Зарисовка №1. Том Реддл/ОЖП

      — Ты совсем с ума сошёл?! — вскакиваю с кресла и испуганно смотрю на него.       Однако Тома это, кажется, не особо волнует.       — Дорогая, я всё сказал, и я это сделаю. — Холодный тон его голоса пронзает меня насквозь, посылая неприятный холодок по позвоночнику.       Неужели я не смогла его исправить?..       — Ты совсем спятил со своими крестражами?! Зачем тебе это?! Оставь в покое эту идею. Ты и так сильный волшебник. — Я не унималась.       — Тебе не понять. Тебе никогда этого не понять. — Произносит Реддл, подходя ко мне совсем близко.       Я смотрю в его глаза, видя в них что-то странное. Что-то тёмное… Раньше этого не было…       Он поднимает руку, а затем подносит её к моей щеке, нежно поглаживая её холодными пальцами. Он всегда холодный.       — Перестань, Том… Оставь эту затею… — шепчу я.       Реддл резко хватает меня за шею, надавливая на горло так, что я начинаю задыхаться.       — Прекрати. Перестань пытаться изменить меня. Ты никогда не сможешь этого сделать. Ни ты, ни кто-либо другой. Я такой, какой есть. — каждое его слово пронзает моё сердце, словно кинжал.       Я царапаю ногтями его ладонь, пытаясь вырваться, но он слишком силён.       — Значит, дальше ты идёшь без меня… — хрипло ответила я.       Зря я это сказала, ведь в следующую секунду он надавливает сильнее.       Он наклоняется ближе ко мне, опаляя дыханием мои щёки.       — Нет. Ты останешься со мной, и я никогда не отпущу тебя. Ты сама виновата в том, что связалась со мной. Тебя никто не просил, но ты решила, что сможешь изменить меня. Теперь поздно о чём-то думать.       В моих глазах мелькает страх. Я сама виновата в этом…       — Ты безумец… — прошептала одними губами я, начав задыхаться сильнее.       На лице Тома лишь расползлась зловещая ухмылка.       — И? Может, это не я безумен, а безумен весь мир? — он отпустил меня, и я упала на пол, жадно хватая ртом воздух. — Прекрати вести себя так упрямо, дорогая. Я люблю тебя, и именно по этой причине хочу сделать тебя крестражем. — его глаза сверкали.       Я подняла взгляд на него. На глазах выступили слёзы.       — Это не любовь, это насилие и безумие… — прошептала я.       Том вновь сверкнул своей ухмылкой, но ничего не ответил, покидая комнату в спешке, не заботясь ни о моём состоянии, ни об этом мире.