Зарисовка №7. Теодор Нотт/ Гермиона Грейнджер

      Гермиона шла по тёплой плитке в сторону бассейна, держа в руках коктейль.       В этом году они с Тео решили арендовать домик на одном из тропических островов, чтобы как следует отдохнуть.       Работа в Министерстве их знатно вымотала за этот год, поэтому решение поехать в отпуск было принято со скоростью света.       Остров, море и бассейн, много коктейлей и любимый человек. Что может быть лучше?       — Тео, ты не видел тот круг в виде… А, ясно. — Она остановилась у края бассейна и не смогла сдержать улыбки.       Теодор был в воде. Точнее, он вальяжно лежал на розовом надувном круге в виде фламинго и попивал коктейль. Чёрные солнцезащитные очки, зелёные плавки и лёгкая довольная улыбка. Гермиона окинула его взглядом и слегка прикусила нижнюю губу. Выглядел он шикарно.       — А я искала этот круг. Не думала, что ты будешь на нём плавать. — Она уселась на бортик бассейна, опуская ноги в тёплую воду.       Несколько минут назад она искала этот самый круг, купленный специально для неё. Но, кажется, Тео решил иначе.       — А я не думал, что это такая удобная вещь, — протянул он, снимая очки. — Чувствую себя как на курорте. — Он усмехнулся.       Гермиона закатила глаза и тихо засмеялась.       — Ты и так на курорте.       — А круг добавляет ещё большей атмосферы. Шикарная вещь, купи и мне такой, только не с фламинго. — Он подплыл поближе к месту, где сидела Гермиона.       Она пила коктейль и болтала ногами в воде. Бордовый купальник отлично подчёркивал её фигуру и бронзовую от загара кожу. На шее и запястьях красовались золотые украшения, подаренные Тео.       И, конечно же, шикарные волосы Гермионы спадали ей на плечи.       — С единорогом подойдёт? — Гермиона отставила напиток в сторону.       Теодор рассмеялся и, зачерпнув ладонью воду, игриво брызнул в неё.       — Давай. Буду плавать на единороге. — Он потянулся к Гермионе и ласково похлопал ее по бёдрам. — Ты в этом купальнике такая аппетитная… Хочу тебя съесть. — Он слегка прикусил нижнюю губу и скользнул взглядом по Гермионе, которая вновь закатила глаза.       — Ну начинается…       — А что такого? Ты моя жена, в конце концов.       Он потянулся к волосам Гермионы, намотав один локон на палец.       — Самая красивая. — Он игриво щёлкнул ее по носу, на что та нахмурилась. — Не хмурься, лучше поцелуй меня. Ты не целовала меня целых тридцать девять минут. Я могу и умереть. — Он подмигнул.       И Гермиона, конечно, не смогла отказать. Слишком сложно, когда Тео настолько обаятелен.       Она наклонилась и нежно прильнула губами к его губам.       — М-м-м… — тихий довольный стон сорвался с губ парня.       Гермиона подалась ещё ближе, и тогда Тео, не теряя ни секунды, потянул её к себе, и вдвоём они упали в воду, перевернув надувного фламинго.       Вынырнув, Теодор прижал к себе Гермиону. Оба мокрые насквозь, с волос капает вода, а с губ не сходит улыбка.       — Я так и знала, что так будет! И опять повелась! — воскликнула Гермиона, приглаживая непослушные пряди.       Теодор лишь рассмеялся, встряхивая головой.       — Ну, это же я. — Он притянул её вплотную, заглядывая в большие карие глаза. — Ты такая красивая. — Его губы коснулись её шеи, и по коже побежали мурашки.       — Только вот не надо…       — Всё надо… — прошептал он, осыпая поцелуями плечи девушки. — Любимая моя.       Гермиона тихо вздохнула. Теодор был невыносим. И именно поэтому она его так сильно любила.       — Предлагаю снять этот купальник. Коже надо проветриться.       Гермиона моментально сбилась с романтического настроя.       — Знаешь, тебе стоит меньше открывать рот. Весь момент убил.       Тео вновь засмеялся.       — Да ты что? Ну ладно, как скажешь. — Он наклонился и снова накрыл её губы своими. На этот раз — без слов.       Но когда он отстранился, Гермиона вдруг хитро улыбнулась и, вместо того чтобы возмутиться, чуть отплыла назад.       — Догони меня и я еще раз поцелую тебя.       Оттолкнувшись от его груди, Гермиона поплыла прочь.       Теодор моргнул. Потом ухмыльнулся той самой фирменной ухмылкой, от которой у Гермионы всегда подкашивались колени.       — Ну, сладкая… Сама напросилась.       Прекрасный день в прекрасном отпуске. И он был ещё далеко не закончен.