Глава 12

      Надев на медведя черную футболку Какаши, Сакура долго смотрела на нового друга, вертя его в руках. Медведь понуро клонил голову, не хотел сидеть ровно и все время заваливался на один бок. Потормошив его, она улеглась рядом, погружаясь в привычный сон.              Теплая и мягкая листва щекотала босые ноги. Знакомая поляна была уже как родной, цветы и деревья встречали ее, расцветали, опадали и кружились вокруг.              - Наконец-то ты пришла, - молвил приятный тембр из чащобы. – Я уже заждался.              - Выйди ко мне, посиди со мной, - ответила она, усаживаясь к нему спиной на полянку, подтягивая под себя ноги и расправляя белоснежное платье.              - Я съем тебя.              - Не съешь, - мягко сказала она. – Я знаю. Я уверена.              Голос замолчал, блеск глаз скрылся. Он сомневался?              «Приручи зверя».              - Закрой глаза, - тихо сказал он.              Она послушно подчинилась и вытянула руки вперед, чтобы поймать его в объятья. В ладонь тыкнулся мокрый нос, и Сакура провела по нему, приближая его голову к себе, прикасаясь лбом ко лбу. Его теплая и мягкая шерсть согревала, давала чувство уюта и ощущения чего-то родного, домашнего.              - Если ты уберешь руки, то я исчезну. Как все цветы, которые жухнут и рассыпаются, как все листочки. Словно пепел.              - Не уходи, - попросила она и прижалась сильнее, поглаживая шерсть. Сакура была уверена, что она серебристого цвета, хотя держала плотно закрытые глаза и ничего не видела.              - Не отпускай меня. Никогда.              Зазвонил будильник, и она проснулась.       

***

             Пятница наступила слишком быстро.              Количество работы только увеличилось, она едва успевала, чтобы найти время на беседы с доктором Яманака, чтобы потом снова сидеть за всеми бумагами и отчетностью. Пациенты, как назло, без конца ломали конечности, устраивали дебош и требовали хирургических вмешательств на удаление опухолей, гнойников или аппендиксов. Цунаде пригласила ассистировать на сложной операции по сбору лица одного из разбитых парней, где Сакура показала свой высокий профессионализм и хладнокровие.              - Ты слишком красивая для сегодняшнего дня, - подытожила Цунаде, отдыхая после утомительной операции в коридоре и оглядывая внешний вид подопечной. – Рада отпуску?              - У меня, м-м-м… Свидание, - Сакура покраснела и поправила белый медицинский халат, который прятал под собой короткое черное приталенное платье с длинным рукавом и с разлетающейся юбкой.              - Эх, молодежь. Смотри, по левой ноге пошла стрелка, - с улыбкой вздохнула Цунаде, вспоминая свои молодые годы. - Надеюсь, не в кроксах поедешь?              - Е-мое, мои последние, - грустно затянула Сакура. Времени искать замену колготкам уже не было. – Конечно нет, что вы! Туфли под столом.              - Полный комплект, - ответила Цунаде и потрепала Сакуру по розовым волосам. Любимая ученица и лучший сотрудник. Телефон девушки пиликнул несколько раз. – Ну все, беги к своему принцу. Мы тут справимся и без тебя. Отдохни за всех нас.              Сакура в нетерпении сделала почтительный поклон и побежала в кабинет, скидывая на ходу халат. Она не знала, откуда у нее была эйфория перед встречей, почему дома долго готовилась и даже надела подаренное белье, ожидая его одобрительную улыбку, хотя категорически не планировала раздеваться. Ино на работе уже не было, она всегда заканчивала вовремя и никогда не задерживалась.              Высокие глянцевые туфельки лодочки терпеливо ждали своего часа под столом. Сакура быстро переобулась и выскочила на улицу, замечая темную скучающую фигуру у байка. Он неловко озирался по сторонам и хотел поскорее убраться с территории.              - Опаздываешь, - хмуро сказал он и мазнул взглядом по растянутой стрелке по всей левой ноге. – Не практичный наряд, но явно эффектный.              - Работа не хочет меня отпускать.              «Я тоже», хотел сказать он, но промолчал, передавая ей в руки новый черный шлем на женскую голову, на макушке которого торчком стояли лисьи ушки. Она прикоснулась к кончикам и улыбнулась.              - Хочешь, научу водить?              - Что-о? Меня? – Сакура натянула шлем и покачала головой.              - Тут все просто, сцепление, газ, оттолкнуться и вперед. Давай-давай.              Она неуверенно перекинула ногу через водительское сиденье, оттягивая платье вниз, чтобы не светить бельем.              - Байк слишком тяжелый, - заныла она.              - Одну ногу на землю, наклонись к бачку. Удерживай равновесие.              Послушно выполняя его рекомендации, Сакура прогнулась в спине, поставила локоток на бак и подперла подбородок, смотря на него. Какаши отошел, сделал быстрое фото и спрятал смартфон в карман. Если его игра продолжится, то он потеряет голову от одного ее вида.              - Я все правильно делаю?              - На каблуках не особо. Ладно, поехали уже, - он тоже надел шлем, пересадил ее на заднее малюсенькое сиденье, уселся сам и завел двигатель. – Держи юбку крепче.              - Что ты сказал? Я не расслышала.              - Юбка, - повторил он и газанул, шлифуя на месте полукруг. Сакура сразу же поняла, о чем он, и подпихнула подол под задницу в надежде, что край платья не вылетит в ненужный момент. Им ведь не далеко ехать до ресторана. Правда же?              Быстро темнело, город сверкал огнями, а его теплая спина защищала от стремительного ветра. Она заметила, как многие прохожие оборачивались в их сторону, поэтому проверяла, не вылетела ли юбка, не замечая общей картины в целом.              Черный байк, рокочущий и плавно обгоняющий авто, летел по загруженному шоссе. Водитель, весь в черном, с легкостью переключал передачи, наклоняясь в сторону для лучшего маневрирования. Длинноногая девушка в коротком платье, черных капронках и в высоких туфлях прижималась к нему, держалась тонкими ладошками за его живот, крепко удерживаясь.       - Кино снимают? - спросил неизвестный парень, пока они стояли на светофоре.       - Камер не видно, - ответил второй, крутя головой в поисках операторов.              Он подъехал к своему дому, заглушил байк и стянул шлем.              - Приехали.              - В смысле приехали? Ужин у тебя дома?              - Моя профессия – повар, - он улыбнулся и подал ей руку, чтобы безопасно спуститься. – Пойдем, уже все готово.              Сакура неуверенно шагала за ним, цокая по мраморной плитке лобби. Это была ужасная идея соглашаться на ужин. Она посмотрела на его спину, замечая, что бинтов не было.              - Ты снял швы?              - Да, попросил кое-кого.              - Кого? Только правда.              Его рука, удерживающая ключи, замерла перед дверью. Какаши взъерошил волосы и устало вздохнул. Ох, это будет сложнее, чем он думал.              - Я попросил Ханаре, - Сакура приподняла бровь и собрала руки на груди, выставив бедро вперед в требовательной позе. – Ну, та самая девушка из клуба с розовыми стрелками и острым язычком, помнишь?              - И часто это происходит?              - Бывают… случаи, - выкрутился он и открыл дверь, приглашая войти. Она надулась, делая шаг назад. – Если тебе интересно, то ничего не было. Давай, не глупи. Ты сама придумала правила этой игры. Хочешь поужинать? Только правда.              Она кивнула и перешагнула через порог. Не стоит задавать все вопросы подряд, подумала она, если не хочешь услышать на них ответ.              В квартире вкусно пахло свежими овощами и фруктами, а мопс, увидев хозяина, да еще и не одного, так вообще сошел с ума, стал крутиться между ног, уфкать и веселиться.              - Он рад тебя видеть, - объяснил Какаши, направляясь в просторную кухню-гостиную. – Располагайся за столом, сейчас все будет.              Погладив пса, Сакура послушно уселась на стул, поправляя платье. Какаши поставил два высоких винных бокала, одним движение достал пробку штопором и разлил алкоголь.              - Вино? Только свечей не хватает для полной романтичной атмосферы, - саркастично сказала она.              - Красное сухое, идеально под стейк. Я приготовлю.              - Сначала стейк пожаришь, а потом меня? – она сделала первый глоток. Терпкое, но явно дорогое. Связало рот моментально.              - А ты бы хотела? Только правда, - он усмехнулся, приправил мясо и кинул на ребристую сковородку.              - Совсем больной? – Сакура чуть не поперхнулась от такой наглости. – Невежливо такое спрашивать.              - Можешь не отвечать, я и так знаю твой ответ. Мисс, вам какую прожарку? – галантно спросил Какаши, поправляя невидимую бабочку на шее, словно официант, принимающий заказ.              - Medium. А ты какую предпочитаешь?              - Well done. Не люблю кровь.              - Для твоей бывшей работы довольно странное предпочтение, - она поежилась на стуле, стараясь не думать о всех зверствах, что он успел вытворить.              Он молча пропустил ее фразу, не добавив комментариев. Сакура смотрела на его отточенные движения руками, как будто он и правда повар-профессионал со стажем. Любые его действия, езда на байке или авто, готовка, смешивание коктейлей в баре или спорт выглядели идеальными. Его таланты во всем, за что бы он ни брался, были скрыты под обычной черной футболкой. Чего он не умеет? Есть ли фобии? Кроме больниц, естественно. Куча вопросов крутилось в ее голове, но она не решалась их задать.              - Ты веришь в любовь с первого взгляда? – наконец спросила она. По кухне разливался аппетитный запах готового мяса.              - Нет, не верю.              - Жаль, - она сделала еще глоток, внимательно на него смотря. – Сукеа верит.              Прям в точку! Он заметно напрягся, а желваки заходили на скулах.              - Это твое альтер-эго? Раздвоение личности? Или правда биполярка? Только правда, - уточнила она.              Молчаливо расставляя перед ней салат, легкие закуски из канапе с оливками, тонким багетом и бужениной, а также сырную тарелку с разными видами сыра, меда и грецкого ореха, Какаши подумал над ответом.              - Сначала это была шутка над ребятами. Я долго скрывал свое лицо маской, а Сукеа – возможность побыть собой.              - Значит, он – это настоящий ты?              - Когда-то. В прошлом. Сейчас нет. После… после всего, что было. Сейчас для него нет времени. Иногда я вспоминаю о нем, когда костюмированная вечеринка или чтобы спрятать свою личность. Для меня это просто шутка, как способ сбежать от реальности. Как тогда, когда ты была лисицей. Кстати, откуда такой образ?              - Ох, я не хочу говорить об этом, - она смутилась и отвела взгляд. Он поставил тарелку с нарезанными стейками и сел напротив.              - По одному вопросу за раз, - уточнил он. – Это мой вопрос, поэтому только правда.              - Мне снятся сны. Один сон, который повторяется каждый раз, но с разными деталями, - начала Сакура, разбираясь с едой и не замечая, как Какаши вздрогнул и внимательно на нее посмотрел. – Там лес, поляна и мрачный голос из темноты. И он вышел из чащи в виде лиса, девятихвостого, огромного. А потом… - она совсем раскраснелась и закрыла лицо ладонями, чтобы успокоиться и унять дико бьющееся сердце от волнения, вспоминая дальнейшие пикантные подробности. – А потом я проснулась, да.              - Сомневаюсь, - ухмыльнулся он, понимая дальнейшие подробности по ее реакции.              - Кем ты видишь себя через пять лет?              - Это собеседование на работу? – Какаши тепло улыбнулся. – Следом будет «С каким животным вы себя ассоциируете»?              - Это обычная светская беседа за столом, ничего необычного.              - Тогда ответ «живым».              - Странный ответ, - удивилась Сакура, отодвигая тарелку. – Мы молоды и полны сил. Это все из-за твоих темных дел?              - Нет. Речь про обычные радости. Спать без кошмаров, есть еду и чувствовать ее вкус, наслаждаться солнцем, когда выходишь гулять, ВОТ ЧЕРТ! Паккун, сидеть! ПАККУН! Ложная тревога! – он серьезно смотрел на мопса, пока тот скользил и носился по полу в эйфории. – Я сказал, сидеть. Чуть позже, не сейчас, понял? Кивни, если понял.              Усевшись на задницу, мопс глухо уфнул, но хвостик накручивал круги. Он точно не понял. Сакура лучезарно улыбалась от увиденной сцены.              - Это ты виновата, - хмуро на нее посмотрев, Какаши растаял и тоже заразился ее весельем, улыбаясь в ответ.              - Да-да, нашел крайнего, - отмахнулась она, пока он подливал еще вина.              Они спрашивали друг друга, тщательно подбирая слова. Про детство, про любимые шутки и мемы, про музыку и фильмы. Сакура расслабилась в его обществе, а общая атмосфера была легкой и непринужденной. Мясо и салат со стола были убраны, оставлены только сырная тарелка, а в дополнение добавлена еще фрукты и ягоды.              - О! Умеешь так? – она взяла черешню и с легкость завязала узелок на длинном черенке.              - Пф, учись, - Какаши повторил трюк, но на его черенке было два узелка.              - Говорят, что кто овладел таким искусством – хорошо целуется, - поздно спохватившись, ляпнула Сакура и покраснела. Ох, она то знала, насколько он хорош.              - Могут не только лишь все, мало кто может это делать, - сгладил Какаши, не пропуская ее милое лицо. Обещал без пошлостей, хотя сама провоцировала его. – Для фруктов есть розовое игристое, оно лучше подойдет.              - Может, у тебя еще и текила есть?              - Любой каприз за ваши деньги. Но, насколько я помню, с текилы ты становишься слишком… - он лениво сидел на стуле, постукивая пальцами по столу, и попытался найти подходящее слово. Горячей? Согласной на все? Трепетной? Дерзкой? Ничего не подходит. – Эм… слишком смелой. Так и хочется съесть.              «Я съем тебя».              - Ты не наелся мясом? К слову, приготовлено отлично, спасибо. Кстати, а о чем мы говорили тогда, у клуба? Перед тем, когда я притянула тебя к… ох, так неловко… - она водила по губам долькой персика, не зная куда смотреть. – Ино сняла нас на видео, но они с Генмой болтали на фоне, ничего не разобрать. Это почти единственное задокументированное событие с той ночи.              Наклонившись через стол, он максимально близко приблизился к ее лицу.              - Ты пыталась вывести меня на эмоции, махала руками, обзывала "придурком" и "чокнутым", - Какаши переводил взгляд то в ее изумрудную бездну, то на персик, то снова на глаза. – Я просто ответил, что ты пьяна и потом пожалеешь об этом. Но в ответ: "Я слишком долго терпела, чтобы после жалеть".              Ох, этот ее цветочный запах, смешанный с персиком и вином, туманил разум. Ну же, не сиди и не смотри на меня этим напуганным взглядом, подумал он. Придвинься чуть ближе, попробуй еще раз. Тебе понравится, и тогда ты станешь моей, хотя бы на сегодня. Хотя бы на сейчас.              Он поймал губами кусочек фрукта с ее губ, едва касаясь до нее, и вернулся на место. Сакура с огорчением для себя выдохнула. Почему ты меня не поцеловал? То слишком настойчивый, что аж приходится отгонять тапками и тумаками, то дразнишь и не даешь желаемого? Она не понимала, как его приручить, оставались только бесконечные вопросы.              - Что тебе от меня нужно, Какаши? Только правда, - пан или пропал. Раскрываем все карты. Ставим все деньги на красное. Дергаем ручку у «Однорукого бандита» в ожидании джек-пота. Покупаем все шарики для патинко и молимся, чтобы хоть один достиг финиша.              - Мои руки по швам, как и договаривались. Какой ответ ты хочешь услышать?              - Истину. Ради этого мы здесь и собрались.              - Ты для меня – что-то нереальное. Я не видел и не встречал в своей жизни еще таких женщин, подобных тебе, - он смотрел на нее потемневшими глазами, готовый смахнуть все тарелки на пол на радость мопсу и взять ее прямо здесь и сейчас, на обеденном столе.              - Ты влюблен в меня? – нельзя отступать, ведь она сама уже давно была поглощена чувствами, но старалась их не замечать. Вдруг, на самую малость, всего лишь на чуточку, это взаимно?              - Я не знаю, что это, я никогда этого не чувствовал. Мне нравится смотреть на тебя, смотреть в твои глаза и видеть свои глаза, нравится задирать тебя, слушать твой смех. Целовать тебя. Я хочу тебя, чего тут скрывать, хотя, стоит отметить, ты тоже хочешь меня, - он улыбнулся, как будто читая ее мысли. - Думаю о тебе, волнуюсь. Спасаю и успокаиваю. Если это и есть влюбленность, то получается да, влюблен.              