? — Могу заказать имплант, ждать где-то пять рабочих дней. Он в теории снизит эти импульсы. — «В теории»? — Тонкс выгнула бровь, смотря на рипера. — Это только недавно появилось, — Пикс пожала плечами. — Мы еще с таким не встречались. Но очень похоже на то, что использовала инквизиция против фокусников в войну. Только тогда был газ, а сейчас вот… Вероятно, какие-то низкоинтенсивные электромагнитные поля или инфразвуковые колебания. Не знаю точно, но не газ. — А почему тогда на всех это не работает? Я так понимаю, это же должно только на фокусников действовать, — осторожно спросила Нимфадора, надеясь про себя, что эти расспросы не вызовут никаких подозрений у рипера. — Не протестировали до конца, им пофиг, получили приказ испытывать в реальной обстановке — выбирай, что больше нравится, — та отмахнулась. — Даже с учетом, что тюрьмы у нас полны, это не быстрая разработка. В Священную можно было в открытую бюджет на это тратить, а все последствия на гражданах списывать на военное время и фокусников. Проглотят за милую душу — тогда едва ли кто-то пикнуть осмеливался, лишь бы победы быстрее достигнуть. — А сейчас якобы мирное время, — Тонкс кивнула. — С полными тюрьмами людей и тотальной слежкой, — и усмехнулась. — И я уверена, что данные исследования шифруют витееватыми и громздкими канцеляризмами да кодами, — Пикс угукнула. — Не попадет это в общий доступ вообще никак, поэтому нам только мучиться да ждать якобы официальных заявлений о происходящем. Уверена, что спихнут на КС или еще каких еретиков, но точно никакого признания собственных ошибок, — и помолчав, она спросила: — Ну, так какой вариант выбираешь? — Либо жить по расписанию, как в тюрьме или детдоме, либо надеяться на имплант, итог которого вообще не гарантирован? — вновь озвучила Нимфадора все варианты после коротких раздумий. — Даже и не знаю, что выбрать, честно говоря. — Есть третий вариант — подождать, пока ситуация не прояснится. — И как она прояснится? — Мы же общаемся все между собой, — Пикс снисходительно улыбнулась. — Риперы. Кто-то из пациентов точно не захочет ждать, так что узнаем и какие импланты подходят, а какие нет, каковы шансы на успех. И по поводу махинаций с нервной системой пациентов тоже. Тонкс вновь задумалась. Третий вариант тоже не шибко пышит успехом. — Кстати, — вдруг вспомнила она слова своего напарника, — Стрей тоже жаловался на странные сны. Но его, к примеру, вырубило после той миссии с аварией позже меня. Почему так? — Разная нервная система, как минимум, — рипер пожала плечами. — Мы же все отличаемся. Плюс, ты не знаешь доподлинно, как и я, что за начинка у него внутри. Какие импланты. — Патриция, кстати опять же, заявила, что он девственно чистый в этом смысле. — Никаких имплантов?.. — та изумленно подняла брови. — Не-а. Она даже удивилась. Как и я, но в другом смысле: либо она вдруг ослепла, либо Оптик. Либо Стрей мутит нечто такое, что и Оптик проглазел, и Патриция. Я даже не знаю, что хуже. Пикс молчала непродолжительное время. А вздохнув, кинула на нее какой-то отчаянный взгляд: — И долго тебе с ним еще работать в паре? Этот чумба уже сотню раз обернулся в красный флаг, чтобы ты давно свинтила от него куда подальше. Тонкс мгновенно отвела глаза на дверь. — Да ладно, Трикс, ты серьезно?!.. — с отчаяньем слабо воскликнула она. — Что? — Нимфадора мгновенно посмотрела на нее. — Я ничего не сказала. — Ага, ты ничего не сказала, а я слепая, как Оптик с Патрицией, — та фыркнула, взмахивая рукой. — Нашла, в кого влюбиться. — Ну, если бы ты знала, как он ебется, ты бы меня поняла. Хотя бы частично: я знаю, что ты по девочкам. Но заметив скептическую мину, которая только усилилась на второе предложение, махнула на Пикс рукой. — Трикс, классный секс это, конечно, классно, но ты-то хоть иногда мозг включай. Может, и инстинкт самосохранения заодно подтянется. — С ними все отлично, — отозвалась она. — Ага, я вижу. Сидит тут, краснеет, но при этом выдает очередной пиздец про своего напарника. Зато секс классный, да? — Слушай, моралями меня достает Оптик, давай ты не будешь в его лагерь переходить? — Тонкс кинула на нее недовольный взгляд. — А то Алфи не привезу в следующий раз. — И кому в таком случае? Оптику? Своему любителю тайн? — но Нимфадора молчала, и та вздохнула: — Ладно, закончила. Но иногда все-таки буду нудеть, раз больше некому тебе мозги прочищать в данном случае. — Спасибо, — Тонкс слабо заболтала ногами в воздухе. И сказала спустя минуту тишины: — Мне кажется, он влюбился в меня. — Или искуссно пудрит тебе мозги, поебывая, — мрачно парировала она. — Да ладно, зачем в таком случае он меня спас из тачки после аварии? Раз наплевать. — Чтобы предстать перед тобой героем и, опять же, запудрить мозги. Еще сильнее. Понял, что ты падка на член, и ухватился за этот рычаг. — А у него приличный рычаг, кстати. — Это в каком смысле? — Пикс вздернула бровь. — Во всех. В том самом в том числе, — Тонкс глупо захихикала, смотря на нее, и рипер замотала головой, что-то бормоча себе под нос, после вздохнув.