Небрежно пожав плечами, он встал из-за стола, оставляя ошарашенную девушку, которая не верила тому, что услышала.              - Посидишь еще? Вдруг у тебя остались еще вопросы. Я пока схожу с Паккуном проветримся, мы быстро, - она кивнула, а Какаши потрепал ее по макушке, за что получил удар в бок. В ответ он щелкнул по милому носику. – Напомню, что дальняя комната – под запретом.              - Да что там такого, чего я не видела? – она нахмурилась, поглаживая нос.              - В шкафу на третьей полке секретный ключ от остальных комнат, - улыбнулся он. – Синяя Борода обязательно узнает, прикасалась ли ты к нему или нет. Паккун! – и добавил шепотом. – Гулять.              Этого было достаточно, чтобы мопс сорвался с места и помчался к входной двери, так и разогреть новое любопытство Сакуры.              Срочно надо было подышать свежим воздухом, рядом с ней становилось слишком жарко. Какаши вышел на улицу, хлопнув дверью.              Допив бокал, Сакура направилась в ванную, чтобы немного освежиться и прийти в себя. Его речь тронула ее, крепко сжала сердце в тиски, перевернула внутренности. А эти бабочки, что щекотали желудок крылышками, только ускорили свое трепыхание, поднимаясь все выше. Это и есть «приручение зверя»? Кажется, она перестаралась. Заигралась и сама влюбилась, как школьница, в загадочного хмурого парня за соседней партой.              Спустив воду в туалете, она помыла руки и грустно посмотрела на колготки. Стрелка расползлась окончательно и бесповоротно. Сакура вышла из ванной и внимательно посмотрела на дверь дальней комнаты. Серьезно, прямо в шкафу и на третьей полке? Я только проверю, подумала она, лежит ли там ключ, ничего большего. Никакие фото, пластинки или другие вещи, а особенно ключ, трогать не буду. Честное слово. Только правда.              Темная зашторенная комната встретила звенящей тишиной, как будто на стены было дополнительно нанесено шумоизолирующее покрытие. Все тот же длинный шкаф у стены, проигрыватель, куча пластинок. Одинокий стол с ноутбуком, два фото, рядом с которым лежали два жетона с уже знакомыми именами. Погладив поверхность дубового, явно дорогого, стола, она покрутила в руках алюминиевые жетоны и положила на место, привыкая к темноте. Вот и третья полка, а маленький ключ манил и притягивал взгляд. Он специально забавлялся над ней, в этом не было у нее сомнений. Сакура хотела прикоснуться к ключу, но отдернула руку, словно обожигаясь. Он – в ее власти, а не наоборот, она не пойдет так просто на поводу. Какаши сам откроет для нее двери, стоит только попросить. Точно. Поэтому она отвлеклась на коллекцию пластинок, нашла Two Feet и поставила в проигрыватель.              Иголка встала на дорожку, а по комнате разлилась приятная тягучая, но невероятно чувственная композиция. Сакура медленно закружилась по комнате, делая чуть погромче на одном из тумблере. Она услышала, как входная дверь щелкнула и не испугалась его присутствия.              - Отличный выбор для завершения вечера, - он прислонился спиной к столу.              - Потанцуем? – она протянула к нему руки, к этому невероятно сексуальному мужчине, пытаясь поймать, но он уворачивался.              - Руки по швам.              - Да брось. Всего один танец, - она улыбнулась, и он сдался. Мог для приличия и посопротивляться, подумал он, и попал в плен ее объятий.              Обхватив ее за талию, он нежно погладил по спине, сдерживаясь, чтобы не сжать крепче. Сакура таяла, это все из-за вина и его горячего тела, решила она, и положила голову на плечо, привстав на носочки.              - И даже ключ на месте? Хорошая девочка, - он не удержался и чмокнул ее в макушку. Она подняла голову и пронзительно сверкала темными изумрудами.              - Закрой глаза, - тихо попросил он.              - Не уходи, - обхватив его за шею, она приблизилась ближе, ловя его губы в нежном касании.              - Не отпускай меня. Никогда.